Timeless

진리       Выходные ознаменовываются бесконечными походами, консультациями и обсуждениями. В офисе корейского филиала китайской страховой компании, с которой Лухан в Пекине заключал договор, выясняется, что по документам они обязуются выплатить 75% предстоящих операций, ведь ясно, что это был несчастный случай. Лухан в сотый раз мысленно поблагодарил маму, которая ещё там, дома, настояла на оформлении страховки, покрывающей все случаи жизни, ведь она была достаточно дорогостоящей, и Лухан, в свою очередь, наоборот, хотел оформить первую попавшуюся, лишь бы сделать отметку в анкете школы о её наличии. Загвоздка заключалась лишь в одном. По условиям того же договора, Лухан должен из своего кармана расплатиться с клиникой за все необходимые услуги, а уже потом, имея при себе все чеки и справки, снова явиться в офис страховой компании, и в течение 3 рабочих дней после оформления заявления на основании этих самых чеков, высчитав сумму, компания гарантирует выплату. Лухан не позволяет себе опускать руки и впадать в отчаяние. Они просто ждут следующий день, чтобы отправиться в клинику пластической хирургии. В клинике им составляют примерную смету, принимая в учет предварительную консультацию и осмотр, а также некоторые непредвиденные обстоятельства – например, если у Лухана обнаружится аллергия на определенные препараты и их придется заменить другими. Для выяснения этого нужно более углубленное изучение истории болезни и несколько анализов, а Лухан с Сехуном ещё толком не дали своего окончательного согласия на хирургическое вмешательство. Они выходят из клиники с листочком, где все расписано и указана предварительно подсчитанная сумма, и между ними неизбежно виснет эта невысказанная мысль о том, что таких денег у них нет. И даже нет того, у кого эти деньги можно занять на неделю, ибо сумма действительно астрономическая. Вечером в гости приходит Чанёль, чтобы узнать результаты походов. Следует неловкая сцена знакомства башни с родителями Сехуна, которые сегодня, как назло, дома. Мама Сехуна пытается поддержать атмосферу за столом, вежливо отмечая, что «Сехун так много о тебе говорил, Чанёль». Сам Сехун вяло ковыряет палочками в тарелке, Лухан вместе с Чанёлем пытаются хоть как-то заполнить тишину и монологи госпожи О. А глава семейства, в конце концов, говорит: - Дорогая, дети, наверное, устали. Пусть идут в комнату. Я думаю, Чанёль пришел не для того, чтобы слушать скучные разговоры за столом. У них другие интересы. А мы с тобой совершим вечерний променад по магазинам. Давненько у нас не совпадали выходные. Госпожа О краснеет и начинает щебетать что-то, вроде: «Ты знаешь, я вчера по дороге домой видела такую изумительную бутербродницу!». Кажется, будто все за столом резко стали благодарны отцу Сехуна. Особенно, сам художник, который встает с места, благодарит за ужин, кладет тарелку в раковину и машет ребятам, мол, че сидим, пошли. Ребята поднимаются, следуют примеру Сехуна и идут за ним в комнату. Под неустанное: «Дорогой, посмотри, какие воспитанные у нас ребята – даже убрали за собой! Любо-дорого смотреть!». Чанёль плюхается на диван, Лухан присаживается рядом, а Сехун, по привычке, запирает за всеми дверь. - Я не знал, что ты так много рассказывал обо мне своей маме, чувак. – Чанёль расплывается в улыбке. Но холодный ответ художник быстро возвращает его с небес на землю: - Я и не рассказывал. Просто она в хорошем настроении и любит всех на свете. А ты не обольщайся. Кажется, ты забыл, что мы даже не друзья. Улыбка Чанёля меркнет, и кажется, будто даже мартовское солнце за окном тускнеет. Лухан усаживает Сехуна рядом с собой, берет его за руку и примирительно говорит: - У тебя очень хорошие родители. В кого же ты такой колючий? Сехун пожимает плечами и машинально начинает убирать невидимые пылинки со своих штанов. Чанёль принимает положение сидя и упирается лбом в плечо Лухана с другой стороны. Лухан усмехается, а Сехун, заметив такое поползновение на свое со стороны ушастого, со всей силы хлопает его по ноге: - Эй, патлы свои подальше держи. Дальше следует укоризненное лухановское: - Сехууууун! А Чанёль отодвигается настолько, насколько позволяет диван и бурчит: - Да ну вас. Я вообще пришел узнать, как у вас дела, а вы тут сначала насильно кормите, знакомите с родителями, а потом «мы не друзья» и бу-бу-бу». Сехун не отстает: - Так если пришел, чтобы узнать, надо узнавать, а не ужинать и маме моей зубоскалить. Ишь, любимец публики тоже мне нашелся. Чанёль возмущенно открывает рот, чтобы ответить что-то, но встревает Лухан: - Так, брейк. Задиры. А затем поворачивается лицом к Сехуну: - Ты можешь хоть на секунду вспомнить, что кроме Чанёля в комнате ещё есть я, и я крайне недоволен тем, что ты ему в последнее время уделяешь намного больше внимания, чем своему законному парню. Сехун хочет возразить, но Лухан уже отвернулся и разговаривает с Чанёлем: - Ну а ты чего, как маленький? На всё нужно обязательно ответить, да? Теперь Чанёль начинает убирать невидимые пылинки с покрывала с невозмутимым видом, мол, а я че – а я ничего. Вечер проходит в обсуждении назревшей ситуации и путей ее решения. Чанёль с сожалением признается, что и у него нет таких денег. И он без понятия, где можно их взять. Но он говорит, что у него, возможно, есть один вариант, и он узнает. Но раньше воскресенья вечера ответа не ждать. На этом и расходятся, договорившись встретиться завтра вечером, чтобы узнать, что нарешал Чанёль. Он уходит, как раз сталкиваясь в дверях с вернувшимися родителями Сехуна, мама снова зовет его на чай, говоря, что они с господином О купили по дороге замечательный тортик в Paris Baguette, но он смущенно отказывается, говоря, что у него есть ещё дела, и, извиняясь, убегает. Но госпожа О успевает взять с него обещание как-нибудь заскочить в гости ещё, под неизменный фэйспалм Сехуна. Самим Лухану и Сехуну, к превеликому сожалению последнего, отвертеться от вечернего чаепития не удается. Лухан много рассказывает о Пекине, культуре Китая, а папа Сехуна честно признается, что был худшего мнения о китайцах. Лухан понимающе улыбается и говорит, что так исторически сложилось. В конце концов, Лухан вызывается помочь госпоже О с мытьем посуды, господин О уходит в комнату, чтобы посмотреть вечерний выпуск новостей, а Сехун заявляет, что ему на понедельник много домашней работы, а завтра его у него совсем не будет времени. Госпожа О, видимо, хочет спросить, куда это он собрался или чем он так будет занят, но Сехуна уже и след простыл в дверном проёме. Она тяжело вздыхает и ещё добрых минут 15 жалуется Лу о том, каким ее сын был прекрасным ребенком в детстве, и вот, что из него выросло. Он понимающе кивает, витая, на самом деле, далеко в своих мыслях, задумчиво протирая сухими салфетками чистую посуду. Когда он входит в комнату, Сехун уже спит, но на столе горит настольная лампа. Он активирует ноутбук из режима сна и проверяет почту. Сообщение от Чонина: Эй, чувак, ты как там? Учителя говорят, что ты не на шутку захворал ккк. Серьезно, что ли? Лухан удивлен, но, поразмыслив пару секунд, он набирает ответ: Всё нормально. Какую-то хроническую дрянь нашли. Хорошо, что страховка есть. Скоро увидимся. Второе полученное за сегодня сообщение интересует его куда больше. Нет, просто если ни к кому не привязываешь – то и признаваться нет необходимости. Разве не здорово?. Лухан делает глубокий вдох и отписывает: Нет. Не здорово. На самом деле, слабость как раз в том, чтобы бояться в этом признаться. Себе или остальным. Вы слишком похожи. Лучшие друзья. Чанёль т о ж е жутко скучает и мается. И тоже боится в этом признаться даже себе самому. Ты можешь больше ничего не отвечать мне, в том, что мне было нужно, я уже убедился. И миссию свою выполнил. Ты должен был это знать. Ещё не всё потеряно. С тобой, этим миром, Чанёлем. И тем, что между вами. Приезжай, как сможешь. Он отправляет в спешке, боясь, что смелость пройдет. Выключает ноутбук, свет, раздевается и ложится рядом с заснувшим художником, крепко обнимая его со спины.

ребят, спасибо вам за всё. правда. я закрываю сессию, сдаю курсовую, готовлю документы в Корею, но все равно извиняюсь перед вами за ожидание. иногда времени нет даже на то, чтобы поспать больше 3-4 часов. поэтому сегодня, в свой законный выходной, я никуда не пошла и позволила себе приготовление нормального завтрака, а затем села за проду. сегодня, но чуть позже, выложу ещё одну часть, скорее всего. ещё раз спасибо. пы.сы. хочу отдельное спасибо сказать тем, кто исправляет ошибки в тексте. чаще всего это опечатки из-за невнимательности, но все равно огромное вам спасибо~~