Я буду рядом

       Лекса забрала машину, которую вчера оставила у больницы. Идея ехать на общественном транспорте была настолько плохой, что девушка успела раз триста обвинить себя в умственной отсталости. Вся это толкотня, обилие людей, шум… Ей явно не пошло на пользу. Почему она все же не остановила свой выбор на такси? Думала, что это поможет немного разбавить мысли и расслабиться. Что ж, ее голова была забита только чертыханиями, так что, в какой-то степени, ее план сработал.        Буквально ввалившись в дом, никакого другого желания, кроме чашки кофе и нормального сна, а еще душа, у нее не было. Поэтому глубоко вздохнув, понимая, что никто не выйдет ее встречать, она плетется в душ. Желание смыть с себя последствия метро, а именно пот и микробы, было просто невыносимым. Не то чтобы Лекса была брезглива, но когда двухметровый мужик буквально прижался к лицу Вудс своей вонючей подмышкой… Не лучшие ощущения.        Когда теплые струйки стекают по телу, Лекса медленно начинает чувствовать себя лучше. Весь этот день, раздражение, которое скопилось у нее, так же как и пот смылось водой. И нельзя было не порадоваться этому.        После душа сон как рукой сняло. Было это хорошо или плохо, Лекса еще не успела понять. Но, несмотря на это, от кофе отказываться она не собиралась. Найдя какую-то недочитанную книгу, Лекса открывает ее на первой страницы и погружается в совершенно другой мир, попивая из кружки, подаренной Костией, свежесваренный кофе.        Лекса только к середине книге, понимает, что зря она решила читать эту книгу. Обращает внимание на название намного позже, чем это нужно было сделать. «Прежде чем я упаду» Лорен Оливер, заставляет Лексу захлопнуть книгу, мельком обратив внимание на страницу. Она не спешила ее запоминать, но все же мало ли что из этого выйдет намного позднее, может она все же найдет в себе силы…        А пока слезы двумя быстротечными ручейками катятся из глаза, снова разрезая ее и без того еле бьющееся сердце. Плакала ли она когда-нибудь из-за персонажей книги или фильма? Да, но это было так редко, что можно было сосчитать такие моменты по пальцам, и ей хватило бы пальцев на одной руке… Что же изменилось? Она начала ассоциировать книгу с собой, перекладывать все ее испытания на себя, пускай они и не были похожи. Лекса просто чувствовала ее боль, сложности, которые она испытала, и, несомненно, думала, что Сэм не виновата в то, что происходит с ней, что она не должна извиняться перед кем-то. И чем дольше Лекса так сидела, тем сильнее она уходила от содержания книги, возвращаясь в свой кошмар. Вот только это не книга, ее не захлопнешь и не вырвешь листы. И со всеми сложностями нужно смириться, принять их, двигаясь дальше. Но это все не так легко, как кажется, поэтому и начинаешь топтаться на одном месте.        Окутанная своими мыслями и слезами, Лекса и сама не замечает, как засыпает. Но даже во сне она продолжает тихо всхлипывать, а слезы продолжают понемногу капать из закрытых глаз.        Лекса бежала по зеленой траве босиком, смеясь и чувствуя себя истинно счастливой. Теплые лучи солнца согревали и ласкали кожу. На полянке не было абсолютно никаких людей. Только она и Костия. Лекса усердно старалась догнать девушку, которая убежала сильно вперед, тоже смеясь и оглядываясь назад, чтобы все же держать Лексу не так далеко. Она бежала не так медленно, чтобы Вуд могла догнать ее, но и не так быстро, чтобы скрыться из виду.        — Кос, стой же ты, я не успеваю за тобой, — смеясь кричит Лекса, стараясь догнать белокурую девушку.        — Я не верю тебе, Лекс. Ты можешь бежать быстрее гепарда. Поднажми, — не останавливаясь кричит Костия, убегая чуть вперед.        Все казалось таким светлым. Две эти девушки выглядели счастливыми рядом с другом. Лекса всегда мечтала о такой жизни… И она у нее была. Да вот только солнце сменяется тучами и все вокруг резко становится темным, словно сейчас начнется сильнейший шторм.        Зеленая полянка резко сменяется проезжей частью, но Костия и Лекса по прежнему улыбаются друг другу и бегут. Костия оборачивается назад, улыбаясь своей девушке и излучая такой необходимый свет одним своим видом. Но тут раздается свист резины, словно резкое торможение машины, а потом сильнейший удар, и Лекса видит, как Костия отлетает на пару метров, сбитая машиной.        Вуд, вскрикнув, просыпается, одним резким движением принимая сидячее положение. По ее щекам вновь катятся слезы, а сердце бьется с бешеной скоростью, что, кажется, оно сейчас выскочит из груди.        — Лекса, что случилось?! — вбегает в гостиную только что вошедшая Кларк и падает перед замершей Вуд на колени, вглядываясь в ее лицо.        Она искренне переживала, что с Лексой могло случится что-то, она могла навредить себе. В такие моменты забываешь про ссоры, про обиды, грубость. Даже если человек не сильно близок, замечаешь, как в такие моменты все равно начинаешь безумно бояться. Лекса была одним из доказательств всего этого. Она забыла всю злость и обиду на Кларк и просто позволяла Гриффин прижимать ее к себе и поглаживать спину, шепча что-то. Да и Лекса сама чуть ли не всем телом прижималась к Кларк.        — Все хорошо, ты в безопасности. Я здесь, — шепчет Кларк, вслушиваясь в дыхание Вуд.        И потихоньку, как бы то ни было странно, Лекса успокоилась, выбираясь из объятий Кларк. Она понимала насколько не хочет сейчас плеваться ядом, задавать лишние вопросы и прогонять девушку. Лекса резко осознала, что сейчас ей нужна Кларк. Хотя бы для того, чтобы прийти в чувства, и действительно осознать, что все происходящее было лишь сном… От части сном.        — Что тебе приснилось? — садясь напротив Лексы, спокойно спрашивает Кларк, — Мне всегда становилось легче, когда я рассказывала свои сны. Уверена, что тебе это тоже не навредит.        Лекса с неким замешательством смотрит на девушку. Почему, черт возьми, после всех слов и действий Кларк продолжает приходить сюда, пытаться помочь. Почему она так мила с Лексой? В принципе, сейчас опустим это.        — Костия… Мне снилось, что я видела как ее сбили. И я могла это предотвратить, — очень тихо, почти шепотом, говорит Вуд.        — Не могла. И тебе надо принять это. В мире полным-полно вещей, которые ты не можешь держать под контролем, и которые ты не в силах изменить. Никто не может. И вместо этого саморазрушения, обвинения себя, ты должна принять это и двигаться дальше. Жизнь не кончается, Лекса. Даже если тебе так кажется, — также тихо говорит Кларк, глядя Лексе в глаза.        Лекса не какой-нибудь там ребенок, которому приходится объяснять самые банальные вещи. Она прекрасно это понимала. Но как можно так легко поставить точку, после всего произошедшего в ее жизни, благодаря этой девушке, и продолжить писать дальше? Это, наверное, нужно быть роботом, они ведь не способны чувствовать. Но Лекса не робот, а ее любовь к Костии не игрушка, которой легко можно было найти замену. Ей нужно время. Много времени.        — Я знаю, Гриффин. Но, неужели ты думаешь, что я могу переступить эту боль по щелчку пальцев? Неужели ты правда думаешь, что для меня все это так мало значит, что мне хватит дня, чтобы все забыть? Да это же смешно! — с усмешкой восклицает Вуд, отворачиваясь от Кларк и изо всех сил стараясь сдержать в себе подступающую истерику.        Кларк глубоко вздохнула. Конечно она не говорила об одном дне, да боже, она даже про год ничего не сказала. Иногда этого мало.        Гриффин прекрасно понимала, что Лекса не такой простой человек и к ней нужен свой подход. Она почти в первые минуты их знакомства почувствовала тонны стен, которые девушка так умело выстраивает. Ей также представилась возможность увидеть буквально ледяное сердце этой особы. Казалось, что Лекса отталкивала всем, чем только можно. И Кларк давно бы спустила обороты, если бы она не знала о Вуд по многочисленным рассказам Костии. В них Лекса была обычным уязвимым человеком, с большим сердцем и доброй душой. Просто такой она была не со всеми. А сейчас у нее было столько поводов, чтобы зарыть все это внутри себя. Кларк понимала и поэтому не собиралась отворачиваться от брюнетки. Дело уже было даже не в Костии. Кларк хотела увидеть Лексу другой, такой, какой она на самом деле является. И она хотела показать это самой Вуд, чтобы у нее больше не было причины выстраивать стены и бояться.        — Переключись. Я не знаю, смени обстановку, возьми отпуск, займи себя чем-то, что тебе правда нравится и будет отнимать максимум сил. Я не говорю про окружение. Его ты можешь попробовать сменить позже. Просто не зарывайся в себя, Вуд. И не жалей себя. Чем больше ты это делаешь, тем дольше и болезненнее ты будешь проходить через это…        — Ой, класс, ты предлагаешь найти мне другую девушку? Серьезно черт возьми? — язвит Лекса, перебив Кларк.        — Ты меня слушаешь вообще? Я говорю, что сейчас ты должна заняться чем-то, что тебе нравится и что может вымотать тебя. Танцы, например. Или что там тебе нравится? — пожимает плечами девушка.        — Бокс… — тихо говорит Лекса, себе под нос.        — Отлично. Значит запишем тебя на занятия по боксу…