Мне всё равно.

      Материал, который дан нам по алгебре, кажется мне очень тяжёлым. Я плохо его усвоил, а вчера, Алеся Владимировна — мой репетитор, распиналась передо мной как могла. Но как я мог думать об алгебраических выражениях, если в голове крутился только Максим? Песня Стаса Михайлова заиграла в кармане брюк, и я поспешил достать телефон. Кому там я понадобился? — Это прачечная? — Хуячечная. Привет, мне как раз нужно выговориться. В трубке был слышен смех Марка. — Я весь во внимании. — Заверил меня Ермолин. Что вообще вчера произошло? Я до сих пор в шоке. С одной стороны, это безумно приятно, когда за тебя заступаются. Но, он не обязан был этого делать. Честно, мне жаль, что так произошло. Я виноват, и не знаю, как искупить вину. Но, с другой стороны, я по крупному облажался. Поцеловал его везде, где только мог. Боже, я ведь реально переживал. Мне даже страшно осознать, как он будет выглядеть, когда в школу пойдёт. За Радионова я не шибко то и переживаю, а вот на Максима мне страшно будет взглянуть… Наверняка, синяки остались. — Вчера я случайно услышал, как Оксана разговаривала с Юлей о том, что она обязательно пойдёт посмотреть на то, как кто-то будет где-то драться. Вот и я пошёл за ними. Вернее, за целой толпой. Я наматывал круги по квартире, прокручивая в голове всё недавно случившееся. — Мне стало интересно, продолжай. — Там был Глеб. — Тот самый, который к тебе постоянно лезет? — Марк повысил голос, тяжело выдыхая. — Тот самый… Он дрался с Максимом. Ерёмин заступился за меня. Теперь Глеб не будет ко мне лезть. — Ого, не ожидал с его стороны. А в чём заключается кипишь? — Я поцеловал его. — На выдохе произнес я. В трубке повисла тишина, которая, казалось, оглушала. — Прям поцеловал? — задал вопрос Марк. — Это не был прямо-таки поцелуй, но я целовал его в пальцы, лоб, скулу и в конце… — В губы, — закончил за меня Ермолин. — Можно спросить, ты, таким образом, свою благодарность выразил? — Я просто боялся за него. Ну и что мне теперь делать? Как я смотреть на него буду? В тот момент я не сильно задумывался над этим. — Не кипишуй. Если ты ничего не можешь изменить, то не вижу смысла паниковать. Посмотрим на его поведение в школе. Если что, я буду с тобой. Не переживай, а сейчас иди, собирайся. Тебе повезло, что нам ко второму сегодня. Я зайду за тобой. Ко мне в комнату вошла Вика, шёпотом сказала, что завтрак на столе и побежала по делам. — Это Вика? Она ушла? — Ушла. — В общем, я в пути. Жди меня. — А ты чего мне позвонил-то? Но в трубке уже раздавались гудки.       Через пятнадцать минут в дверь позвонили, и я ничуть не сомневался в том, что это был Марк. Как же великолепно он выглядел… Пиджак и вправду был ему к лицу. — Чего так оделся? — А вот об этом я и хотел поговорить с тобой. Ты, пока что, собирайся, не торопись… Первый… То есть третий урок мы прогуляем, потому что у меня есть, что тебе рассказать. Мы завалились на диван, выключили новости, которые смотрела тётя. Люблю, когда Марк рассказывает мне истории. У него это, получается, по особенному, что хочется слушать не прекращая. — Я встречаюсь с Артёмом. Вот так, прямо в лоб. И почему я не удивлён? Сразу же заметил взгляды, которые они кидают друг другу в коридорах… — Почему я узнаю это сейчас? — как-то обиженно произнёс я. Марк - мой лучший друг, и мне хотелось бы, что бы он рассказывал в первую очередь мне о том, что случается в его жизни. — Поверь, ты первый, кто узнал об этом, — словно прочитав мои мысли, сказал Марк. — Сегодня после школы мы идём на свидание, так что я должен выглядеть подобающе. Тебе, наверняка, интересно, как это произошло… Так вот. Он просто пришёл ко мне домой, в руках у него были два пакета с едой. Он сказал, что мы будем смотреть фильм. Тогда, я совсем не понимал, как он узнал, где я живу. Но, чуть позже, Тёма сказал, что у него влиятельные друзья и знакомые, которые легко могут достать информацию о том или ином человеке. Мы посмотрели фильм, а потом он просто не захотел уходить. Сказал, что уйдёт, если только я пойду с ним. А потом я просто поцеловал его. Только по-настоящему, а не так как ты. Затем, Артём сказал, что ждал этого. Всё как-то само собой получилось, но я, действительно, рад. Я сидел с открытым ртом, а моя челюсть чуть ли не встречалась с полом. Вот так просто? И как это назвать? Судьба? Пусть так. В любом случае, я за него рад. — Боже, я счастлив за тебя, — я нежно улыбнулся Марку. — Не знаю, что он из себя представляет, но доверие он у меня однозначно вызвал. Так держать, мой мальчик. — Я показал большой палец вверх. — А теперь о той девушке, с которой был твой отец. Тёма о ней всё узнал. Что бы не рассказывать долго, я распечатал всю информацию. Вот, держи. — Марк протянул мне четыре листа в файле. — Оу, спасибо. Надеюсь, это нам поможет. — Поможет. Когда прочтёшь, дай знать. А сейчас нам уже пора. Жду тебя в коридоре.

***

      Перед информатикой Марк куда-то слинял. Скорее всего, пошёл к Артёму. По дороге в школу он мне только о нём и говорил. Глеба в школе не наблюдалось. Может, оно и к лучшему. Только где Макс? Возле кабинета его нет, в столовой тоже. Неужели не пришёл? в голове возникает наша встреча, затем диалог, в котором я так уверенно извиняюсь за своё поведение.       Вдалеке вижу знакомую макушку, которая выглядывает из толпы. А вот и наша встреча. — Привет. Ко мне подошёл Максим. Его голос казался сейчас таким мягким, а я стоял и не мог сказать ни единого слова. Сегодня он выглядит ещё хуже, чем вчера: под глазами синие мешки, кожа до жути бледная, бровь рассечена, а краешки губ заметно скукоженны. Видно, что всё стянуло после того, как он обработал рану. Или ему обработали… Костяшки рук сбиты, заметные покраснения на шее и огромный синяк в районе скулы. — Привет. — Еле-еле прошипел я. Ну и куда делась вся моя уверенность? Единственное, что я точно знаю, так это то, что мне необходимо извиниться. — Прости. — Выдал я, проводя над бровью Макса. — А поцеловать? — спросил Максим, слегка улыбаясь. Чёрт, он теперь меня вечно будет подъёбывать. — Извини за моё поведение, просто я испугался и очень сильно беспокоился за тебя в тот момент. К тому же я знаю, как это больно, когда бьют… — на одной дыхании выпалил я, надеясь, что он просто ответит «хорошо» и на этом мы разойдёмся, и я продолжу себя винить в одиночестве. — Зачем извиняться? Если бы я был против, то просто оттолкнул бы тебя. Зачем ты переживаешь? Расслабься. Ты ни к чему меня не принуждал, я сам на это подписался. С чувством выполненного долга, я стоял, наблюдая, как ты бежишь к репетитору. Ты, кстати, не опоздал? — закончил свою речь Макс. — Нет, не опоздал. Спасибо тебе за всё. — За такое не благодарят. Сядем вместе? — Сядем. Все ровно спасибо.

***

      Урок прошёл довольно хорошо. Елена Анатольевна не приставала к нам со своими фирменными фразочками, не лезла, не замечала. Меня это порадовало! Весь урок мы разговаривали об обезьянах, которые чуть - ли не захватили город. Моё настроение в разы улучшилось, а Марк ничуть не обиделся тому, что я сидел не с ним. На предпоследнем уроке Максим отпросился у учителя, потому что ему надо было на приём к врачу. Два последних урока я обдумывал сказанное им раннее. «Если бы я был против, то просто оттолкнул бы тебя», зхом раздавалось в голове. Значит ли это, что он не был против? Что за чертовщина?

***

      Дома я решил полностью расслабиться, забить на уроки и просто поспать. Последняя неделя в школе выдалась тяжёлой. Вика позвала меня в кино, но получив отказ, сказала, что «Не сильно то уж и хотелось идти с тобой! У меня ещё есть, кому предложить. Буду поздно!» И ушла. Я понимаю, что она не обижена. А вот кто этот человек, меня реально заинтересовало. Свою тётю кому попало не отдам!       Я решил принять душ, дабы полностью снять напряжение, смыть усталость и просто, по человечески, отдохнуть. Вода расслабляла, а я просто стоял под струями горячего душа. Это именно то, что мне сейчас нужно. Обвязавшись полотенцем, я вышел из ванны, смахивая капельки воды, стекавшие с волос, которые были, словно сосульки. Неожиданно в дверь позвонили. Странно, я вроде никого не жду. Может, Марк, со свиданки пришел, и поделиться впечатлениями не терпится? Посмотрел в глазок и не понял. За дверь стоял Максим, в ветровке, а руки держал в карманах штанов. — Ну, здравствуй, — сказал Ерёмин, ярко улыбаясь, а потом сразу же морщась от того, что подсохшая ранка на губе стала кровоточить, и, видимо, болеть. — В пять, как и договаривались. Точняк! Вот я и олух! Сам предложил встретиться, а потом забыл. Память, как у рыбы. — Привет, я как раз тебя ждал. Я готовился к нашей встрече, Максим. — Громко сказал я, пропуская гостя внутрь. Он буквально прожигал меня всего, осматривал меня с головы до ног, задерживая взгляд на животе. Чёрт, я же только с душа! Пипец, короче. Боже, какой позор! Что я только что сказал… Готовился, блять, к встрече. Неудачная ложь. — Проходи в комнату, а я пока надену что-нибудь. — Х-хорошо. — Как-то тихо выдавил Макс, разуваясь. Через минуту я стоял одетый, и предложил ему выпить чая.       На столе стояли две кружки, из которых веяло малиной, и тарелки со сладостями. За разговором я рассказал ему о том случае из моего детства, когда я застал своего отца с ней. Так же о том, что мама ушла от него, неизвестно куда. Конечно, я понимаю, что они оба виноваты. Просто, мой отец прекратит с ней общение, если его на это подтолкнуть. А пока их связывает секс и ничего больше. Никакой любви между ними нет, это и младенцу очевидно. С папой жить я, конечно, не намерен, но раз уж на то пошло, то пусть хоть кого-нибудь другого себе найдёт. Глядишь, счастье подцепит. Макс внимательно слушал меня, кивая головой, поедая печенья одно за другим. — Погоди, у меня на неё кое-что есть. Артём со своими друзьями откопали. Сейчас. Я встал из-за стола, побежал в спальню, захватил файлик и снова оказался на кухне. — Екатерина. Двадцать два года. Ни разу не была замужем. Бла-бла-бла… — я быстро пробежался глазами по тексту, пока одна фраза не привлекла моё внимание. — Была судима за нанесение тяжких телесных. Так, а вот тут уже интересно. Отсидела срок в два года, выйдя из тюрьмы, нигде не работала. Я замолчал, размышляя о том, откуда у неё столько дорогих вещей, машина, в конце концов?! Мой отец не настолько богатый, что бы дарить ей такие подарки. Разве что, она почку продала. И то, это не шибко походит на правду. — Откуда у неё тогда деньги? Я видел ту машину, которая стояла у школы. — Сказал Максим, а я в то время думал о том же самом. — Вот это мы и узнаем. Только никому о ней, ладно? — Окей. ДЕНИС! — выкрикнул моё имя Ерёмин, что я аж на стуле подпрыгнул. — У меня есть план. Поскольку, мы друг друга не взлюбили с самого начала, то можем это использовать. Я уставился на него, давая понять, что не понимаю, к чему он клонит. — Ну, смотри. Всё предельно просто. Когда она приедет к школе, я подойду к ней и скажу, что видел, как в тот раз ты над ней усмехнулся, и что ты меня очень сильно раздражаешь. Пусть, будет, типа, хм… О! Типа ты у меня девушку увёл! И я хочу тебе отомстить. Попрошу её о помощи, ведь, ей только это и надо. Она согласится, я вобьюсь ей в доверие, а заодно и про деньги узнаю… Откуда она их берёт и всё такое. — Гениально! Только, смотри, лишнего не сболтни.       Когда время приближалось к девяти, Макс направился в коридор, а я пошёл следом, что бы проводить. — Ты только больше не появляйся при мне в одном полотенце, которое еле-еле держалось у тебя на бёдрах. Я за себя не ручаюсь! Моё дело предупредить. — Максим подмигнул и поспешил выйти. Я так и остался стоять в недоумении с щеками, залитыми румянцем.