Муранский мальчик

- Йан! – Невысокий блондин соскочил со стула и грациозной походкой двинулся от накрытого стола по узкому проходу ресторана навстречу владельцу антикварной лавки на Порстмут-стрит. - Не называй меня так, Уилл, - поморщился Дамиан Фрост, и мужчины обменялись крепким рукопожатием, прежде чем расположиться на мягких стульях. Улыбаясь с молчаливым извинением, Уильям Харш скользнул рукой по спинке стула, беря в руку переливающуюся серебром цепочку, оставленную, когда он заметил вошедшего в зал друга. Сидевший напротив Дамиан не мог видеть, что было на другом конце цепи, но Уиллу явно не терпелось похвастаться новым приобретением: - Встань, - короткий приказ отдан жестким тоном, никак не соответствующим тому, с которым блондин кинулся к антиквару. Сквозь негромкий гул ресторана можно было расслышать тонкое позвякивание, перед тем как за спинкой стула Харша поднялся высокий, атлетически сложенный темнокожий мужчина, полностью обнаженный, если не считать за одежду поблескивающие лаком кожаные наручники и ошейник да некоторое количество цепей на теле. В любом другом ресторане его вид мог вызвать шок и осуждение, но не в этом, сообщающимся через широкие деревянные двери, скрепленные мудреной ковкой, в конце зала с бдсм-клубом, принадлежащим, как и сам ресторан, Уильяму Харшу. Темная кожа блестела в неярком свете настенных ламп, прикрытых тканевыми красными абажурами с золотой вышивкой. - Принеси нам выпить, Калеб, - раб слегка наклонился к хозяину, чтобы тот мог расстегнуть карабин, которым цепочка в его руках крепилась к туго затянутому ошейнику. Странной походкой он двинулся в сторону бара, давая возможность разглядеть его во всей красе. Когда Калеб пробирался по узким проходам между столами, лучи света, попадавшие местами на него, позволили Дамиану разглядеть, что от ошейника вниз уходило несколько цепочек. Две из них оканчивались зажимами, закрепленными на сосках, вызывающе торчащих вперед под воздействием впивающихся мелких зубчиков, на тонкой цепочке между ними болталось несколько металлических грузиков, сталкивающихся друг с другом при каждом шаге раба. Калеб подошел к барной стойке, одна из цепей струилась как смертоносная змея вниз по его спине, пересекалась с поперечно закрепленной чуть ниже талии более грубой цепью и терялась между двух вздрагивающих при ходьбе полушарий. Прекрасно зная своего друга Уилла, антиквар был уверен, что кольцо мышц, прикрывающее атласную плоть этого черного атлета, сейчас более чем растянуто анальной пробкой, скорей всего тяжелой металлической, именно поэтому походка раба такая странная, он пытается удержать в себе дарящую наслаждение вещицу. Взяв поднос с парой бокалов, Калеб двинулся в обратный путь, заставив Дамиана улыбнуться, поскольку друг его не изменил своих предпочтений – член раба был надежно охвачен от основания и яичек плотным бондажем, оставляя открытой лишь поблескивающую ярко-розовую головку. Заметив взгляд и улыбку антиквара, блондин выудил из нагрудного кармана легкой рубашки небольшую коробочку с кнопками и нажал поочередно две из них. Бедра Калеба заметно напряглись, белки глаз вспыхнули в свете ресторана, когда он посмотрел на хозяина, а член, охваченный крепкой кожей, дернулся вверх. Уилл всегда был изобретателен, замыкая в оковы почти готовый к разрядке орган в последние мгновения, чтобы возбуждение нарастало до определенного пика, когда мозг застилало одно лишь желание - желание излиться, но именно его он и лишал, снова и снова доводя своих рабов до помешательства. С тихим стуком поставив перед хозяином и его другом бокалы с напитком, раб снова встал за спинкой стула Уильяма. - На колени, головой в пол, - короткий приказ и четкое его выполнение. Сорокадвухлетний чернокожий строитель Калеб Серф скрылся от взгляда синих глаз антиквара за столом. - Хорошее приобретение, - подытожил Дамиан, поднимая бокал, как оказалось с виски, и, протягивая его к другу, предлагая жестом выпить за это. С легким звоном они чокнулись и пригубили напиток. Довольно облизываясь и наслаждаясь терпким вкусом выдержанного алкоголя, Харш проворковал: - Я был уверен, что ты оценишь его высоко, - театральный глубокий вздох не смог обмануть синеглазого мужчину. - Даже не надейся, что я вернусь в тему, - предупреждая поток слов, сказал он. - Йан! Ты доминант из доминантов! - Был, Уилл, был доминантом. Сейчас тема интересует меня не более чем искусство, - в голосе не слышалось сожаления. Болтая бокал с виски, ресторатор посмотрел светлыми зелеными глазами на плескающуюся в нем жидкость и допил ее залпом: - Бывших в теме не бывает. Сколько лет ты хранишь целибат? Фрост пожал плечами, безразлично отвечая: - Может пять, а может и семь лет. - Восемь, дорогой мой, восемь! Восемь лет как умер мой отец. Восемь лет как я переквалифицировал производство конской упряжи в производство бдсм-инвентаря. Восемь лет как безногий Том покинул тебя, а ты принял этот долбанный целибат! – Не раздражение, а горечь сквозили в его словах. - Вот, прицепился ты к этому слову, - усмехнулся Дамиан, пытаясь свернуть тему разговора, но друг его не повелся: - Тебе стоит вернуться и занять свое место. - Я не горю желанием снова остаться один. - Кто сказал, что ты останешься один? Я же с тобой! Уголки губ антиквара тронула ехидная улыбка: - Ты готов стать моим сабом? Уилл подавился собственной слюной: - Тьфу ты, черт! Если дело в сабе, то нет проблем его найти. Дамиан отрицательно покачал головой: - Найти саба проблем нет. Проблема есть в том, что нет такого саба, который бы подошел мне. Против этого у Уильяма Харша аргументов не нашлось, и он поднял руки в знак того, что на этот раз сдается. - Кстати, я не спросил у тебя по телефону, но вопрос не дает мне покоя. Неужели ты ради встречи со мной закрыл свою лавку раньше? – Разрезав на небольшие куски отбивную, ресторатор отложил часть мяса на пустую тарелку, полив щедро сверху острым соусом табаско, он поставил ее на пол перед рабом, жестом приказывая есть, после чего поднял взгляд на друга в ожидании ответа. Медленными глотками наслаждаясь виски, Дамиан слегка улыбнулся: - Магазин работает. Я нанял работника. Можно сказать, что нанял. - Чертов мир слетел с катушек! – воскликнул Уилл. – Кто же счастливчик, который теперь в подчинении у самого дьявола? – Мысленно он усмехнулся получившейся неоднозначности. Придвинувшись ближе к столу, антиквар дал себе мгновение на раздумья, прежде чем ответить: - Студент, - решив было ограничиться одним этим словом, он заметил блеск в глазах друга, поэтому продолжил прежде, чем тот начнет выпытывать, - Он разбил вазу братьев Тосо, поэтому сейчас отрабатывает ее стоимость, - шумный вздох разочарования на другом конце стола породил на его губах улыбку. – Даже не думай. Во-первых, он очень молод. Во-вторых, он скорей всего натурал. Во всяком случае, за две недели работы к нему забегало несколько девчонок, с которыми они очень мило шептались, - слово «мило» Дамиан не сказал, а словно выплюнул в отвращении, поскольку ему действительно не нравились эти девушки, льнущие к его работнику и отвлекающие его. - С каких пор тебя останавливает возраст? Разумеется, я не говорю о заведомо несовершеннолетних, - Уилл не терял надежды возродить активные действия друга в теме. - С тех пор как мне исполнилось тридцать четыре, - плавным движением он взъерошил светло-русые волосы от затылка к макушке. – Этому парню только должно исполниться двадцать… Харш ухватился за это с коварной улыбкой охотника на крокодилов, севшего на хвост зубастому альбиносу: - Так, значит, ты все же положил на него глаз? - Черт, Уильям! Сколько можно повторять, что мне никто не нужен? Кроме того, этот студент безобразно одевается и ведет себя как подросток! – Огонек злобы плеснулся на дне потемневших синих глаз. Ресторатор понял, что не все так просто как кажется, и, возможно, даже друг его не совсем еще понимает, что происходит с ним. Оставив реплики антиквара без ответа, он совершенно спокойно продолжил ужин и сменил направление разговора, уводя его все дальше от темы, про себя решив обязательно наведаться в антикварный магазин на Портсмут-стрит в ближайшее время, пока не произошло кое-что более неприятное, чем разбитая ваза муранского стекла стоимостью пятьдесят тысяч фунтов стерлингов.