Режим выживания Брока Рамлоу

Как бы сильно ни предвкушал Брок свой, в некотором роде садистский кайф от третирования суперов, но решил отложить это удовольствие. Наслаждаться подобным хотелось бы в более адекватном состоянии и с трезвой головой. Потому как слишком странно он себя ощущал, слишком хорошо… слишком. Все же переход от дохлого тушкана до призового рысака оказался чересчур резким, да и пережрал он эмоций от щедро делящихся ими суперов. Вот и ощущал Брок себя упившимся в сопли, перевозбужденным и в то же время сонным. Черт, да его даже на ужин не хватило, поэтому дав ЦУ прибрать, привести в порядок, и не беспокоить ни в коем случае, свалил в единственную уцелевшую спальню, принадлежащую Роджерсу. В постель он рухнул со стоном. Спору нет: он и на камнях мог бы выспаться, после такого фееричного открытия источника своей силы, его уже ничем не испугаешь, но. Постель. Белье. Человеческие, блядь, условия! И не устоял он, потому что похер, что чудом-юдом стал, но сам-то себя все равно человеком ощущал, потому спать хотел по-человечески, а не в том уебищном гнезде сумасшедшего старьевщика! Пусть теперь там суперы без него ютятся! *** Пробуждение вышло в стиле: вас не ждали, а вы приперлись. Поначалу Брок даже не понял, что выдернуло его из сна. На первый взгляд все было тихо. Просыпаться вроде еще рано, самые сладкие и вкусные предрассветные часы, осторожное светило только-только робко выглядывало из-за краешка горизонта, разгоняя ночную темень. Все практически идеально, за одним весомым исключением, которое не вписывалось в эту идиллию: лохматая фигура, что осторожно кралась к нему, вот и нашлась причина кайфоломщика сладкого утреннего сна! Эмоции подбирающегося к нему Солдата легко считывались и обескураживали своей простотой. То ли Брок набирал силу, то ли способность прогрессировала, но эмоции он теперь считывал на раз. Чертов Зимний, если от Роджерса шло невнятное, заглушено-тревожное, то вот от Призрака… Брок куснул губу, пытаясь подавить раздраженный смешок, вот же засранец, не получается на него злиться. Чертов Солдат, как же для него все просто! Вот кого не заботили лишние мысли и амбиции. Может, в этом вот уходе от реальности разбитых личностей Зимнего и Барнса есть рациональное зерно? Лишние заморочки разъедали парня, как ржа железо, ломая и куроча его суть. А сейчас всё ровно и никакого душераздирающего раздрая. От Зимнего шел на удивление ровный эмоциональный фон. Прямо сейчас парень был в ладу с самим собой, и Брок, честно говоря, оставил бы его таким без всяких сомнений, если бы не видел, что тот деградирует. Получив то, что Зимний считал важным для себя, он все больше замыкался на нехитром существовании. Необходимый ему Брок тире вожделенная задница в пределах доступа. Есть еще и Роджерс, как добытчик еды и удобный сосед, что в принципе равнялось безопасности. И есть очень большая вероятность, что вскоре очередность необходимого у Зимнего поменяется, а после и этот короткий перечень начнет сокращаться. Сначала из уравнения может вылететь Брок, потом безопасность, потом ассоциация Роджерс-еда тоже канет в Лету. А после… милосердней будет пристрелить то, во что превратится этот бедолага. Так что самоустраниться не выйдет, придется террорить парня, играя роль раздражителя или катализатора, не суть, главное растормошить и попытаться слепить из амебы приличную личинку. И приступать к этому придется недоспавшим и как можно быстрее, потому что еще секунда промедления, и учить уму-разуму Зимнего придется в постели, а это сильно нивелирует воспитательный эффект. - И куда так бодро несемся, Солдат? – почти подобравшаяся к кровати тень застыла. Брока окатило смесью разочарования и упрямства, - Я не разрешал меня беспокоить, брысь! Растерянность Зимнего мгновенно сменилась возмущением и досадой, все же его сканер эмоций – это натуральное читерство, как сказали бы игроманы Роллинз и Трой, который играл, кажется, даже во время сеансов связи, но Броку подобное преимущество было только в масть. - Харю попроще и не рычи. Хочешь чего, постучал, спросил, получил РАЗРЕШЕНИЕ, и лишь потом суешь свою наглую морду. Как понял, Солдат? Отповедь, сказанная уверенным и полным силы голосом, Зимнему не пришлась по душе, в простых до этого эмоциях закипела более сложная смесь. Брок с интересом прислушивался к агрессии, опасению и растерянности. Зимний хотел бы взять свое, невзирая на сопротивление, но слава яйцам помнил свой страх, когда Брок валялся в управляемой коме, и повторения боялся настолько сильно, что смог преодолеть порыв решить все силой. Вот и растерялся, а затем нахлынуло волнение, тревога и тоска, но сильнее всего по Броку резануло какой-то стылой горечью, что накрыла Зимнего. - Ты чего нюни распустил, вон, твой друг незабвенный под дверкой за тебя распереживался. Иди к нему, на пару друг друга пожалейте, а я спать. И да. Не будить, как понял? Не слышу, Зимний, словами через рот, а не азбукой Морзе ресничками! - …Командир… - хрипло, невнятно и угрюмо. - Ага, он самый, и? – откровенно подначивал Брок, понимая, что сон все же съебался окончательно. Захотелось пожрать, желудок вспомнил, что его не сводили поужинать, и потому приготовился выражать свое категоричное несогласие с таким положением дел. Ага, оставалось затянуть «Теперь ты в армии сынок…» как тогда, в бытность зверем и посмотреть на реакцию суперов: выработался у тех рефлекс кормить голодного Брока или нет. Шутка, в которой юмора, впрочем, не было. Раз уж решил остаться с этими отморозками, то условия хотел максимально комфортные. - Мой?.. – как-то неуверенно спросил Зимний, и Брок едва успел задавить в горле привычный отзыв «Твой», поскольку – неа, теперь не Брок его, а вот сам Зимний уж точно принадлежал Броку. А почему бы нет? По крайней мере, до того момента, пока не оклемается от обвала личности. - Свой. Что насчет завтрака, раз уж разбудил, голова садовая? Насупленная морда и еще большая растерянность в чувствах, Брок вздохнул, чертовы щенки, что этот, что тот, за дверью. - Ладно, - потянулся он всем телом, с удовольствием от отсутствия слабости и боли, - тащи свою подружку на кухню, проинспектирую, чего вы там наубирали и приобщу к великому искусству кулинарии. За дверью предсказуемо обнаружился нервничающий Род…Стив, надо привыкать звать их по имени. В свете того, что и как он будет с ними творить, фамилии уже неуместны… вот только с Зимним придется подождать, для пользы дела, акцент на прозвище вместо имени и ласковых прозвищ станет еще одним триггером для удержания того обломка, что пока еще является личностью. - Плохо за дружком приглядываешь, синеглазка, один штрафной уже заработал. - Что за… мы же не в армии, Брок, ты уж слишком утрируешь, - недолго музыка играла, Роджерс и упрямство – неистребимо! - Да ни фига, я с вас живых не слезу, пока обоим мозги не прочищу и не посчитаю, что мы в расчете! – тут же окрысился Брок, но дальше гнать волну не стал, удивленный реакцией Род… Стива. Вместо ожидаемого настороженного недовольства и возмущения на него полыхнуло испугом. Какого? Что он такое сказал, чтобы Род… блядь, Стива так пугнуло? Долго гадать не пришлось, подобравшись, это синеглазое недоразумение нахмурилось. - А когда ты решишь, что мы в расчете, то… ты что думаешь, - Стив на мгновение прикусил губу и быстро закончил: - ты думаешь уйти от нас? Со спины угрожающе заворочался Зимний, Брок недовольно пожевал губу, пытаясь найти в себе терпения. Потому подумал, ну нахрена, все равно не был святым и уже не станет, так что можно. - А что, я тут у вас пожизненно, что ли? Хули ты начинаешь, Кэп? Всю жизнь собрался в этих ебенях отсиживаться? Так спешу огорчить, я себя на цепь сажать не дам, мне уже хватило тех, кто из меня цепного пса делал. Больше нет. - Ты вспомнил? Все вспомнил, правда, же? – тут же выцепил важное для себя Стив и взгляд его похолодел. - И что это меняет? Раз вспомнил, то ты включишь Кэпа и во имя слепой справедливости, начнешь зачитывать список моих прегрешений? Счет предъявишь, о, неужто ошейник с кандалами нацепишь, на злоебучего предателя и перебежчика?.. – ядовито плюнул Брок и нахмурился. Что за? Как-то странно Стив вильнул взглядом, да ну нахрен… - Серьезно? – не, вряд ли список и счет, от этого болезненный румянец на скулах не вспыхнет. Что он там ляпнул? Счет… нет, не это. Наручники… ошейник… вот сука! – И где символ моей ублюдочности и твоей власти хранится? Как надевать будешь: с уговорами или сразу махаться начнем, поскольку на это дерьмо я живым не подпишусь. Встревоженный Зимний тут же возник между ними, заталкивая Брока себе за спину. Было бы смешно, если бы не было так грустно. Противостояния между суперами Броку нахер было не нужно. Сти… Роджерс был с этим согласен, сразу отступив, чтобы успокоить отморозка. - Баки, мы не будем с Броком драться, это просто… недоразумение, мы просто поговорим, правда. - Не трогать! – невнятно и трудно угадываемо рыкнул Солдат, но Роджерс уже приноровился к расшифровке этого рычания. - Только с твоего разрешения, Бак, я помню, всё как ты хочешь, - тут же мягко согласился Роджерс, вызывая у Брока желание побиться об стену. Потому что, потакание Зимнему во всем, в данном случае не пойдет последнему на пользу. Да, ссорить неразлучников нельзя, но и на тормозах спускать конфликтную ситуацию тоже. - Ни хуя, Роджерс, все будет только по-моему. Надумаешь ошейник надеть – урою. Надумаешь на пару с Зимним мне кислород перекрывать – урою. Или работаем на добровольных началах, либо как говорится, остаемся каждый при своем. Я сам по себе и подальше… - тут предсказуемо подпрыгнуло волосатое чудовище, протягивая загребущие лапки в сторону Брока, но хер там, его уже там не стояло. Во, Брок придумал, как называть эту хрень, которая перемещает. Не телепорт и перемещение – долго и безвкусно. А вот «блинк» – ему нравится. Так что Брок блинкнул за спину Роджерса и ухватив его за предплечье, не успевшего или не захотевшего отреагировать на такую близость, злорадно уточнил: - Теперь у меня есть все возможности для натягивания вас на глобус, но я все еще тут и согласен на разговор и взаимно выгодное сотрудничество, так как, синеглазка, что надумал? – Брок выпалил это, кося глазом на звереющего Зимнего и тут же блинкнул прочь, оставляя Роджерса самого сдерживать несущееся на них ревнивое недоразумение. *** Зачетная способность, однако, только жрать от нее хотелось еще сильнее, да и голову покруживало. Поэтому и блинкнул Брок с траектории Зимнего на кухню, ближе к жратве, со злорадством прислушиваясь к грохоту и разборкам. Солдат рычал, Роджерс пытался успокоить, скрывая досаду. Ага, досадовало его величество, причем с хорошей долей стыда, что говорило лишь об одном: нечиста совесть у героя нации. Да, вот оно, падение нравов во всей красе, и что просто замечательно: Брок теперь подобные вещи может просекать на раз… Кстати, насчет этой фигни. Хрупнув крекером, пока грел сковороду, Брок задумался об одном нюансе, до этого как-то до ума не доходившем. Он считывал Зимнего с Роджерсом, все лучше и лучше. Но. Если вспомнить, то когда это произошло впервые, рядом с ним крутилась эта Чо, после медбрат с каменной рожей, но от них почему-то ничего подобного не улавливалось. Конечно, тогда мозги были набекрень, да и ощущалось все как-то эфемерно, и Брок во все это особо не вникал и всерьез не воспринимал. Тогда. Сейчас же это повод задуматься. А эмоции других так же будут его сшибать, или это только избранная реакция на двух суперов? Брок нахмурился, жаль к этим способностям инструкции не полагаются, приходится вот так, на кофейной гуще гадать, мля. Да ну нах, вряд ли это избирательная функция, обидный облом выходит… А с другой стороны, это сейчас, пока источников эмоций, типа излучателей (считай людей) рядом не так много, он раздухарился, а что будет, окажись он посреди многолюдного города? Точно сдохнет – головняк еще тот весь этот бедлам ощущать. Брок мысленно завязал узелок на память, что нужно как можно быстрей прокачивать заглушку от чтения эмоций – наверняка кто-нибудь головастый придумал варианты, стоит пошерстить всякую мистическую литературу, а то выпрется Брок в мир, к людям и помрет от сенсорной перегрузки, ну его нафиг! Так что сбегать от суперов в ближайшее время Брок категорически не собирался – ему гораздо выгоднее затихариться с ними. Естественно, о подобной необходимости суперов извещать он не собирался, пусть воспринимают как его широкий, блядь, жест! А сам, пока будет помогать склеить Солдату свои остатки личности во что-то более цельное, параллельно займется и своим самоконтролем, ему нужно разобраться в управлении этой неведомой поебени ДО того, как их пути-дорожки с этой ебанутой парочкой разойдутся. Сканер эмоций, блинк и зверь – нехилый список не самых простых способностей, которые нужно освоить, чтобы не попасть впросак в будущем, а еще… вот эта вот подзарядка от леса. Что будет, если он в городе застрянет, искать комнатные растения, что ли? Короче, сейчас валить отсюда пипец как невыгодно, на его взгляд, его присутствие тут было взаимовыгодным для всех и для него не в последнюю очередь. Условно безопасно, практически уединенно, как-никак крыша над головой имеется, жратва опять же по первому требованию – вон, правильно себя поставить, так ему Солдат хвост на поворотах подносить будет, ну пока не оклемается, по крайней мере. Смысл ютиться где-то под постоянной угрозой обнаружения, гробиться, пробиваясь грязной работой на темных типов, вместо практически курортного проживания на всем готовом? Да и к тому же, есть неплохой шанс выторговать с Роджерса удобные и полезные плюшки… Не, хрен его отсюда выдворят. К тому же, несмотря на суперов и их закидоны, он просто уже не может бросить Зимнего. Пусть и не по собственному желанию, но именно Брок послужил основной причиной деградации парня… Бля, он едва рукой не полез проверить: не появился ли нимб над его затылком – а то чуть ли не святым себя почувствовал. Но тут в кухню залетел предмет его размышлений со своим дружком, и пустые мысли пришлось отбросить. На скуле хмурого Роджерса светлел хороший такой бланш, Зимний разве что пар из носа не пускал, прямой наводкой несясь на Брока. Но… хватило одной поднятой брови, чтобы отморозок замедлился и двигался уже осторожно, боясь вспугнуть неуловимого командира. - Зимний, сел и не отсвечивай, мне с твоим дружком надо важное перетереть, а потом с тобой порешаем, как понял? - … - Словами, Зимний, если будешь молчать в ответ, я буду держаться от тебя подальше. Так что, сидишь и ждешь, пока я не переговорю с Роджерсом, как понял? - Понял. - Что понял? – вредно уточнил Брок, но видно хорошо придавило Зимнего, что тот прогнулся. - Сидеть, ждать. - Моя детка, - расплылся в кривой улыбке Брок, ловя ответный жадный взгляд… взгляды обоих. Мля, вот же прибило этих недоумков на нем! Пришлось напомнить себе, что он сам решил остаться, поэтому праздновать труса поздно, способности в помощь и вперед. Противень горячих одуряюще пахнущих колбасок и бекона дополнил гигантский омлет, а стопка идеально прожаренных тостов выстроилась напротив горы оладий, словно соревнуясь в аппетитности. Черт, Брок та еще домохозяйка, но жрать захочешь еще не так выебнешься. - Жрем, говорим, без рукоприкладства… *** Какие бы ни были огромные порции, но все трое с ними справились играючи. Напряжение чуток спало, и Брок ухнул в омут с головой. - Итак, Роджерс. Новые обстоятельства требуют новых условий. Сразу уточню – я готов остаться тут, пока Зимний не придет в норму, но это не значит, что я позволю и дальше обращаться со мной как с бесправным пленником. И наездов по поводу прошлого я уже нахлебался – начинаем с нового листа или ариведерчи. Кстати, ты ведь не думаешь, что я ничего с тебя не потребую? Это же я вам нужен, значит, свой профит получить имею право. Так что есть, что сказать по делу, конструктивно и не заносись. Твоя очередь. - Какой профит? – предсказуемо Роджерс тут же вцепился в главное, по его мнению, посчитав остальное не настолько важным. Наивный. Каждый пункт требований Брока был весомым, и необходимым, но и по цене потрепаться – это он с большим удовольствием. - Обвинения, Роджерс. Нахрена мне тут мудохаться, чтобы потом вновь играть дичь от всех спецслужб и вашей неуравновешенной компашки? Чистый послужной список… - А почему не кресло президента сразу? – тут же раздул ноздри Роджерс, но Брок лишь лениво пожал плечами. - Не, хлопотно слишком. А вот официальное помилование по всем пунктам – самое то! Надоело, знаешь ли, по норам ныкаться, хочу легальную жизнь. - После всего, что ты… всё это так просто не спишешь… - Бла-бла-бла! Как ты там громко орал Нику, про фрагментацию? - Что, откуда ты?.. - Да ну, Роджерс, я ж служил там же, где и ты, и так же, как и ты, выполнял приказы. И ведь пока ты не взбрыкнул, никто и знать не знал, ху из ху в этом гнезде гадюк… - Уж ты точно знал! - Ага, про Пирса точно, а вот остальные… - Брок неприятно улыбнулся, - остальные мне не докладывали, чьих они будут, да и Фьюри твой едва ли не в десны с Пирсом лизался. Так что извиняй, тут или уж уворачивайся, или подставляйся. А на мне мои люди – мой шаг влево, потом ногами вперед не только они, но и все их родственники. Так стоила ли овчинка выделки? - Я… - Ты! – тут же перебил Роджерса Брок, привычно наливаясь дурной яростью, - Ты, звезда, блядь, без тормозов, тебя самого пользовали во все дыры, затыкая тобой все дырки и «фрагментируя» - что, блядь, ты мог? - Тем не менее, Гидра пала! – затвердел желваками Роджерс, на что Брок презрительно отмахнулся. - Уверен? На все сто? Бля, какой же ты наивн… да и вообще, сбавь гонор. Ты вне закона практически, отсиживаешься в дыре, лишь благодаря покровительству своих дружков ебанутых, не бегаешь с языком на плече от охотников за головами. - Я не бега… - Роджерс, хули ты мне тут пальцы веером раскидываешь? Думаешь, если постараться, то никто не сможет найти на тебя управы? Тебе позволили, удобная ты фигура, ширма и символ, вот и не хотят тебя подчистую списывать. А по сути, и на тебе вина в том, что всех мутантов, а ты, как ни крути, к ним тоже относишься, к ногтю прижали… - Уже нет, Рамлоу, ты отстал от жизни, заковианский договор пересматривается и уже внесено много поправок… - Зубы не заговаривай, ты знаешь, что я знаю: этот ебанный договор вообще не должны были подписывать! – цыкнул на него Брок и Роджерс слегка сдулся. - Я был против этого договора с самого начала, но… мнения разделились и сейчас все не просто… - А я о чем! Ну ладно, не вскидывайся ты так, Кэп, уверен, по любому что-то изменится, недаром же этот договор уже трещит по всем швам. И можешь не оправдываться, что тогда звезды так сложились: Баки, я, вот и понеслось дерьмо по трубам… - Брок, это уже… - Ладно, это все лирика. Главное, хоть ты и не у руля, но связи не растерял, так что тебе по силам сделать мне приятно. Ну как, по рукам? То есть, одно условие я озвучил… - Одно условие? То есть… Как же у тебя все легко и просто, Брок. Почему на уступки должен идти я, а ты только требуешь? – сложил руки на груди Роджерс, но суровое выражение быстро сменилось растерянным, при взгляде на Барнса. Брок понимающе хмыкнул: - Ага, привык я выживать, поэтому не упускать возможности – это мое кредо по жизни. Но мы можем еще полдня толочь воду в ступе, а у Зимнего терпелка скоро совсем закончится. И повторюсь – я вам нужен больше, чем вы мне! - Не слишком много самоуверенности для того, кто еще недавно едва не отдал Богу душу? – возмутился Роджерс, но прямого взгляда Брока все же не выдержал. И это почему-то еще сильнее разозлило Брока. - А по чьей вине? И да, Роджерс, будь уверен, еще раз решите загнать в угол – помру, но вы меня не получите! - Брок!.. – поморщился Роджерс и огорченно вздохнул: - Я не собираюсь загонять тебя в угол, ты прав, обстоятельства изменились и ты действительно нужен нам. Обоим. И я обещаю, что тряхну всеми «связями», как ты говоришь, чтобы убрать твое имя с листа «Разыскивается». И насчет бесправного раба – не преувеличивай, пожалуйста: это мы постоянно делаем все, чтобы тебе было комфорт… - тут Роджерс опомнился и даже смутился, быстро поправившись: - Скорее ты нами помыкаешь, а то, что произошло тогда – это не повторится, против твоей воли никогда, просто… как видишь, не настолько уж я правильный, и поддаюсь низменным страстям… - Проехали! – буркнул Брок, не желающий выслушивать дальше обтекаемые оправдания свинству, всеми этими извинениями Роджерс мог подтереться, обещание дано, остальное пустой треп. - Э… да… - кивнул, прочистив горло Роджерс, - что там еще? Остаются «наезды» и срок восстановления Баки. По поводу упреков – ты во многом прав, принято. Но насчет Баки… а потом ты хочешь просто уйти от нас? - Так, Роджерс, что за… - Ты уверен, что Баки сможет тебя отпустить, даже после того, как придет в порядок? - Ха, о чем ты? – глумливо задрал брови Брок, - О боже, неужто о сексе? - Брок… - Пиздец, Роджерс, ты так печешься о Баки, но при этом так многозначительно добавляешь «нас», что это делает расклад еще пикантнее. Ладно, у Зимнего я это могу понять, после всей этой херни, он на мне зациклился, но при чем тут ты? Может, кому-то пора завести себе какую-нибудь веселую вдовушку, чтобы спускать пар и не цепляться за мой потасканный зад? Или у тебя ко мне «ЧУВСТВА»? – заржал Брок, намеренно грубя. - А если и так, то что? – удивил его Роджерс, заставляя подавиться смехом. Не, Брок в курсе, что у Кэпа при помутнении сознания на него встает, а может у него вообще на любого встает – это же вполне может статься простым… э, совпадением? - Кэп. Охренел? Типа, решили «девочку» на двоих сообразить, как в ваши древние времена? Так извини, я вам подставляться не собираюсь, тем более тебе. Это Зимний на одних инстинктах, ему и не такое списать можно – у него сейчас мозги в отключке. А у тебя, сука, нет. Так что, не расслабляй булки – если меж нами секс и случится, то это ты подмахивать будешь!.. - Брок, послушай, - покраснел Стив, - я знаю, что никакие оправдания… - Не изменят того, что ты долбоеб, я знаю, - Брок пожал плечами, - просто теперь ты – долбоеб без права что-то решать. Я дал тебе высказаться, но ты того не заслуживаешь, а значит, мы закончили. Можешь свалить нахер, но если остаешься, то признаешь, что рулю теперь я, возражения не принимаются. Ты не лезешь в то, как мне вести себя с твоим дружком, он мой. Мне решать. Всунешься со своим ценным мнением, я сваливаю, а ты собирай осколки того, что уже не склеишь… - Но… - Блядь, да пойми ты, тупая блондинка! Ты своим сюсюканьем создаешь ему удобную среду для дальнейшей деградации. Осознай уже такой грустный для тебя факт, что твоего фронтового дружка вернуть не получится, как бы ты этого ни хотел. Моя задача: склеить хоть что-то, что не рассыплется вдребезги, и я сделаю всё для этого. И, Роджерс, если не хочешь по остатку получить пускающую слюни бешеную псину, не влезай! - Брок, ты… - начал Роджерс и вдруг обмяк, кивая, - хорошо, я постараюсь, меньше всего я хочу навредить Баки. Я останусь, просто считай, что у тебя не один подопечный, а двое. - Серьезно? Без дураков, ты понимаешь, на что подписываешься, принцесса? - Да, Брок – это, по-моему, единственный вариант остаться рядом и загладить вину. - Роджерс, я тебе все грехи отпущу, можешь сваливать сразу… - Мне не нужно формальное прощение, и я не уйду. - Ты в курсе, что миндальничать с тобой никто не будет? - Меня это устраивает. Я умею быть хорошим солдатом. - Ты умеешь быть отличной мозгоебкой, но. Лады, - протянул Брок, сощуривая глаза и откидываясь на спинку стула, - ох, Роджерс, это ж как именинный пирог получить, я научу тебя подчиняться папочке! Не то, чтобы я мелочный, но… тебе это реально дорого встанет. И да, - поднялся Брок и навис над упрямо поджавшим губы Кэпом, - лучше бы тебе побыстрее с моим послужным списком разобраться – глядишь и себя долго ломать не придется. Я хоть и мстительный, но отходчивый. Зимний, за мной! - Не Зимний. На мрачное заявление Зимнего завис не только Брок, но и Роджерс. - С хуя ли? - Бак? - Не Зимний. Не Бак. – Так же безапелляционно и мрачно. Брок рухнул обратно на стул. - Та-а-ак. И что это за новости, давай, колись мороженка выебнутая, что еще в твоих мозгах сквикнуло? На вопрос из-под длинной челки остро сверкнуло серебром, а железная клешня собралась во внушительный кулак. - Не мороженка. - Бля, это ты про собственную идентификацию опять загрузился? - Командир. – Зимний посмотрел на него, повернулся к Роджерсу, - Стив. – После стукнул себя по груди: - Детка! И Брок заржал во все горло, до икоты, до боли в скулах. Да, конечно, это был сомнительный повод для смеха, но Брока словно прорвало. Черт подери, легендарный убийца-киборг, безупречный и пугающий, на полном серьезе требующий называть его Деткой – это выносило мозг почище крэка, а добавить ко всему этому абсурду еще и вид растерянного Стива, столпа нравственности и недоделка, едва ли не насильника одновременно, то это был край. Вот и смеялся Брок. Это был смех на грани истерики, но в то же время какой-то очищающий, Брок смеялся, и ему было и больно, и хорошо. Наверное, так плачут женщины, выплескивая эмоции, так и Брока смех избавил от излишнего напряжения, накопившегося за эти непростые дни и недели. - Ну что, Роджерс, а ты не хочешь поменять себе имя? Хочешь, буду на постоянной основе звать тебя, к примеру, Принцессой? – выдавил сквозь смех Брок и, глянув на насупленного Зимнего, едва смог подавить очередную волну гогота, - Все, не залупайся так Зи… Детка, не заслужил еще, но ладно, авансом, можно сказать, буду так тебя звать. Только запомни, сладкий: перестанешь разговаривать – вновь станешь Зимним, как понял? Разом посветлевший и успокоившийся Зимний-Барнс-Детка довольно кивнул: - Понял! - Ну и молодец, а теперь на прогулку, Роджерс – наряд по кухне… - Брок двинулся к выходу, гадая, скажет чего Кэп или проглотит, за спиной раздался вздох и… не проглотил. - Брок. - Аюшки? – не оборачиваясь подобрался Брок, не желая злиться, но быстро теряя веселый настрой, однако слова Роджерса заставили ошарашено развернуться к синеглазке. - Я хочу… э, то есть, я согласен на Принцессу, Брок. - Оху… - Язык, Брок, все же с Принцессой говоришь, - мягко улыбнулся это… этот ненормальный псих, и Брок клацнул зубами, подбирая отвисшую челюсть. Чертов Роджерс, это ж надо, даже тут сумел вывернуть на свой лад! Впрочем, в эту игру могут играть оба. - Ох, Ваше Высочество, вы уж простите, но я куртуазным манерам не обучен, всего лишь грубый вояка, недостойный вашего высочайшего внимания, так что просто не обращайте внимания на меня и приятно оставаться в королевстве тарелок и сковородок! – Расшаркался Брок и пока брови Кэпа задирались, быстро вымелся прочь, как и Зимний, следующий за ним по пятам. *** Зимний настороженно следовал за Броком, четко держась за левым плечом, отойдя после нескольких тычков на пять шагов. Расстояние злило Солдата, но пока тот сдерживался. Конечно, Брок прекрасно понимал, что очень скоро ему придется вновь отстаивать свое право командовать. Это сейчас у Солдата еще не прошел страх от содеянного, но проблема была в том, что его разум постепенно сдавался, заставляя Зимнего действовать все больше на инстинктах. А значит, в попытках избавиться от лишних эмоций и мыслей, этот страх позабудется и вскоре на выходе получится то еще животное, отягощенное простыми желаниями: жрать, спать и трахаться. Оседлав удобное бревно, то самое, где когда-то им уже приходилось вести задушевные беседы, Брок задумчиво посмотрел на Солдата. Зла на это уёбище он не держал, но для решения проблемы, которую он взвалил на себя, ему придется действовать довольно цинично, используя метод кнута и пряника, а эта дрессура мало что имела общего с нормальным человеческим обращением. И по отношению именно к этому несчастному это выглядело мерзко – после того, через что прошел Зимний, снова окунать парня в это дерьмо Броку очень не хотелось. Но альтернативы он не видел. - Ну что, Зи…Детка, натворил ты дел. Волосатое небритое существо качнулось к нему, но все же замерло, неохотно подчиняясь жесту. - Хочешь меня? Зимний кивнул и снова попытался придвинуться, но Брок хлестнул его по плечу подобранной длинной веткой. - Стоять! – а на горловое рычание холодно одернул: - Хочешь чего - озвучивай, говори словами. Еще раз рыкнешь – дистанцию увеличу! Недовольно засопев от хлесткого удара, Зимний оскалился, и сердито зыркнув, нарочито медленно сократил расстояние на шаг. Брок пожал плечами и блинкнул, мгновенно оказавшись у дома и покачнувшись от головокружения, с которым успел справиться, до того, как из леса выломился взъерошенный Солдат с очумелым взглядом. Заметив Брока, тут же рванул к нему, но в этот раз дисциплинированно замер по сигналу. Смерив Зимнего холодным взглядом, Брок процедил: - Ослушаешься еще раз, исчезну подальше и надолго. Как понял? – на судорожный кивок он жестко рявкнул: - Словами, блядь! Будешь молчать – уйду! - Понял! – хрипло выдал нервно вскинувшийся Зимний. - Понял, командир, - с нажимом добавил Брок и переминающийся с ноги на ногу Зимний сглотнул: - Понял, командир. - Наказание за проёб – десять шагов. Будешь говорить, вести себя прилично – шагов будет меньше. Понял? Повтори! - Наказание – десять шагов… - Дальше! - Будешь говорить, вести себя прилично – шагов будет меньше… - Ты издеваешься, сучонок? – побагровел Брок, - Попугая решил изображать? Ну-ка быстро упал, отжался! На пальцах, сто раз – считай вслух! Начал!.. Выглянувшему из окна Роджерсу хватило одного взбешенного взгляда, чтобы тот больше не отсвечивал. Брок очень быстро вошел в режим злобного командира, разница была лишь в том, что у него под началом оказался всего один подопечный, но зато с ним можно было не ограничиваться рамками человеческой выносливости. Что Зимний, что сам Брок теперь спокойно могли дать фору любому суперу, а уж когда к ним присоединялся (лишь после капитальной уборки дома – что поделать, любил Брок порядок) Роджерс, Рамлоу просто охреневал от раскрывающихся перспектив. Как бы ни сучился Брок, но особо третировать парней было не за что, лишь, только если прошлое поминать, а это было против его собственных принципов. Налажал? – ответил? – тему забыли, только так, и никаких рефлексий, иначе проще утопиться. Так вот эти два чуда отрабатывали так, что возможно и стоило бы похвалить, но хера там, Брок продолжать их гонять, не давая расслабляться. Потому что главное было не отыграться на них, не выдрессировать под себя, а привести Зимнего в относительный порядок. Брок не особо верил во всякие терапии, разве что в физический труд и преодоление себя, крепкую мотивацию и четко выстроенную систему пиздюлей и очень редких, а потому чрезвычайно ценных поощрений. Вот и заставлял Зимнего склеивать себя в одно целое, пусть кривобокое, не очень-то социальное, но крепкое и устойчивое. От прошлого опыта это отличалось одним кардинальным отличием. Пусть сейчас Зимний практически один в один напоминал себя в эпоху Гидры: почти такая же обкоцанная до крайности личность, плюс отношения, основанные на приказах и подчинении, но. В этот раз Брок полностью управлял ситуацией, и больше не являлся игрушкой для битья. Уже никто не мог заставить Брока терпеть побои, он и сам мог так въебать... но не собирался этого делать. Не имело смысла поднимать руку на Солдата, с головой хватало мотивации. Потому что в этот раз морковкой для ослика выступал сам Брок, ничего другое Зимнего не интересовало. И тут дело даже не в одобрении наставника, нет, это Брок сам являлся призом. Близость к нему, возможность коснуться, перспектива более плотного контакта… но поначалу Брок позволял лишь немного сократить дистанцию, в качестве поощрения полшажочка, в качестве наказания удвоение и утроение расстояния. Ради того, чтобы быть ближе к Броку Зимний оказался готов на любые жертвы. Он с готовностью подчинялся, не сводя жадного взгляда, отвечал на вопросы уже не односложно, а внятно и подробно. Так что да, это работало, Брок оказался слишком сильным искушением для Зимнего, чтобы тот принялся усиленно работать над собой, прекратив деградировать. Он менялся, уже не Зимний, совсем не Барнс, но кто-то по-прежнему неистово привязанный к Броку. *** Брок просто не видел другого варианта для Солдата, стопудово, кто-то более прошаренный смог бы решить проблему изящней, но тот же Кэп почему-то сам не спешил никого звать на помощь, оставляя все ему на откуп. И дело не в том, что иначе бы Брок свалил бы – ведь не настолько Роджерса зациклило на Рамлоу, чтобы тот поставил сознание своего драгоценного Баки под удар? Чтобы не гадать попусту, Брок прямо спросил об этом – он не страдал лишней неловкостью, предпочитая разговаривать открыто и не оставляя недомолвки накапливаться. Ясен пень, что отвечать Роджерсу особо не хотелось, но все же пояснил свое странное поведение. - Честно говоря, нам уже не к кому обращаться. Баки проходил терапию, с него сняли коды, но… гарантий стабильности его состояния никто не смог дать. Наука, магия, гипноз, мистики… мы испробовали всё, и нам все в один голос заявили, что большего сделать невозможно. На самом деле это чудо, что после всего случившегося, он остался вообще вменяемым и адекватным… ну, почти. Иначе, почему ты думаешь, я разрешал ему эти одиночные вылазки? Почему отпустил за тобой? Он никогда не был стабилен, поэтому я увез его в эту тишь, поэтому остался с ним наедине. Считалось, что сознание Барнса хоть и контролирует Солдата, но равновесие может быть легко нарушено, и пока сложился хрупкий паритет, для его сохранения ему нужно было выпускать пар. - Охота на людей и руки по локоть в крови, заебись терапия! - Брок, ты же все прекрасно понимаешь, у любого кто воевал, есть та или иная форма ПТСР, а что говорить о том, кто семьдесят лет не жил, но существовал ради выполнений миссий, подвергаясь бесчеловечным пыт… - Да-да-да, я в курсе, если помнишь, я сам был свидетелем… - зло отмахнулся Брок от настроившегося причитать Кэпа, - Давай ближе к телу. Выходит ты прекрасно знал, что рано или поздно запал рванет и твоему любимому Баки снесет крышу? - Зачем ты так?.. – осуждающе глянул Роджерс, но магия суровых взглядов иконы справедливости на Брока давно уже не действовала, поэтому Стив вздохнул и покаянно кивнул: - Да, знал. Но надеялся, что смогу ему помочь сам. Ведь оставался шанс, что в подходящих условиях сознание Баки сможет стать более устойчивым и… - Бляяя… надеялся, шанс! Кэп, ну и как тут вписываюсь я? Эти игры вокруг моей охуенной задницы и ваши брачные игры? Как это все соотносится с хрупкой психикой? У тебя что, старческий маразм после заморозки взыграл? - Брок! - Он самый! И нихуя не понимающий, за что ему это все свалилось! – сплюнул Брок, на открывшего рот Роджерса он цыкнул, - Все, закрыли, бессмысленно перетирать эти сопли. Раз не вышло по-научному или по магуйски, будем делать по-простому. Как говорится: вера и труд… забыл, что там, у русских за поговорка? Короче, ты за веру, я за труд, слепим нашего снеговика общими усилиями, никуда не денемся. - Брок, ты… знаешь, спасибо… - Ага, вот такой я дебил, что подписался на эту хуйню. Давай за продуктами, а то жрём все как не в себя. И в этот раз курева с выпивкой не забудь привезти – надо же чем-то стресс запивать!.. *** Так и пошло. Истово стремящийся добраться до Брока (слава яйцам, что без насилия) Зимний кажется, даже выглядеть стал лучше. Постепенно стиралась мрачная угрюмость, то и дело проскальзывали вполне живые реакции, а уж когда Солдат выдал пару простых, но шуток, Брок про себя немного выдохнул. Через пень колоду, вкривь вкось, но работает! Даже Роджерс со своим опасливым и многоговорящим молчанием это признал, оттого и продолжал придерживать свои возражения, уподобившись золушке, при этом по-прежнему вопреки всем ожиданиям Брока, легко отзываясь на Принцессу, хотя теперь его было впору называть Синдереллой. Дом блестел, как у кота яйца, косорукий в быту Капитан Америка с усердием намывал все поверхности и доламывал мебель в попытках ее починить, но что нравилось Броку – не сдавался, упорно пытаясь вернуть обломкам подобие прежнего облика. Пока счет был не в его пользу, но упрямство – это отличительная черта голубоглазого символа победы упертости над голосом разума. Так что по дому Роджерс шустрил на полную мощь и все бы хорошо, плевать на отсутствие стульев – грубо сколоченные табуреты хоть и не украшали обстановку, но зато легко выдерживали вес даже Солдата в полной выкладке, но вот готовка… со жратвой был полный швах: ну не умел Роджерс готовить! Брок старался не отчаиваться, устраивал кухонные шоу, заставлял заучивать простые рецепты и обязательно жестко контролировал следование инструкциям, поскольку импровизация в исполнении Роджерса приводила к поистине ужасающим результатам. Последствиями такой готовки можно было и отравить, и убить, и просто испугать. Зимний справлялся намного лучше – но без огонька, механически. Вкус получался соответственным – почти съедобным, но не вдохновляющим. А поскольку жрать Брок любил вкусно, то кашеварить приходилось в основном ему. При этом он откровенно недоумевал: как у Кэпа с его охуенной памятью и идеальной грацией выходит откровенная лажа вместо той же яичницы? Так что жизнь закипела веселая, Брок был почти доволен, тренируя парней, он не забывал и о себе. Блинковал он уже уверенно и легко, почти не мучаясь головной болью. Чем чаще использовался навык, тем легче он давался, главное не забывать об отдыхе и пропитании. С эмпатией было похуже – закрываться оказалось сложно, от попыток постоянно держать мысленный щит голова просто лопалась, он злился и в итоге суперам усложнялись тренировки. Потому что страдать в одиночестве Брок не любил. А насчет зверя… Пока выпускать его он опасался, не уверенный, что совладает с незамысловатой и непробиваемой логикой животного, которое явно не испытывало никакого желания мучить себя лишними движениями, а хотело тупо жрать и спать. Вот и пришлось держать зверя про запас – зверем будет удобно игнорировать суперов за их проебы, которые эти ушлепки пока совершать не спешили. Черт, да его вынянченный Страйк так не выкладывался на тренировках, как эти два щенка! Брок был почти доволен. Почти, потому что неизбежно всплыл один немаловажный аспект жизни трех половозрелых мужиков с приставкой супер. Хотелось трахаться. И не только суперам. Резкое восстановление нехило подхлестнуло либидо у Брока, так что он даже зауважал парней, лично ему сдерживаться было реально тяжело. Спустя несколько дней Брок окончательно оклемался и его ебливое тело тоже. Утренний стояк, бесконечно накатывающее возбуждение вкупе с бисексуальностью самого Брока и объективно охуенной внешностью суперов сводили на нет его самоконтроль. Брок всегда обладал бешеным темпераментом, любил красивое и любил любить, даром, что последние года оказались тем еще кошмаром, и под давлением внешних условий пришлось себя буквально в ежовых рукавицах держать, не давая расслабиться и свободно выдохнуть. Помогали сдерживаться угроза жизни себе и своим, тяжелые миссии, заставляющие выкладываться до изнеможения, опасность раскрытия, а после и состояние здоровья, и вид обжаренной до пугающих шрамов тушки. А потом он сдох, потом его воскресили, потом амнезия и ослабленное истощенное тело, а после превращение в зверя его так долбануло, что секс – это последнее о чем бы он забивал себе голову… хотя секс как раз и случился. Вот чего Брок не мог понять – какого хера Зимний его оприходовал? Он же блядь, на мумию был похож, скелет обтянутый кожей, от мышц одни жгутики… так ведь и Роджерс смотрел так, будто перед ним не Брок лежал, а порнозвезда! Повезло, что он тогда коматозное состояние убедительно изобразил, иначе эти два идиота точно затрахали бы его насмерть – в той ситуации ему и не потребовалось бы много, чтобы коньки откинуть. Так что повезло, и после сумел правильно сориентироваться, смог добраться до леса – повезло, что лес восстановил его. Восстановил всего – и теперь Брок сам смотрел на два ходячих соблазна и страдал. Дать им – испоганить нахер все наработанное, и пустить по ветру уже заметный прогресс Зимнего. Хуже всего было то, что теперь Брока сдерживал лишь он сам, а он очень не любил сам себя ограничивать. И плевать, что по жизни предпочитал пышных особ противоположного пола, а парней подпускал до тела мельче себя и то в позиции: лег и принял. Видно по мозгам ему дало нехило, и дело не в том, что на безрыбье и рак рыба. Что Роджерс, что Барнс – красивые же суки, от них и у натуралов встанет! Это раньше он их не рассматривал в таком ракурсе – прекрасно осознавая реалии жизни, слишком уж в разных лигах они находились. Но теперь всё перевернулось с ног на голову и изменилось. Брок был рисковым мужиком, и отказываться от предоставленной возможности уже не хотел. И потом, бесило помогать себе рукой, когда рядом обтираются те, кто готов дать ему по первому же слову… Брок заебался дрочить в душе. Заебался тщательно отмываться, смывая запах, потому что у обоих суперов нюх был не хуже чем у ищеек и запах Брока явно рушил их сознание к черту. Один раз он, расслабившись, позволил себе снять напряжение в постели, и едва не похерил напрочь недели дрессировки Зимнего. Тому снесло остатки мозгов, превратив в невменяемое животное. Тогда пришлось блинкнуть так далеко, что приходил в себя пару часов, отчаянно надеясь, что Роджерс удержит Зимнего на месте и того не придется искать по всему миру. Повезло, что вынесло его у какого-то заброшенного поселка, и обошлось без свидетелей. Повезло, что Роджерс не профукал своего друга, повезло, что Зимний воспринял всё как очередную дрессировку и расстроился, что не справился, покорно приняв увеличение расстояния. Но Брок понимал, долго так не может продолжаться. Кипело у всех троих, но… Долбанное «но». Дать Солдату добраться до себя – означало лишить того стимула развиваться. Если Кэпа… опять же только Зимнего доломать. Однако вопрос оставался открытым. То ли Зимнему не хватало нагрузки, чтобы сбросить напряжение, то ли нужны были супрессанты, но Солдат то и дело щеголял со стояком, при этом, даже не пробуя помочь себе рукой. Брок замаялся от вида такой однозначной демонстрации устремлений Зимнего, да и постоянно изливаемое в эмоциях возбуждение, просачиваясь через хлипкие барьеры Брока, накладываясь на собственный недотрах сводило с ума, руша и без того хлипкий самоконтроль. Поскольку колоть химию Зимнему он не собирался, мордовать до кровавых соплей тоже, а проблему решать было нужно, то в итоге, плюнув на все, Брок решил не заморачиваться. И в один прекрасный момент, в качестве поощрения (а на самом деле четко оценив взрывоопасное состояние возбужденного Солдата) устроил тому сеанс дрочки. *** Дисциплина у Зимнего оказалась на высоте – его тело помнило, как подчиняться приказам, да и сам Брок сейчас вполне мог удержать парня. Приказав для верности не двигаться, он, сглатывая от возбуждения, наконец, залез в штаны Детки. Чертов Зимний был так трогательно послушен, так льнул к Броку, что было понятно: теперь дрочить себе придется еще чаще. Опасения, что Солдат взбрыкнет, не оправдались: хоть Зимнего нешуточно напрягало, когда к нему подходили со спины, это не перекрывало готовности Солдата на что угодно, лишь бы Брок его касался, вот и трясло парня как ту осину. А уж когда Брок по-хозяйски огладил Зимнему изнывающий член, то тот просто завыл… Гребанный Зимний дугой выгибался, пытаясь как можно плотнее прижаться к Броку, а поскольку душевая кабинка и до этого не могла похвастаться размерами, то и простор для маневра совершено отсутствовал. Да и куда от собственной руки свалишь? К тому же Броку самому не хотелось отлепляться от этого горячего тела. Вот и оглаживал одной рукой поджавшиеся яички заведенного до предела Солдата, а другую жадно пластал по всему роскошному телу. Сам Брок, без лишней скромности, вернув форму, был хорош, но Зимний это что-то с чем-то, да и само понимание, как смертоносен тот, что так послушен в его руках, просто сносило здравый смысл нахуй. Вот Брок и не выдержал, уткнулся носом во взъерошенный затылок лохматого Солдата и едва сам не кончил, вжимаясь в охуенно твердую ладную задницу. Помогло вынырнуть из наваждения осознание того, что оказалось в руке. Он и до этого прекрасно знал ВСЁ о теле Зимнего, но раньше не соотносил ЭТО с собой. А сейчас вот этот болт, едва умещающийся в ладони, реально отрезвлял – как эта хуйня его не разодрала надвое в ту ночь? Нет, все было в пределах разумного… в его верхних рамках, но таких партнеров у Брока никогда не было, как-то обычно середнячки попадались, да и не особо он на мужиков залипал, тем более не искал больших членов, обычно предпочитая сам загонять, чем подставляться. А вот сподобился и даже выжил. Брок огладил стоящий колом член по всей длине скользкими от смазки пальцами. Смазки, кстати, было завались везде – видать давно у Роджерса горело, поскольку эти тюбики были распиханы по всем комнатам, вызывая нешуточные подозрения в уровне развращенности последнего. Но в данном случае это оказалось более чем удобно. Удерживая крепкой хваткой дрожащего Солдата, Брок с трудом сдерживая желание вцепиться зубами, мягко выцеловывал его шею, ритмично двигая кулаком. Зимний подвывал, теряясь в ощущениях, вбиваясь в руку, и одновременно пытаясь притереться спиной и задом, подставляя шею, и в то же время, выворачиваясь, желая то ли лизнуть, то ли укусить Брока. Обычная незатейливая дрочка в новом состоянии, с усиленными рецепторами чувств, оказалась для Брока откровением. Каждое ощущение, каждый оттенок запаха, вкуса кожи, вибрации от звука, умножали возбуждение, на которое Брок и до этого не жаловался. Хотелось разложить эту податливую мощь на постели и вдумчиво вылюбить всего, выгладить, обнюхать, облизать, пометить и трахать до беспамятства. Только вот, после такого Зимний точно останется беспамятным навечно. Чтобы не сорваться, Броку пришлось совсем не фигурально взять свои яйца и разыгравшееся воображение в кулак. *** После он едва ли не пинками выгонял расслабленного Зимнего прочь из душа, чтобы наспех позаботиться о себе. Удовольствие было и ярким, и неполным одновременно. То, что теперь он сам в будущем затащит супера в постель, уже не подлежало сомнениям, оставалось только запастись терпением… не только ему. Потому что при выходе в комнату он наткнулся на нервно караулящего его Роджерса, и на вопросительно поднятую бровь получил восхитительное требование. - Брок, - облизнул пухлые губы этот провокатор, - эта эм, проблема не только у Баки… Брок и без того был на взводе, так что отмахнулся без всяких экивоков. - Это у Детки мозги набекрень и никакой социализации, ты-то здесь, каким боком, Кэп? - Брок… - Что, забыл, как себе рукой помогают? – фыркнул Брок и, приметив, как упрямо выдвинул челюсть Роджерс, пожал плечами: - Мог бы с другом скооперироваться, давно помогли бы друг другу, вместо того, чтобы за мной с членами наперевес бегать. - Зачем ты так? Мы же… просто мы оба хотим тебя… - Командир мой! – тут же вынырнул из тени Зимний, втискиваясь между ними, и вызывая у Брока нервный смешок. Солдат, индифферентно относящийся к присутствию Стива рядом целыми днями и даже в одной с тем постели, моментально переставал быть лояльным, стоило тому проявить интерес к Броку. - Стоп, Детка. Принцесса тоже хочет свой кусок пирога, не так ли? – Брок отодвинул Зимнего себе за спину и показал три пальца, отчего закусивший губы Солдат неохотно отступил от Брока на три шага. - Да, - настороженно кивнул Роджерс, правильно понимая, что просто не будет. - Ну, справедливо, да только вот в чем дело: простым смертным просто так до ее высочества дотрагиваться нельзя… - хмыкнул Брок. - О чем ты?.. - О том, сладкий, что если у тебя горит, я могу помочь, но на своих условиях, готов? - Не понимаю… - Удовольствие, принцесса, может быть доставлено по-разному. Ломать Детку нельзя, а значит, я к тебе не прикоснусь, - Роджерс погрустнел, а Зимний успокоился, только вот Брок не закончил фразу: - но зато могу посмотреть, подрочишь на меня реального, а не воображаемого... - Это… ты надо мной издеваешься! - Что ты, сладкий, - расплылся в улыбке Брок, - лишь подъебываю, да ладно, чего ты ломаешься, как сдобная булка? Все равно ж у тебя стояк на меня! Так какие проблемы? Я вот он, буду перед глазами, хоть обдрочись… - Прекрати, это переходит… - Границы? – закончил за него Брок и оскалился, - А когда меня Зимний раскладывал, смотреть на меня было уместно? Роджерс сник и отступил, но Брок и не подумал отцепиться. - Не надо устраивать мне демонстрацию оскорбленной невинности, Роджерс, ни твое поведение, ни твои намерения в нее никаким хером не вписываются. - Да-да, ты прав, Брок! – жестко выпрямился Роджерс, вмиг растеряв растерянный вид, - Я везде неправ! Что ты хочешь от меня, как мне загладить это? Что ты хочешь, скажи – я на многое готов пойти!.. Солдат мрачной тенью вновь влез между ними, реагируя на сердитый тон и Роджерс уже предсказуемо сдулся. Кнопка выключения Кэпа была безотказна – Зимний Солдат являлся личным и вечным триггером Роджерса… а Брок вероятно оказался чем-то вроде временного сбоя, но пока этот сбой не пройдет, Брок собирался использовать его на полную. И потрахаться в итоге тоже. Будет это прощальный секс или как, время покажет, жаль только, что предвкушать его придется до тех пор, пока он будет уверен, что Зимнего не сквикнет на этом. А пока, почему бы не побаловать себя маленько? - Вот и давай, для начала, покажи, как сильно тебе хочется мне присунуть, а мы с Деткой посмотрим, оценим, так сказать, перспективы. - Брок?! – возмущенно скинулся Роджерс, но вдруг к чему-то придя в мыслях, кивнул, - А знаешь, хорошо, давай попробуем… Брок, не ожидавший, что выгорит, сглотнул и проклял свой длинный язык – он на самом деле не против посмотреть на дрочку Кэпа, но тут встревал вопрос в собственной стойкости. Сам себе устроил, блядь проверку искушением… Показательное выступление одного актера Роджерс решил устроить в печально знакомом Броку гнезде Зимнего, который ревниво сопя, следовал за Броком на расстоянии трех шагов… маленьких. Брок показательно свободно уселся на захваченный из кухни кривобокий… табурет тире стул тире хрен его знает что, широко разведя колени, радуясь свободным штанам и очень надеясь, что сумеет насладиться представлением и не опозориться сам. Роджерс целеустремленно сбил в одну кучу тряпье, в котором Зимний устроил лежбище и где два супера умудрялись высыпаться, даже не конфликтуя из-за близости друг друга. Переселяться в кровать Зимний не спешил, а Роджерс закономерно составлял ему компанию – к вящему недоумению Брока без всякого подтекста. Почему-то они совсем не воспринимали друг друга в качестве любовников, что до сих пор поражало. Но долго предаваться этим размышлениям у Брока не вышло. Потому что, подготовив для себя сцену, Роджерс развернулся к нему и… И… Брок закусил губу, чтобы не ляпнуть лишнего. В конце концов, стриптиз в лице Капитана Америка – это не то зрелище, от которого у кого-то может хватить духа отказаться, вот и он не смог. Мягкий свет вечернего солнца золотыми поцелуями расцвечивал мощные мышцы восхитительного тела, следуя за сползаемой с него тесной майки. Явно красуясь, будто и без того все не на взводе, Роджерс поиграл бицухой, и нарочито медленно принялся расстегивать ширинку подранных джинс. Белье Кэпа было белым и совсем не скрывающим объемы таящегося там пиздеца. Это у Зимнего Брок видел всё, в любом состоянии и даже вот буквально только что в самом устрашающем виде, а Роджеровское оборудование стало для него настоящей проверкой стойкости духа. Нежно розовая головка члена провокационно выглядывала из-за резинки белых брифов, чуть ли не доставая до пупка. Уже оголенная от крайней плоти, влажная, с жемчужной капелькой выступившего эякулята. Брок сглотнул, вдруг осознав, как пересохло в горле, а еще, как сильно его пальцы зудят от желания коснуться этой красоты. Рядом озадаченно фыркнул Зимний, больше следя за Броком, чем за другом. Рамлоу разжал кулаки, борясь с желанием повторять движения за разошедшимся Роджерсом. Чертов инкуб не сводил с него словно светящихся синих глаз, дразня каждым своим движением. Роджерс ласкал сам себя так, как хотел бы это сделать Брок, кружил пальцами вокруг совершенного по форме члена, так и просящегося в рот, подхватывал в горсть потяжелевшие яйца, не забывая другой рукой выглаживать блядскую дорожку светлых волос, поднимаясь к уже давно не дающим покоя Броку сиськам. Ну не мог он по-другому это называть. Налитые, мощные, покрытые бархатистой кожей холмы с маленькими сморщенными горошинками сосков – выносили мозг почище любой красотки с Плейбоя. Брок мысленно уже давно разодрал остатки штанов на Роджерсе, с остервенением ставя того на четыре кости… хотя нет, лучше опрокинуть того на спину, чтобы видеть все, каждую гребанную эмоцию, чтобы задвигая по самый корень иметь возможность попробовать языком всё это мозговыносящее богатство… чертовы сиськи, как минимум третьего размера. И да, этим пухлым губам он тоже нашел бы применение! Брок поерзал, пытаясь справиться с разгулявшимся воображением, и спасибо Зимнему, что нарушил приказ, подобравшись вплотную, помогая переключить внимание и прийти в себя. - Детка, не отойдешь – в следующий раз поощрения не будет! - Дистанция три шага… - недовольно подчинился Зимний, нарочно выйдя из-за спины и встав в зоне видимости, идеально срабатывая в качестве отвлекающего момента. Ну. Относительно. Потому что у Брока вставало на них обоих. Но именно сейчас Роджерс стянул джинсы полностью и спустил до колен брифы, оголяя свои муди полностью. Охуенные муди. Идеальные, почти безволосые и трогательно нежные, если забыть о размерах. Слишком долго у Брока не было секса и слишком много дурной силы бродило сейчас в его теле, чтобы он смог оставаться равнодушным к такой красоте. Это раньше Брок предпочитал баб лишь бы потемпераментнее, и ладных гибких парнишек с крепкими задницами, и думать не думал о мужиках, способных поднять машину или сигануть с джета без парашюта. Раньше. Сейчас он с трудом сглатывал слюну и до боли впивался пальцами в кожу, пытаясь отрезвить поехавшие мозги. Он хотел Роджерса, этого наглого сучонка, что так открыто предлагал себя ему, пришлось закинуть ногу на ногу, чтобы не палиться вставшим по стойке смирно хуем. Гребанный Роджерс так порнографично стонал, так откровенно наслаждался процессом, что Брок до крови прикусил изнутри щеку. В надежде справится с бешеным возбуждением, Брок перевел взгляд на Зимнего и едва подавил стон. Чертов Солдат, стоявший в пол оборота к нему, демонстрировал полную солидарность с Броком вздыбившейся ширинкой. Только вот на кого у парня стояло – было не понятно. Стонал Роджерс, а смотрел Зимний на Брока. А еще, Брок оказался очень слаб в деле блокировки эмоций – просачивались отблески жара от обоих, заставляя его сгорать в похоти. Та еще тренировка самоконтроля вышла. И кстати, больше никаких сомнений – Брок жадный, и трахаться будет с обоими, а значит… - Детка, не на меня смотреть, а на Принцессу – учись, в следующий раз ты будешь показывать… - «а заодно и Стива рассмотришь, чтобы потом в постели всем троим было комфортно!» - добавил про себя Брок и, забив к чертям на конспирацию, сжал свой член. Словно дожидавшийся этих слов и этого движения Роджерс ахнул, явно теряя контроль над собой, и выгнулся в мелкой и частой судороге, долго и беспомощно кончая, закусив пухлую нижнюю губу, так и не отрывая потемневшего взгляда от Брока…