Плоды конопляного дерева

      Гленн решительно нажал на звонок квартиры. — Кто это? — донесся голос из-за запертой двери. Гленн ответил как есть, умолчав про цель. Вместо этого он сказал, что пришел за рецептом. Парочка удивилась, почему он не пошел за этим к тете Клаве со второго этажа, но все же дверь открыли. Один из пары (Гленн еще не успел разобраться, кто есть кто) спросил, какой именно рецепт ему нужен. Гленн ответил: — Печеная буженина. Первый (пока Гленн не знал их имен, в фанфике будем называть их Первый и Второй) пошел на кухню искать рецепт, а второй пригласил Гленна попить чай. Пока чай заваривался, Гленн медленно склонял дела к санкам, которые стояли в кладовке. Второй на это ответил: — Ооу, мы готовим эти санки для того, кто скоро у нас будет!       Гленн нервно сглотнул. Неужели эти двое усыновят ребенка?! Но все же он спросил: — А…кто? Мальчик или девочка? — С этим мы еще не определились. Сначала выберем породу, а потом уже пол. — То есть… у вас будет собака? — Да! Но не просто так. Ее мы купим для еще одного члена нашей семьи! — Кошки, что ли? — Нет! Мы усыновим ребенка! Гленн заорал и выбежал из квартиры геев, захлопнув дверь. Потом он сел на коврик возле двери, отдышался там и с новой силой заорал. Потом Гленн вспомнил, что у него есть ключи, вошел в свою квартиру и закрыл дверь на два оборота. Сосиска удивленно спросила: — Гленн, это ты так орал или они? Я уже подумала, что кого-то насилуют! Гленн рассказал все как есть, не умолчав и про то, что ему наговорил второй. Сосиска это выслушала, а потом спросила: — То есть…санки для собаки? Гленн тоже не знал ответа на этот вопрос, поэтому предположил, что они и для ребенка, и для собаки. Потом Гленн вспомнил, зачем вообще шел в кладовку. Он взял оттуда деньги и пошел-поехал* в магазин.       Тем временем в квартире геев… — Серёг... А ч-чё он так орал, а? — Не знаю, Игорёш, наверное, радовался за нас.