Привязанный

      Пара снова осталась наедине — ребенка унесли на кормление, и Кенсу начал разговор первым, вспомнив о важной вещи. — Можно я еще немного тебя трудоустрою? — Не спрашивай, я все сделаю, — добро ответил альфа. — Ты не мог бы привезти мне из квартиры сумку с вещами? Я так торопился, что совершенно забыл о ней. — Хорошо. Что-нибудь еще? — Чонин хотел делать для своего любимого все возможное, но тот никогда не просил ничего весомого. — Нет, спасибо, — грустно улыбнувшись, ответил Кенсу. — Просто возвращайся поскорее.       Он совершенно не хотел, чтобы Чонин покидал его хотя бы на минуту, потому что нуждался в его поддержке. Кенсу все еще не мог прийти в себя, осознать, что он стал родителем и взвалил на свои плечи огромную ответственность на всю оставшуюся жизнь. Однако поступить по-другому он не мог.       Переполнившие его эмоции заставили вспомнить и о собственных родителях, которых он не видел уже очень давно. Несмотря на произошедшее, он хотел всем поделиться с ними, рассказать, какой прекрасный внук у них появился, но не мог. Ему вообще почти некому было поведать о таком событии. Бэкхену и, может быть, Лухану. Больше никто не был ему близок.       Лежа в одиночестве, Кенсу подумал и о Йохане, а в первую очередь о том, что ради него должен построить нормальную любящую семью. И он был готов пойти на множественные компромиссы, чтобы их ребёнок счастливо рос в здоровой атмосфере с обожающими друг друга родителями, которые всегда проявляют нежность по отношению друг к другу, подавая правильный пример. Он боялся, что не сможет осуществить задуманное и все детство Йохан будет наблюдать, как они с Чонином, его отцом, громко ругаются, ссорятся, мирятся и затем повторяют цикл.       Вернувшись, Чонин застал любимого в окружении медперсонала, отчего сократил расстояние от двери до кровати за одну секунду. На свои вопросы он получил спокойный ответ, что медсестры просто устанавливают капельницу с обезболивающим.       Когда они ушли, Чонин снова сел рядом и взял Кенсу за руку, и не стал более его беспокоить. Было понятно, что его омега просто не показывает, как ему больно, терпит. Ким даже не хотел представлять, через что прошёл его милый брюнет, чтобы Йохан появился на свет. Все месяцы были сплошным испытанием, к которому никто не был готов.       Ранним утром Чонин обнаружил себя на том же стуле перед кроватью. Он сам не заметил, как заснул в совершенно неудобной позе, из-за которой отекли все конечности. Он встал и размялся, а затем вышел из палаты, желая позавтракать. Кенсу же проснулся из-за обилия звуков.       Он сразу вызвал врача нажатием кнопки и осмотрелся. Стул пустовал — это было логично, учитывая положение стрелок на часах, но Кенсу все равно хотел, чтобы его альфа не отходил ни на минуту, это было какое-то необъяснимое желание, новый инстинкт — оставаться под защитой, будучи ослабленным после родов.       Необходимо было впервые после операции встать на ноги и пройтись, начать двигаться и восстанавливаться. Самому Кенсу было тяжело. Медсестра только подошла к пациенту, чтобы помочь, как в палате появился Ким. — Это ваш муж? — спросила улыбчивая девушка, а затем, не дожидаясь ответа, обратилась к Чонину, — Поможете супругу?       Покрасневший альфа сразу же закивал и подоспел к любимому, чтобы помочь. Кенсу едва встал и сразу же оперся на крепкую грудь, но через несколько минут почувствовал землю под ногами и затем сделал несколько достаточно уверенных шагов. Медперсонал порекомендовал им немного пройтись по коридору, и Чонин подал руку.       Слова медсестры крутились у президента Кима в голове, он не знал, как поступить, и в итоге решил быть прямолинейным, не зная, когда выпадет шанс лучше. — А ты не хочешь пожениться?.. — не ожидая от себя самого, в лоб спросил Чонин.       Раздался тихий добрый смех. Кенсу не смог сдержаться, когда понял, что точно предугадал развитие событий, буквально прочитал мысли другого человека. Альфа в недоумении посмотрел на него, покраснев, и увидел, как он наконец-то широко улыбается. — Я подумал, что раз уж нас все равно теперь будут принимать за супругов, мы могли бы ими стать, — начал оправдываться Чонин. — Я тоже думал об этом. Так действительно будет лучше.       Чонин не сразу поверил своим ушам, ведь не ожидал, что Кенсу так легко согласится, но они наконец-то были заодно.       После возвращения в палату им принесли ребенка, и они провели много времени со своим замечательным Йоханом, в существование которого до сих пор сами не могли поверить. Они могли часами вглядываться в маленькое личико, не отрываясь, мило спорить, чьи именно полные губки он унаследовал. Его рождение определенно сблизило их, подтолкнуло Кенсу к осознанию того, насколько важна семья, а Чонина к более решительным действиям.       Президент Ким больше не мог игнорировать работу и проводить дни напролет с любимыми. Он нехотя начал собираться и недовольно ворчать под нос. Закончив, Чонин подошёл к кровати попрощаться. Кенсу, не сумев себя сдержать, потянулся для нежного поцелуя, а после признался альфе. — Я знаю, что отказывался от твоих предложений слишком много раз, но сейчас я понимаю, что не справлюсь один, — стыдливо отведя взгляд, выдавил из себя он. — Хорошо, я сегодня же займусь поиском помощника для те... — Нет, — перебил Кенсу, — я не это имел ввиду... — Ты хочешь жить вместе? — прямо, вновь не давая возможности уклониться от ответа, спросил Чонин.       Омега покраснел в ту же секунду. Он не любил просить помощи или признаваться в чем-то смущающем. — Да, если ты все ещё не против, — едва слышно пробубнил брюнет. — Я буду счастлив! — с широкой улыбкой на лице громко обрадовался Чонин, — Невероятно счастлив, Кенсу.       Окрыленный президент словно задышал другим воздухом, когда вышел из больницы и осознал, что еще одна его мечта станет реальностью. Вся семья будет жить под одной крышей, вместе наслаждаться каждым днем. Он пообещал себе немедленно приступить к приготовлениям, чтобы Кенсу после выписки не пришлось ни о чем беспокоиться. А еще сразу же подумал о том, что ему необходима квартира побольше, ведь когда Йохан подрастет, им уже не хватит места.       Кенсу провел в клинике почти месяц, прежде чем наконец-то смог покинуть территорию надоевшего учреждения вместе с Йоханом, который значительно окреп. Чонин был погружен в работу и заботы по оснащению его дома и квартиры всем необходимым для комфорта его пополнившейся семьи, а потому появлялся в палате реже, чем хотелось бы. Однако, несмотря на занятость, президент Ким лично встретил своих любимых.       Брюнет снова оказался на пороге знакомого жилища, только уже в несколько иной роли. И даже несмотря на то, что он теперь точно не был гостем, он не мог чувствовать себя иначе. Как и в тот раз, ему было сложно воспринимать хоромы Чонина своими. Он смотрел на альфу и не мог разобраться, как им теперь уживаться по-семейному, с ребенком. До него дошло осознание, что отныне все будет в новинку.       Оставив ребенка счастливому отцу, Кенсу удалился в спальню. Он прилег на кровать, смотря в потолок, уверяя себя, что потребуется немного времени, чтобы привыкнуть к новой жизни, ведь все произошло слишком быстро. К тому же, он все еще полностью не оправился после операции, шов доставлял ему боль, и это жутко выматывало       Чонин смог убаюкать Йохана, поэтому вошел в спальню, чтобы уложить малыша в кроватку. Он заулыбался, когда застал Кенсу сладко посапывающим. Он заснул прямо на покрывале, даже не переодевшись. Ким прилег рядом. Ему хотелось плотно прижаться к любимому, но он сдерживался. Его словно разрывало от счастья, хотелось рассказать об этом всему миру.       Кенсу очень непросто давался уход за ребенком. Йохан много плакал, мало ел и совершенно не был похож на малыша мечты. Он буквально изводил маму постоянным плачем утром и ночью. Чонин замечал это, но сам не мог находиться рядом с семьей столько, сколько требовалось, поэтому попросил Бэкхена о совете. Друг семьи нашел в своих многочисленных контактах отличную няню, и настоятельно порекомендовал взять ее на работу. Благодаря этому Кенсу начал высыпаться хотя бы днем, пока она возилась с малышом.       Казалось бы, все устаканилось. Жизнь плавно перетекала изо дня в день, но было кое-что, обижающее Кенсу. Приходя домой, Чонин в первую очередь спрашивал о делах малыша, а уж потом, и то не всегда, интересовался омегой. С порога он целовал сына, а затем мог вовсе забыть о Кенсу. Поначалу он думал о том, что его будущий муж является прекрасным отцом, и радовался. Однако чем больше недель проходило в подобных маленьких обидах, тем меньше омега ощущал себя нужным и любимым. Ему хотелось познать вновь хоть толику прежнего обожания, поддаться тем сладким ласкам, к которым его тело привыкло.       Спустя несколько месяцев в их паспортах появились штампы о регистрации брака. Все прошло тихо, не было никаких церемоний, лишь официальная часть и поздравления от Сэхуна по видеозвонку. Увидев Сэхуна, омега вспомнил о Лухане и всем своём коллективе, который всегда был добр к нему. Кенсу пожелал вернуться на работу и долго не решался сообщить об этом Чонину, который был против. Он считал, что семейные финансы — исключительно его забота, а омеге следует заботиться о Йохане. — Но я очень соскучился по офису и его атмосфере, по проектам и... — Это абсолютно исключено! Йохану только 4 месяца, — не отрываясь от бумаг, констатировал Чонин. — В твоей компании декретный отпуск длится всего три месяца, а я... — Давай закроем тему. Этот разговор ни к чему не приведет.       Кенсу встал со стула и, прежде чем уйти к сыну в спальню, обратил на себя внимание. — Я ведь знал, что так все и сложится. Ты забудешь про мои желания, амбиции и будешь думать только о Йохи.       Чонин оставил выпад без ответа, продолжая смотреть то в ноутбук, то в кипы документов. Кенсу же, зайдя в спальню, взял с кроватки свою бусинку, из-за которой он решил связать судьбу с альфой. Не появись Йохи на свет, он бы навряд ли об этом задумался.       Пока Йохан был с няней, Кенсу занялся поиском новой работы. Он искал вакансии и рассылал резюме в интересующие компании. Если Чонин отказался восстановить его в todayIN, значит он попытает счастье в другом месте.       Ответ от одной из компаний пришел в тот же день. Кенсу назначили собеседование, у него было трое суток, чтобы подготовиться. Он начал активно изучать информацию о компании, искать ответы на предполагаемые вопросы, не отрываясь от ноутбука. В какой-то момент Чонин подошёл со спины и, обняв омегу за шею, от любопытства заглянул в экран. — Зачем ты читаешь про наших конкурентов? — Они позвали меня на собеседование.       Резким движением Чонин отступил. Было видно, что он недоволен. — Мы же только вчера говорили об этом. Я думал, ты понял мою позицию. — Но Чонин... — Так ты еще и собираешься работать у моих прямых конкурентов. Кенсу, это просто за гранью, — разозлившись, прикрикнул альфа, — Ты в чем-то нуждаешься? Ты устал от семьи? У тебя есть няни, горничная, повар и будет все, что угодно, только скажи! Чем тебя настолько тяготит быт, что тебе не терпится уйти в офис?       Кенсу почувствовал, как глаза стали наливаться слезами. Ему многое хотелось высказать мужу, и он решил не сдерживаться. — С того момента, как мы снова начали жить вместе, ты воспринимаешь меня как приложение к Йохану! Уже четыре месяца я уступаю тебе во всем, в каждом вопросе, не перечу, чтобы Йохи не видел наших ссор! Ты совсем забыл, что я отдельный человек, у которого есть свои мечты и стремления. — Стремления быть офисным планктоном с копеечной зарплатой? Ты хочешь гробить свое здоровье, по восемь часов сидя скрючившись перед компьютером? Всю жизнь монотонно разбирать эти графики и таблицы? Если так, то мечты у тебя то еще...       За секунду до катастрофы Чонин осознал, что говорит со своим омегой неправильно. Он, не закончив фразу, цыкнул, развернулся, а затем скрылся за дверью своего кабинета, теперь уже злясь на себя за очередную несдержанность.       Кенсу тихо расплакался. Ему стало невероятно обидно оттого, что Чонин никогда и не видел в нем умного специалиста. Он вспомнил, по какой причине попал в компанию. А затем перед ним пронеслись дни, когда альфа позволял ему пропускать работу по любой причине. Потому что он был бесполезным работником, которого не воспринимали всерьез и не думали долго держать на месте.       Высвободив чувства, Кенсу задремал на большом диване в гостиной. Уже ночью, по пути в спальню, Чонин накрыл омегу одеялом и тихонечко извинился.       Следующие три дня Кенсу полностью игнорировал мужа и усердно готовился к собеседованию. Однако, его работа не принесла плодов. На интервью он почувствовал, насколько сильно уступает другим кандидатам. Эйчары не были заинтересованы в нем, не задавали ему никаких вопросов, показывали, что дальнейшего развития событий ждать не стоит. Хотя, казалось бы, он выпал из рабочего процесса всего на год.       Вернувшись домой, Кенсу заперся в спальне. Он просто сидел подле кровати, множество раз прокручивая в голове мысль о том, что ничего из себя не представляет, а ему и вовсе надо было заняться семейным делом, как того требовали родители, а не пытаться доказать способность на большее.       Чонин возвратился с работы раньше обычного. Не найдя омегу в гостиной, он направился в спальню, но, потянув за ручку, не смог открыть дверь. — Кенсу? Ты там?       Он не ответил, молча отворил дверь, собираясь выйти, однако Чонин остановил его, положив руку на плечо. — Ну как все прошло? — этот вопрос он задал из-за обычного любопытства, не намереваясь задеть любимого. — Никак.       Кенсу, не поднимая глаз, скинул с себя чужую руку. Он скрылся в ванной и не выходил несколько часов, пока не наступило время ложиться спать.       Чонин придвинулся поближе к омеге, который лежал, отвернувшись от него. Он знал, что любимый не спал. — Кенсу...       Альфа был проигнорирован. Будучи настойчивым, он мягко опустил ладонь на чужую талию. Однако Кенсу быстро убрал ее, переместив обратно на постель. — Пожалуйста, не сегодня... — Я просто хочу поговорить. Повернешься?       Кенсу выполнил просьбу. Чонин придвинулся еще ближе. — Я понимаю, из-за чего ты обиделся. Я был не прав. Сегодня мне действительно было интересно, как прошло интервью, потому что я хотел порадоваться твоим успехам.       Напрягшись, Кенсу не удержался от дерзкого вопроса: — Успехам неудачника? — Нет! Ты великолепный специалист с отличным образованием и солидным опытом работы. Как ты можешь называть себя неудачником? Кенсу, ты самый умный омега, которого я когда-либо встречал, достойный большего, чем обычная офисная рутина. — Ладно. Меня клонит в сон. Давай поговорим завтра, — уже более спокойно прошептал омега. Ему было приятно услышать столь щедрые комплименты. — Хорошо. Спокойной ночи.       Соскучившийся альфа обнял любимого супруга. Три дня он даже не позволял к себе прикасаться, и Чонину было радостно оттого, что его не отвергли этой ночью. — Я люблю тебя, — прошептал Ким, но не получил ответа.       Утро, переходившее в день, встретило Кенсу завтраком в постель. Стоило ему разомкнуть веки, как Чонин занес в комнату небольшой поднос с бельгийскими вафлями, фруктами и кофе. — Ты всегда просыпаешься позже, но сегодня ты особенный соня, — добро заметил вошедший альфа. — У тебя сегодня выходной? — Да, я подумал, что нам нужно немного развеяться. Проведем остаток дня с Йохи, а вечером сходим на двойное свидание с Бэкхеном и Чанелем. — Звучит забавно. Мы ведь уже женаты, а свидания... — Свидания созданы для всех влюблённых, — перебил Чонин, ожидая хоть какой-то словесной реакции, но Кенсу просто улыбнулся. — Собирайся, выйдем через час.       Интересная семейная прогулка именно то, чего не хватало Кенсу. Он устал наматывать с коляской круги по уже знакомым скучным маршрутам рядом с домом, сидеть в квартире и общаться лишь с персоналом, иногда разбавляя компанию Бэкхеном, периодически наведывающимся в гости.       Когда солнце начало заходить за горизонт, Чонин заявил, что им пора. Заведя автомобиль, он почти сразу же остановил его в самом центре города. — Что такое? Тебе что-то нужно? — Нет.       Дверца машины со стороны сидения Кенсу отворилась. — Что это значит? — взволновался омега. — Я оставлю тебя в салоне ненадолго. Отвезу Йохана няне и вернусь, а затем поедем к ребятам.       Кенсу улыбнулся, выходя из авто. Он скучал по вниманию к себе и светским вылазкам. Был рад настолько, что живот будто слегка сводило от предвкушения хорошего вечера.       Безупречная укладка была закончена, и администратор предложила Кенсу пройти в пустое помещение, которое выглядело как комната невесты. Поначалу он даже испугался, но, к счастью, весь этот белый роскошный интерьер был лишь стилем салона. Омега получил из рук администратора портплед. — Доставили сегодня специально для вас.       Внутри лежал стильный и лаконичный костюм, состоящий из серых брюк и черных пиджака с рубашкой. Более Кенсу не сомневался, что он попадет в очень дорогое заведение со строгим дресс-кодом.       Чонин показался в дверях раньше, чем омега успел справиться с пуговицами на рубашке. Он подошел и без лишних слов помог, а после, взяв за руку, проводил до машины.       Ехали они совсем недолго, как снова остановились перед лучшим рестораном города. Несколько лет назад, от скуки просматривая различные рейтинги, Кенсу наткнулся на него и был поражен фотографиями живописного интерьера. Он никогда не мечтал увидеть великолепие с оценкой на волоске от совершенства воочию. — Бэкхен и Чанель уже ждут внутри. Идем?       Кивнув и взяв мужчину под руку, Кенсу неуверенно зашагал. Однако, как только он увидел друзей, попав внутрь, волнение поубавилось. Они несколько недель не виделись с Бэкхеном, и омега успел соскучиться.       Чонину удалось впечатлить любимого, он понимал это по улыбке, которая держалась на лице Кенсу весь вечер, наполненный душевными дружескими разговорами. Общество — то, чего сильно не хватает любому омеге в декрете.       Бэкхен без задней мысли завел тему о родителях и о том, как они с Чанелем скоро поедут в отпуск к его родным на солнечное побережье. В один момент Кенсу поменялся в лице и ушёл в себя, думая о собственных родителях. Каждое упоминание о родных выводило его на эти мысли. Он не видел и не слышал их долгие годы. А ведь успел окончить университет, поработать в крупной компании, родить ребёнка и выйти замуж.       Чанель захотел покурить и Бэкхен вышел за супругом. Оставшись наедине, Чонин обратился к любимому: — Что-то случилось? — Я хочу навестить их, — повернувшись лицом к собеседнику, сказал омега, ожидая ответа.       Чонин лишь смутно догадывался о его конфликтах с родителями. Если друзья были полностью осведомлены, то альфа делал выводы из крупиц информации, которые до него доходили. — Они далеко живут? — Два часа на скоростном поезде и еще полчаса на машине, — именно столько времени Кенсу затратил, когда уезжал от родных во взрослую и непростую жизнь. — Мы поедем к ним на следующих выходных, — твердо, не задумываясь, заключил Чонин, предполагая, что его любимый желал услышать подобное.       Кенсу улыбнулся и опустил голову на плечо супруга, а его маленькая ручка нежно заключила большую ладонь. — Спасибо... — прошептал омега, вновь заставляя сердце своего мужчины биться чаще.