Три кольца и острые уши!

      Теоден Роханский возвращается без Гэндальфа, через двое суток после отъезда из крепости в Хельмовой пади. Король встревожен настолько, что это чувствуется уже на подходе - его сопровождающие хмуры и насторожены не меньше, на фоне своего предводителя это заметнее. Король торопится, даже собрание проводит сразу же после короткой трапезы. Келдар, как Старший советник Нииримара, успевший за пару дней передышки помучить свой дар к менталистике, уводит с собой Фаэруне. Их ждёт совет, на который пригласили одного из представителей приносящего войны народа. Нииримар, всё ещё чувствующий слабость - сидит на траве перед королевскими чертогами и греется на солнышке. Его не трогают - понятие военный советник в этом мире что-то значит. Да и дроу, слишком малая сила, чтобы принимать их силу во внимание. И то, что в битве против орков в Хельмовой пади они умудрились перебить несколько тысяч противников, знают только сами дроу. Впрочем, после короткого болезненного напряжения в висках, темноэльфийский Владыка прикрывает глаза - у него взгляд из первых рядов. Темноэльфийский аналог осанвэ{?}[эльфийский способ ментальной связи, мыслеречь] с опытом бывшего Темного лорда превратил совещание в трансляцию с комментариями. Нииримар такую успел застать у магглов, те как раз начали практиковать и Вернон, как владелец бизнеса успел в этом поучаствовать. Долго плевался, но принцип описал. И сейчас ситуация для эльфа была похожа. Впрочем, тема поспешного собрания не была чем-то неожиданным. Требовалось собрать войска и направляться на помощь союзному государству Гондор. Туда, куда с встреченным отрядом был отправлен поправившийся Боромир. Правда эту ситуацию тоже стоило уточнить у Каэсса и брата, раньше было не до того. Совет закончился распоряжениями короля и тем, что глашатай отправился из чертога, оглашать его волю. Ночь на сон и сборы. После этого воины и все остальные, отправятся в Дунхарроу, где соберутся все оставшиеся рода истерлингов. Гонцы уже были отправлены и население других городов тоже встретится в месте сбора. В итоге, на дроу не обратили особого внимания. Теоден им приказывать не мог - непонятный статус всё же, то ли союзники, то ли непонятно кто. Но и клеймить врагами и пособниками Тьмы благоразумно не стал и подданным не позволил. Похвальное благоразумие. Оставшийся в главной зале чертога Арагорн, вспомнил о дроу и попросил у Келдара помощи. Официально. Тот, не дал ответа сразу, глядя на побелевшую глазами Фаэруне, помолчал и когда та очнулась, кивнул, прикладывая руку в груди напротив сердца, чуть склоняясь и констатируя: - Мы принесём клятвы о взаимопомощи. Но только тебе, наследник Исильдура. Тебе, как будущему Королю людей Средиземья. На правах не будущих подданных, но верных союзников. Если пожелаешь, король, то кровью повяжемся и твой род защищать будем. Но не за просто так. Нам нужна земля, что мы назвали бы своей. Дом, для наших будущих детей. Арагорн заколебался. Это видно было по глазам, по движению лица и Келдар это тоже заметил, тихонько рассмеялся и сказал: - Владыка будет ждать твоего решения, будущий Король. И я буду ждать твоего удивления после заключения договора. Странник уходит, а Нииримар поморщился от легкой головной боли, закончившей ментальный разговор. Сейчас ему всё равно на будущее. У него краткий мир душевного спокойствия, когда хочется разложить бардак в голове по полочкам. Сидя на траве, под ветром как оказалось только разгорающейся весны, он молчал и смотрел на поднявшееся солнце. И именно он, вздрогнул, заметив, как на склоне ближайших к Эдорасу гор, затанцевал рыжий огонёк. Свистнув мальчишкам, что пялились на него из-за забора, он указал на огонёк и спросил у их на всеобщем: - Что это? Мальчишки сориентировались быстро и вот уже самый старший бросился к выходящему из чертога стражнику, крича про сигнальные огни. Нииримар остался на месте, прикрыв глаза и продолжая греться. Даже не дернулся, когда рядом с ним приземлился на коленки чумазый мальчишка лет восьми примерно и не спросил, улыбаясь щербатой от выпавших зубов улыбкой: - Пойдёте бить орков? Владыка дроу открыл глаза, глядя в светло-голубые и чистые глаза напротив, светлые, ясные, без грана страха и ненависти перед его народом и улыбнулся, кивая. Потрепал ребенка по неровно обрезанным волосам и заметил: - Орков, троллей, гоблинов и прочую мерзость пришедшую из Мордора. - Возьмите с собой! Орков бить. - Улыбка на губах Владыки застыла, когда перед глазами развернулись паутинки-судьбы. И судьба маленького ребенка, на самом деле не мальчишки, а девчушки перед ним. Судьба этого маленького и храброго существа тонкая, но она длинная. Но развилка этой жизни неприятная - болезненная, если останется она со своим народом. И невероятная, если уйдёт с эльфами. И не важно какими, темными или светлыми - её судьба стать матерью троих полукровок, мастеров, говорящих с каменьями и металлами. Или смерть, косвенно наступившая от руки мужа-человека, что бросит её на поживу оркам из-за веры в чудо и эльфов, что уже частично покинут Средиземье, закрыв свои земли от простого люда. Человек не желает её смерти, но рожденные ей дети ему ближе, чем она сама. Дети, чьё будущее быть коневодами и ни разу не сделать в жизни чего-то более значимого, чем принятие родов у кобылиц в табуне своей семьи, минимум в пяти поколениях. И менять её судьбу - цинизм и подлость, но не менять - тоже не слишком хорошее дело. Нииримар молчал, оценивая чувства ребенка перед ним и хмыкает, осознавая - девчушка перед ним полная сирота. Осталась без родных ещё до Хельмовой пади - единственную оставшуюся из семьи в живых, мать, убило орочьей стрелой, когда они бежали из своей деревни, на единственной оставшейся лошади. Она и мальчик-сосед. Девочка не помнит своего имени, своего прошлого, только мысль - бить орков в ответ. За ней присматривает дальняя тетка мальчика, но у той шестеро своих ртов и, погибли муж и старший сын, что помогали с тяжелой работой. Девочка - лишний рот, что в условиях будущей голодной зимы будет тяжелым бременем. Она переживёт зиму, но будет мыкаться по чужим домам служанкой, или работницей. Пока в итоге не выйдет замуж за младшего сына на одной из ферм. Или же, уйдёт с ними. Переживёт две зимы впроголодь, учась добывать еду любыми способами, своими собственными руками. Заморозит руки до шрамов, что расчертят ей руки до самых локтей. Научится плести нити и ткать ткани из паучьего шелка, и сама сошьёт платье его сестре, когда та снова узнает о своей беременности. Станет сначала служанкой, а потом ученицей Фаэруне, став в итоге женой пожалевшего её Дивраэна. И принесёт его роду троих естественнорождённых эльфиек-полукровок, которые станут женами уже его, Нииримара, сыновьям. Хорошая кровь. Но забрать её нужно будет прямо в бой - иначе милость Богов пройдёт мимо неё, а будущей части их Рода нежелательно такое. Такая, если забрать с собой станет частью его народа и сама произнесёт все необходимые клятвы. Не испугается и не отступит - она была среди тех, кого в последней орочьей волне защищала Нулиэ. И его сестру эта девочка запомнила так, что до сих пор этот образ стоит на краю разума, как оберег от обид и защита от страха по ночам. А рядом с ней ещё двое - мальчик и девочка. Их судьба поскромнее, но и развилка для них связана с любопытством и решимостью его будущей воспитанницы. Как и польза. Нииримар открыв глаза, погладив напоследок ребенка по голове, сказал: - Раз желаешь, то последуешь за мной. Попрощайся с теткой и приходи. И если решат сопроводить тебя товарищи - не отказывай. Здесь попрощаешься. Девочка беспомощно моргает несколько раз, широко улыбается, обнимает Нииримара за шею со всей своей детской силы и убегает, сверкая запыленными сапожками. Стоптанными, что хорошее напоминание о том, что для ребенка вещи придется поискать по сумкам. Пусть впереди лето - холод ночей ранней весны не та вещь, что должна переживать сирота. И так хватило испытаний. Кажется, что-то из вещей можно перешить на ходу - навыки есть, только мерки надо снять, чтобы одежку на вырост сделать. Нииримар, задумавшийся о будущем, вздрогнул от прикосновения к плечу. За краткие секунды, не почувствовав угрозы он прервал импульс ухода в перекат и выдохнул, поднимаясь с колен и разворачиваясь к смеющейся сестре. Рядом с ней стоял недовольный Келдар, упирающий руками в бока и всем видом напоминающий нахохлившуюся птицу. Смешную такую, худую и взъерошенную. На удивленный взгляд брата, Советник прошипел как змея: - Мы не возьмём человеческого ребенка! Самим есть нечего! А это - чужая жизнь. Владыка кивнул, вздыхая и подойдя к брату, уже сам воспользовался телепатией, понял принцип. Эльфы перед ним замерли и через десяток секунд оба расслабились. Келдар, чья злость схлынула от открывшихся фактов, с остаточным раздражением в голосе пробормотал: - Нужна еда, одежда, о гигиене позаботиться, чтобы эта малявка на себе вшей не принесла. А то лечить вас всех замучаемся. И узнать умеет ли это создание читать. Ещё языку учить. А ведь она, судя по признакам, может и магию в себе пробудить. Побудет рядом с нами годик-другой и свой источник пробудит. Какой кошмар. Нулиэ расхохоталась до слёз, а Нииримар, глядя на её искрящуюся улыбку, прислушался к давно гуляющим на грани ощущений чувству. И поймавший наконец то самое понимание, спросил у сестры: - Каэсс знает? Келдар завис, глядя на смутившуюся эльфийку и её руки, рефлекторно прикрывшие низ живота схватился за голову, бормоча: - Минус боец! Да что же это такое! Эльфийка возмутилась и ударив острым локотком стоящего в прострации брата по ребрам, под его задушенный кашель, поправила: - В битве я должна участвовать. Я спрашивала Фаэруне. Она сказала, что если я хочу родить здоровых мальчиков без мучений, то должна принести в жертву минимум сотню орков. Их будет двое. - Луна моя, это правда?! - Трое эльфов испуганно повернулись к ошарашенному Каэссу, который подошёл к ним, коснулся руки жены и получив в ответ кивок и широкую улыбку, взял её за руки. И глядя в глаза, поднёс ладошки супруги к губам, начав покрывать поцелуями. Нииримар, со смущением подхватил под локоть брата и потащил от радостной парочки, которые, кажется, даже светились на солнце от своего незамутненного счастья. Келдар же, с неизменным страданием пробормотал: - Человеческий ребенок и новорожденные близнецы... Брат… Владыка, нам срочно нужен дом! Нам нельзя оставаться беззащитными в такое время! Вцепившись в плечи Нииримара, Келдар буквально зашипел, напомнив о парселтанге, владение которым, к слову, следовало бы проверить. Слишком уж лёгкой был период адаптации к змеиному яду, даже божественная защита не предполагала такой легкости. Но мысль отошла на задний план, когда Келдар вцепился в плечи брата, сжимая ткань камзола на них почти до треска. Он был в такой панике, что Владыка дроу даже не сразу понял, что происходит. Но как понял, то дернул брата на себя и крепко обнял, шепча: - Всё будет хорошо. У нас будет дом, свой лес и свой маленький мирок, где мы сможем жить. Мы никого не потеряем. Помнишь? Мы всегда боролись и всегда будем бороться. И мы все соберемся за праздничной трапезой, а Нулиэ разольет нам суп по тарелкам из Блэковского праздничного набора, который валяется в сумке благодаря Кричеру. И мы будем пить травяной чай из сервиза, который король Великобритании подарил ещё матери Ориона Блэка. Мы будем собирать грибы и травы, сушить их над очагом и тихо напевая о старых историях, от которых на погоду будут ныть шрамы. А дети, до смешного серьезные, будут сидеть вокруг нас на пушистом ковре из шкуры персидской двухголовой овцы и слушать наши напевы. И мы будем в полном комплекте, а может нас будет даже больше. И все мы будем думать о прошлом, вспоминая друзей и врагов. А за стенами нашего дома будет течь жизнь, которая будет с нами считаться. Что скажешь? Сосредоточившийся на голосе брата Келдар, впервые в новой жизни слетевший в паническую атаку, восстановил дыхание и обняв Нииримара в ответ, хрипло произнёс: - Скажу, что это достойная цель. За такую стоит бороться, чтобы был повод швырнуть в тебя вилку с Блэковскими вензелями и назвать психом. Хотя бы раз. Они смеются вместе - этот смех отдаёт истерикой, но он освобождает сжатую внутри пружину. И подошедшая обниматься Нулиэ это понимает прекрасно. Она позволяет себя обнять, смеется, когда живота касаются руки обоих братьев и морщится со счастливой улыбкой, когда её целуют в обе щеки. И продолжает обнимать обоих, пока не раздается резкий кашель Каэсса и его просьба: - Владыка, с вами хотят поговорить. Нииримар, неохотно отпустил сестру, буквально передав в руки зятя и перевёл взгляд на стоящего в отдалении Арагорна. Кивнув ему, он махнул рукой Келдару и отправился за Наследником людского королевства. Мелькнувшая первой мысль не подводит - он с Арагорном клянется на крови, на своих условиях. И просит выделить в качестве земель для своего народа место, на которое никто не претендует. В итоге, после перехода к карте и недолгого спора, Владыка дроу очерчивает пальцем область на карте, куда его ещё во сне привела интуиция. Эмин Муил, Мертвые топи и Ниндальф. Эти земли пока никому не нужны из-за проблем с проходимостью. В ответ, дроу гарантируют, что сделают через топи четкую пешую тропу, которую смогут проходить путники и торговцы из Каир Андроса. К тому же, Нииримар с намеком стучит пальцем по области карты восточнее выбранных им земель и замечает: - Мы установим магический барьер. Он будет заманивать в болота всех, кто будет идти со стороны Мордора в ближайшие лет десять. Потом барьер придется обновлять, но этого времени хватит для небольшой передышки. Остальное смогут сделать эльфы Лихолесья. Не думаю, что их король пропустит такой шанс поквитаться с порождениями Тьмы. А за нас, сын Араторна, не беспокойся. Мы вырастим на болотах сады, на холодных камнях леса, сделав это место домом для растений и животных, которые твои люди смогут обменивать с нами на нужные нам вещи. Даже не торговать, обменивать. Если на то будет твоя воля и благодарность. Арагорн думает недолго. Он очерчивает область указанную Нииримаром и кивает, протягивая ладонь. Они заканчивают клятву, выпивая кровь друг друга и Владыка дроу смеется, когда наследник королевской линии вздрагивает, глядя на свои руки. Израненные предыдущими схватками и долгой жизнью ладони заживают с огромной скоростью. И Нииримар кладёт руку на плечо брата по клятве, делясь с ним самым важным секретом подобных клятв: - Теперь с твоей невестой вам будет даровано времени больше, примерно на сотню лет. Живите и процветайте. Пока ошарашенный свалившимся на него будущим следопыт сидит на лавке возле стола с картой, Нииримар выходит и сталкивается на пороге зала с Теоденом. И поравнявшись с ним, сообщает о решившей прибиться к ним девочке-сироте. И о своём решении взять ребенка в ученики, выучив на целителя. Король молчит, глядя на него странным взглядом, но потерев лицо ладонью, соглашается, ворча на то, что если дроу решит взять в воспитанники еще парочку сирот, то пусть не говорит. Согласие Теодена у него есть. Дроу выходит к молчащему брату и замечает его в окружении троих детей - двух девочек и мальчика. С небольшими котомками за плечами, они облепили беднягу, расспрашивая о чем-то. Келдар, полноценно переживший истерику и отпустивший ситуацию, весело скаля крупноватые для эльфов острые клыки, что-то втолковывал ребятне. И те, судя по азарту в голосах – совсем его не боятся. Отбоялись уже. Подошедшего Нииримара встретило насупленное лицо будущей воспитанницы Клана, с уже где-то обрезанными волосами. Надевшая поверх рубахи и штанов короткое, до середины икр платье, с котомкой за плечом и с краюхой хлеба, которую она сосредоточенно жевала, девочка встретилась с ним взглядом. Маленькая, но такая решительная. Хмыкнув, он поманил девочку к себе и когда та подошла, уколол палец кончиком не зачарованного ножа и подождав пока на подушечке пальца набухнет капелька крови, ткнул в центр лба девочки, выводя на коже символ своего дома и произнес: - Имя тебе отныне Минавин, младший защитник моего Клана. Отныне я твой Владыка, твой защитник и Старший. Повтори. Девочка в полу трансе повторила и кровь впиталась, ничего после себя не оставив. Только кольнуло там, где раскинулся рисунок цветка Покровительницы. Она не была против такого решения, поэтому закончив эльф поднялся и прижав девочку, обнявшую его за пояс, к себе, посмотрел на Келдара. Брат, улыбаясь искренне, только кивнул и Нииримар, осторожно расцепив объятия ребенка, подхватил ту на руки, чувствуя, как вокруг шеи сплетаются детские объятия. Вышедшего Арагорна он удостоил кивка и направился к выделенной комнате, где сейчас требовалось собрать вещи. И найти вещи на Минавин - ребенок дрожал от пронзительного ветра, остаточного страха и усталости. В покоях его встретил Годррун, который увидев ребенка только почесал в затылке и крикнул: - Фиоле, глянь среди вещей что-то на детей. И пока гномка ворчала, разыскивая по своим сумкам одежду, Нииримар усадил ребенка на кровать и сам забрался в сумку. Когда он нашел на неё свою старую и выстиранную рубаху, которую можно было подтянуть по бокам за шнурки - девочка уже спала, свернувшись клубком на краешке кровати. Гномы, тоже нашедшие вещей на замену, только вздохнули. А Фиоле, оказавшаяся в объятиях спокойного, как всегда, Годрруна, негромко попросила: - Владыка, можете заключить союз между нами? Я не хочу идти в бой зная, что меня некому ждать. Я решила. Нииримар хмыкнул, сосредоточившись и объединившись разумом с другом. Гном, поморщившись и фыркнув, кивнул, внутренне передав своё категоричное согласие и добавил: Она потрясающе разбирается в подгорных растениях и любит выращивать всякую зелень. И у горна не растеряется. А как она шутит... Я уточнял - у неё в роду минимум по семеро детей. После судьбы родителей я хочу большую семью, так что жени не сомневаясь. Будут у нас свои темные гномы. Нииримар посмотрел на всякий случай на паутину судеб и расхохотался, вытирая глаза от слёз и констатируя: - Да ради такого, я вам сам на свирели каждый праздник играть буду! Вместе с Нулиэ танцевать будете. Она малышей ждёт. Гномы переглянулись, и посветлевшая лицом гномка кивнула, ойкая и начав негромко суетиться: - Надо нарядиться и успеть заплести волосы! А как же кольца в бороду супругу?! Я же не сковала! Ой-ой! Свадьба была скромной и прошла через пару часов после согласия Владыки. Нулиэ и Фаэруне вернувшиеся с большим букетом мелких полевых цветов, заплели невесте косы, нарядили в платье и нашли среди вещей плотный платок, которым накрыли дары невесты на лавке, которая пошла вместо положенного подноса. Дары жениха так же закрытые платком были выложены рядом. Обменявшись подарками, молодые забрали их. Гномка отдала единственное, что у неё было собственного изготовления - широкий витой браслет. Годррун же, пока шла подготовка невесты, срезал прядь волос, взял подаренную Нииримаром россыпь мелких камней и наконечник с одной из мифриловых стрел и долго пыхтел в уголке, в итоге вручив невесте подвеску в виде цветка с блестящими каменными капельками, на шнурке из собственных заговоренных волос. После, остатки здравура были распиты новобрачными из одной чаши, с добавленной общей кровью, запиты травяным отваром. На правах покровителей новой семьи Нииримар с Келдаром лично установили над выделенной кроватью молодоженов отсекающий звуки шатер. А сами остались обсуждать сборы. Каэсс и Дивраэн, отправились помогать со сборами лошадей в конюшни. А троица детишек, куда убежала проснувшаяся воспитанница, вместе с эльфийками направились за пределы города, собирать сухую прошлогоднюю траву, которую после обсушки чарами напихали в освободившиеся мешки из-под продуктов. И в сшитые давным-давно подушки. И уже в плащи те травы, что требовались для зелий. Навязали узлы и нацепили на палки, оставшиеся от сломанных в бою копий. И после, в три пары рук, прихватив вернувшегося Келдара в качестве рабочей силы, варили отвары и зелья. Сила, с расширением семьи и заключением правильных ритуалов, уже укоренилась в жилах, запела в крови не сдерживаемая ничем кроме разума. Зелья, пропорции к которым пришлось менять кардинально, всё же работали как надо. Пусть и не всегда. Зато теперь у них есть целых три кувшина скользкой не сохнущей маслянистой пакости, которая хорошо пойдёт для смазки будущих механизмов. Тех же осей для телег. Благо результаты опытов они записывали построчно, на каждую закладку котелка. Привычка, полученная после третьего курса, когда от дементоров мучили непрекращающиеся мигрени, заставляя выпадать из происходящего на минуты. К середине ночи готовились табором - гномы, довольные свадебной территорией помылись с помощью тряпок и ведер, переодевшись в походный вариант, чтобы с утра сразу влезть в доспехи. Доспехами их снабдили эльфы, взявшие по лишнему комплекту и вручив несколько комплектов брони с почивших товарищей. Дроу это не смутило ни капли. Пара минут молитвы и малейшая аура, оставшаяся после смерти владельца, ушла, оставив лишь легкий налёт благословения Махирау. Густой черный краситель, созданный за пару часов Нулиэ, смешанный с водой и маслом, под специальными чарами, покрыл металл и кожу, обтекая лишь декоративные узоры, которые теперь блестели серебром. Пробно одевшись и разобравшись, как всё застегивается, дроу подготовились к утру, ощущая себя гораздо увереннее. Параллельно подготовке, чистоплотные гномы отмыли и удивленную царящими в их отряде правилами общежития малявку. Мыла Минавин подобревшая Фиоле, ещё и вычесав ей волосы, заканчивающиеся на уровне плеч, пока обе сидели у котелков с отварами. Сонные, они грелись от масляных горелок под котелками, вблизи от которых было жарко как от печки. Волосы же девочке заплели в удобные косицы вокруг головы, уже Нулиэ и Фаэруне, убрав частыми гребешками оставшийся мусор и проверившие ребенка на паразитов. Вшей не было, прочей пакости тоже, так что одна из красивых лент оказалась у ребенка, чьи волосы полностью ушли в оплетшую голову многоступенчатую косу. Не тугую, но плотную, чтобы не тянула волосы, но и не выпускала на волю пушистые прядки, которые к юности обещали стать чудесной толстой косой. Себе девушки их заплетать не стали - боевые варианты кос были тугими и от них ныла голова. На ночь такие плести не хотелось. Остальных детей не трогали, собрав из деревяшек, двух плащей и мешка с прошлогодней травой постель, убрали в уголок, к одной из лавко-кроватей. От горелок было тепло, после тушения оных, половину окна завесили последним свободным плащом от ветра и сквозняка. А щелей, оставленных после этого, было вполне достаточно чтобы не задохнуться. Остальные разошлись по кроватям, приткнув кого в ногах, кого под боком. Прижались друг к другу как щенята в корзинке, пригрелись. И что любопытно - очень быстро уснули. А Келдар, после просьбы Нииримара, со вздохом покинул покои. Утро наступило непозволительно быстро. Под горн общего сбора, дроу помогли друг другу умыться, посетить уголок для похода по нужде, одеться, пряча под ткань курток кольчуги из мифрила и затянув поверх них ремешки брони. Заплели друг другу косы. Вместо привычных эльфам полу распущенных водопадов и не заплетенных волос, они заплетались полностью, убирая концы кос под доспехи. Пара боев доказали, что свободно болтающиеся волосы весьма неудобны и опасны. Благо у них были укрепленные металлом шлемы, которые они надели на мягкие подшлемники. В последнем бою без шлема было удобно, но противные царапины на лице заживали слишком долго, раздраженные дождём, кровью и грязью. К тому же, они впервые надевали полный доспех включая шлем и перчатки, с момента появления здесь. Темная одежда, зеленые плащи с символом паука, нарисованным ловкими руками Дивраэна и остатками самоварной краски для ткани. Плотные перчатки, плавно переходящие в наручи, второй комплект которых был подарен Покровительницей, найденные поутру рядом с подготовленной бронёй для каждого, плотно облегают руки. Плотная обувь, которая поверх шнуровки заматывается ещё и дополнительной кожаной лентой – поддерживает ноги, уберегая от вывихов. Перевязи под оружие поверх, потайные ремешки для скрытых ножей и сумок – они собираются основательно. Оглядывая друг друга, дроу скалят зубы - вид очень внушительный, что и требовалось доказать. К таким не будут относиться с пренебрежением. Таких будут опасаться. Полная броня несколько утяжеляет, но в отличие от Хельмовой пади, предстоящая битва пройдёт на открытом поле. У них нет копий, только луки, мечи и парные ножи для тихих убийств, а сшибка будет серьезной. И скорее всего, они прибудут на подмогу до сумерек - зрение будет ограничено. Но деваться некуда. Они идут воевать за своё будущее...