Отдам котёнка в добрые руки

Стив, набирая очередной совершенно бесполезный отчёт для Фьюри, то и дело косился на развёрнутый экран видеонаблюдения. Для посторонних могло показаться, что слишком ответственный Капитан Америка контролирует работу кого-то из новичков, и только Баки знал, за кем так пристально следит его лучший друг. — И долго ты плясать вокруг него будешь? — Баки высунулся из-за плеча, подкравшись совершенно бесшумно. — Это… — Это не то, о чём я думаю? Брось, Стиви. Сколько мы знакомы? Думаешь, я не вижу, как ты на Джека смотришь? И ты его на-ри-со-вал. — И ты не против? — Стив сцепил руки в замок, натягивая на себя то самое выражение лица, которое помогало продавать снег зимой. — Ты, конечно, тот ещё экспонат музейный. Практически мамонт, — хохотнул Баки, усевшись напротив и закинув длинные ноги на стол. — Но я уверен, что ты моему мальчику точно ничего плохого не сделаешь. Так что дерзай. — Ага, — нахмурился тот. — Ты меня ещё благослови и в лоб чмокни. — Я могу! — Иди отсюда, — отмахнулся от него Стив. Он хотел было уже спуститься и пригласить Джека сходить вместе на обед в столовую или просто принести ему чаю, но пискнувший телефон перечеркнул все его благие начинания. — Баки, в конференц-зале через пятнадцать минут и вызови СТРАЙК, похоже, у нас… пиздец. Брок во главе СТРАЙКа был в конференц-зале не через пятнадцать минут, а через десять. Он вопросительно посмотрел сначала на Баки, а потом на Стива. — Читаури? Гидра в Белом доме? Конгресс в полном составе захватили в заложники? — спросил он. Открыв взмахом руки все окна разом, Стив обвёл взглядом присутствующих. — Не так глобально — захват отработанной нефтяной платформы в Баренцевом море, где сейчас развёрнута бактериологическая лаборатория, и это касается нас, потому что ООН запрашивает помощь. Что конкретно там изучается, неизвестно, но нам поставлена задача разобраться, что произошло, и ничего не разнести. Последнее сообщение от научных сотрудников лаборатории с отчётом пришло шесть часов назад и с тех пор тишина. Рамлоу, идёшь ты и возьми ещё пятерых бойцов. Барнс, готовься к ближнему бою. На сборы полчаса. Все свободны. — Вот в такие моменты, — проверяя пистолеты в оружейке, сказал Брок, — я рад, что Джек не прошёл тесты в Страйк. Не пойми меня неправильно, он смелый парень, но у него куда лучше получается работать мозгами. Позвони ему, предупреди, что к ужину не вернёмся — сам знаешь, такая поебень по времени непредсказуема. Баки, уже полностью упакованный в тактический костюм, выцепил из кармана телефон, отзвонился сыну, кратко рассказал, что и как, пообещал быть осторожным, не соваться под пули и всё такое, и предупредил о возможной задержке. Как же он соскучился по полевой работе! Тот единственный раз, когда его выпускали погулять вместе с Мстителями, был так давно, что он успел известись от безделья и загонять молодчиков Брока до такого состояния, что те шарахаться от него начали. Баки казалось, он просто достал абсолютно всех, вот Стив и расщедрился, взяв его на миссию, хотя тут явно полезнее был бы Старк. В джете Стив в очередной раз обрисовал ситуацию, напомнил не забыть респираторы, каждому лично вбил в коммуникаторы схему буровой установки, но отдельно подчеркнул, что научники могли понастроить что-то самостоятельно и придётся разбираться уже на местности. — По одному не ходить! Намордники с лица не снимать! Стрелять только в крайнем случае! Всё, выдвигаемся! Они высадились на платформе и рассредоточились. Буровая как вымерла. Свистел ветер, об опоры бились волны, кричали какие-то птицы, и это были единственные звуки, которые слышал Брок. Но стоило им открыть двери во внутренние помещения, как их оглушили вопли ярости. На Брока бросился какой-то неадекват в хаки и получил пулю в лоб. — Психотропное воздействие, — рявкнул Брок в коммуникатор. — Намордники не снимать, беречь оборудование, беречь ученых. — А как их отличить, командир? — спросил Таузиг. Брок пристрелил ещё одного камуфлированного берсерка и ответил: — Противник в камуфляже, остальных фиксировать. Стив перехватил щит поудобнее и двинулся вперёд, пригибаясь почти к самому полу, в спину ему дышали Таузиг и Милз. По данным, что Стиву предоставили по запросу из ООН, на платформе работали пятьдесят три человека — обычные учёные: инфекционисты, иммунологи. Разрабатывали какие-то сверхсекретные составы вроде сыворотки, однажды бесповоротно изменившей когда-то Стивена Роджерса. ООН курировала эти разработки неофициально, поставляла образцы и штаммы известных вирусов. Сейчас платформа казалась мёртвой, застывшей в море железной махиной без единой искры жизни. На первой же лестнице, уводящей куда-то в темноту, Стив чуть было не споткнулся о распростёртые тела. Среди них не было ни одного в белом халате. Высвечивая фонариком лица и сравнивая со списком, Стив с каждой минутой убеждался, что и не будет. Вся лестница была залита кровью, будто эти молодчики не просто столкнулись c превосходящим противником, а вдруг разом сошли с ума, развернулись и перестреляли друг друга. — Таузиг, левый коридор, — скомандовал Стив. — Милз, на тебе остальной периметр. Я иду дальше. — Кэп? — Отставить разговоры, Джон, выполняй. — Есть выполнять, — отчеканил Таузиг. Впереди были ещё одна лестница, ещё коридор, резко забирающий вправо, и снова тела растерзанные, изувеченные, они тянули руки куда-то в темноту, стараясь дотянуться до чего-то невидимого, непонятного Стиву. Он выносил двери ударом ноги, осматривал пустующие лаборатории с разбитым оборудованием. Дышать становилось всё труднее. Стянув намордник, Стив глотнул воздуха и тут же закашлялся. Горло резануло острой болью, в глазах поплыли цветные круги, утягивая сознание в темноту. В себя Стив пришёл, прижимая какого-то задохлика в белом халате к полу, выбив при этом у него из дрожащей руки окровавленный скальпель. Плечо тянуло, глаза заливало чем-то красным, липким. — Отпусти, — прохрипел «белый халат», перестав вырываться. — Пусти, антидот уже подействовал. Я больше не опасен. Отпрянув от научного руководителя, Тау Юхассона, если он правильно помнил его имя, Стив сполз по стене, потянул вниз респиратор. — Какого чёрта у вас здесь творится? — просипел он, стараясь не двигаться. Создавалось впечатление, что он пролетел через всю станцию, проламывая головой стены. Все кости болели, суставы крутило нудной болью, а ногу он, похоже, всё-таки сломал. — Внештатная ситуация, — отмахнулся учёный, вводя себе в вену какой-то белёсый раствор. — Мы бы справились сами, но передатчик полетел, не смогли связаться с центром на материке, и они прислали вас. — То есть из пострадавших только наёмники? — Стив закашлялся. — Где ваши люди, профессор? — Они заперты внизу, как только газ рассеется, двери автоматически откроются. А я вышел вас предупредить. У вас, молодой человек, странная реакция на токсин. Вы предпочли причинить боль себе, чем свернуть шею мне. Занятно, очень занятно. Брок проследил, чтобы подволакивающий сломанную ногу Стив забрал данные. Скомандовал складировать трупы наёмников в джет — пусть следователи ЩИТа разбираются, кто это и откуда, не брокова забота. И позвал: — Барнс, к точке сбора. У Стива всё похолодело внутри. Он уже в красках представил, как Баки, тоже стянув намордник, вдохнул полной грудью эту гадость, что у него в мозгу что-то щёлкнуло, выпуская из тёмных глубин Зимнего убийцу, истирая Баки в пыль, как тот показался из дальнего прохода, волоча на себе тщательно спелёнутую тушку. — Смотрите, кого я поймал, — по приглушённому респиратором голосу было понятно, что Баки доволен, даже улыбается во все тридцать два зуба. — По нижнему ярусу бегал, духов боялся, в тени стрелял. Весёлый малый. — Забирайте, — скомандовал Стив ближайшему бойцу. — Профессор, вам точно не нужна никакая помощь? — Нет, молодой человек, а вот от вашего участия в тестировании я бы не отказался, — облизнулся Юхассон. — Не вы один, профессор, — покивал Баки, подпихивая Стива в спину. В джете Брок наложил Стиву шину на сломанную ногу и велел сидеть смирно. — Будешь дёргаться, срастётся неправильно, придётся опять ломать, а тебя обезболивающие не берут, — проворчал он. — Баки, отзвонись Джеку, что мы возвращаемся. Хотя… — он задумался, — мне ещё груз сдавать и отчёты писать. У Стива зверски болела голова, он старался даже дышать через раз, а двигаться сил не было совершенно. Он смежил веки, не слушая, как Брок полощет мозги Милзу за просранный пистолет, а Баки воркует с сыном, хвастаясь, что лично поймал целого командира наёмников, ничего ему не сломал, и вообще: Стив впервые не смотрел ни на кого «тем самым взглядом». Стоило джету мягко опуститься на крыше башни Старка после того, как Брок вместе с пленным и СТРАЙКом были закинуты на базу, Баки вызвал медиков. — Пойдём, Стиви. Не нравится мне, что ты до сих пор молчишь. — Голова болит, — сквозь зубы прошипел Стив, прижавшись горячим лбом к плечу Баки. Была уже глубокая ночь, но Джек не ложился — дожидался, пока вернутся свои. Вышел их встречать, подошёл к Стиву, подставил плечо. — К медикам, — согласился он. — Это ненормально, что у тебя так долго болит голова. Джеймс, подхватывай с другой стороны, и давай его в лазарет. Ещё где-то час Стива обкалывали какими-то детоксами, вливали через капельницу глюкозу и физраствор, брали на анализ кровь, и кололи что-то ещё, пока его тело не вспыхнуло жаром, выводя оставшуюся дрянь с потом. Баки сполз на пол рядом с койкой, на которой наконец-то уснул его единственный друг, человек, который был не только его настоящим, но и помнящим и любящим Баки из прошлого. — Я помню, что не раз сидел вот так вот и молился всем богам разом, чтобы он не умер, — признался Баки, поглаживая живыми пальцами большую ладонь Стива. — Обещал отдать что угодно. Сейчас вот точно так же себя ощущаю, хотя знаю, что и без врачебной помощи сыворотка пережгла бы любую дрянь. Джек положил руки ему на плечи. — Пойдём домой, — сказал он. — Стив сейчас будет спать и проснётся здоровым. А тебе надо поесть, ты сегодня сильно потратился. Я ужин приготовил. Со Стивом всё будет в порядке. Поднявшись и поправив одеяло, укрывающее Стива до середины груди, Баки вышел следом за Джеком. Баки никогда особо не нравилась башня, но вот в такие моменты он действительно ценил гостеприимство Тони за то, что не надо было мотаться через половину города в больницу и все родные рядом. — А твой день как прошёл? — поинтересовался Баки, поедая вкуснейшие спагетти с морскими гадами. — Аналитика, — пожал плечами Джек, накручивая спагетти на вилку. — И пострелял в тире после работы — мне не нравится, что я не смог пройти в СТРАЙК. Не потому, что я туда рвусь, просто хочу знать свои пределы. Я их ещё не достиг. На полевую работу я как раз пока не рвусь, я вообще не хочу работать под Броком, это плохая политика. Но вот думаю: аналитика аналитикой, но не попробовать ли мне себя в чём-нибудь ещё? Пока не решил. Будет возможность расширить специализацию — обязательно расширю. Слушай, а что со Стивом случилось? Ты в порядке, Брок в порядке, а он что? Опять с одним щитом против армии? — Думай, — пожал плечами Баки. — Я поддержу любое твоё решение, если только ты с крыши не решил шагнуть без страховки. Но СТРАЙК — это не то место, куда тебе стоит стремиться. Прости, но не хочу, чтобы тебя посылали, как нас, любые дыры и проёбы ЩИТа затыкать. Мне Стива с Броком достаточно. Мог бы — давно бы поседел. И если у Брока ещё хватает мозгов не лезть вперёд, игнорируя приказы и инструкции, то у Стива такой функции от рождения не предусмотрено. Газа он надышался и рванул в одиночку постигать новые горизонты. А ногу он сам себе сломал. Баки со вздохом отодвинул пустую тарелку, глянул на часы, понимая, что спать ему сегодня всё же придётся одному, так как Брок, скорее всего, останется ночевать на базе. Смысл возвращаться, если до рассвета всего час и ещё два — до побудки. Джек нарезал малиновый чизкейк, взял себе кусочек, остальное пододвинул к Баки. — Ты ложиться сегодня будешь? — спросил он. — Я, пожалуй, нет. Лучше вообще не ложиться, чем проспать два часа и потом снова скакать. Нет, на фронте мы вообще спали, когда придётся сколько получится, но я всё-таки не на фронте. Знаешь, странно, что Сайлас не задействовал ресурсы Гидры, чтобы окончательно разделаться с Гефом. Все эти бесконечные стычки на границах… Когда меня захватили в плен, Геф как раз выдвинул танки против нас, «голиафы». И я всё понять не мог — почему они просто не сомнут нас танками? Или почему Сайлас — он же верховный главнокомандующий — не прикажет вооружить войска противотанковыми пушками или хотя бы противотанковыми ружьями? Ведь это глупость какая-то — танки против пехоты, пехота против танков. Так не воюют. В этом нет никакого смысла. — Время работы с Сайласом я почти не помню, — признался Баки. — Только что-то на уровне звериных инстинктов: Зимний, как животное, чувствовал любого человека. К кому-то тянулся, на других кидался, если не держать за «ошейник», а иным пытался нагадить в тапки. В Сайласе Зимний не ощущал угрозы, он ему банально не нравился. Глупый, недальновидный, с завышенным чувством собственной значимости, и он панически боялся Актива. — Баки постучал пальцами бионической руки по столешнице. — Разберёмся, что и как. Мне кажется, там всё не так просто. Очень может быть, в Гильбоа действительно нет ни одной базы Гидры, потому что королевство само как база. Слишком всё странно. — Вот и мне странно, — согласился Джек. — Ну так как, попробуешь поспать или займёмся чем-нибудь? — Да смысл уже ложиться, — отмахнулся Баки. — Либо в зал спущусь, либо на диван кино смотреть залягу, может, чуть позже к Стиву уйду, не хочу, чтобы он один просыпался, неправильно это. А ты, малыш, лучше бы всё-таки поспал. Вон и Принц всё никак не может успокоиться. — Пап, если я два часа просплю и потом встану, буду разбитым весь день, — отмахнулся Джек. Понял, что сказал, и настороженно посмотрел на Баки. — Прости, само вырвалось. Просто понимаешь… ты сказал сегодня, что во всём меня поддержишь, и это было так… — Джек взмахнул рукой, не находя слов. — С Сайласом я всю жизнь чувствовал себя обязанным. А ты, вот так просто… Баки молча поднялся, подошёл к Джеку и сграбастал его в объятия, прижимая голову к груди, поцеловал в макушку. — Малыш, я очень люблю тебя, и ты даже представить себе не можешь, насколько счастливым меня делаешь одним своим существованием, — выдохнул он, погладил сына по спине и тут же улыбнулся, сбрасывая с себя всю серьёзность. — А пойдём «Улицу Вязов» досматривать? — Как раз времени до подъема на два фильма, — согласился Джек, не торопясь высвобождаться из объятий. — А Принц днём отоспится. Он же кот.