Скиталец

***

— Лорд Вейдер… Император требует, чтобы вы вышли на связь. Лорд Вейдер?       Лейтенант Тален и не думал, что далеко не каждый мог застать Вейдера медитирующим в специальной капсуле. Со страхом он смотрел, как на изуродованную голову Тёмного Лорда опускался шлем. Ходило множество слухов про то, что могло произойти после встречи с ним, и лёгкий испуг — самый позитивный исход. Сколько командиров были казнены лично Дартом Вейдером за «некомпетентность»! Однако, служба рядом с ним всегда означала быстрый карьерный рост: сегодня ты капрал, а завтра офицер повыше званием может умереть от удушья и его место станет свободным. Однако воспользоваться этой возможностью в полной мере смог только Уилхафф Таркин — ныне гранд-мофф Таркин. — Как он пожелает. — Прозвучал усиленный динамиками голос, после того как маска Тёмного Лорда соединилась с воротником.       С чувством исполненного долга (и радостью выжившего) лейтенант направился прочь, подальше от этой тёмной фигуры, которая внушала ужас любому жителю Империи. И не без причины.       Когда Тёмный Лорд остался один, он развернул капсулу к экрану, занимающему всю стену, и снял блокировку, которую ставит перед погружением в медитацию. На экране появилось изображение его учителя — Дарта Сидиуса, Императора Палпатина. Мантия накрывала почти всё лицо, оставив снаружи лишь подбородок. — Что вы пожелаете, учитель? — Ты почувствовал возмущение в Силе, Лорд Вейдер? — Голос Дарта Сидиуса всегда обладал гипнотическим даром. Одновременно грубый и глубокий, невозможно было понять, он просто спрашивал своего ученика или дразнил его. — Да, учитель. — Лорд Вейдер воссоздал в своей памяти это щемящее чувство, будто где-то, совсем рядом, возникла рана в Силе. Она появилась буквально из ниоткуда, но прежде чем Тёмный Лорд успел определить её источник, всё снова вернулось на свои места. Раны в Силе стали появляться всё чаще с установлением Галактической Империи — слишком много планет были сожжены. Но такие раны никогда не пропадали так быстро и были похожи на кровавый след, застывший на месте гибели. — Тогда ты знаешь, что от тебя требуется. Немедленно вышли инквизиторов обыскать Внешнее Кольцо. — Как прикажете, учитель.       Передача прервалась, и Дарт Вейдер смог ненадолго поразмышлять о природе возмущения, что почувствовали ситхи. Оно не было похоже на обычные раны, которые оставались после геноцида на непокорных планетах или на тьму, которую распространяло само существование Дарта Сидиуса — это было больше похоже на зияющую дыру в Силе, без тьмы и света, пустоту. Как бы то ни было, Император ненадолго ослабит свой надзор за своим учеником, что означало увеличение шансов на успех его плана. Скоро Империя будет принадлежать ему и только ему. Но нельзя забывать про то, что, возможно, не заметил его учитель: рана в Силе не была неподвижна — за короткое мгновение, что Вейдер её ощутил, она будто пронеслась по всей галактике, проверяя, насколько далеко она может распространиться. Или усиленно пытаясь найти что-то.

***

      Странное чувство — быть в полном одиночестве. Нет, я конечно слышу, как где-то снаружи Юнона что-то чинит резаком, и где-то в засаде засел ПРОКСИ — ждал своего хозяина. Но раньше я постоянно ощущал присутствие Демона, даже когда его нигде не было видно. Интересно, он пропал полностью или просто ушёл искать другого Тэнно? А что, если их вообще не осталось? Что, если, найдя путь обратно в Систему, по возвращению я застану полное господство Корпуса или Гринир? Надо как-то это узнать. Может, Бездна умеет и это?       Я присел в позу медитации, попытался сосредоточиться, но не стремился «провалиться» в себя, а наоборот — старался выплеснуть Бездну наружу. Вскоре все звуки затихли, я слышал лишь стук собственного сердца. Ещё дальше. Я управляю Бездной, она — продолжение меня. С этими мыслями я ушёл в Бездну. Вокруг снова ничего не было — бледная энергия всё перекрывала. Внезапно — я оказался на Орбитере, сразу под рубкой навигации. Не на моём: всё вокруг было покрашено в цвета Корпуса — синий, оранжевый и белый. Но, тем не менее, я ощутил чувство дома — шумела кузница, собирая очередное оружие, кават мило развалился в инкубаторе. Но я знал — чувствовал — где находится владелец. Буквально плывя сквозь пространство, как привидение, я поднялся к звёздной карте. Хозяином Орбитера оказалась девушка, ростом чуть ниже среднего. Она больше напоминала важную персону Корпуса, чем Тэнно — строгий костюм, на лоб задвинут визор, которые носят элитные бойцы Корпуса. Волосы, отсвечивающие синим цветом, прикрывали высокий лоб. Прямой нос в купе с тонкими бровями и фиолетовыми глазами создавали развязное выражение лица. Отойдя от звёздной карты, она развернулась ко мне лицом, я заметил, что у неё правая рука была искусственной. Направление её взгляда означало моё обнаружение — она смотрела прямо на меня. Но, внезапно, послышались шаги. Повернув голову, я заметил очертания шлема солдата из Корпуса. Я удивился, как он здесь оказался и почему цефалон никак на это не реагирует? Я попытался выйти ему навстречу, но он прошёл мимо меня. — Наёмник, вы здесь? — Она продолжала смотреть на меня с удивлённым взглядом и слегка приоткрытым ртом. — Наёмник? Айрин? Когда он уже вошёл в комнату, она на момент посмотрела на него, затем вновь на меня. Кажется, меня он не видит вовсе. — Штурмовой отряд смог захватить пару Тэнно со станции. У нас не так много времени, а у вас язык вроде подвешен на такое. Ну, по крайней мере я не знаю какими способами вы можете «договариваться» с людьми. Идёте на допрос? — Д-да… Иду. — Ответила она, не сводя с меня глаз. — Одну минуту, Процион.       Окружение, цвета корпуса, протез, одежда… пленные Тэнно — всё стало на свои места. Вот оно как. Мне хотелось злиться. Мне хотелось кричать. Но вместо этого я лишь натянул на себя фальшивую улыбку и произнес: — Привет, малыш.       Сразу после этих слова я почувствовал себя привязанным, но не к Орбитеру — меня тянуло обратно в моё тело, медитирующее на «Хищной тени». Не знаю именно я ощутил первым, когда вернулся — шок, счастье или ярость. Значит, есть выжившие Тэнно, и они организованы. Но… союз с Корпусом?! Не против Гринир, а против других Тэнно? Сколько ещё последовало за Айрин? Надо возвращаться, не важно как. Но что, если я вернусь, только когда Корпус всё захватит? Чёрт, чёрт, чёрт! Мне надо успокоиться. Может, снова походить по ангару? Да, надо проветриться.       Казалось, совершенно ничего не изменилось — вон ПРОКСИ засел надо дверью в ангар, явно намереваясь застать врасплох своего хозяина, а вот наш новый пилот, что-то внимательно настраивающий возле шасси корабля. Так я и опёрся на один из прилегающий ящиков, и, наблюдая за Юноной, не мог перестать думать. Здесь, вместо одной системы им доступны тысячи, десятки тысяч. Может, на одной из них я найду то, что поможет мне сражаться с Корпусом?

Моррабанд — проклятое место…

      Раз у них существуют джедаи и прочие адепты силы, нужно что-то действительно жуткое, чтобы называть это «проклятым». Мой взгляд задержался на Юноне. Пилот, наверняка она побывала на многих планетах. — Помочь? — Я тихо подошёл к ней, на этот раз без режима Бездны. Но она всё равно посмотрела на меня так, словно увидела призрака. По, взгляду, направленному на мои руки, я понял, почему — после «изгнания» Демона кровеносные сосуды на моих руках просвечивались багровым цветом. — Если ты разбираешься в маскировочных устройствах, то не откажусь. — Она говорила осторожно, не оставляя «офицерский» тон. Однако, увидев, что я стал столбом, ответила уже менее официально. — Лучше я сама. Ты же подошёл не просто так? — Да. Ты же бывала на многих планетах? Она отложила резак в сторону и отвела взгляд, вспоминая. — У меня было много боевых вылетов, но тебе лучше сказать, какую систему ты имеешь ввиду. — У вас на картах есть нечто, называемое Системой Первоисточника? Оранжевая звезда, восемь планет? Активная гражданская война на её территории? — Нет, нигде такого нет. — Она повторно окинула меня взглядом. — Это твоя родная система? — Можно и так сказать. Хорошо, а что за Морабанд? — Одна из многочисленных планет-пустынь на Внешнем Кольце. Система Хорусет, если я правильно помню. — Спасибо. — Я хотел развернуться и уйти, чтобы попытаться найти больше данных в планшете, но остановился, чувствуя на себе любопытный взгляд. — Если хочешь что-то спросить — спрашивай. — Ты один из шпионов Вейдера? — Нет, повторяю — я всего лишь пассажир. Можешь считать, мёртвый груз. Что-то ещё? Вместо вопроса она вновь уставилась на мои руки. — На это не обращай внимания. — Но… — Я же сказал — не обращай внимания. — Я отошёл и сел обратно на ящик. — Ещё раз спасибо.       Юнона мотнула головой и продолжила латать корабль.       Старкиллер всё-таки явился — с сияющим лицом распахнул дверь в ангар, правда, не я один ждал его возвращения: на пути к кораблю он был снова атакован ПРОКСИ. Впервые мне удалось увидеть такую битву — они прыгали по всему ангару, проводя атаки в невозможных стойках, и я только сейчас заметил, что спарринг с ПРОКСИ никогда не передаст в полной мере битву с настоящим адептом Силы — Старкиллер атаковал совершенно на ином уровне, его атаки были не точным расчётом машины — это были яростные движения, сочетающие в себе разные формы боя на световых мечах. Он то приближал меч ближе к туловищу, переходя в глухую оборону, то переводил его в обратный хват и бросался в атаку свирепым рывком, как змея. Я жадно наблюдал за поединком до самого его конца, когда в ПРОКСИ полетела шрапнель из обломков, а затем последовал точный выпад, на этот раз проткнувший его насквозь чуть правее центра груди. — Ах, ещё одна великолепная дуэль, господин! — Ты меня удивил, ПРОКСИ — я думал, что ты уже стёр эту программу. — Старкиллер увидел Юнону, которая латала корабль снаружи, затем резко завернул за кучу ящиков, утащив за собой ПРОКСИ. — Это ещё кто? — Твой новый пилот. — Я вмешался в разговор. — Ты хотя бы не следовал за мной по крейсеру? — Зачем? Я просто понаблюдал за твоей «дуэлью». — ПРОКСИ? — Подтверждаю, господин, он не покидал ангар. Более того, он заменял меня, пока я ждал вас. — Что-то не припомню, чтобы я соглашался… — Это неважно. — Старкиллер помог повреждённому дроиду встать прямо. — ПРОКСИ, кто наш новый пилот? — Одну секунду, получаю доступ к базе данных. — С небольшими помехами появилась очередная голограмма. — Капитан Джуно Эклипс. Родилась на Корулаге, где стала самым молодым кадетом, когда-либо принятым в Имперскую Академию. Более сотни боевых вылетов, командовала «Чёрной восьмёркой»… — Физические данные там тоже есть? — Неожиданно Юнона вышла из-за угла, почему-то с слегка покрасневшим, но возмущённым лицом. — Есть, — голограмма развеялась, — но доступ к ним ограничен. — Затем ПРОКСИ повернул голову в сторону Старкиллера, прикрыв своей ладонью место, где у людей должен быть рот. — О мастер, могу заявить, что она вряд-ли поддаётся перепрограммированию… — Сказал он так, будто, кроме его хозяина, никого не было рядом. — ПРОКСИ, ты заставляешь уже двух людей на корабле желать тебе демонтажа. — Заверил я, когда прочитал на лице Юноны похожую реакцию на манеры дроида. — Так, судя по твоему счастливому лицу, новое задание — особенное, не так ли? — Если хочешь подробностей, иди на корабль и приготовься. — Он резко осёкся, будто хотел сказать что-то другое, но не мог вспомнить, что именно. — Куда мы летим сегодня? — Нар-Шадаа. Все собрались в рубке, всё казалось неизменным. Первые полчаса после взлёта Старкиллер молча наблюдал за работой Джуно. Убедившись. что новый пилот управляет кораблём лучше, чем предыдущий, он перевёл взгляд на ПРОКСИ, безуспешно пытающегося закрыть пробоину. — ПРОКСИ, покажи мне нашу цель. Дроид повиновался и стал в центр рубки, переливаясь светом от голопрожекторов. В центре комнаты стоял пожилой человек в боевой броне поверх коричневого одеяния джедая. Горбатый нос, острый подбородок с бородой, седые волосы, завязанные в узел на макушке, — всё это придавало ему немного карикатурный вид военного командира. — Мастер Рам Кота был уважаемым генералом во время Войн Клонов… — Начал говорить хрипловатый голос. — Вы охотитесь на джедаев? — Почти шёпотом спросила Джуно. — Я вершу правосудие над врагами Империи и моего учителя, как и ты с этих пор. — Резко ответил Старкиллер. — …мастер Рам Кота не раз проявлял свой военный гений, — продолжал ПРОКСИ, — но он считал, что клоны не столь надёжны, как обычные солдаты, поэтому на миссиях его сопровождал личный отряд из доверенных солдат… — Значит, когда объявили приказ 66, рядом не было солдат клонов, чтобы… свершить правосудие. — Вновь встряла Джуно. В ответ ПРОКСИ кивнул. — После начала Истребления о Раме Кота ничего не было слышно. Официальные имперские документы указывают, что он мёртв. — На последних словах голограмма развеялась. — Почему Кота решил показаться именно сейчас? — Уже твёрдо спросила Джуно. — Он хочет, чтобы его нашли. — Значит, мы движемся в ловушку. — Последовала небольшая пауза. — Сколько пилотов вы потеряли до меня? — Семь. На него не смотри, он только шестого видел. — Да, весело тут было. — У меня в голове промелькнула немного глупая мысль. — ПРОКСИ, у тебя есть данные на всех? — Практически ко всем, мой уровень доступа позволяет… — А на меня данные тоже есть? ПРОКСИ взглянул на Старкиллера, будто ждал обратного приказа, но ему ответили: — Давай, покажи. Мне интересно, что туда написали. Театрально опустив голову, ПРОКСИ, уже не выходя в центр рубки, принял мой облик. Вместо уже ношеного, прожжённого в нижней части рук, боевого костюма штурмовика на мне появилась броня тёмно-синего цвета. Небольшая горбинка на носу, серые глаза, тонкие губы, пепельные волосы — всё на месте. — Айза Ледо был мандалорцем-радикалом. В составе группировки, называющими себя «Гвардией Сатин», нападал на кланы, находящихся под защитой Империи. Последнее нападение было заранее предусмотрено и остановлено. Погиб во время отступления на орбите Мандалора. Голограмма развеялась, ПРОКСИ занял своё кресло и продолжил чинить себя. Джуно вводила координаты в компьютер, а Старкиллер подвёл руку к подбородку, закрыв верхней частью ладони еле заметную улыбку. — Не знал, что подобрал на борт воинствующего мандалорца. — Я думал, досье будет более…кратким. — Имперцы завели его на тебя, пока ты барахтался в бакта-камере. Нужно было написать что-то, иначе бы оно привлекло внимание. Появился из ниоткуда, попал на разрушитель… — Понял, понял. Только что тут смешного? — Я просто представил, как ты летишь на реактивном ранце, крича во всё горло «ЗА МАНДАЛОР!». — Он вновь повернул кресло в сторону Джуно. — Сколько до прибытия? — До прибытия на Нар-Шадаа двадцать минут.

***

Возле Нар-Шадаа развернулся настоящий космический бой. Правда, неравный — на три имперских разрушителя у атакующих нашлась лишь парочка корветов. Тем не менее, повстанцы уже успели захватить верфь, дрейфующую на орбите. В полном молчании мы со Старкиллером стояли возле посадочного трапа, готовые десантироваться на верфь. — Есть какие-то подробности твоего задания, которые мне необходимо знать? — Спросил я, когда мы уже подлетали к единственному доступному ангару. — Мой учитель напомнил мне, что Император не должен обо мне знать, поэтому я должен убить всех на своём пути, даже имперцев. — Значит, никаких следов… Понятно. — Будьте готовы спрыгнуть в ангар через тридцать секунд! — Прозвучал из динамиков «Хищной тени» голос Джуно. Трап опустился, представляя моему взору ангар, охваченный битвой. Постоянно что-то взрывалось, свистело, были слышны звуки выстрелов и выкрикивание приказов. Старкиллер попросту спрыгнул вниз, на лету отражая выстрелы своим световым мечом. Я проверил наличие бластера и совершил Рывок Бездны в самое надёжное, как я думал, укрытие в виде разбитого истребителя. Переждав пару секунд и поняв, что в мою сторону не ведётся огонь, я выглянул из-за «баррикады», чтобы осмотреть поле боя. Старкиллер успел прикончить около половины всех солдат в ангаре и сейчас находился под перекрёстным огнём, что ему не особо мешало: все выстрелы отражались световым мечом, нередко возвращаясь обратно. Заметив около двери в ангар стационарный пулемёт и приближающегося к нему повстанца, я прицелился в последнего и выстрелил. Первый синий сгусток пролетел над головой вовремя пригнувшегося солдата, второй пришёлся ему прямо в голову. Между тем остальные солдаты уже обратились бегство, не в силах пробить защиту Старкиллера, и были убиты по одному в процессе. Когда в ангаре не осталось больше солдат, с нами связалась Джуно: — Эклипс — десанту: вы находитесь на два уровня ниже от лифта на главный мостик. Следуйте по коридору номер семьдесят три. — Понял. Какова активность солдат у нас на пути? — Спросил Старкиллер. — Самые крупные очаги битвы находятся в конвейерных комнатах. Между ними солдат почти нет. — Сообщи, если ситуация изменится. — Так точно. Эклипс: конец связи. На верфи царил хаос и разруха, но автоматизированные конвейеры продолжали работать, как ни в чём не бывало. Вокруг взрываются гранаты, проносятся лучи бластеров, разные голоса брали контроль над оповещениями и активно поддерживали то имперцев, то мятежников, но в звуки битвы пройденных нами комнатах затихали: все падали замертво, разрубленные световым мечом или подстреленные бластером. Мы пробегали коридоры, выносили по очереди блокирующие двери (я выбивал их ударом Бездны, а Старкиллер проделывал похожие манипуляции с силой, но, как я понял, его атака имеет больший радиус поражения), не оставляя целыми даже дроидов. — Эклипс — Старкиллеру: прямо по курсу помещение, через которое на верхние уровни верфи доставляют дефлекторы СИДов. С помощью подъёмного механизма вы сможете подняться на уровень выше. — Оповестил голос Джуно, когда мы подходили к особо бронированной двери, за которой слышалось больше выстрелов, чем раньше. Перед входом я проверил заряд бластера — на моё удивление, после нескольких десятков выстрелов в его обойме осталось чуть больше трети боезапаса. Но когда Старкиллер выбил эту дверь, я вложил бластер в кобуру, поняв, что здесь он будет бесполезен. Судя по всему, здесь сражение длилось уже долгое время — обе стороны уже успели разложить баррикады и вели заградительный огонь по друг другу, но это были ещё цветочки. Ягодки подступили, когда нас заметил огромный, где-то десять метров ростом, двуногий шагоход. Он сильно напоминал мне увеличенный МОА, только вместо одних только спаренных пушек наверху располагалась квадратная кабина с двумя окнами. Я совершил рывок в укрытие, думая, как уничтожить этот танк, но прежде чем я успел что-либо сделать, Старкиллер забежал под ноги шагохода и отрубил у одной из них ступню. Потеряв равновесие, машина свалилась набок, к немалому удивлению всех находящихся в комнате. Прорубив дорогу через весь этот ад, мы всё-таки добрались до лифта, который должен доставить нас к Кота. — Не вмешивайся, — Предупредил меня Старкиллер, — я убью Кота своими руками. — Не задерживайся, если это диверсионное нападение, они могли заминировать верфь. А насчёт «Не вмешивайся», — я погрузил одну руку в Бездну и достал меч, держа его за ножны, — будешь играть в непобедимого — совершишь ошибку. Молчи и слушай. — отрезал я, когда невооружённым глазом можно было заметить возмущение, — Всё твоё поведение показывает, что ты недооцениваешь своего противника, это во-первых. Во-вторых, мне может банально всё надоесть и я нанесу джедаю удар в спину. — Это мой бой, я должен одолеть джедая. — Подумай… — И я зачем я вообще волнуюсь? И главное — о ком? — Делай, что хочешь. Лифт остановился, мы поднялись на самый верх верфи, где находился мостик. В конце погружённого в полумрак коридора была видна красная голограмма, показывающая поле боя. В полном молчании мы пересекли коридор, не заметив никакой охраны. Джедай ждал нас и увёл людей, зная, что в противном случае они погибнут. Он ждал нас — его световой меч освещал его фигуру прямо в середине мостика, лицо было полным решимости. Но стоило нам выйти на яркий свет мостика, как решимость заменило недоумение. — Дети? — Последовал короткий смешок. — Подумать только, я шесть месяцев атаковал имперские объекты, а Вейдер в ответ выслал детей, чтобы убить меня? Настала моя очередь усмехнуться — видимо, не только Старкиллер недооценивал своего врага. Но Старкиллер в ответ вытянул руку и из неё…вылетела молния? Действительно, сине-фиолетовый разряд слетел с его пальцев в сторону Кота, но тот лишь засмеялся и левой рукой поймал её, затем выпустил обратно во владельца. — Неплохая попытка, парень, но тебе ещё есть чему подучиться. — Кота перевёл взгляд на меня. — Он хотя бы своё присутствие в Силе скрыл. — Действуй. — Сказал я Старкиллеру и ушёл в режим Бездны. Прежде чем генерал успел удивиться, Старкиллер активировал световой меч, взял его в обратный хват и пошёл в наступление, но Кота взял свой меч в обе руки и легко заблокировал все удары. Настал его черёд атаковать — мощные удары посыпались уже в сторону Старкиллера. Атаки джедая были медленнее, но гораздо сильнее, чем у своего оппонента. Бой прервался чередой толчков, охватившей всю верфь. Оба оппонента отпрыгнули друг от друга, Рам Кота выключил световой меч и спрятал его в чехол на спине. — У меня мало времени, парень, но я не дам вам уйти. — Он согнулся расставил руки в стороны. Весь мостик пробила дрожь. — Я пришлю Вейдеру ваш пепел. — Он с видимым усилием опустил руки, и все обломки, тела штурмовиков и повстанцев подлетели в воздух вместе с нами. Космос за стёклами сменился на атмосферу Нар-Шадаа. Через некоторое время мы перевернулись, и стеклянный потолок пришлось использовать как пол. Я достал меч из ножен и вышел из режима Бездны. Прежде чем Старкиллер начал атаку, я сделал рывок Бездны прямо к Кота и совершил выпад в шею. Джедай попросту увернулся вправо от удара и затеял снести мне голову, на что я снова ушёл в режим Бездны и меч прошёл сквозь меня. Кота отступил ближе к стене и был загнан в угол Старкиллером, который снова начал своё наступление, но на этот раз удары были заблокированы с явным трудом — его меч не успевал вернуться в изначальное положение. На последний удар, который должен был рассечь надвое голову джедая, Кота заблокировал атаку своим мечом, чуть ли не вплотную поднеся его к своим глазам. Предсказывая конец боя, я стал видимым. — Вы понапрасну тратите свои силы, служа Вейдеру. — Генерал Кота смотрел только на Старкиллера. — Ты думаешь, что создан служить тьме, но я вижу твоё будущее, и Вейдер в нём — не твой учитель. — На лице Кота отразилось сильное замешательство. — Я вижу…себя? — Успел он закончить перед тем, как меч обжёг его глаза. Затем Старкиллер притянул Силой оружие джедая, а его самого поднял в воздух и разбил им треснувшее стекло. Я молча смотрел, как генерал падает вниз и пропадает среди облаков.