Третий о тебе блокнот

You`re someone else, And some you wait. ~ Бежишь за прошлым — не догоняешь. Ускоряешь бег — не помогает. Потому что не всегда есть возможность вернуть то, что утеряно. Особенно, если это человек. Стайлз выходит на балкон, прикуривает сигарету, а перед ним просыпается рассвет над Мексикой. Клубы дыма от грунтовой дороги поднимаются вверх, но у Стилински уже выработался иммунитет к захламленным комнатам старых мотелей и грязному воздуху. Он готов терпеть, лишь бы найти. Стайлз хочет найти, лишь бы остаться в живых. Двенадцать штатов — пройдено. Нервы, деньги, отношения с Малией — потрачено. Внутри, закрывая глаза от восходящего солнца и вдыхая сигаретный дым, чувствуется только кислота от сказанных ранее слов. Там пусто, потому что некому заполнить вакуум. Малия не справилась, Дерека больше нет, но хочется верить, что это подлежит исправлению. Он выбрасывает окурок с высоты второго этажа, опирается на перила и смотрит вниз. По словам Скотта, который слишком хороший друг, раз отправился с ним на поиски Хейла, в Мексике волка видели в последний раз. Именно в этом районе, где сейчас Стилински наблюдает рассвет. Дерек сбежал от него за черту. Стайлз понял, что обязан его найти не ради себя — ради слова ‘мы’. И он найдет, приложит все усилия, у него есть Скотт и надежда на прощение. Интересно, обиженные волки умеют прощать? *** — Мне с ней будет лучше, Дерек. — Сомневаюсь. — Я постараюсь, чтобы все было именно так. — Значит, я постараюсь не мешать. *** Мексика — пройдено. Дерек снова за чертой, которая без конца отделяет их друг от друга. И никто не пожалеет его, ибо сам виноват. Понадеялся, что все проблемы можно решить расставанием, а оказалось, что расставание приносит еще больше проблем. Когда рядом нет Хейла, его выворачивает наизнанку. Невидимая нить ведет Стайлза к нему, пытается скрутиться в плотный клубок, да вот только мили между ними увеличиваются, намереваясь порвать тонкую нить. Он боится, что не успеет прийти вовремя, потеряет ориентир и не успеет сказать, какой же на самом деле идиот, что позволил Хейлу так просто уйти. Позволил сбежать от боли так далеко, как только возможно. Дерек где-то. Стайлз ищет и ждет. — Здесь его тоже нет, но на ресепшене сказали, что он снимал номер на сутки, — Скотт пожимает плечами, когда выходит из мотеля. Они на обратном пути в Штаты, судя по запаху, который улавливает Скотт — Дерек ходит кругами, словно хочет запутать или не попасться на глаза. — Я не понимаю, Стайлз, мы ведь уже заезжали в это место, и твой отец сказал, что по сигналу сотового он еще не покинул границу. — Зато я понимаю, — вдруг до Стилински доходит, что не все хотят быть найденными. — Кажется, нам стоит вернуться домой, нас там уже месяц не было. — И ты сдашься? Сейчас? Когда мы уже столько прошерстили? — МакКолл определенно не в духе, потому что пожертвовал тем немногим, что у него есть, чтобы помочь своему лучшему другу искупить вину, исправить совершенную ошибку. — Поверить не могу, что ты сворачиваешь. — Я просто устал, — качает головой, растирает ладонями лицо и забирается на водительское сидение своего джипа. — А что, если он не хочет быть найденным? Сам подумай, чувак, мы бегаем за ним уже не первый день, но постоянно опаздываем. — Значит, домой? — Скотт усаживается рядом, на пассажирское сидение. — Домой. *** «Мне жаль, Дерек». «Ну же, чувак, ответь». «Я хочу поговорить. Мне нужно поговорить». «Прошу, Дерек, не сбегай». «НУ ОТВЕТЬ ЖЕ МНЕ, ТВОЮ МАТЬ!» «Я заслужил, знаю, но просто выслушай». «Прости меня, Дерек, омойбог, прости». «Я с ней расстался…» «Мне не найти тебя, да?» *** Двенадцать штатов и Мексика — пройдено. Деньги, здоровье, некогда крепкая дружба — потрачено. Стайлз на нуле и внутри, и снаружи. Отцовский дом встречает звенящей тишиной, у шерифа снова дежурство, наверно, пятое по счету за неделю. Первое, что делает Стайлз, когда возвращается в Бикон Хиллз — проверяет лофт и особняк. Там тоже звенящая тишина, и вещей нет, как и Дерека. Не то, чтобы Стайлз был этому удивлен. — Заслужено, — шепотом говорит самому себе, закрывая за собой дверь и оставляя свой комплект ключей в горшочке слева. Скотт говорит ему, что слышал волчий вой прошлой ночью на окраине леса, но Стилински больше не видит в этом знаков. Дерек не хочет, чтобы его нашли, так тоже бывает. Возможно, обиженные волки не прощают. *** — Пап, всё нормально. — Не ври мне, Стайлз. — Всё не совсем нормально. — А вот это уже больше похоже на правду. — Всё отвратительно. — Его сотовый пеленгуется в соседнем штате, сынок… *** В Орегоне красивый вид: горы, зелень природы и тихоокеанская вода. В Портленде, на указанной Джоном улице, пахнет Дереком — так говорит волчий нюх МакКолла. Больше месяца скитаний по стране и не только; больше месяца справедливая месть и нежелание быть пойманным. Что заставило Дерека остановиться? Стайлз задвигает глубже вполне обоснованное волнение, потому что, как сказал отец, сигнал его мобильника высвечивается в системе на одном и том же месте вот уже неделю. Пропадает ненадолго, а потом снова возвращается. Стилински рад, что ему помогают даже те, кто считает виноватым. Искупление грехов — важный шаг к признанию ошибки, и Стайлз достоин этого шанса. Стайлз имеет право извиниться лично. Пусть даже итог будет не тем, что ожидал. — Слушай, давай вернемся? — Скотт как-то странно мнется на пороге чужой квартиры, куда его приводит знакомый запах. — Стайлз, ты не думал о том, что тебе может не понравиться увиденное? Я ни на что не намекаю, но… — Ты намекаешь, чувак, я слишком хорошо тебя знаю. Стук в дверь, оглушающие удары собственного сердца прямо по вискам и «привет» женским голосом. — Да? — спрашивает брюнетка с красивыми карими глазами и родинкой возле верхней губы. — Чем могу помочь? — Это ко мне, — голос за ее спиной. Стилински пробирает нервная дрожь, холодом рассыпающаяся по спине. Нет. Нет-нет-нет, Господи, он не может настолько опоздать. Стайлз не может быть настолько виновен. Или может? — Прости меня, — два слова, ради которых его искал. А теперь нужно уйти, чтобы не показаться тряпкой, коей он в этот момент и является. Теперь Стилински понимает своего друга, который отговаривал его от этого визита. Обиженные волки находят свой приют. И этот приют может быть не там, где прежде. — Хорошо, — отвечает Дерек, наблюдая, как Стайлз спускается по ступенькам, вытирая глаза рукавом клетчатой рубашки. Ёкает ли в этот момент его сердце, Стайлзу неизвестно. Простил ли на самом деле — тоже не понять. Стилински знает лишь одно — он опоздал. Чужое счастье в отместку на твою ошибку — заслужено. *** «Мне с ней будет лучше, Стайлз». «Не сомневаюсь…» ~ You are nowhere, I am somewhere. You are no one, I am someone.