Третий о тебе блокнот

Позади – сотни миль и родные люди. Позади все сожаления о принятом решении и возможные варианты «что, если бы не...» Дерек, заглушив мотор пикапа, смотрит в зеркало заднего вида; усмехается и качает головой. Стайлз, прищурившись, задумчиво смотрит вдаль, где пестрые облака смыкаются над горами, и это выглядит так по-детски мило. Так наивно и обворожительно. Дерек готов наблюдать за ним день ото дня, разглядывать каждую татуировку, что покрывает его светлую кожу; готов дотрагиваться до заостренных на конце сережек, что украшают его лицо. Это гипнотически-прекрасно, и это сводит Дерека с ума. Если бы его спросили, как он смог влюбиться в разгильдяя, в молодого и необузданного парня, который зациклен на путешествиях, рок-музыке и свободе, то Дерек не смог бы ответить. Просто так вышло. Просто появился Стайлз и повернул его привычную, размеренную жизнь в другом направлении: примерно на шестьдесят градусов к северо-востоку. Именно туда зовет их неопределенное будущее. Если бы Дерека спросили, как он смог оставить за спиной красавицу-жену, двух сестер и престижную работу, то он бы ответил честно: «Никаких раздумий». Стайлзу достаточно было сказать, что прожитая вместе свобода – это лучшая реальность, и Дерек пропал. Грохнулся в собственные эмоции слишком глубоко, слишком наглухо, без возможности сопротивляться, и единственное спасение виделось только рядом с ним, рядом со Стайлзом. Дерек помнит тот тяжелый разговор с Дженнифер, те разъяренные крики Лоры и удивленный взгляд коллег, узнавших о внезапном переезде; помнит обидчивый взгляд Коры и её убийственное молчание. Она не одобрила на словах, но она, кажется, всё поняла. Когда-то Кора тоже сбежала за своей любовью, бросив семью и обучение в старшей школе, но потом вернулась. И это не служит Дереку уроком, потому что их истории слишком разные. Дерек не просто подросток, влюбленный по самые уши. Дерек странным образом зависим от обычного человека, как от наркоты. И это было бы страшно, не будь таким правильным. Словно всё существование Дерека сейчас оправдывается существованием Стайлза. Наверное, мама говорила именно об этом, когда рассказывала про волчий якорь. Так спокойно становится на душе, так мирно. Волк никуда не рвется с поводка, не скулит, не ищет выход и запасные пути – он наслаждается происходящим, он спешит за Стайлзом, радостно виляя хвостом. Дерек един со своим волком, как никогда прежде. – Ты выйдешь ко мне? – слышится голос Стайлза. Тот выжидающе смотрит и улыбается так тепло и нежно, что защемляет в груди. – Это красиво, ты не пожалеешь. – Сейчас, – Дерек вылезает из машины, громко хлопнув дверью, и облокачивается на нее спиной. Нагретый металл приятно ощущается кожей. – Иди ко мне. Дерек взмахивает рукой, подзывая Стайлза к себе, и ждет. Ему не хватает близости, ему хочется чувствовать насыщенное тепло, зарождающееся в груди каждый раз, когда Стайлз прикасается к нему. Дереку хочется наполнить Стайлзом каждую минуту своей, отныне, полноценной жизни. И это взаимно. Стайлз, немного смутившись, подходит к нему и поворачивается спиной; опирается на крепкую грудь, трется кончиком носа о жесткую щетину на его щеке и улыбается. А у Дерека внутри чувства пересекают красную черту – вырастают с тысячи процентов до бесконечности. Он не жалеет ни секунды, что уехал вслед за ним; что поддался порыву и вместо скучных будней предпочел любовь. Лучше свобода со Стайлзом, чем ловушка с Дженнифер. Лучше неопределенность за поворотом, чем расписанные графиком дни. Дерек никогда не чувствовал себя лучше. Неважно, что все остальные считают его поступок глупым и необдуманным. – Кажется, я придумал новую песню, – Стайлз украдкой целует Дерека в шею, – и в ней упоминаешься ты. «Кажется, я получил новую, идеальную жизнь рядом с тобой», – хочет сказать Дерек, но молча прикасается губами к его раскрытым губам; скользит языком по сережке во рту, тихо стонет и прикрывает глаза. Господи, это действительно идеальная жизнь. В дороге, в пыли и в дешевых номерах мотеля, но идеальная. Потому что рядом – Стайлз.