Два меча

      Но в последующие два дня этого не подтвердили. На третий день потеплело, горы стали покрываться зелёным покровом. Снег начал исчезать с глаз долой, что несомненно радовало. От голода жевали иглы и листья растений. Изо рта при этом сильно воняло, а желудок сводило. К середине дня чуткие почти отмороженные в горах уши Ренеголаса услышали шум воды. - Где-то течёт ручей, - доложил он. - Естественно, Ренеголас, в горах есть ручьи. В горах берут начало великие реки, - безразличным голосом ответил Эйльбот.       Шум был всё ближе и ближе. Ущелье повернуло и люди упёрлись в горную реку. Её ширина была метров десять, она гордо несла свои воды вниз на равнину. Вода была ледяная, но все с удовольствием попили её, так как людям надоело есть снег. - Эта река наверное широка в нижнем течении, - сказал Дегнек. - Конечно, если она даже в горах себе столько места отвоевала, - усмехнулся Ренеголас. - У крупной реки должны всё-таки селиться какие-то существа! – воскликнул Дегнек. – Надо идти вдоль неё. - Конечно, Дегнек, лезть по скалам как раз занятие по твоим силам, - заметил Тиер. – Но всё же идея хорошая. Ренеголас, ты сможешь по слуху вести нас по течению реки, если отойдём от неё. - Думаю да. - Тогда пошли вот по этой тропе.       Эта «тропа» шла в метрах ста от реки. Ренеголас шёл впереди, внимательно слушая шум бурных вод. Так шли около часа, затем сделали привал. Радостное предчувствие охватило всех. - Эта река может вилять по горам сколь угодно долго, - буркнул Тиер. - Но всё же это наш шанс, - ответил ему Дегнек. - Шанс умереть у воды? - Тиер, перестань капать на мозги! – сказал Ренеголас. – Мы имеем право надеяться, даже если ты не веришь в это.       Тиер отвернулся, ему осточертело находиться в горах, в отряде и вообще жить. В его голове, теле и душе что-то происходило, он не мог дать этому объяснения, поэтому был в плохом расположении духа. К тому же очень хотелось есть. Он лелеял надежду на то, что они выберутся из гор, но трезво оценивал эти шансы. Сам он мог один бродить по горам, и наверняка бы уже выбрался куда-нибудь. Но бросать отряд не хотелось.       Вдруг из трещины в скале выбежал кролик. Тиер молниеносно метнул в него свой нож. Нож вонзился в шею зверька. Глаза людей загорелись – мясо, еда! Эйльбот оказался первым у кролика. Он схватил тушку и прижал к себе, в глазах его горела жадность голодного человека. Чувствовалось, что делиться он не собирается. Тиер не шелохнулся, остальные обступили Эйльбота. - Что ты его прижал к себе, Эйльбот, добыча не твоя, - начал Ренеголас. - Но и не твоя, - послышался голос Тиера. – Эйльбот, дай кролика сюда. Эйльбот был готов пуститься наутёк. Тиер встал, глаза его вспыхнули зелёным огнём. - Давай кролика сюда!       Эйльбот задрожал, остальным стало тоже не по себе, таков был вид Тиера. Всем на мгновение показалось, что какая-то тёмная аура окружила его. Эйльбот протянул кролика Тиеру, рука его тряслась. Тиер взял мёртвое животное и ушёл на своё место. Все с удивлением и непониманием смотрели на него. Тиер уселся на камень и положил тушку рядом, вид его был задумчив. Ренеголас в это время обшарил все углубления, трещины, ища норы, но ничего не нашёл. Тиер всё это время сидел неподвижно, будто задумавшись. Через некоторое время он ножом освежевал кроличью тушку. Люди и эльф глотали слюни, но Тиер также как и Эйльбот не выказывал желания делиться. Что-либо сказать ему по этому поводу все опасались. Тиер повертел освежёванную тушку в руках, затем отрезал ей ногу и положил около себя. - Ренеголас! Держи! – крикнул он и бросил эльфу кролика.       Ренеголас аккуратно поймал тушку и тоже отрезал кусок мяса. Так весь кролик был поделён между всеми. - Мне интересно узнать, когда мы, наконец, поедим жареное мясо? – спросил Тиер, жуя лапу кролика. - Нам нужен хотя бы кремень и сухие дрова, - ответила ему Лара. - Чего нет, того нет, - отметил Эйльбот. - А волшебству не под силу вызвать огонь? – обратился Тиер к Дегнеку. - Я занимался укрощением воздушной стихии в школе магии. К огню нас не допускали, это были опасные заклинания – одно неверно произнесённое слово и может произойти непоправимое, - ответил Дегнек. - А, это типа «киес треболо эста», - сказал Тиер, усмехнувшись, а трава перед ним обуглилась. - Так ты владеешь магией огня!? – воскликнул удивлённо Дегнек, глаза его округлились. - Некоторые заклинания мне известны, - сухо ответил Тиер. – Но я не хочу растрачивать свою силу попусту. Вот держите.       Тиер вынул из-за пазухи маленький кусок кремня и бросил его Ларе. Та поймала его и бережно убрала в сумку. - Теперь дело за дровами, - заметил Тиер. – Здесь, думается, нам не найти их. Идёмте дальше. Я желаю покинуть эти горы. Тиер встал, остальные тоже поднялись со своих мест. Отряд пошёл по каменистым склонам гор, которые стали меньше и реже. С каждым часом «тропа» становилась всё ровнее. Солнце стало уходить за горы. Люди взошли на пригорок и… им открылось огромное пространство, уходившее вдаль. В метрах двухста отсюда шумел водопад, горная река заканчивала свой горный путь. Далее она текла по равнине, виляя между лесами. Люди стояли зачарованные, они так давно не видели столько деревьев и травы. - Вот они – заповедные земли для Империи, - проговорил, наконец, Эйльбот. - Такая земля должна быть кем-нибудь населена. Не уверен, что они с радостью встретят их поработителей, - заметил Тиер. - Это ты нас называешь поработителями, мы – жалкая горстка, добравшаяся сюда, - воскликнул Ренеголас. - В этот раз я с тобой соглашусь, Ренеголас, - ответил Тиер.       Люди поспешили спуститься вниз к водопаду. Возле воды росла небольшая рощица. К всеобщей радости здесь росли грибы, а Ренеголас подстрелил какую-то птицу. Поужинав, люди сидели вокруг костра и нежились в его тепле. Тиер вызвался первым подежурить. Он задумчиво смотрел на пламя костра, его воображение рисовало причудливые образы. Некоторые из этих образов показались ему знакомыми.        Ближе к полуночи его сменил Эйльбот, но Тиер не смог уснуть. Он отошёл к реке и смотрел на отражающуюся в воде луну со звёздами. Что-то опять съедало его изнутри, как в былые времена, но теперь это была не тоска. - Тиер, - послышался позади голос Эйльбота. Тиер обернулся. - Что тебе, Эйльбот? - Я вижу – тебя что-то беспокоит. - Мне тоже так кажется. Понимаешь, здесь на этой земле я чувствую себя сильнее и… беззащитнее.