Два меча

      Ярко светило сверкающее солнце, его лучи жадно впивались в прибрежный песок, нагревая его, как сковороду. Голубые прозрачные волны равномерно накатывали на берег, кричали чайки. Вдалеке эти же волны бурно атаковали скалистый утёс, стоящий здесь с начала времён. Каменный гигант не спеша сдавал позицию морю. На его выступах гнездилось не одно поколение птиц. Морские воды выносили на берег ракушки, водоросли…        Но вот вода недалеко от берега вспенилась и над водой показалась голова. Вскоре показалось всё тело. Оно было облеплено листьями подводных растений, море словно не хотело выпускать своего пленника. Однако пленник был сильнее спокойного моря, он, тяжело ступая, выбрался из воды и упал на песок. Послышался звук похожий на всхлип и изо рта человека полилась вода. Вытекала она из него долго. Как только лёгкие человека опорожнились, он уткнулся в горячий песок лицом.       Его сознание хранило немного. В основном это была серая или зеленоватая муть, морские твари и водоросли. Он также вспомнил, что ему странно жгло правое плечо, но в подводной тьме нельзя было ни чего разглядеть. Человек вспомнил, что плохо ему стало в нескольких часах ходьбы от этого берега, безразличие к поступлению воздуха в лёгкие начало исчезать, его стало разрывать изнутри. Он поспешил на берег, выбиваясь из сил, ещё сильнее запутываясь в изобилии растущих на дне морских водорослях. Дышать хотелось всё сильнее и сильнее, человек стал захлебываться, в глазах поплыли серебристые и золотистые круги. Он уже не обращал внимание на резь в глазах, а спешил выбраться на поверхность…       Йегрес лежал на берегу в лучах заходящего солнца. Очнулся он неожиданно для самого себя. Ему почудилось, что во тьме к нему приближается фигура воина. Она приближалась, вскоре Йегрес разглядел его лицо и обомлел – прямо к нему шёл он сам! Только был он помоложе, это было видно и по глазам. В левой руке воин что-то держал, но во мгле, окружающей его, это не было возможности разглядеть. В правой же руке у него был меч, клинок ярко сверкал во мгле, как бы освещая путь витязю. Двойник подошёл на расстояние нескольких шагов и остановился. Его глаза глядели в глаза Йегреса.        Он поднял левую руку вверх, призывая Йегреса посмотреть на неё. Йегрес повиновался, его двойник разжал кулак – на ладони затрепетало человеческое сердце. Сердце билось и билось, но тут ладонь резко сжалась в кулак, сквозь пальцы брызнула алая кровь. Двойник перестал быть двойником, его лицо изменило свои очертания и превратилось в лицо гордого эльфа. Он посмотрел с надеждой на Йегреса своими жёлто-оранжевыми глазами и растворился в воздухе. После этого Йегреса будто ударили и он открыл глаза.       Перед собой он увидел красноватый в лучах уходящего в море солнца песок. Йегрес перевернулся на спину и вдруг закашлялся. Из него вышли остатки морской воды. Теперь он сидел на берегу у самой кромки воды и сдирал с себя высохшие водоросли. Приведя себя в относительный порядок, Йегрес стал оглядывать берег, на котором он оказался. Ничего особо примечательного ему не привиделось, но всё же он решил не задерживаться на открытом пространстве. До деревьев было метров пятьдесят, Йегрес поспешил к ним. Его сапоги оставляли глубокие следы на песке, а сам человек смотрел только вперёд. Взгляд чужеземца упал на песок, он встал на колено. Перед ним явно был свежий след чьего-то пребывания здесь. Более того след принадлежал женщине. По тому как глубок он был, Йегрес определил, что след по всей видимости принадлежит эльфийке. Он хотел было пойти по следу, но шестое чувство подсказало ему, что сюда кто-то идёт. Йегрес быстро замёл часть своих следов и вскочил на дерево, благо, способности высоко прыгать он не потерял.       Меж деревьев показался силуэт эльфийки в белых одеждах. Йегрес замер, а эльфийка меж тем тихо шла по своему старому маршруту. У дерева она вдруг на мгновение замерла, но потом продолжила свой путь. Когда она отошла на порядочное расстояние Йегрес попытался бесшумно спуститься на землю.       Но морская вода была нещадна к креплениям доспехов, наплечник громко брякнул в ночной тиши. Эльфийка обернулась и побежала прочь. «Что же делать? – подумал чужеземец. – Или преследовать её или прятаться самому, хотя от эльфов трудно спрятаться, если вообще можно». Человек пустился вслед за эльфийкой, сверкая в ночи зелёными глазами.       Он выбежал на поляну, девушки и след простыл. Йегрес почувствовал, что его здесь ждут и выхватил меч. Но врагов чужеземец не увидел, что-то твёрдое ударило его по затылку и он погрузился в темноту. - …как бы он не скончался от этого удара, - донеслось будто из-под воды до Йегреса. - Не должен, - ответил звонкий женский голос. – Наделвалас знает своё дело, он лишь оглушил этого воина. - Всё-таки лучше было бы его связать, из предосторожности, - с опаской произнёс первый голос. - Прекрати, Теодал, он не должен нас бояться, а мы не должны бояться его. - А всё же, давайте побоимся друг друга, - резко сказал Йегрес, не открывая глаз. Он почувствовал, что говорившие явно перепугались. - Вы уже не спите? - промолвил женский голос. - Как видите, - ответил чужеземец, открывая глаза.        Перед ним предстала большая комната, залитая яркими солнечными лучами. Она казалась светящейся из-за белых стен, сами стены были украшены замысловатыми рельефными изображениями. Уже по изображениям можно было догадаться, что Йегрес находился у эльфов. Неподалёку от кровати стояла эльфийка, высокая и статная, но всё же на голову ниже чужеземца, и старец с длинной седой бородой, доходившей ему до колен.       Йегрес сел на кровати, в голове что-то кольнуло, перед глазами пошли круги и ему пришлось снова опустить голову на подушку. - А ты говорила, что он в порядке, - сказал Теодал. - Эльфийские лекари поставят его на ноги, а пока – оставим его наедине со своими мыслями.       Эльфийка и старец удалились. За дверью Йегрес заметил охранников, ещё пара эльфов стояла на площадке за окнами. «Почему же так больно! – подумал чужеземец, потирая ноющий затылок. – Кувалдой что ли они меня огрели?»       Вошёл лекарь, он осмотрел Йегреса, и оставил ему несколько лекарств. Весь оставшийся день странник пролежал в кровати. На следующий день он смог подняться, голова больше не болела. Его вывели прогуляться.        Взору Йегреса предстал огромный город, множество переплетающихся улочек и улиц сверху казались паутиной. За городом несла свои воды к морю могучая река. Самого моря не было видно, но оно было неподалёку – в полутора днях пути. Йегрес смотрел вперёд с балкона. - Нравится? – спросили позади. - Сойдёт, ответил чужеземец и повернул голову.       Там стояла эльфийка, которая вчера разговаривала у него в комнате. - Вы что-то хотели? - Да, - ответила она. – Вам следует присутствовать на Совете. - Зачем? - Совет собран по Вашему поводу, - ответила эльфийка. - Можно вопрос? - Задавайте. - Когда я получу свою одежду и оружие обратно? - Об этом тоже пойдёт речь на совете. - Тогда чего мы ждём? – с готовность воскликнул Йегрес.       Эльфийка плавно пошла по коридорам дворца, Йегрес и его караульные следовали за ней на расстоянии нескольких метров. Идя вслед за проводницей чужеземец осматривал окружающий его мир, навстречу ему попадались только эльфы и древние старцы из племени людей, больше никого. Эльфийка вышла в огромный и прекрасный сад. Йегрес следовал за ней по зелёным аллеям. В центре сада располагалась большая поляна, окружённая странными деревьями с золотыми листьями. В центре стоял круглый стол и пятнадцать стульев. Тринадцать из них были заняты. Их занимали четыре старца и девять эльфов, все сосредоточенно смотрели на чужеземца. - А вот и Галадриэль, - сказал один из сидящих за столом.       Эльфийка села на стул, Йегрес мельком взглянул вокруг, кроме него и сидящих за столом на поляне находилось ещё несколько присутствующих. Брови чужеземца подскочили вверх – на поляне неподалёку сидел на скамейке хоббит, вид его был печален, а скорее – болезненный. Ещё Йегреса удивило то, что на левой руке у него не хватает пальца. «Отрубили, наверное», - подумал он. Ещё здесь была та девушка в чёрном, но теперь её лицо было открыто. Она была бледна, лицо её было подёрнуто тенью тоски. - Мы просим вас сесть с нами за стол, - послышался мягкий голос.        Йегрес подошёл к пустующему стулу, взял его и отодвинул от стола где-то на метр, а только потом уселся на него. - Я представлю вам собравшихся, - вновь проговорил мягкий голос, принадлежавший одному из эльфов. Он был самым высоким из всех собравшихся, если не считать чужеземца. – Я – Элорас – владыка здешних земель. Это моя супруга – Алланиэль.       Далее были представлены все остальные: Галадриэль – бывшая Владычица Лориэна, что в Средиземье, Рониэль – советник Элораса, Фанораль, Ренеласав, Горивилас – все начальники подразделений эльфов, Ориэль – Властительница целебных Сил, Элронд – один из эльфов Средиземья и Силоден – разведчик. Людей представляли: Гэндальф, Теодал, Алтеррон и Кендив. - Хотелось бы узнать ваше имя, - сказал Элорас. - Моё имя – Йегрес, ответил чужеземец. Эльфы и люди переглянулись и зашептались. – Вы, наверное, сейчас перевели моё имя, да? Я не знаю, какое отношение ко мне имеет рыцарь Тьмы, но я им не являюсь. - Кто вам перевёл ваше имя, - спросила Галадриэль. - Деорег – конунг Ристанийцев. - Он перевёл правильно только первую часть твоего имени, оно звучит по другому. Ты не рыцарь Тьмы, ты – Рыцарь Серой Мглы. - А что это меняет, Галадриэль? – воскликнул Алтеррон. – Скоро нас поглотит его Мгла и всё! - Успокойся, Алтеррон, - остудил его Элорас. – Мы для этого здесь и собрались. - Может, объясните в чём дело? – прервал Элораса Йегрес. - Дело в том, - начала Галадриэль, - что ты – это не ты. Я хочу сказать, что твой титул «Серая Мгла», значит, что ты одновременно всё и ничто. В тебе намешано множество душ разных племён и народов… А сам ты – никто. - Прекрасно! Какие ещё «хорошие» новости меня ожидают? - Сейчас, больше ни каких. Дело в твоём мече, - сказал Элорас. – Это эльфийский клинок, хотя и видоизменённый Тьмой. Откуда он у тебя? - Я забрал этот меч как трофей с убитого мною вампира, - ответил Йегрес. – С тех пор он со мной.        Элорас хлопнул в ладоши, на поляне появились три эльфа. Один из них держал в руках меч. Йегрес жадно смотрел на своё оружие. Элорас встал и проговорил: - Перед нами, друзья, меч одного из братьев! Но пока ещё не известно какого. - Может быть вы отдадите мне его? Он всё-таки мой, а бывшего хозяина уже давно нет в живых. - Нет. Это оружие пригодится для ритуала, - оборвал его Рониэль. - Дайте мне меч, - сказала Галадриэль. Эльфы поднесли ей меч.       Эльфийка взялась за рукоятку клинка, Йегреса пробрала до костей огненная ярость. Галадриэль вытащила меч из ножен, ярость чужеземца всё усиливалась. Пальцы Владычицы хотели было коснуться полотна меча, Йегрес резко встал и вырвал из рук эльфийки свой клинок. Все повскакивали со своих мест. - Не прикасайтесь к лезвию клинка, - крикнул он.       В этот момент Йегрес увидел яркую вспышку, она на мгновение ослепила его. Жутко зажгло ладонь, чужеземец выронил меч. Зрение вернулось к нему, вокруг него стояли эльфы, а перед ним стоял маг в белом одеянии. На земле у его ног лежал клинок Йегреса, переломленный на две части. - Мы хотим тебе сказать, что на этой земле ты – смертный, - сказал маг, именуемый Гэндальфом. – Будь поосмотрительнее в следующий раз.       Йегрес взялся за рукоятку своего клинка, его будто передёрнуло и он потерял сознание.        Очнулся чужеземец в своей кровати, в углу сидела Галадриэль, рядом с ней стоял Элорас, а около стены стоял меч в ножнах. - Наконец-то ты пришёл в себя, Йегрес, - сказал Элорас. – Два дня ты лежал при смерти и ни какие снадобья тебе не помогали. - Где мой меч? – слабым голосом произнёс Йегрес. - Вот он, - кивнул Элорас на меч в ножнах. – Мы вняли твоему предупреждению и не стали прикасаться к нему. А в чём там опасность? - На досуге объясню. Дайте мне его в руки.       Элорас взял осторожно меч и дал чужеземцу. Он вытащил его из ножен, клинок в месте поломки был сращён на пару сантиметров, всё остальное было одной большой трещиной. - Наши кузнецы не смогли починить его, как только они брали его в руки им становилось плохо, силы покидали их, - промолвил Элорас. - Само собой, это ведь вампирский клинок, - ответил Йегрес и взялся за рукоятку оружия.       Меч засветился зелёным светом, Элорас и Галадриэль испуганно глядели на это действо. А Йегрес в это время терял свои жизненные силы ради восстановления клинка. Клинок был восстановлен, а Йегрес снова погрузился в забытье.        Но на следующий день он уже очнулся. Перед ним стоял Гэндальф, сложа руки на груди. - Молодой человек, может быть хватит впадать в забытье, - сказал старец, при слове «молодой» он странно усмехнулся. - Кабы ты не поломал мой клинок, то я и не впадал бы в забытье, - ответил Йегрес. - Это была защита, все подумали, что ты сейчас размахаешься оружием. Я просто выбил меч у тебя из рук. - "Большое спасибо" тебе за это, - огрызнулся чужеземец. - Йегрес, ты всё никак не хочешь жить без ссор, как я погляжу, - в комнату вошёл Элорас. - Значит, не могу. - Ты сорвал предыдущий Совет. Но сегодня, надеюсь, ты вытерпишь его. - Постараюсь.       После полудня Йегреса провели на ту же поляну. Там стоял всё тот же стол, но стульев было меньше. В отдалении стоял ещё один стул, по всей видимости, для чужеземца. Так оно и оказалось. Больше на поляне никого не было. Не хватало Кендива, Ориэли, Горивиласа и Силодена. Элорас сказал, что они отправились по важному поручению к юго-западным горам.       Совет начался. Обсуждалось многое – нынешнее положение эльфов здесь было печально. Люди не давали им покоя, а нечто секретное, они об этом не распространялись, ещё не построено. Потом выслушали доклад из северных угодий, где начали происходить странные вещи: проснулись вулканы, землетрясения сметали посёлки, земля дышала жаром. В конце концов добрались до Йегреса. - Нам понадобиться твоя помощь, чужеземец, - сказала Галадриэль, поглядев в глаза Йегреса. В её глазах мелькнул испуг. - С чего бы это? – удивился имперец. – Я к вам не нанимался. - В тебе находится душа эльфа, погибшего много тысячелетий назад. Он один из братьев… - Какие такие братья?! Что ты городишь? Объясни толком, - оборвал Йегрес эльфийку. - Соблюдайте приличие, юноша! – строго сказал Алтеррон, глаза его сверкнули. - Какой я вам юноша! Мне около двухсот лет! – всё больше распалялся Йегрес. - Ты опять ошибаешься, Йегрес. Тебе много тысяч лет… - Галадриэль!!! – вскричали со всех мест. Эльфийка потупила взор. - Не понял? - Оставим эту тему, - сумрачно произнёс Элорас. - Нет уж, давайте объясните всё до конца! – Йегрес резко поднялся со стула. - Мы не обязаны тебе ни чего рассказывать, - также строго сказал Элорас. - Ну, тогда не обессудьте, - Йегрес подскочил высоко вверх.        Длинными прыжками он выбрался из города, никто из охраны не попытался послать вслед ему стрелу – уж очень быстро передвигался чужеземец.        Йегрес прыгал с дерева на дерево, с крыши на крышу, потом бежал по лесным тропам незнамо куда. «Уйти, уйти отсюда насовсем!» - билось у него в мозгу. – «Как же мне надоела эта жизнь. А тут меня ещё называют «серым». Я хочу жить, чтобы меня никто не касался, я хочу покоя!»        Чужеземец оказался на берегу реки. Остановиться он не успел и с размаху влетел в прозрачную прохладную воду. Вода с гор остудила пыл имперца, но не потушила. Понурый он вышел обратно на берег, струи воды стекали с него, образуя водяной щит вокруг человека. Йегрес уткнулся лицом в горячий речной песок и зарыдал. - Ты слишком близко всё воспринимаешь, Йегрес. Пойми – такова твоя судьба, - раздался голос над человеком. Имперец застыл. - Моя судьба вас не касается! – зло сквозь зубы процедил Йегрес. – У меня нет судьбы. У меня вообще ничего нет!! - Ты ошибаешься… - Я не ошибаюсь! – оборвал чужеземец говорившего с ним. – От меня слишком многого хотят. Я – проклятый, а не избранный. Это существенная разница. - Может быть, ты и прав, но сейчас от тебя уже ничего не зависит… - Это почему же? – Йегрес сел на песке и поднял лицо вверх к собеседнику.        Перед глазами возникла сияющая фигура в жёлтом облачении. Свет от неё был настолько ярок, что лица не было возможности разглядеть. - Это почему же? – повторил вопрос чужеземец. - На это тебе даст ответ песня… - ответил жёлтый силуэт. - Только не надо длинных и красивых легенд, - отмахнулся Йегрес и схватился за глаза, в которые попал песок. - Не беспокойся, Варитолуэн, эта песня не длинна, она не успеет тебе наскучить, но зато ты сможешь найти в ней ответы на некоторые вопросы. - Давай свою песню, - буркнул имперец, всё ещё тря глаза.       Свечение немного усилилось и голос жёлтого силуэта зазвучал как-то издалека, а потом начал нарастать. Послышался странный напев на странном языке, а потом прозвучало: Два меча сковались когда-то В незапамятные времена! И причина действия этого – Два эльфийской крови близнеца. Два меча – два солнечных лучика Держали они в руках. Мечи благородства, света и разума. И каждый твёрдо стоял на ногах. Но Тьма, покрывшая небо, Скрестила эти мечи, И как не было Небесам горько – Один ушёл на сторону Тьмы. Свет и Тьма сошлись на мосточке Снова встретились те близнецы. Оба брата канули в Лету, А мечи в тартарары. - Всё, - произнёс жёлтый силуэт. – Это вся песня. - Прекрасно, - задумчиво произнёс Йегрес. – А если рассказать в прозе? - Хм, пожалуй, можно, - ответил голос, недолго думая. – Много тысяч лет назад на севере Необъятных Эльфийских земель появились на свет два брата-близнеца. Звали их Варитолуэн… - Почему ты тогда назвал меня этим именем? Получается, что я – эльф?! – воскликнул Йегрес. - Ты слишком торопишься, - не смутившись ответил жёлтый силуэт. – Тебе было сказано, что ты не являешься ни кем, но одновременно ты – всё. Стало быть и частица эльфа в тебе есть. Тебе нужно внимательней слушать собеседников, - голос стал строгим, а потом продолжил таким же как и раньше тоном. – Звали близнецов Варитолуэн, как я уже говорил, и Ареногэль. Как переводились их имена не знаю даже я. Их причисляли к Избранным – тем, которые поведут за собой Светлые Силы в борьбе против Всемогущего Зла. Тогда в горах жил кузнец-отшельник Задрован. Ему были дарованы богами величайшие знания о металлах и рудах. Где он добыл материал для мечей, Задрован держал в строжайшем секрете. Каждый раз, когда его спрашивали об этом, ненароком или специально, то в глазах его пылал необъятный страх и ужас.       Пять лет понадобилось мастеру, чтобы совладать с металлом, добытым им. Он вложил в это дело всю свою душу. Чистая магия Светлых сил была заключена в клинки, днём они светили ярче солнца, а ночью они заменяли дневное светило, затмевая серебряную Луну и звёзды.       Посланцы Светлых Сил взялись за обучение братьев, оба брата прилежно учились. Каждый знал свою участь и гордо шагал к ней.       Но тяжкое испытание ждало их впереди. Когда им исполнилось по двадцать одному году, Силы Зла пробудились от многовекового сна и отняли множество жизней. Тьма распространялась всё дальше и дальше, стремясь заполонить всё окружающее. Но два клинка принялись разгонять её. Армии Светлых Сил изо дня в день несли справедливую кару Неправедным армадам сил Зла.       Случилось то, чего никто не ожидал – одну из светлых душ заполонила злоба. Ареногэль поссорился со своим братом Варитолуэном. Причина ссоры так и осталась тайной. Ареногэль покинул стан Светлых Сил и ушёл во Тьму. Силы практически уравновесились, Войска Праведных пали духом. Ареногэль при помощи Князя Тьмы собрал несметные полчища Зла, задумав навсегда истребить Светлые Силы, а заодно и своего брата… Меч его перестал сиять солнечным светом, он потух, ибо меч всегда отражает душу владельца, притом, что не каждый может им владеть…       Решающая битва была в Разветвлённых горах – их уже давно нет на этой земле – в Широком ущелье. Две лавины: Светлая и Тёмная, сошлись как две стены. Если внизу всё кипело как океан в яростный шторм, то на вершине ущелья слабо дул горный ветерок. Ареногэль и Варитолуэн стояли друг против друга на разных сторонах ущелья, по разную сторону баррикад. Единственной связью между ними был узкий каменный мосток шириной около метра. Неизвестно, как он оказался переброшенным через ущелье – задумка Высших сил или чьё-то построенное детище, но этот мосток был единственным путём решения исхода битвы.       Братья разом оба ступили на мост, медленно, шаг за шагом, они медленно продвигались друг к другу по гладкому старому камню. А внизу шумела битва, её отголоски разлетались на многие километры, но к вершине, где стояли братья, они еле долетали. Варитолуэн и Ареногэль смотрели друг другу в глаза не отрываясь. Ареногэль, не выдержав взгляда, отвёл глаза в сторону и первым выхватил меч. Второй брат сделал то же самое. Много дней и ночей бились братья на вершине ущелья и никто не хотел уступать. Они дрались наверху, а внизу бились люди и эльфы, демоны и нечисть. Теперь звуки битвы слышали даже дальние звёзды. Искры от мечей братьев заменяли звёзды на ночном небе, они ниспадали струящимся водопадом на дно ущелья, вселяя надежду войскам Светлых Сил.       Но Тёмная душа Ареногэля таила предательство. Вместе с ним на вершину ущелья поднялись несколько лучников. Когда силы близнецов стали иссякать, они выбежали из укрытия и стали стрелять в Варитолуэна. Одна из стрел ранила Светлого брата в правую руку, но он продолжил сражаться ею, превозмогая боль. Высшие Силы наказали стрелков, внезапная молния испепелила их тела и души, не оставив ни чего в памяти о них.       Варитолуэн терял силы, а Ареногэль ликовал, предвкушая победу.       И вот настал тридцать седьмой день битвы Сил Света и Тьмы. Всё реже сыпались сверху яркие искры меча Варитолуэна и всё чаще спускался вниз холодный леденящий кровь ужас и серая пыль от меча Ареногэля. К полудню наступила развязка. Оба брата применили один и тот же приём - и на выпаде проткнули друг друга. Остановилась битва внизу, ибо разверзлась под мостом пропасть, сокрушительное землетрясение сотрясло Разветвлённые горы. Мост обрушился вниз, а вместе с ним и братья. С братьями в необъятные глубины мира провалилось множество солдат обеих сторон, остальные ринулись прочь из ущелья. Не всем удалось вернуться назад, оба берега ущелья сомкнулись над головами воинов и обрушились на них, став их могилой. Два меча – Светлый и Тёмный тоже исчезли вместе с ними. Вот и всё. - Да, - протянул Йегрес. – В стихах эта история куда короче. Но всё-таки причём тут я и мой меч? - Твой меч излучает ту же энергию, что и те… - Я свой меч нашёл не здесь, - запротестовал Йегрес. - А я тебе не говорил, где находятся Разветвлённые горы, - жёлтый силуэт запылал ярче. – В тебе сейчас находится дух Варитолуэна – это я точно тебе скажу. Скоро придёт твой час… - И когда же? - Не знаю, но скоро… Всё идёт к этому… прощай.        Сказав это жёлтый силуэт исчез, будто сквозь землю провалился. В этот момент на берегу реки показались всадники на белых лошадях. То были Галадриэль, Элорас и Алтеррон. Больше никого с ними не было, наверное. - Йегрес, ты потерял всякое приличие! – воскликнул в гневе Алтеррон. - Попридержи свой язык, старец, - ответил злобно чужеземец, поднимаясь с земли и вытаскивая меч из ножен. Глаза его запылали зелёным пламенем. - Э, остынь, чужеземец – в глазах старца появился неподдельный испуг.       Но Йегреса уже было не остановить, он медленно пошёл к лошади Алтеррона, а та замерла словно статуя. Старец задрожал, он попытался спешиться, но запутался в стремени. - Остановись, Йегрес! – раздался повелительный окрик Галадриэли. – Это в твоих же интересах.       Имперец пропустил этот призыв мимо ушей, тогда эльфийка воздела руку вверх. Йегрес приготовился к отражению магической атаки, но он обманулся. Раздался свист стрел. Чужеземец повалился на песок с простреленными ногами. - Достаточно было одной стрелы, - сказала эльфийка стрелкам, спустившимся тут же после выстрела с деревьев, стоящих неподалёку. – Поднимите его. Теперь придётся пару недель залечивать его ноги, - с досадой проговорила она. - Не придётся, - прошипел сквозь зубы Йегрес и поднялся на ноги.        Ноги не держали его и постоянно подкашивались. Имперец продолжал своё движение к Алтеррону, который уже выпутался из стремени. Старец был готов к атаке чужеземца, но почему-то попятился назад и растянулся перед Йегресом. Элорас и Галадриэль не вмешивались, пока. Эльфийка только вновь подняла руку, и стрелки натянули луки. Имперец тяжело подошёл к старику и посмотрел на него сверху вниз. Старец был глуп, хотя в мудрости не уступал мудрейшим мужам древности. Старость отняла у него былую мощь, зато Йегрес был силён физически хотя и гораздо древнее мага, только он об этом не подозревал.       Чужеземец прошёл мимо Алтеррона к прибрежным деревьям и там уселся на траву, чтобы оглядеть раны на ногах. Три стрелы торчали из конечностей: две прошли насквозь, а третья застряла около кости. Йегрес обломал наконечники стрел, прошедших его плоть насквозь, к недовольству эльфийских стрелков, и вытащил их обратным ходом. Третью он просто вырвал из ноги с кусками своей плоти. Человек взревел, лошади и эльфы шарахнулись от такого рыка, а Альтеррон мелко задрожал, как последний трусливый пёс. Меч засверкал зеленоватым светом, рана слегка начала затягиваться, а клинок начал покрываться зазубринами. Йегрес, видя это, со всего размаху вогнал клинок в ближайшее дерево. Глаза эльфов наполнились гневом. Чужеземец растянулся на траве перед деревом, из глубокой раны от третьей стрелы на траву текла тёмная кровь.       Элорас приказал доставить тело чужеземца обратно в его покои, а сам посмотрел на раненое дерево. Меч высасывал из него жизненные силы, восстанавливая себя. Дерево начало дряхлеть и за считанные минуты высохло, тем самым дав понять, что жизнь, данная ему, забрана чужеземцем с мечом. Галадриэль с ужасом взирала на происходящее. Она подошла, чтобы вырвать меч из плоти деревянного гиганта, но Элорас остановил её. Они вместе наблюдали последние мгновения жизни священного дерева, росшего на месте древнего храма.       Галадриэль всё-таки подошла к мечу чужеземца и взялась за рукоять рукой в перчатке, меч завибрировал, но это было всё. Эльфийка отважилась провести рукой в перчатке по клинку и вздрогнула – лезвие с лёгкостью разрезало кожаную перчатку и кожу её руки. Она не поняла, что произошло после, Элорас увидел, что Галадриэль неожиданно замерла и стала словно статуя. Эльф опешил. Он выбил меч из рук эльфийки, но та по-прежнему стояла, не двигаясь. Элорасом, могучим и спокойным правителем, стала овладевать паника. Но вдруг Галадриэль сама очнулась от паралича, разбившего её. - Что это было? – тяжело вздохнув сказала эльфийка. - Не знаю, - ответил Элорас, с отвращением глядя на лежащий на траве меч. – Тьма уничтожила светлое в клинке и дала ему новые свойства. Теперь, как сказал чужеземец, он пьёт жизнь из живых существ. Кроме того он действует на разум, порабощая его. - Мой разум не был порабощён, - ответила Галадриэль. – Я будто замерла на некоторое время, похолодела, но я всё слышала и видела. Надо больше расспросить чужеземца о нём…        Эльфы стояли молча, будто изваяния и глядели на меч, поблёскивающий в траве. Клинок его будто покрылся зелёным налётом, как бронза, но стоило взяться за рукоятку оружия, как этот налёт пропадал без следа. Никто больше не решался брать меч в руки. - Нельзя оставлять его здесь, - проговорил наконец Элорас. - Конечно, - согласилась Галадриэль. – Но никто из нас не сможет поднять его – слишком велика Тёмная сила меча. Никто не знает, вдруг он способен свернуть с пути истинного и переметнуться на сторону Зла. - Похоже на то, - заметил Владыка здешнего края.       Элорас подошёл к мёртвому дереву. - Послужи нам, мёртвый исполин, в последний раз. Спасибо тебе за то, что охранял священное место, спасибо тебе, что надоумил чужеземца, спасибо тебе за всё…       Сказав это, эльф отломал сук среднего размера и им подцепил меч. Галадриэль взялась за другой конец палки, меч повис как на перекладине. Эльфы отправились пешком в город, клинок оставлял за собой лёгкий след, который потом стал виден гораздо лучше – в радиусе нескольких сантиметров от того места, где меч коснулся земли, высохли все растения. Земля там не плодоносила несколько лет.