Два меча

      Через два дня Йегрес был готов к отправке на берег Средиземья. Проводить его вышли лишь Галадриэль и Ориэль. Остальные высшие сановники смотрели на происходящее с балконов.        Четыре крепких эльфа принесли носилки, на которых лежал бледный чужеземец, сжимая здоровой рукой обрубок. Меч лежал рядом. Йегрес изредка приоткрывал глаза и смотрел вокруг. На каменной площадке, переминаясь с ноги на ногу, стоял огромный крылатый конь, белый как снег. Он был крупнее Урагана, воистину король пегасов. Ветерок играл с его густой и длинной серебристой гривой. Блестящие голубые глаза гордо взирали на происходящее на площадке. Они с интересом стали осматривать человека, лежащего на носилках. Циунол прижал уши, это был знак недоверия, - от чужеземца ничем не пахло. Ни запаха разложения, ни запаха тела, ни запаха пота. Будто и человека-то и не было.        Эльфы с трудом подняли Йегреса с носилок. Им на удивление чужеземец вдруг выпрямился. - Я сам, - сказал Йегрес.        Покачиваясь, чужеземец медленно нетвёрдыми шагами направился к Циунолу. На спине пегаса было устроено ложе для имперца, на которое эльфы надеялись его положить и закрепить. Йегрес подошёл к морде Циунола и с трудом открыл глаза. - Спасибо тебе, добрый правитель Циунол. Боги не зря сделали тебя королём… Ты достоин этого звания… - Йегрес, откуда ты знаешь, кто он? – спросила Ориэль. – При тебе ведь это не обсуждалось. - Я много чего знаю… - ответил загадочно чужеземец и замолчал.       С помощью одного из эльфов Йегрес забрался на пегаса. Тут же силы покинули его. Эльфы изумлённо смотрели на человека. - Если ты доживёшь до прибытия в Средиземье, то в сумках тебя будут ждать дары нашего народа, один из них, надеюсь, тебе поможет в Светлых делах. Еда у вас тоже есть… Прощай, посланник серой мглы… - Прощайте, эльфы, - очнувшись, слабо усмехнулся Йегрес. – Я всегда мечтал быть рыцарем Пегаса…        Циунол взмахнул огромными крыльями и взмыл в воздух и скоро скрылся в небесной выси. Эльфы всё ещё смотрели ему вслед. К Галадриэли подошёл Гэндальф. - Надеюсь, мы всё правильно сделали, - сказал он. - Нам только и остаётся надеяться, - ответила Галадриэль. – Тьма сняла с него свои оковы, но следы их остались… - Нам нужно молиться, чтобы Йегрес остался нейтральным или перешёл на нашу сторону... иначе – смерть, смерть всему живому… Ещё раз земля не выдержит Темных тысячелетий… - Да, ты прав, Гэндальф. Второй Саурон нам не нужен. - Ты не права, Галадриэль, он страшнее него… надеюсь, ты не забыла, кто создал Саурона? Он гораздо сильнее, но не подозревает о своей мощи… И это просто прекрасно!.. для сил Добра…       Циунол мерно взмахивал крыльями и долго парил над облаками. Путь, который Блитиэль преодолел бы на своём корабле за месяц, пегас намеревался преодолеть за неделю. Сейчас они были второй день в полёте. Йегрес всё это время лежал неподвижно, Циунол уже начал побаиваться, что тот уже скончался. Но вдруг около полудня послышался голос: - Циунол, постарайся сейчас парить подольше, чтобы меня не трясло.        Король пегасов внял желанию раненого. Он поднялся над облаками и расправил крылья, сверкающие на солнце. Изредка Циунол поворачивал голову, чтобы поглядеть, что там делает чужеземец, но к его огорчению ничего видно не было.       А Йегрес в то время почувствовал жестокую резь в перевязанной руке. Она прямо-таки горела адским пламенем. Казалось ещё чуть-чуть и бинты загорятся. С помощью левой руки и зубов он развязал бинты, закрывающие рану. Тут же из незаживающей плоти хлынула кровь, но она была не красной, а… чёрной. При этом она ещё и застывала на лету. В голове начало темнеть, опять же левой рукой Йегрес нащупал свёрток, где лежал обрубок правой руки. Через минуту слабеющий человек держал сизо-синий обрубок правой руки. Имперец вздрогнул, пальцы обрубка шевельнулись, а чёрная кровь стала капать не вниз, а лететь прямо в пустые сосуды обрубка. Йегрес поднёс обрубок к культе, на месте раны появился зеленоватый туман, который сменился красным. Затем имперец услышал хруст, внезапная боль обожгла тело, в глаза прокралась тьма. Но это длилось всего мгновение.       Шум в голове постепенно утих, ясность начала возвращаться к человеку. Йегрес начал осознавать, где он находится. Слева и справа мелькали два серебристых огромных крыла, сверху нависала бескрайняя синева. «Неужели я попал на Небо?» Человек поглядел на свои руки, обе были на месте. Только левая была в перчатке и в кольчужном рукаве, а вторая – голой, тощей. Тёмно-бурая полоса вокруг места чуть пониже локтя постепенно растворялась. А вот боль никак откатывать не хотела. Волной за волною накатывала она на тело человека, заставляя его сжимать зубы. «Нет, всё-таки до Неба я не добрался».       Йегрес сел и тут же лёг обратно. Он обнаружил себя летящего на пегасе над облаками, сквозь которые проглядывало море, голубое и спокойное. Тут в памяти чужеземца начали всплывать ушедшие события… - Циунол, далее можно не торопиться, - сказал Йегрес, похлопав пегаса по шее.       Крылатый конь посмотрел на ожившего всадника, в обращённом к Йегресу глазу мелькнуло удивление и любопытство. Циунол перестал рваться вперёд, он неспешно парил в небесах наслаждаясь свободой полёта.       Он ещё в детстве хотел летать. Маленький Циунол завидовал птицам, бесстрашно парившим в вышине, гордо смотрящим сверху на реки, горы и долины, населённые живыми существами, которых и не видно с такой высоты. Но эта зависть сошла на нет, когда Циунол впервые увидел белого пегаса. Став вождём своего рода, он всю свою жизнь посвятил этим прекрасным созданиям. Род пегасов стал другом его роду, это не раз спасало и тех, и других. После смерти Циунол был по своей просьбе превращён в пегаса, и затем парил в высотах Восточных долин. Вскоре он стал именоваться Королём Пегасов...       Так и летел Циунол, вспоминая свою прошлую жизнь. Много лет крылатый конь провёл на земле, много повидал… Но не хотел он повторения Нашествия Тьмы и Мглы. Много дум одолевало его, но эта была самой страшной. Ведь он знал, кого несёт на своей спине…       Зато Йегрес ни о чём не подозревал, он улёгся на широкой спине пегаса и глядел на бескрайнее голубое небо. Вскоре чужеземец заснул, положив под голову правую руку, теперь уже живую…