Два меча

      Тучи медленно и неотвратимо приближались. Стала легонько подрагивать земля. Эльфы ходили с каменными лицами. Скоро многим предстояло встретиться со своими родными в ином мире, мире мёртвых. Те, кто выживет, отправится в другой мир, без войн, где будет жить вечно. Если выживут…       Видно Высшие Силы сильно невзлюбили Первый народ, если хотели истребить всех до единого. Эльфам ничего боле не оставалось, как построить Врата, позволяющие избежать полного вымирания расы. Но волею случая кто-то узнал об этой страшной тайне, которая стояла в Южных горах ещё недостроенная.       Элорас за день собрал довольно большую армию, хотя многие были уже давно наготове. Пятьдесят тысяч эльфов стояло у подножия Северных гор. Здесь стояли и мужчины, и женщины. Всё равно иного выбора не было, так что лучше умереть вместе. Напротив возвышались силы Тьмы, точнее, их малая часть. Северные горы почернели, над их вершинами сияло красноватое сияние, вселяющее ужас в сердца бесстрашных эльфов. В одной из гор, которая называлась Срединной, образовался выход из Преисподней. Словно жерло вулкана лаву он выпускал из себя всё новые когорты демонов. Но слишком малое число адских тварей могло участвовать в этой битве – очень трудно добраться из отдалённых частей Ада к Светлым землям. Малое число демонических созданий вполне компенсировалось огромными полчищами одержимых людей, не понятно откуда здесь появившихся, берсеркеров, ещё хуже, чем одержимые люди. Были ещё странные воины в чёрных шлемах-котлах, одетые в чёрную кольчугу и кожаные штаны. Верхняя половина лица была скрыта от глаз, а нижняя представляла собой сплошной ряд острых зубов. Лицо было будто обожжено, кожа плотно прилегала к костям головы, облегая каждую ямку. В руках у этих воинов были топоры и палаши. Они стояли особняком от других подразделений.        Выход перестал изрыгать из себя войска Легионов. Земля содрогнулась, у входа поднялось небольшое возвышение. На этой каменной глыбе стоял Герцог с пылающим мечом в руке, а рядом с ним один из его спутников.       Воцарилось глубокое молчание, даже вулканы, громыхавшие вдалеке, утихли. - Эльфы! – послышался лающий голос, говорящий по-эльфийски. – Вы что – смерти ищете. Вам сказано было убираться прочь отсюда. - Мы не желаем покидать свою землю по приказу жалких армий демонов с самовлюблённым и самонадеянным предводителем, - громко ответил Элорас. – Я предлагаю тебе покинуть нашу землю.       В ответ пронёсся дьявольский хохот над полем. - Как ты смеешь, презренный эльф, указывать мне – самому Ареногэлю! Для меня ты – ничто! – Герцог в очередной раз дьявольски засмеялся. - В нём находится дух второго брата, - тихо произнесла Галадриэль, стоящая в первых рядах эльфийского воинства в кольчуге и с мечом. - Я это уже понял, - с досадой ответил ей Элорас. – Где Йегрес? - Здесь, - отозвался неподалёку холодный отклик. Элорас немного смутился, ведь он это тихо хотел спросить у эльфийки. - Что это вы там замолчали?! – раздался грубый окрик Герцога, и он огласил поле нецензурной бранью. – Йегрес! Выйди вперёд! – вдруг крикнул называющий себя Ареногэлем.       Йегрес вышел из строя, сжимая в руке меч. - Ара эльлоу оуина эль, оласал, - сказал демон. - Ыен уалан нали эль, оласал, - ответил чужеземец.       Имперец вдруг быстро побежал вперёд, никто даже ничего подумать не успел, а чужеземец уже был у передовых рядов войск Легионов. Там он остановился, глаза его пылали зелёным пламенем. - Это конец, - обречённо произнёс Элорас. – Тёмная Сила завладела обоими братьями, мы обречены.       Эльфы опустили головы, они не могли сдвинуться с места, так велик был шок от внезапного предательства. Они чувствовали себя, точнее, вообще не чувствовали, кто они такие. Многие смирились с тем, что кости их никогда не будут преданы земле, а останутся лежать на раскалённых камнях.        Войска по-прежнему не двигались с места. Йегрес повернулся к эльфам спиной и пошёл к возвышению. Демоны расступались перед ним, а он всё шёл и шёл. Герцог в важном молчании ждал, пока тот приблизится. Чужеземец-имперец взошёл на возвышение и встал подле огромного демона, с которым Герцог находился в разваленном храме. Полугаргулья злобно и издевательски оскалила зубастую пасть. Йегрес повернулся к ней спиной и бросил взгляд на эльфийские войска. Маленькая горстка, по сравнению с Легионами. Зачем пытаться идти на смерть, когда всё равно знаешь, что от тебя и костей не останется. Может быть в этом и заключается смысл жизни? Может быть для этого и даются такие жуткие испытания? Но почему же их должны проводить Проклятые?!       Глаза Йегреса всё ещё пылали зелёным пламенем, а меч он держал в руке. Глаза вдруг стали излучать не мёртвое сияние, а запылали серебряным светом. Внезапно имперец резко развернулся и вонзил полугаргулье клинок в то место, где обычно находится сердце. Зверь взревел, но тут же замер.       Сердца ёкнули сразу у двух армий разом. Теперь на поле творилось чёрт знает что. Эльфов внезапно охватил ужас. Герцог дёрнулся в сторону. - Алиуа оо аклиэл, оласал, - издевательски и злобно произнёс имперец, встав в позицию ожидания боя. - Ен, оласал, лоа элиа. Адло енге ое эло-орн, - ответил Герцог и приготовился к бою. - О чём они говорили? – слышался шепот в стане эльфов. - Это Первоязык, - ответила Галадриэль. – Самый древний язык нашего народа. - Что же они друг другу сказали? - Йегрес сказал: «Вот мы снова встретились, братец», а демон ответил, - Галадриэль перевела дыхание от охватившего её сейчас страха. – Он ответил: «Как хочешь, брат… В этот раз под нами нет пропасти», - Галадриэли закрыла глаза, она побледнела. Никогда ей не было так страшно.       В это время бой на возвышенности продолжался. Пока противники бесцельно махали мечами – ни один удар не достиг цели. Тело полугаргульи мешало свободно передвигаться по холму, крылья чуть не целиком покрыли каменную площадку. Но вскоре тяжёлые поединщики сломали крепкие кожаные крылья, рассекли их мечами.       Меч демона был гораздо длиннее Йегресова клинка, к тому же он горел огнём. Это пламя несколько раз оплавляло волосы имперца, когда тот силился увернуться от мощных ударов Герцога. Когда мечи перекрещивались, то вокруг воинов появлялись снопы искр. А обе армии всё ещё стояли неподвижно, терпеливо выжидая.       Йегрес всё пытался хотя бы поранить демона, «а потом разберёмся силён ли твой разум», - думал он. Но Герцог, кажется, знал о хитрости меча Йегреса и не давал к себе приблизиться. После неудачной попытки замаха имперца развернуло и он немедленно получил удар ногой по спине. Человек скатился к подножию холма. Там на него уже готовы были накинуться солдаты Легионов. - Не трогать его! – заорал Герцог, спускаясь. – Я сам прибью гадёныша, - демон остановился и взглянул в сторону эльфов. Те стояли тихо, лица были полны отчаянья. Герцог поднял вверх руку с огненным мечом. – Уничтожьте их!       Лавина демонов и одержимых ринулась вперёд. Эльфы подняли щиты. Завязалась огромная свалка. Слышались вопли, лязг оружия, вой демонов. Эльфы были оттеснены к лесу, смяты, уничтожены.       Герцог никуда не спеша спустился к тому месту, где только начал подниматься с камней Йегрес. - Слабоват ты стал, братец, - ухмыльнулся демон. – Надо было тебе тело покрепче выбрать. А вот с мечом у тебя хорошая задумка была…       Герцог сделал жест ладонью, меч рванулся из руки имперца, но тот удержал его. Но тут металл у места соединения рукоятки и клинка разошёлся и в руке демона появился невзрачный камень с начертанной на нём руной. - Да, хитрый ты стал, братец. Параличом решил всех побеждать. Теперь уже не придётся…        Демон сжал камень в кулаке, послышался хруст, Герцог раскрыл ладонь, и ветер унёс прочь пыль артефакта. Йегрес затрясся от гнева и ярости, но вот холод вновь вернулся к нему. Он встал на ноги, Герцог лишь хмыкнул. Он со всей силы рубанул сверху вниз, желая рассечь имперца пополам. Тот еле успел подставить меч под удар. Искры ослепили его и Йегрес откатился назад, встать он не успел. А демон вновь приготовился к удару. Имперец опять увернулся и сумел подняться на ноги. Но бой всё равно был неравным. Меч Герцога стал ещё более длинным, он злобно хохоча, гонял Йегреса туда-сюда. Имперец уже начал выбиваться из сил. Йегрес поскользнулся на крови полугаргульи, которая залила здесь всё вокруг, и рухнул на землю. Панцирь был смят словно лепёшка, кольчуга в нескольких местах порвана. Под громкий хохот Герцога Йегрес кое-как встал на одно колено. Сердце в груди бешено билось, было тяжело дышать. Правое плечо в начале боя сильно зажгло. - Да, ну и братец стал у меня – сопляк и слабак, - всё забавлялся Герцог. – Не надо было отклонять предложение о союзе между нами. Вместе с тобой, брат, мы покорили бы всю эту землю и другие тоже. - Не брат я тебе боле, козёл рогатый, - тихо проговорил Йегрес и поднялся на ноги. – Мне не нужна твоя помощь в захвате этой земли, мне вообще не нужна эта земля и власть над ней. А ты уже перешёл все границы…        Демон отшатнулся, имперец тоже не поверил своим глазам. Его меч из тёмного материала, который даже на солнечном свету не блестел, вдруг стал сверкающим солнечным светом, словно был лучом дневного светила. Длина его приблизилась к длине меча противника, а вес, на удивление, уменьшился.       Противники неподвижно встали друг против друга, чувствовалось, что напряжение растёт. Первым нападать начал Йегрес, тучи искр падали к ногам воинов, багровые и солнечные. Звон клинков стал слышен на необозримые расстояния. Имперец понял, что вновь превращается в зверя, холодной хваткой сжимающего своих жертв. Но Герцог тоже не думал уступать. Он в очередной раз повалил страшным ударом Йегреса на землю. Демон был близок к тому, чтобы пронзить тело человека огненным клинком. Но Йегрес не был великим воином, соблюдавшим правила боя, вряд ли и демон был таким. Имперец бросил в глаза демонической твари горсть песка. Демон опешил, клинок меча скользнул мимо. Йегрес не стал терять времени, он вскочил на ноги и с размаху отсёк Герцогу руку.       Эльфы бьющиеся в лесах, а также враги услышали леденящий души вой смерти. А Йегрес тем временем разрубил тело врага вдоль на две половины. Вой стих, теперь только вдалеке слышались отголоски боя. Йегрес смотрел вдаль на колыхающиеся волны моря битвы, сердце его было теперь холодно. Ничего не грозило ему…       Вдруг что-то будто ударило его. «Закрой проход!» Йегрес обернулся, красная глотка тоннеля озарилась огненным мерцанием, зарокотали вулканы, затряслась земля. Из этой адской отдушины донёсся до Йегреса вой подкрепления Легионов. Сразу захотелось убежать, скрыться, улетучиться, но это было невозможно. Гул тяжёлых шагов тысячей адских тварей приближался, всё ближе были их вопли.        Сам Йегрес не знал как закрыть эту глотку, он бы бегал здесь туда-сюда, суетился. Но сейчас он не был Йегресом, сейчас он – Варитолуэн. Имперец спокойно подошёл к мечу разрубленного на куски демона и поднял его. Меч, потухший после падения тела Герцога на землю, вновь загорелся. Йегрес ровным шагом пошёл к пещере, он не знал зачем это делает, он сейчас вообще ничего не знал. Теперь для него всё было как во сне.       Из адской отдушины на него пахнуло жаром глубин, серный воздух заставлял противиться дышать. Человек смотрел в красно-чёрную глубь пещеры, словно выжидая чего-то. - Киес эрамно горэ эста оура! – повелительно воскликнул человек грудным незнакомым голосом и воткнул меч Герцога по рукоять в землю.        Сильнее зарокотали вулканы, сильнее задрожала земля, стремясь выпустить на свободу разбушевавшуюся магму. Задрожали Северные горы, две стены прохода двинулись навстречу друг к другу…        Демоны почувствовали, что сила Преисподней ослабевает, и оглянулись назад. Там они увидели одиноко стоящую фигуру воина, который не был их предводителем. Он стоял на фоне закрывающихся врат, лицо его было спокойным, а в правой руке голубым огнём сверкал меч.       Как раз в тот момент к эльфам подоспела подмога – остатки армии, которые находились далеко от этих мест. Женщины-воины на крылатых конях – пегасах – крушили берсеркеров и одержимых. Свежие эльфийские стрелки поливали градом стрел когорты Легионов. Пешие отряды вламывались в ряды демонов, топя демонов в их же крови.       Когорты дрогнули и стали отступать, но не бежать. А эльфы с союзниками всё напирали и напирали. Первыми не выдержали одержимые, чьи слабые души теперь лишились указаний поработителей душ из Преисподней. Они сломя голову бросились к почти закрывшимся вратам. За ними последовали берсеркеры, а потом и демоны не выдержали напора эльфов. Но вот врата закрылись, обратный путь отрезан. А там, там на вершине холма, около трупа предводителя и его помощника стоит виновник этого. Его-то никак нельзя оставить в живых, его следует разметать по косточкам.       Поняв, что оказались в ловушке, демонические твари решили разорвать Йегреса на части. Легионы понеслись не Йегреса как на заклятого врага. Он был один против этого моря врагов. Смять! Убить! Сокрушить! Только это сейчас было в мыслях у демонов, нёсшихся к спокойно стоящему человеку, сложившему руки на груди.       Не побежали только сакиры, воины, похожие на демонов, в чёрных шлемах и кольчугах. Они предпочли драться с эльфами, которых было гораздо больше теперь. Лететь всем скопом на одного противника – для них это было противно, а вот на армию в несколько раз превышающую твою по численности – достойно и в самый раз. Сакиры и эльфы затеяли жестокий бой, после которого не осталось ни одного живого сакира и примерно столько же эльфов.       Демонические войска приближались к Йегресу и отнюдь не с дружескими намерениями. «Ну вот теперь, наверно, хана», - подумал Йегрес. Он взялся за меч двумя руками. «Понеслась!» - коротко рявкнул он, когда к нему приблизился первый противник.        Далее было всё как в страшном сне. Кровь стучала в висках, жар разливался по телу, горячий пот стекал по лицу. Слетали головы, отлетали руки, ноги. Искры сыпались из глаз. Ревели демоны, стонали раненые, вопили умирающие. В потоке этих тварей, среди чёрного моря, словно молния проблёскивал клинок Йегреса. Он стал ещё длиннее, метра три, и гораздо легче. Резал тела он, казалось, без усилий, а может это и вправду казалось. Перед глазами как в тумане мелькали чьи-то зубастые пасти, окровавленные руки и оружие, глаза, полные ужаса. Кровь противников омывала доспехи имперца, не было ясно чья это кровь: то ли Йегреса всё-таки достало оружие Легионов, то ли только демоническая кровавая масса окатила имперца своей волной.       Вскоре в тыл демонам ударили подоспевшие эльфы, которые дрались с сакирами. Но демоны не захотели сдаваться, и бойня закипела с новой силой.        Три дня длилась битва, с каждым часом эльфы были всё ближе к победе, но слишком дорогой ценой она оборачивалась. Слишком мало людей этого народа уйдёт во Врата. Элорас, Владыка этого края отошёл в мир иной, убитый двумя огромными демонами. Но перед этим он собственноручно убил трёх таких же, не считая пары десятков одержимых и берсеркеров. Вместе с ним в Незабвенный Край отправилось много воинов…        Все ближе виднелся меч чужеземца, сверкающий всё также ярко и не запачканный кровью, ибо ничто не может запятнать Светлое оружие. И вот на третий день последний демон упал к ногам эльфов. На холме стоял Йегрес, оперевшись на меч и смотрел на эльфов, а те, в свою очередь, на него. Чужеземец перевёл взгляд на поле боя. Руки, головы, ноги, тела, даже хвосты лежали отрубленные у ног победителей. Поломанное оружие, расколотые щиты и шлемы. Земля была просто в кровавых лужах после этой бойни, хотя она и не была из разряда огромных побоищ.       Меч Йегреса принял своё прежнее обличие. Эльфы выжидательно молчали. Чужеземец слабо улыбнулся и начал спускаться с холма чуть покачиваясь. - Йегрес, обернись! – послышалось вдруг будто из глубины.       Имперец стал поворачиваться, но тут перед глазами мелькнуло блестящее лезвие берсеркерского топора. Человек почувствовал, что правая рука стала удивительно лёгкой и невесомой. И без того мутное сознание замедлило ход времени для чужеземца. Повернув голову, он увидел, что за его спиной стоит огромный берсеркер. Весь в крови, без одного глаза, он стал демонической карой за проигрыш в этой битве. Одержимый воин хотел замахнуться второй раз, но раны не позволили сделать это быстро. Несколько стрел просвистело мимо Йегреса и вонзились в голову и тело врага. Тот теперь упал насовсем на окровавленные камни.       Имперец вновь посмотрел на эльфов. Они, казалось, стояли в великом изумлении, с каким-то ужасом глядя на него. Чужеземец поглядел себе под ноги, там на земле, около его ног, лежал меч… в руке… Йегрес медленно посмотрел на свою правую руку. Ниже локтя ничего не было, только обрывки кольчуги, которая от удара берсеркера разошлась как масло под ножом. Из красного обрубка очень медленно бил фонтанчик крови. Имперец застыл, глядя на это, а потом стал оседать на колени. Разум его провалился в темноту…       Эльфы бросились к упавшему имперцу. Лекарь быстро наложил жгут на обрубок, но Йегрес уже потерял слишком много крови, если не всю. Левая рука сжимала мёртвой хваткой отрубленную правую руку, которая такой же хваткой сжимала меч.        Этому народу было не до чужеземца, многие из эльфов всё ещё истекали кровью. Лекари не успевали перевязывать их. К ним на помощь пришли воины. Огромная вереница повозок, телег с ранеными и просто тех, кто мог идти сам, двигалась прочь от места битвы. Трупы будут захоронены чуть позднее, сначала требовалось чтобы к их числу не присоединились живые.       Тело Йегреса положили в повозку с ещё десятью тяжело ранеными. Все раненые находились вне своего сознания, души витали между жизнью и смертью, ожидая своей участи.       Победа только тяготила эльфов, делала их лица серыми и задумчивыми. С великой скорбью и отчаяньем шагали они ибо потеряли больше половины своих войск.       На третий день после битвы Высшие эльфы вдруг вспомнили, что в бою участвовал и чужеземец. - Умер, наверно, - сказал Алтеррон. – Я слышал, как эльфы говорили, что воину в чёрном отсекли руку… - Тогда надо в этом убедиться, - ответила Галадриэль.       Эльфийка вместе со свитой поехала объезжать палаты врачевания, которые не вмещали всех раненых. С ней поехал и Алтеррон.        Найдя Властительницу целебных сил – Ориэль – Галадриэль спросила об имперце. - Он в одной из палат, - ответила та. – Его состояние крайне тяжёлое. Не знаю, как он продержался эти три дня, ведь наши снадобья на него не действуют.        Галадриэль пошла по Палатам, заваленными ранеными и умирающими. Смерть витала в этих светлых чертогах, затмевая жизненную силу эльфов. Мимо проходили помощники лекарей и несли на носилках эльфов не смогших побороть смерть.       В одном из самых дальних уголков эльфийка обнаружила чужеземца. Он лежал на полу с перевязанной рукой. Левая рука всё ещё сжимала отрубленную правую. Странно, что не чувствовалось запаха разложения. Имперец был бледен будто его посыпали мукой. Глаза были открыты и подёрнуты дымкой. Внимательный глаз заметил бы, что где-то в глубине чёрного зрачка изредка вспыхивает тусклый зелёный огонёк. Кожа туго охватывала череп словно её кто-то натянул, стоя за спиной раненого и тяня за волосы. - Положение действительно не райское, - заметил Алтеррон.       Чужеземец будто услышал голос человека, с которым недавно поссорился, и вздрогнул. Веки Йегреса задрожали, голова дёрнулась. Он рывком сел, эльфы отпрянули. - Уберите меня с этой земли, - прохрипел Йегрес.        Затем глаза его закатились и тело бессильно упало на пол. Изо рта потекла кровь, а повязка на руке стала вновь краснеть. - Возьмите его на носилки, - приказала Галадриэль. – Надо отнести его в другие покои. - Но госпожа… - начал один из эльфов. - Никаких «но», этот чужеземец закрыл врата. Мы должны быть ему благодарны. - Мы также должны быть благодарны нашим войскам, - хмурясь, заметил Алтеррон. - Прекратите шуметь в Палатах, - строго оборвал спорящих властный голос Ориэли. – Прекратите. Если вы его заберёте, то это будет даже лучше. От него веет смертным холодом, глядя на него, многие прощаются с жизнью. А предоставить ему отдельные покои мы не в силах. - Мы заберём не только его, - ответила Галадриэль.        К концу дня пятьдесят раненых были перевезены в покои дворца. Йегрес лежал в своих покоях всё так же без признаков жизни. Кто-то из охранников сказал, что видел странное жёлтое сияние вышедшее их тела чужеземца и исчезнувшее затем в воздухе. - Очень странно, что, потеряв руку, он находится при смерти. Обычно от этого не умирают, разве что от отчаяния и тоски, - говорил Алтеррон. - Ориэль же сказала, что наши лекарства на него не действуют. С ним надо что-то решать, - отвечала Галадриэль.       Супруга погибшего Владыки, Алланиэль, превозмогла боль утраты на некоторое время. Она созвала небольшой совет. Здесь присутствовали Галадриэль, Алтеррон, Ориэль, Элронд, Теодал и Блитиэль Зииманский. Последний явно неуверенно чувствовал себя в кресле, давно капитан корабля не был в этом городе дальше крайней таверны. - Я созвала вас, - начала Алланиэль. – Чтобы решить участь чужеземца. Надо что-то предпринять, мы не можем ему помочь. Значит, остаётся выполнить его просьбу – отвезти Йегреса на тот берег. - Это займёт огромное количество времени, - заметил Блитиэль. – Кто знает, может он окочурится до нашего приплытия в Средиземье. - Ты прав, Блитиэль. Но у нас нет иного выбора. - Я готов пуститься в плаванье хоть сию минуту, - капитан встал со своего места и поклонился Владычице. - Есть другой вариант, - вдруг громко сказал Алтеррон. – Я говорил с Циунолом. Он согласен доставить чужеземца на ту сторону… - Этот путь велик даже для неосёдланного пегаса! – воскликнул Элронд. – А тут ещё и груз, причём тяжёлый груз. - Я хочу напомнить тебе, Элронд. Циунол – король пегасов. Он уверен, что донесёт чужеземца до того берега. - Стоит попробовать, - задумчиво произнесла Алланиэль. На том и порешили.