Практическая химия

Снейп был зол... Снейп был чертовски зол... Снейп был смертельно зол... Сам дьявол бы сейчас позавидовал его разрушительному настрою. Рабочий день близился к концу, а он не сделал и половины дел, запланированных на сегодня. И кто всему виной? Эта выскочка Хоуп! И кто только позволил ей так прочно засесть у него в голове? С почти тигриным рычанием он захлопнул очередную папку с документами и уставился в противоположную стену, барабаня пальцами левой руки по столу. «Может к психологу обратиться? – с грустью подумал он. – Говорят, эти маггловские врачи помогают разобраться в себе». А разобраться действительно было в чём. Почти двадцать лет однообразной будничной рутины, изредка перемежающейся схватками и баталиями самой кровавой из всех магических войн. Двойной шпионаж и общение с двумя самыми сложными и коварными магами тысячелетия. Он привык всегда быть начеку, привык скрывать чувства и спасать других, забывая о себе. Что у него было тогда? Глупая любовь к Лили и нелепый инстинкт прикрывать Мальчика-Который-Выжил и всех остальных заодно. И что у него осталось сейчас? Северус внимательно прислушался к своим чувствам... Любовь к Лили растворилась вместе с воспоминаниями, которые он отдал Поттеру. Сейчас он понимал, что это и не любовь скорее была, а так... принцип инерции, о котором еще старичок Галилей говорил. «Как там у него было? – сам у себя спросил Снейп, и сам же ответил. - Предоставленное самому себе тело будет двигаться по инерции равномерно и прямолинейно сколь угодно долго». Вот так просто с помощью обычной маггловской науки объясняется его «неземное» (как он раньше думал) чувство. Да, глупо отрицать, что изначально он был не просто влюблен в нее, а любил. Но Лили ушла сначала к Поттеру, потом её не стало вовсе. А он всё продолжал по инерции тянуться к её недостижимому образу, сохраняя обрывки старых писем, лелея воспоминания, оберегая Гарри, в конце концов. Как ему удалось избавиться от этого инертного чувства? Да очень просто! Старая жизнь закончилась. После укуса Нагайны он фактически умер и возродился, новый, и внешне, и внутренне – пропало в этой новой жизни и желание спасать других ценой своего благополучия и счастья. Томас Айвен взглянул на часы – оставалось еще полчаса до окончания рабочего дня. «Что ж, сеанс психоанализа можно продолжить, – с иронией подумал он, – если что, куплю диплом психолога и пойду лечить магглов. Говорят, у них это прибыльная профессия!». Снейп невесело усмехнулся и принялся дальше анализировать своё состояние. Итак, на чём он остановился? Ах да, на новой жизни с новым лицом. Он, бесспорно, мечтал вернуть себе прежний облик мизантропа профессора с засаленными волосами и крючковатым носом. Но как это сделать? Ведь тут определенно замешана магия, сильная, чёрная и ему не известная. Он уже перерыл все магические и маггловские источники, хоть немного способные пролить свет на эту запутанную историю. НИ-ЧЕ-ГО! Это не пластическая магия, и не оборотная, не защитная, не сглазовая, не зеркальная и не эзотерическая. И ведь главное – совершенно не понятно, кто мог сотворить с ним такое. Да, врагов у него было не мало, но все они сейчас или мертвы, или в Азкабане. Ни на тот свет, ни тем более в магическую тюрьму попадать ему не хотелось. Единственной, кто могла ему реально помочь сейчас, была лишь заучка Грейнджер. Уж она-то прочитала столько книг, сколько не осилил никто из Хогвартса. Нет, он сам изучил, несомненно, больше, но выбор книг для него обуславливался в большинстве своём любовью к зелеваренью. Гермиона же глотала любые печатные издания. Однажды он застал ее в библиотеке, когда она с умным видом пялилась в Ведьмополитен. Прошло минут пять, и Грейнджер с фырканьем отбросила журнал, пробормотав при этом: «Мерлин, что за муть я читаю!». Даже сейчас Северус улыбнулся, вспоминая этот забавный инцидент. Гермиона Грейнджер – самая блистательная ведьма минувшего десятилетия. От воспоминаний о ней на душе у него потеплело: «Интересно, подойди я к ней в моем нынешнем виде, отшила бы она меня или нет? МакЛагена ведь отшила!» - усмехнулся Северус, но в этот же момент сурово тряхнул головой. Что за глупые мысли лезут ему в голову? Он покончил с миром магии раз и навсегда. Никаких Грейнджер, никаких Гермион, никаких ведьм в его жизни. Больше никогда! Но что же, чёрт возьми, с ним происходит? Ну, ладно Лили, ладно ещё Грейнджер, у неё хоть мозги есть. Но эта чертова Лив Хоуп! Маггла без высшего образования. Работает в какой-то несчастной лаборатории и смеет диктовать свои условия ему! Но в голове почему-то звучали не её упреки в деловой некомпетентности, а как заезженная пластинка в мозгу повторялось: «Да, серой мышке не нравится несравненный и неотразимый Томас Айвен!». Мерлин, ну почему он никогда и никому не нравится, ни угрюмым и страшным злюкой-профессором, ни несравненным и неотразимым директором инновационного отдела большой корпорации. Снейп откинулся в кресле и с сомнением посмотрел в потолок. Вдруг он вспомнил другие слова, услышанные совсем недавно от секретарши: «Просто настоящие мужчины никогда не отступают и всегда добиваются своей цели!». Винтики и шестеренки в мозгу Северуса закрутились с утроенной силой. У него созрел план. И более того, он, наконец, четко понял, чего ему хочется – мести! И кое-чего еще! Ну ладно, если быть честным с самим собой, то кое-чего и мести! И он даже сможет повернуть всё это не просто как настоящий мужчина, а как великий махинатор и авантюрист – 20 лет в разведке как-никак! Часы пробили шесть. Рабочий день закончен. А жизнь заиграла новыми красками. Кто сказал, что Томас Айвен должен быть хорошим и порядочным? В прошлой жизни он и так слишком во многом себе отказывал, играя по правилам чести и достоинства. Дамблдор мёртв, и некому теперь упрекнуть его за чашечкой чая с лимонными дольками, а по сему.... Директор инновационного отдела вышел из своего кабинета с лицом победителя и радостно взглянул на свою секретаршу. - Мэг, вот вы сегодня заявили, что я не способен на поступки, достойные настоящего мужчины, помните? – с этими словами он чуть наклонился к её лицу. Секретарша в испуге отпрянула. - Н-нет, что Вы! Я такого не говорил..ла! – пробормотала мисс Броклхёрст неуверенно. - Неважно! Я предлагаю Вам пари! Жду Вас сегодня в восемь в Оксо Тауэр. И не опаздывайте, Мэг! Оно того стоит! – с этими словами он вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь приёмной. Мэг устало вздохнула и пробормотала: «Надеюсь, он мне не мужскую состоятельность доказывать будет! Главное, повернуть разговор в нужное русло! Пора возвращать всё на свои места!». * * * Как только пробило шесть, Гермиона закрыла толстую книгу и положила её в сумку. Да, сегодня она совершенно наплевала на работу, изучая древние проклятия, заклинания и зелья. Книга была очень древней и поистине интересной. Жаль, что использовать полученные знания у неё никак не получится. Погруженная в свои мысли, девушка уныло плелась к выходу. Она была не уверена в том, что это именно Rectum tarn bellus, но, по крайней мере, это было единственное из заклинаний, которое подходило под её случай. Дело оставалось за малым, найти второго такого же несчастного, как и она. Но как? Не ходить же по Лондону и не орать: «Хэээй, кто из Вас вдруг проснулся уродом, нам с Вами срочно необходимо переспать и всё сразу станет на свои места! Ах, я забыла уточнить, нам необходимо не просто переспать, но еще и обоим кончить!» Девушка фыркнула, представив подобную картину. Что ж на поиски у неё осталось не так уж и много времени – шесть лун пролетят быстро. У неё в голове звучали строчки из книги: «Ибо примет враг оболочку иную, да испытает страшные истязания от облика своего и, не снявши проклятья с себя, спустя шесть лун обречен будет на вечные муки...» Как же отыскать этого... Тут внезапная мысль, пришедшая ей в голову, заставила девушку застыть, как вкопанную. Она подняла глаза и увидела Томаса Айвена, направляющегося прямо к выходу из корпорации, а то есть прямо к ней, стоящей на самом проходе. Но ее мозг скорее просто фиксировал передвижения какого-то движущегося объекта, чем осознавал происходящее. Девушка напряженно думала: «... ведь он тоже бесследно исчез после битвы. Что если это… Северус Снейп!». От неожиданности Гермиона вздрогнула – высокая худая фигура выросла перед ней. - Мисс Хоуп, и что вы так вылупились на меня своими большими глазами, как удав на джунгарского хомячка? - У удавов глаза маленькие, и у них разные ареалы обитания с джунгарскими хомячками, – почти на автомате выпалила Лив Хоуп, развернулась и быстрым шагом пошла к выходу. - Постойте, - окликнул её приятный мужской баритон, затем чьи-то сильные руки схватили девушку и развернули на 180 градусов, – я не разрешал Вам уходить! – Томас Айвен гневно втягивал воздух. - А кто Вы, собственно, такой чтобы разрешать или не разрешать мне что-либо? – удивленно поинтересовалась девушка. – Рабочий день окончен. И у Вас нет сейчас никакого права, запрещать мне что-либо. Хорошего вечера, мистер Айвен! Сказав это, она вырвала свою руку из его цепкой хватки и пошла прочь, так ни разу и не обернувшись. Северус Снейп стоял и уныло смотрел ей вслед. Почему-то в данный момент хотелось обладать всеми правами. Не иначе как заразился у Тёмного Лорда идеей поработить мир. Гермиона быстро шагала к автобусной остановке, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Интересно, это реакция на воспоминания о Снейпе или на прикосновения Томаса Айвена? Она в изнеможении помотала головой. Бред! Всё бред! И то, что Снейп – вторая половинка этого проклятия, тоже бред. «Точнее не бред, а несбыточная эротическая фантазия! – зло подумала Гермиона, садясь в автобус. – Уж с ним-то ты бы с удовольствием сняла проклятие, разок, а потом еще раз, и еще раз». «А с Айвеном?» - ехидно поинтересовался внутренний голос. «И с Айвеном…» - вымученно созналась перед собой девушка. Только уж он-то точно не жертва проклятия, такой-то красавчик! Подумав так, девушка не смогла подавить печальный вздох. За это она окончательно на себя разозлилась, и, придя домой, сразу улеглась спать, даже не поужинав. * * * Ровно в восемь на пороге одного из самых роскошных ресторанов Лондона, Оксо Тауэр, появилась Мэг Броклхёрст. Вежливый официант в фирменном костюме проводил её к столику, за которым уже восседал, застывший как древняя статуя, Томас Айвен. Одет он был точно так же, как и на работе – в идеально черном костюме и белой рубашке, наглухо закрывшей шею. «Значит, соблазнять не будет!» - радостно подумала Мэг-Драко. - Добрый вечер, мистер Айвен! – мило улыбнулась она, дожидаясь, пока официант отодвинет для неё стул. - Добрый вечер! – довольно дружелюбно отозвался её собеседник. Ужин протекал за светской беседой на общие темы, никак не касающиеся ни компании, ни Лив Хоуп. Всё это время Мэг лишь казалась спокойной, пытаясь как можно дальше отодвинуться от бывшего декана Слизерина (так на всякий случай!). А еще Драко никак не мог придумать, как бы перевести разговор на Гермиону Грейнджер, точнее на Лив Хоуп. Но Снейп всё сделал за него. Как только подали десерт, он начал: - Помните, Мэг, я говорил Вам сегодня о пари. - Д-да. Конечно, я помню. Только я совершенно не понимаю, что за пари, и с чем оно связано! - С мисс Хоуп конечно! Вот, представьте, Мэг, если бы Вы были мужчиной! - Ну, представил..ла - И Вас оскорбила как мужчину такая простушка, как эта Лив! - В смысле, как мужчину? – удивленно изогнула бровь мисс Броклхёрст. - Ну, заявила, что как мужчина, Вы её совершенно не интересуете, и ничего не сможете сделать. - Допустим, я представила, – пробормотала Мэг, в глубине души ликуя, неужели он сам решил соблазнить Грейнджер, то есть Хоуп! – Что дальше? - Вы бы отомстили? - Несомненно, я вообще считаю, что чувство собственного достоинства для мужчины превыше всего. - Хм! – теперь уже Айвен поднял в удивлении бровь. – Какой чисто мужской взгляд на вещи! - Так в чём заключается пари? – произнесла Мэг-Драко, молясь всем существующим и не существующим Богам. Снейп глубоко вздохнул, как перед прыжком с большой высоты. Он несколько мгновений колебался, пытаясь достучаться до самого себя, доказать, что поступает он плохо. Но это новое чувство безнаказанности и пьянящая жажда авантюры заставили его произнести эти слова: - Спорим, что через неделю эта Хоуп будет лежать у меня в постели? «Йэссссссс! Да! ДА! ДААА!» - чуть не прокричала Мэг, одергивая себя, пытаясь придумать какой-нибудь ответ. - И охота Вам возиться? Она ж поди еще девственница? – выдавила она. («Чёрт! Чёрт! Что ты несешь! - мысленно ругал себя Драко. – Сейчас он передумает и всё!») - А кто говорил, что будет легко? – усмехнулся Снейп, протягивая Мэг руку, чтобы засвидетельствовать пари. Девушка вложила свою руку в его ладонь, её пальцы чуть подрагивали от напряжения: - И на что спорим? – поинтересовалась она. Этот простой вопрос поставил Томаса Айвена в тупик. Он был настолько поглощено предметом самого пари, что даже не задумался об условиях. Видя растерянность своего начальника, Мэг предложила: - 100 фунтов. Годится? - Отлично! – ухмыльнулся Снейп и разбил их рукопожатие. Пари состоялось. Принцип инерции в очередной раз сработал. Тело, предоставленное самому себе, продолжило прямолинейное движение от одного объекта к другому. И ничто уже не в силах остановить запущенный механизм.