Практическая химия

Гермиона отчаянно пыталась заснуть, но вместо этого снова и снова задавала себе один и тот же вопрос: какого Мерлина неподражаемому и великолепнейшему Томасу Айвену понадобилось приглашать ее на каток? Ну, ладно, допустим, он её не приглашал, а просто поставил перед фактом. «В воскресенье я буду рад видеть Вас на катке Queens Ice Bowl, это недалеко от Гайд Парка. У главного входа, в полдень», - передразнила его девушка и со стоном поднялась с кровати. Небольшие электронные часы показывали половину пятого утра. - Мииило, - протянула Гермиона и, вздохнув, пошла заваривать чай покрепче, - а вот возьму и не пойду, - задумчиво сказала она своему отражению в буфетном стекле, - в конце концов, это мой бывший начальник, и я ничем ему не обязана. Решено! Я определённо никуда не иду! – победно произнесла девушка, обращаясь, очевидно, к закипавшему чайнику. Выпив крепкого чая с печеньем, Гермиона осознала, что от принятого решения легче не стало. Девушку не отпускало чувство, словно она упускает свой шанс. - Какой к черту шанс!?- громко взревела она, нарезая вот уже четвертый круг по своей небольшой квартирке. – В зеркало на себя посмотри, плакса Миртл недоделанная! И зачем бы, интересно, такому красавцу как Айвен звать тебя на каток? Очевидно, не для того, чтобы признаться в тайной страсти. А может он великий экспериментатор и жаждет попробовать, встанет у него на такую уродину или нет? – выпалив последнюю фразу девушка остановилась посреди комнаты. Она даже не заметила насколько разошлась: щеки побагровели, жидкие волосы стали напоминать прежнее воронье гнездо, вероятно, оттого, что во время своей гневной тирады Гермиона постоянно их теребила. Оглядев удручающую картину, Лив Хоуп шумно втянула в себя воздух, на пару секунд задержала дыхание и резко выдохнула: - Стоп! Ненормальная! Уже сама с собой разговаривать начала. Может быть, в этом проклятии еще и склонность к сумасшествию была? Нет, ты определённо сбрендила. Какую чушь, ты несешь! Фу, аж противно! Нет, надо срочно отвлечься от этого сахарного красавца, так и в Лаванду Браун превратиться не долго. Воспоминания о Лаванде немного отрезвили девушку. Она вновь вспомнила о предательстве друзей, об одиночестве. Плохие мысли, как известно, не ходят в одиночку, поэтому Гермиона тут же вспомнила о том, что в конце месяца надо платить за квартиру, а с недавнего времени она безработная. И ей совсем-совсем никто не поможет. Родители где-то далеко в Австралии и даже не помнят о её существовании, друзья наслаждаются жизнью без войны, забыв про неё... Все эти мысли пришли ей в голову всего за минуту - и одиночество тяжелым грузом навалилось на неё с утроенной силой. Гермиона устало опустилась на поеденный молью старый ковер и тихо заплакала. Сейчас она представила себя одной из своих лабораторных крысок, такой же маленькой, беззащитной и не очень умной. И вот она сидит в этой импровизированной клетке почти в самом центре Лондона и заливается слезами, а кто-то большой и страшный стоит над ней и наблюдает: справится или нет? Захочет, поможет найти выход из сложившейся ситуации; захочет – убьёт, как она Мориарти... Надеяться на счастливый финал было крайне глупо. Это ведь жизнь, а хэппи-энды нынче в дефиците. Девушка успокоилась, лишь когда солнце совсем показалось над крышами домов, а позитивно-красные автобусы то и дело сновали вдоль по улице. Порывшись в аптечке, доставшейся от прошлых хозяев, Гермиона нашла настойку валерьяны и залпом выпила содержимое пузырька, благо оставалось там немного. Через четверть часа приятная расслабленность разлилась по всему телу гриффиндорки, печальные мысли стали расплывчатыми и несвязанными. В девять утра, когда большинство лондонцев открывало глаза навстречу летнему воскресному дню, Гермиона Грейнджер спокойно посапывала в своей кровати. * * * Снейп открыл глаза и посмотрел на электронные часы, стоявшие на прикроватном столике (ох, уж эти новомодные лондонские квартиры – всё по последнему слову техники). 9:01 – показывал циферблат. За окном +17, ясно. Что ж, не так уж и жарко для летнего дня, но для похода на каток в самый раз. Можно надеть любимый черный свитер, наглухо скрывавший не только туловище, но и шею целиком. Привычка скрывать себя, свои чувства, желания, мысли наверное никогда не оставит его. Не в этой жизни. Устало вздохнув, Томас Айвен поплёлся в ванную, где почистил зубы и умылся, стараясь не заглядывать в зеркало. «Кажется, магглы подобное состояние зовут когнитивным диссонансом. Любят они простые вещи облекать в красивую обертку слов. Я бы сказал проще, такие отвратительные внутренности к такой безупречной внешности. Фу... И почему в мире все так неправильно? Вот, взять хотя бы эту же Хоуп: тут всё наоборот – смелая, остроумная, хорошая и в такой ужасной оболочке. Нелегко ей придётся, эти современные остолопы, зацикленные на ногах, груди, глазках, ресничках и прочей шелухе так могут никогда и не разглядеть, какая она храбрая и добрая. Из-за какой-то лабораторной крыски устроила целую истерику, и ведь не показную, а настоящую. А я её ещё и соблазнять собрался...» - Так, стоп, Северус! – сам себе скомандовал Снейп и резко затормозил посреди кухни. – Ты ее жалеть будешь!? Тебя вот никто не жалел: ни Поттер с дружками, ни Лили, ни Дамблдор, ни Лорд. Северус Снейп в своей жизни слишком много думал, и что? Он плохо кончил... А вот Томас Айвен! Томас Айвен может пожить немного для себя! Мужчина с высоко поднятой головой прошествовал к кофеварке, нажал нужную кнопку, легким движением руки включил стерео-проигрыватель. На всю кухню раздался до неприличия громкий голос Bon Jovi “Have a nice day” : Why you wanna tell me how to live my life? Who are you to tell me if it’s black or white? Снейп с наслаждением уселся в удобное мягкое кресло, закинул ноги на стол и блаженно прикрыл глаза: «А иногда быть плохим парнем – это здорово!». * * * Гермиона открыла глаза, когда часы показывали половину шестого. - Надо же было продрыхнуть весь день, - удивленно подумала она, приглаживая спутанные после сна волосы. – О, Мерлин! Айвен! – внезапное воспоминание пронзило мозг. – Он сказал в воскресенье в полдень. Мееерлин! Чёрт, черт, чёрт! – от досады Гермиона даже топнула ногой. Казавшееся таким простым и очевидным решение, принятое с утра, всё же было не столь идеально. Каким бы гадом и козлом ни был бывший начальник, он ведь тоже человек. А если он её ждал? Как же нехорошо получилось. Грейнджер со стоном рухнула на кровать, но тут же с визгом вскочила обратно. В кресле кто-то сидел: фигура, одетая во всё черное, правильные черты лица. На девушку вдруг накатил ужас прошлого года, когда им приходилось опасаться каждого шороха. Гермиона соскочила с кровати, совершенно не обращая внимания на то, что ночная рубашка задралась, до неприличия открывая бедра девушки. - А вы, однако, прям Спящая Красавица, мисс Хоуп! – раздался приятный баритон Томаса Айвена и, наконец, обладатель голоса поднялся из кресла, представая перед гриффиндоркой в полный рост. В свете заходящего солнца черты его лица казались еще более правильными и утонченными, волосы отливали поистине аристократичным оттенком иссиня черной гуаши. Пораженная подобным зрелищем девушка удивленно вздохнула и несколько мгновений бездумно таращилась на своего бывшего начальника. Снейп с не меньшим вниманием оглядывал бывшую лаборантку, и хотя он уже довольно подробно успел рассмотреть её, пока она спала, всё же одна предательская мысль не давала покоя: «Мерлин, какие бёдра!» Наконец, справившись с собой и непозволительными мыслями, он выдавил из себя некое подобие саркастичной ухмылки. В конце концов, то, что у нее шикарная фигура, еще не означает, что он на неё не злится. Не прийти на свидание, это, знаете ли... - Милая у Вас пижамка, с цыплятками, – полузло- полушутливо прокомментировал Айвен, стараясь не опускать свои взгляд ниже талии. Гермиона сдавленно ойкнула, быстро оценила масштабы своего падения (а именно, высоту, на которую задралась ночная рубашка) и, резко развернувшись, скрылась в ванной. - Как вы вошли? – истеричным голосом проорала она из-за двери ванной комнаты, пытаясь попутно натянуть джинсы и рубашку. Девушка даже не отдавала себе отчета в том, насколько сильно испугалась. - У вас было открыто, – холодно произнес Снейп, всё ещё не зная злиться на это «чудо в перьях» или же.... А вот что «или» - эти мысли мужчина гнал от себя подальше. - Не может быть! – удивленно пробормотала Лив Хоуп, робко выглядывая из-за двери, уже одетая в рубашку, застёгнутую на все пуговицы. - Может. Я же не волшебник, чтобы проходить сквозь закрытые двери, – картинно развел руками мужчина и притягательно улыбнулся. - Волшебников не бывает, – почему-то обиженно буркнула Гермиона. – А если и бывают, то они все ненастоящие. - Хм, интересный взгляд на жизнь для девушки, читающей Остин, – Снейп проследовал за девушкой на кухню. – Кстати, почему вы не явились на каток? - Я проспала, – сердито буркнула Гермиона, пытаясь тщетно отыскать в холодильнике хоть что-то. Живот нещадно урчал. Шикарный мужчина напротив ехидно улыбался. - Вы потрясающая женщина, мисс Хоуп. Спите до ужина с открытой дверью и пустым холодильником. Предлагаю пойти куда-нибудь перекусить. - Перекусить? – Лив Хоуп вопросительно вздернула бровь, неосознанно копируя своего профессора. – А почему бы и нет? Идёмте! Только Вы угощаете! – девушка развернулась и уверенно направилась к выходу.