Дружеская бюрократия
30 ноября 2013 г., 22:25
С последней отработки прошла ровно неделя. Раннее воскресное утро не предвещало ничего дурного. Салли сидела на диване и, подобрав под себя ноги, читала книгу. Рассел увлеченно играл с пушистиком, заставляя того гоняться за печенькой по всему столу. В гостиной Когтеврана было тихо и спокойно, как вдруг дверь спальни мальчиков распахнулась, и оттуда, гордо задрав подбородок, выполз Шелдон. Мальчик буквально сгибался под тяжестью кипы бумаг, но избавляться от своей ноши не спешил. Подойдя к столу, он недовольно покосился на пушистика, затем на Рассела и выжидающе поднял правую бровь. Гриффиндорец вздохнул и пересадил Чарльза на колени. С тех пор, как ученый выяснил, чем питается его зверёк, он предпочел передать его в заботливые руки Рассела, дабы не прикасаться к нему лишний раз. Гриффиндорец был не против, Дарвин оказался неприхотливым и милым, как и положено приличному карликовому пушистику.
Ученый аккуратно положил кипу бумаг на стол и с наслаждением вытянулся во весь рост. Рассел с любопытством склонился над листами и прочитал заглавие, написанное от руки крупными буквами: «Дружеское соглашение».
— Что это? — на всякий случай спросил он у Шелдона, чуя, что дело не ладно.
— Твое дружеское соглашение, — любезно разъяснил тот. — Разорвав отношения со Стивеном и примкнув ко мне, ты дал понять, что собираешься завязать со мной нечто вроде дружеского союза. Этот союз, как и любой другой, необходимо обсудить по пунктам, подкрепить подписями и необходимыми печатями. Я уже позвал нотариуса, он прибудет с минуты на минуту.
О'Дейли вновь окинул взглядом бумаги, боясь к ним прикасаться, и осторожно осведомился:
— Ты что, писал все это сам?
— Да, потратил всю ночь и утро сегодняшнего дня, — ответил юный гений, излучая гордость проделанной работой. — Здесь два экземпляра — твой и мой. Тебе необходимо будет подписать оба.
— Расслабься, я тоже все это заполняла, — встряла Салли, отрываясь от книги. — Больше трех часов это не займет. Ты ведь никуда не спешишь?
— Три часа? — сконфуженно произнес гриффиндорец, мысленно прощаясь с идеей сбегать сегодня в гости к лесничему.
— Чтобы это заняло меньше времени, советую уже сейчас начать просматривать условия, — учтиво произнес Шелдон и уселся на свое любимое место на диване.
Рассел рассеянно кивнул и принялся листать документ. Чем больше он его читал, тем больше вытягивалось его лицо от изумления. Он бы ни в жизни не подумал, что в серьезном договоре можно писать такие вещи. Чего только стоила часть о зомбиапокалипсисе! Пункт, повествующий о том, что нужно делать в случае, если кто-либо из сторон выиграет миллион (и больше) долларов, по сравнению с ним казался вполне адекватным и разумным.
Внезапно мальчик наткнулся на раздел о взаимных обязанностях, и на лице его появилась хитрая ухмылка. К сожалению, или к счастью, ее никто не заметил: Салли вновь углубилась в чтение, а Шелдон производил какие-то расчеты, записывая результаты в воздухе воображаемым мелом на воображаемой доске.
После того, как нотариус скрылся в камине, Рассел отложил пушистика в сторону и глянул на Шелдона, хитровато сощурив глаза. Тот подозрительно покосился на гриффиндорца и осведомился:
— Что-то случилось?
— Нет-нет-нет, ничего, — Рассел прокашлялся и продолжил. — Только вот… я внимательно прочитал соглашение, перед тем, как его подписывать, и второй пункт показался мне интересным.
— И? — насторожился ученый. — Этот пункт гласит, что обе стороны обязаны помогать друг другу в случае жизненно важных обстоятельств.
— Да, — мальчик замялся, хотя его глаза горели недобрым огнем. — И ты не представляешь, как мне важно добыть яйцо Венгерской Хвостороги! Жизненно важно! — добавил он, заметив непонимание в глазах юного гения.
Ученый закатил глаза:
— Ты, верно шутишь. Как же ты его добудешь? Они обитают в основном в Венгрии, что довольно далеко от Хогвартса. А еще они крайне опасны из-за усеянного шипами хвоста, и могут изрыгать огонь на расстояние до пятнадцати метров.
— О, мы его добудем! — восторженно заверил его Рассел. — Я слышал, что для Турнира Трех Волшебников сюда привезли несколько экземпляров. Их держат в Запретном Лесу.
Лицо ученого отразило ужас, когда до него дошло, о чем говорит его друг. Салли прыснула со смеху, но тут же прикрылась книгой, делая вид, что увлечена чтением. Ученый постарался успокоиться и заметил:
— Но походы в Запретный Лес запрещены. Ты же не хочешь, чтобы нас исключили, верно?
— Но мне очень нужен этот дракон, — принялся ныть Рассел, вскочив с дивана. — Я просто обожаю их, это моя мечта детства — иметь своего ручного дракона.
— Зачем он тебе? Не лучше ли увлекаться коллекционированием бабочек? — недовольно произнес юный гений, скрещивая руки на груди. — В любом случае, если он тебе так нужен, иди за ним сам. Я отказываюсь следовать за тобой, как последний хулиган, и тебе, Салли, не советую.
— Вот тут мы и возвращаемся к нашему договору, — парировала девочка, заметив, что Рассел после последних слов Шелдона заметно поник. — Пункт второй, «о взаимообязующих обязательствах», или как его там, — она взяла со стола подписанное дружеское соглашение, быстро нашла нужную страницу и ткнула пальцем в аккуратную завитушку, на которой значилось: «Шелдон Ли К.». — Ты ведь подписал это?
Ученый боязливо сжался под напором решительных аргументов. Он сам подписал свой приговор своим же соглашением. Причем, не просто подписал, а еще и заверил у нотариуса. Выхода не было. Придется идти в Запретный Лес. И в следующий раз нужно самому подумать, прежде чем писать в соглашении что попало. Хотя, когда он это писал, он планировал, что помогать будут ему, так что не учел всех возможных последствий. Если бы Салли не вмешалась… и зачем ей это вообще?
— Ты хоть понимаешь, как там опасно? — нервно шептал Шелдон четырнадцатью часами позже. – Ты, видимо, не слышала про гигантских пауков, оборотней, вампиров и еще более страшных экземпляров местной фауны?
Они с Салли на цыпочках продвигалась по темным хогвартским коридорам, стараясь не шуметь. У Шелдона это получалось хуже всего, он возмущенно фыркал и ныл, постоянно переходя с тихого шепота на громкий, из-за чего их дважды чуть не засекли. Один раз — портрет какого-то старого монаха в пыльной рясе, который проснулся как раз тогда, когда ребята проходили под ним, второй раз — привидение то ли Серой Дамы, то ли Кровавого Барона, неслышно патрулирующее ночные коридоры. К счастью, ребята успели вовремя свернуть за угол и затаиться.
— Я не думаю, что там так страшно, как говорят, — обнадежила ученого Салли, внимательно глядя по сторонам. — Директор не сумасшедший, чтобы действительно заселять лес рядом со школой всякими опасными тварями. Нас просто пугают, чтобы мы туда не ходили.
— Потому что там можно потеряться, а потом умереть от холода и недостатка пищи, — парировал Шелдон. — Мы лишь первокурсники и, даже если учесть, что я обладаю определенными интеллектуальными преимуществами, и уж точно не заблужусь, никто не дает гарантии, что нас не схватят за следующим поворотом и не лишат последних очков факультета.
— А чтобы этого не случилось, пожалуйста, замолчи, — прошипела девочка, услышав подозрительный шум со стороны лестницы, к которой они направлялись.
— Я лишь предлагаю более мудрое решение, — напыжился юный гений. — Повернуть обратно и вернуться в спальни. А Рассел пусть идет один, это уже его проблемы.
— Да тихо ты! — когтевранка зажала ему рот рукой и толкнула за статую рыцаря.
Как раз вовремя. Из-за поворота кто-то вышел. Ребята вжались в стену и, затаив дыхание, всматривались в неясную длинную тень, которую отбрасывал незнакомец. Его шаги глухо раздавались по всему коридору, портреты тихо всхрапывали им в такт. По мере того, как человек приближался, тень становилась все шире и темнее, и вот из-за статуи показалось массивное широкое овальное тело, покрытое густой черной шерстью. Салли напряженно замерла, Шелдон сдавленно икнул. Чудовище резко остановилось и развернулось к ним. На ребят смотрело огромное изуродованное лицо с большими, чуть светящимися в темноте красными глазами. Из пасти торчали огромные клыки, а из больших круглых ноздрей валил пар. Разглядеть что-либо еще у Шелдона не получилось: он тихо застонал и упал в обморок.
— Шелдон, очнись. Шелдон. Шелдон! — кто-то тормошил его за рукав, и мальчику казалось, что это ужасное чудовище старается забраться ему под кожу. — Дурак ты, Рассел, и шутки у тебя дурацкие! — добавил голос громким шепотом.
— Может, ему искусственное дыхание сделать? — задумчиво поинтересовался кто-то над ухом.
— Вот ты и делай, — завозмущался первый голос.
— У меня есть идея, — тихо ответил второй, и тут юного гения словно окатил ушат ледяной воды, он заорал и вскочил на ноги.
— Тихо, тихо, — рядом с ним стояла раскрасневшаяся Салли, пытающаяся его успокоить. Рядом смущенно перебирался с ноги на ногу Рассел с палочкой в руке. Ученый оглядел себя: одежда была сухой, но его до сих пор бил озноб, как после хорошего душа. Чудища нигде не было, но Шелдон с удивлением заметил кучу скомканного тряпья на полу.
— А где шерстистый клыкарь? — поинтересовался он, осторожно оглядываясь по сторонам.
— Кто? — удивилась Салли.
— Чудовище, — громким шепотом пояснил Шелдон. — У него была длинная шерсть и большие клыки. Я такого раньше не видел, значит, порода, скорее всего, еще не известна ученым. Я взял на себя смелость дать ему название. И пусть в учебниках напишут, что первым его открыл великий ученый Шелдон Ли Купер!
— Тихо ты! — огрызнулась Салли, помогая Расселу поднять кучу тряпья с пола, — никакого чудища не было. Это все Рассел со своими дурацкими шуточками.
— Это не шуточки! — тоном оскорбленного праведника возразил гриффиндорец. — Я весь вечер делал этот костюм для того, чтобы отвлечь дракона!
— Костюм? — переспросил Шелдон, наблюдая за тем, как Рассел натягивает большую лохматую тряпку на себя, постепенно все больше становясь похожим на то чудище, что он видел до этого.
Костюм оказался большим просторным мешком до пола с приделанными к нему глазами, носом и клыками. От него пахло картошкой, нафталином и, как ни странно для мира магов, гуашью. Ученый удивился, как это он раньше не понял, что перед ним переодетый человек. Пришлось списать все на нервное напряжение и плохое освещение.
— Залезайте, тут есть место, — послышался приглушенный голос из-под монстра. — Я в этом даже мимо Пивза прошел, он мне ничего не сделал. Только испугался немного и улетел.
— А если нам попадется учитель и примет за оборотня, пробравшегося в замок? — нервно спросил Шелдон, оглядываясь.
— Вот тогда и будем об этом думать, — Салли нетерпеливо схватила его за плечи и потащила за собой, под костюм.
— Это сумасшествие, — тихо произнес юный гений, подчиняясь сильной женской руке. — Сумасшествие.
Внутри было жарко и душно. Через прорези в ткани едва можно было разглядеть дорогу перед собой. Идти втроем, одновременно перебирая ногами в нужном направлении, оказалось крайне неудобно, особенно по лестнице. Шелдон однажды порывался выйти, но, наткнувшись на дежурившего у центральной двери Филча, резко передумал.
Костюм произвел на завхоза должный эффект: мужчина, увидев огромное лохматое нечто, попятился к выходу. А когда Рассел нечаянно наступил Шелдону на ногу и тот заорал благим матом, перебирая имена всех известных ученых, Филч побледнел и кинулся прочь от неизвестного монстра.
— За Дамблдором побежал, — предположил юный гений, обливаясь потом.
— Нужно уходить отсюда, — скомандовала Салли, — Срочно. Рассел, дверь!
— Есть, мэм, — бодро ответил тот, хотя мальчика трясла мелкая дрожь.
Дверь оказалась открытой, и разукрашенный мешок, протиснувшись в проем, зашагал по мосту в направлении Запретного леса. Ребята тряслись от страха, предвкушая ужасы, что могут их там поджидать, но Рассел упрямо передвигал ногами. Его глаза лихорадочно блестели, и Шелдону стало еще страшнее. На что от только подписался?
— Знала бы моя мама, где гуляет ее сын после девяти вечера, — пробормотал юный гений и приготовился к встрече с неизбежным.
