Темный город

      За воротами их ждала машина — черная, с тонированными стеклами, большая. Не лимузин, но Стейси была впечатлена. Аэлина открыла заднюю дверь, и шлепнула по попке Стейси, предлагая садиться. Девушка нырнула в просторный салон, следом на кожаный диван грациозно опустилась Аэлина — с ее ростом даже такой большой автомобиль уже не казался особенно просторным.       Как только они уселись, машина плавно тронулась. Водитель был отделен от салона черной непрозрачной перегородкой, и Стейси тут же принялась бесстыдно поглаживать бедро Аэлины. Та отпихивала шаловливые руки своей подруги, наконец в шутку укусила ее за ухо. Стейси захихикала, и запустила руку в роскошный вырез платья высокой вампирши.       — Ну малышка… — Аэлина вытащила руку Стейси из декольте, поцеловала ее тонкие пальчики, и прижала к дивану. — Не балуйся, дай мне передышку.       — Хорошо, моя любимая Аэлина, — девушка с нежной игривостью смотрела на подругу. — Если ты разрешишь мне разок провести язычком по твоей ножке, я обещаю сидеть спокойно и не приставать… какое-то время.       — Ох, детка… тебе не откажешь, — улыбающаяся вампирша подняла повыше свою невероятно длинную, стройную ногу, и Стейси, соскользнув на пол, нежно подхватила ее обеими руками. Она коснулась язычком стального каблука босоножки, провела вверх по тонкому стержню до пятки, и не останавливаясь, дошла до изящных пальчиков, каждый из которых она поцеловала, вызвав возбужденный вздох у Аэлины. Стейси игриво взглянула на подругу, отпустила ее ножку и села обратно на диван, прижавшись к плечу Аэлины.       Ей не терпелось узнать, что такое клан вампиров, и как ее там примут, но еще больше интересовала случайно открывшаяся тайна происхождения Аэлины. Девушку просто раздирало от любопытства, но она держала язык за зубами, помня, что ее подруга не очень любит разговоры о прошлом. Да и карлику Фицко она обещала молчать…       — А там будет весь твой клан? — спросила она.       — Наверное не весь, но большая часть, надеюсь, будет, — высокая вампирша приобняла ее, ласково перебирая мягкие волосы девушки.       — А у вас в клане только женщины? А сколько всего в нем состоит? — не унималась Стейси.       — Детка… — Аэлина улыбнулась. — Что у тебя за привычка задавать столько вопросов, на которые ты ровно через пять минут сама узнаешь ответы.       — Ну любопытно же… — Стейси скользнула пальчиками по высокой упругой груди Аэлины. Высокая вампирша задумчиво глядела в темноту тонированного окна автомобиля, и одними пальцами поглаживала юную подругу по волосам.       Машина въехала в широченные ворота, и остановилась перед большим особняком.       — Мы уже приехали, — сказала та, поправляя платье. — Сейчас ты все увидишь.       Стейси пулей вылетела из салона, потрясенно разглядывая роскошь ухоженного сада, белых стен, и ярко освещенных окон. Еще несколько дней назад ей даже присниться не могло, что она окажется в таком шикарном месте.       Следом за ней из автомобиля элегантно выскользнула высокая вампирша.       — Идем, — она подхватила за руку опешившую девушку и повлекла по звенящим под их тонкими стальными каблуками мраморным ступеням к внушительным дверям особняка. Словно сами по себе, двери распахнулись перед ними, на пороге стояла высокая платиновая блондинка, весьма плотного телосложения и неопределенного возраста. Но она совершенно не выглядела толстой — очень крупная и тем не менее упругая грудь, туго натягивая ткань довольно легкомысленного красного платья, переходила во вполне тонкую талию. Платье охватывало широкие мощные бедра и буквально тут же заканчивалось, открывавшая вид на сильные стройные ноги с красивыми мускулистыми икрами. Красные босоножки на платформе и высоченных стальных каблуках-стилетах делали ее ноги еще длиннее.       — Аэлина, моя дорогая! — радостно воскликнула блондинка. У нее был очень звучный голос, довольно низкого, но приятного тембра. — Да ты не одна?! Чудесно!       Аэлина обняла ее и засмеялась.       — Рокси… Я уже соскучилась по тебе.       Блондинка поцеловала высокую вампиршу в губы, и ее яркие голубые глаза весело посмотрели на Стейси.       — Наконец-то у нас новенькая! — воскликнула она, взяв девушку за руку. — Как же я это люблю.       — Это Стейси, мое первое дитя, — Аэлина с гордостью погладила юную вампиршу по спине. — А это Роксана, глава нашего клана и хозяйка сегодняшнего вечера.       — Здравствуйте… — несколько оробевшая Стейси не очень представляла, как надо себя держать.       Роксана засмеялась.       — Лучше не так официально, Стейси. Если ты не против, хорошо? Со мной можно на ты, да и со всеми остальными тоже. Проходи смелее. Сейчас мы познакомим тебя с девочками.       Стейси вошла, обмирая от восторга. Роскошь зала впечатлила бы даже короля. Играла приятная музыка, яркий свет люстр отражался в зеркально блестящем паркете, бросая блики в глаза. По всему залу довольно хаотично расположилось несколько десятков женщин в роскошных платьях — некоторые стояли, другие сидели, группами и иногда по парам, а то и вовсе в одиночку. Стейси с волнением оглядывала их. Вот и клан Аэлины… а теперь и ее тоже. Интересно, как они примут ее… она невольно принялась поправлять волосы и платье.       Роксана вышла вперед, и звучно захлопала в ладоши.       — Прошу внимания, дорогие мои! Сегодня наш клан стал больше на одну замечательную юную персону! Поприветствуем!       Стейси взволнованно теребила подол платья. Столько фантастически красивых женщин одновременно она никогда не видела. Не было ни одной даже просто симпатичной, все дамы клана обладали совершенно невероятной внешностью. Стейси раньше не приходилось сомневаться в собственной красоте, но сейчас она почувствовала себя немного неуверенно.       — Прошу любить и жаловать нашу новенькую — Стейси! — громогласно объявила Роксана.       Все захлопали в ладоши. Стейси смущенно улыбнулась, и не зная, что ей делать, помахала всем рукой. Из толпы красавиц выбежала очаровательная девушка, длинноволосая блондинка, в ее потрясающих голубых глазах будто играли солнечные зайчики, а длинные, до попки, светлые волосы у правого ушка украшал оранжевый цветок, смотрящийся в них невероятно естественно. Она была настолько непохожа на вампиршу, насколько это вообще было возможно — подвижное улыбчивое солнышко, казалось что она освещала пространство вокруг себя. Она приветливо обняла Стейси.       — Привет! Меня зовут Коралл. Надеюсь, тебе у нас понравится…       Следом за ней подошли две вампирши, видимо сестры-близнецы, потому что отличались они только прическами. Тоже блондинки, но если очаровательная Коралл всем своим видом походила на солнечный лучик, то сестры больше ассоциировались с искрящимся под солнцем льдом. Их глаза особенно — голубые, очень светлые, действительно напоминающие прозрачный лед, они смотрели не особо приветливо, хотя на красиво очерченных губах сестер играла приятная улыбка.       — Здравствуй. Я Астра.       — Джейн. Рады видеть тебя.       — Стейси. Приятно познакомиться.       — Дамы, дамы! — шутливо запротестовала Роксана. — Давайте лучше вы познакомитесь по ходу действия. Во первых, наша гостья всех сразу не запомнит, и ей будет неловко, а во-вторых пока вы все к ней подойдете — рассвет наступит!       Все засмеялись.       — Рокси, ты чудо! — Аэлина, стоящая позади Стейси обняла хозяйку.       — Кто бы сомневался! — Роксана расхохоталась, и звонко чмокнула высокую вампиршу в щеку.       Из разноцветной толпы роскошных вампирш вышла еще одна женщина. Она привлекла внимание Стейси — высокая, зеленоглазая, темные непослушные локоны кольцами падали на плечи, длинные стройные ножки будто идеально выточенные из белой кости… Но Стейси обратила на нее внимание не по-этому — юная вампирша своим новым чутьем поняла, что она — человек, а не вампир! Что обычная женщина делает здесь?.. Девушка во все глаза смотрела на зеленоглазую незнакомку.       — Виктория?! — услышала она над собой удивленно-обрадованный голос Аэлины. Высокая вампирша явно обращалась к зеленоглазой брюнетке. — И ты здесь! Как же я давно тебя не видела!       Аэлина шагнула вперед, и заключила ту в объятья.       — Привет, Айя! — зеленоглазая Виктория широко улыбалась, ласково обвив руками талию Аэлины. — Да, заглянула вот на огонек! Надеялась тебя увидеть, боялась уже, что ты не появишься! У тебя наконец-то появилось Дитя, рада за тебя!       — Да! — Аэлина отлипла от Виктории, и подвела ее к Стейси. — Знакомься, это Стейси. А это моя подруга — Виктория.       — Привет! — брюнетка сердечно обняла девушку. — Рада с тобой познакомиться. Раз Аэлина выбрала тебя — значит, мы с тобой подружимся тоже.       — Вика, подожди меня, я сейчас дам девочке тут освоиться, и мы поболтаем.       — Да, конечно! — Виктория снова улыбнулась. — Я пока не собираюсь уходить.       — Она же человек… — шепнула Стейси подруге, когда они отошли в сторону.       — Она ведьма, — ухмыльнулась Аэлина.       — Ого, ничего себе… — протянула юная вампирша, невольно оглядываясь на зеленоглазую брюнетку. — Настоящая ведьма?       — Самая настоящая, — хихикнула Аэлина, отводя ее в сторонку. — Кошечка, ты же не обидишься, если я оставлю тебя ненадолго? Хочу поболтать со старой подругой… А, вот кто нам нужен!       На них, откуда ни возьмись, под звонкий аккомпанемент своих стальных каблучков, вылетела очаровательная Коралл.       — Кора, детка… — высокая вампирша ловко поймала ее в объятья. — возьми, пожалуйста, шефство над моим Дитя, познакомь ее с девочками, у тебя это получится лучше всех.       Коралл засмеялась.       — Ой, Айя, для тебя все что угодно! Пойдешь со мной, Стейси?       — Конечно! — Стейси не удержалась от улыбки. Вообще, глядя на Коралл улыбку было невозможно сдержать — она буквально излучала счастье. Стейси никак не могла поверить, что эта девушка была вампиром.       — Я тебя сейчас познакомлю с самой замечательной девушкой нашего клана! Ну может, после Аэлины, конечно! — щебетала Коралл, таща за собой юную вампиршу.       Самая замечательная девушка клана после Аэлины скромно сидела в затененном уголочке зала, задумчиво вертя в пальцах изящный хрустальный бокал. Меланхоличное выражение красивого, мягко очерченного лица подчеркивалось контрастом падающей на нее тени, чувственные губы были изогнуты скорбной полуулыбкой. Казалось, она совсем недавно перенесла какое-то большое горе, и Стейси невольно прониклась сочувствием к этой девушке, даже не зная, правильно ли было ее первое впечатление.       Когда они с Коралл подошли, девушка подняла на них взгляд карих очень теплых и словно немного усталых глаз. Ее глаза заглядывали будто прямо в душу.       — Вот. Знакомься, это Агата. Агата, это Стейси!       Юная вампирша помахала рукой новой знакомой.       — Здравствуй… — высокий мягкий голос Агаты звучал очень тихо, а застенчивая улыбка сразу и безоговорочно располагала к себе.       — Агата — лучший художник во всем мире! — тут же объявила Коралл. Стейси с уважением взглянула на скромную вампиршу, а та, зардевшись, опустила глаза, и принялась теребить подол платья.       — Да ну скажешь тоже, лучший художник… — пробормотала она еле слышно.       — Всегда завидовала тем, кто умеет хорошо рисовать, — призналась Стейси. — А можно увидеть твои рисунки?       Агата робко взглянула на нее, и еще сильнее покраснела.       — Ты правда хочешь увидеть мои работы?..       — Я тебе покажу, — влезла неугомонная Коралл. — У Рокси есть большой портрет — Агата писала. Идем!       Стейси хотела было еще пообщаться с Агатой, к которой она почувствовала симпатию, но Коралл потащила ее дальше. Они вместе обошли весь зал, периодически их заносило в прилегающие коридоры — Коралл со всей ответственностью отнеслась к поручению Аэлины, и знакомила девушку со всеми присутствующими. Правда, ошалевшая от новых впечатлений Стейси почти не запомнила имен.       В одном из больших коридоров она ткнула пальчиком в висящий на стене портрет Роксаны в фигурной раме.       — Смотри, вот работа Агаты!       Стейси остановилась, с любопытством осматривая огромное полотно. Портрет был действительно потрясающий. Высотой, наверное, в рост Аэлины, и при этом невероятно реалистичный. Роксана на нем выглядела как живая, каждая ресничка, каждый локон волос, даже неуловимая игра цвета в ее глазах — выглядели настолько настоящими и объемными, что казалось, она сейчас зашевелится. Девушка восхищенно покачала головой — Агата была действительно выдающимся мастером.       Постепенно многие гостьи разошлись по бесконечным коридорам особняка Роксаны, и Стейси удалось уговорить Коралл отпустить ее немножко посидеть в уголке, чтобы придти в себя. Коралл рассмеялась этой просьбе, поцеловала девушку в щеку, и ярким метеором умчалась куда-то в самую гущу красоток-вампирш, а Стейси отправилась на поиски Аэлины. Она нашла ее на маленьком диванчике у стены, сидящей вместе с подругой — ведьмой Викторией — они что-то оживленно обсуждали. Стейси услышала только отрывки разговора: «…и куда ты его? — Пока в свой клуб определила, а там посмотрим… он ко мне привязался, как щенок, хотя я с ним вообще не церемонилась… на крючьях даже подвешивала, а как я его острыми каблуками топтала… — Ну ты даешь, Вика… И он все равно с тобой остался? — Ну да, уходить не хочет…» У Стейси эти обрывки пробудили любопытство, но она подумала, что подслушивать нехорошо, и решила вместо этого попробовать поближе познакомиться с Агатой.       Художница сидела в самом уютном уголке большого зала, где свет был неярким, давая волю густым теням, да и музыка звучала не так громко. Когда Стейси подошла, Агата улыбнулась ей своей застенчивой улыбкой.       — Ты не будешь против… если я немножко посижу с тобой?.. — деликатно поинтересовалась Стейси.       — Конечно… если хочешь, конечно, я совсем не против… — Агата торопливо подвинулась к краю изящной козетки, чтобы дать место Стейси.       Юная вампирша присела, с любопытством разглядывая свою новую знакомую. Агата была очень красива, но более спокойной, приятной и неброской красотой, что отличало ее от остальных дам клана. Элегантное темно-изумрудное платье, сдержанно-закрытое, тем не менее, не скрывало, а подчеркивало изящную тонкую фигурку. Босоножки в цвет платья были, как и у остальных, на изящных и очень тонких стальных каблучках, но Стейси заметила на остриях силиконовые насадки — Агате, видимо, не хотелось громко цокать.       — Коралл показала портрет твоей работы. Невероятно красиво, ты действительно потрясающий художник…       Агата снова покраснела, застенчиво улыбаясь: — Спасибо… Хорошо, если тебе понравилось… Хотя мне он кажется не очень удачным.       Стейси мягко коснулась ее маленькой, очень хрупкой и изящной руки. Пальцы Агаты были очень холодными. Девушка ласково сжала их в своей ладони.       — Он идеален. Роксана на нем выглядит такой удивительно живой и настоящей… Я никогда еще не видела такого совершенства.       Художница еле заметно вздрогнула от ее прикосновения, но не забрала руку, а наоборот робко и взволнованно погладила пальцы Стейси. Юную вампиршу неожиданно возбудило это тревожащее, холодное прикосновение. Ей хотелось заглянуть в глаза Агате, но та не поднимала взгляда, пряча его под длинными ресницами…       Внезапно играющую музыку и щебетание женских голосов перекрыл истошный вибрирующий визг. Все затихли, в ужасе озираясь. Вскочившая Стейси увидела, как взвилась со своего диванчика Аэлина, крутя головой в поисках источника пронзительного визга. Он повторился снова, еще громче чем прежде. Стейси оглянулась на Агату — бледная, как привидение, она с дрожащими губами прижимала руки к груди, как будто молилась, и расширенными глазами оглядывалась по сторонам, словно ожидая, как что-то страшное выскочит сейчас из глубоких теней. «Это там!» — громко крикнула Аэлина, уверенно ткнув пальцем в дверной проем одного из коридоров, и вихрем помчалась туда, в сопровождении своей подруги — ведьмы Виктории. Стейси, не раздумывая, бросилась за ними. Остальные дамы, испуганно перешептываясь, опасливо двинулись за ними.       Стейси нагнала Аэлину и Викторию в коридоре. Они торопливо заглядывали в каждую из бесчисленного множества дверей. Визг, уже перешедший практически на ультразвук, раздался в третий раз. Аэлина вылетела из очередной комнаты, чуть не сбив Стейси с ног, и помчалась на звук. Девушка вместе с ведьмой старались не отставать от высокой вампирши. Источник крика был совсем рядом. Они забежали в уютную комнатку с большой кроватью, и увидели двух сестер-вампирш, Стейси вспомнила их — Астра и Джейн. К счастью они обе были целы и невредимы. Полуголая, дрожащая от страха Джейн, стоя на кровати и вжимаясь в угол комнатки, судорожно топталась по подушкам, с треском распарывая их высокими стальными каблуками. А Астра, орудуя торшером, как импровизированным копьем, тыкала им в груду сваленной в углу одежды и постельных принадлежностей, периодически оглашая окрестности тем самым леденящим кровь визгом.       — Там! Там… Мерзость какая! — верещала она, прижимая торшером что-то невидимое в куче тряпья.       Отчаянная Аэлина оттащила ее в сторону, и отобрала у нее торшер, пытаясь разглядеть, что она там увидела. Вместе с ней пытались разглядеть и остальные. В комнату вошли только Виктория и Стейси, прочие же благоразумно стояли в дверях, и вытягивая шейки заглядывали в комнату со страхом и любопытством. Куча тряпья зашевелилась, и тогда завизжали уже все. Наверное, кроме Аэлины и Виктории. Стейси и сама не удержалась от испуганного крика, потому что на свет вылезло самое отвратительное существо, какое только можно было себе представить. Нечто, напоминающее одновременно паука и скорпиона, но длинной с предплечье крупного мужчины, все покрытое жестким темным волосом, оно гадко заскрежетало, омерзительно быстро суча длинными, похожими на многосуставчатые человеческие пальцы, лапами. Лапы скользили по куче тряпок, поэтому твари не удалось быстро скрыться, как она, видимо хотела.       Первой пришла в себя, само собой, Аэлина. Высокая вампирша прыгнула на удирающую мерзкую тварь обеими ногами. Один из ее высоченных стальных каблуков без труда пронзил насквозь хитиновый панцирь отвратительного существа, и оно снова заскрежетало, настолько громко и мерзко, что по коже продирал мороз. Тварь отчаянно царапала пол лапами, пытаясь вырваться из-под проткнувшего ее женского каблука, и скрежетала все громче. Из сквозной раны на пол текла почти прозрачная белесая жидкость. Перекосившаяся от отвращения Аэлина принялась бить тварь второй ногой. При каждом ударе высокий острый каблук ее элегантной босоножки протыкал мерзкую уродину насквозь, но она не подыхала, продолжая ужасно скрипеть, и скрести лапами пол. Высокой вампирше пришлось ударить не меньше дюжины раз, и наконец ее стальной каблук-стилет, видимо попал в жизненно-важную точку. Отвратительное существо слабо заскрежетало, дернуло лапами последний раз, и затихло. Из многочисленных проколов от тонких каблуков растекалась небольшая лужица белесой жидкости.       Тяжело дышащая Аэлина с омерзением вытащила высокие тонкие каблучки из продырявленных останков твари, отошла на шаг в сторону и внимательно оглядывала свои ноги и подол платья. Периодически с отвращением косясь на раздавленное существо.       — У меня два вопроса — что это за мерзость, и есть у кого-нибудь при себе салфетки? — раздраженно морщась, спросила высокая вампирша.       Сквозь толпу женщин протолкалась Роксана.       — Великая Тьма! — воскликнула она. — Это что за гадость у меня дома?! Никогда не видела ничего отвратнее!       Всхлипывающую Джейн уговорили спуститься с кровати, и они обнявшись с сестрой, принялись плачущим шепотом обмениваться впечатлениями.       Ведьма Виктория подошла ближе, и опустилась на корточки рядом с останками твари.       — Интересно… — задумчиво прошептала она. Между пальцами ее вытянутой в сторону отвратительных останков руки заплясал зеленоватый огонек. — Это магический шпион… Очень давно таких не видела… Лет сто, не меньше.       — Шпион?! — задохнулась возмущением Роксана. — Кому может понадобиться шпионить тут?!       — Этого я сказать не могу, — с сожалением ответила зеленоглазая ведьма.       — Мне даст кто-нибудь салфетки, или нет?! — недовольно поинтересовалась Аэлина.       Из толпы вампирш стоящих у дверей, кто-то протянул пачку салфеток, Стейси подхватила ее и направилась к высокой вампирше.       — Ты же позволишь мне помочь? — к девушке уже вернулась ее жизнерадостность и она с лукавой улыбкой потерлась о свою подругу.       Та улыбнулась, и погладила ее по волосам.       — Конечно, малышка… Спасибо. Ты мое чудо, что бы я без тебя делала.       Стейси хихикнула, и заботливо усадив свою черноволосую подругу в кресло, принялась тщательно вытирать брызги белесой жидкости с ее красивых ног, а затем и с тончайших стальных каблучков ее босоножек.       Роксана тем временем внимательно осматривала лежащую на полу тварь, удивленно качая головой.       — Сообщу-ка я об этом Принцу… — наконец пробормотала она себе под нос. — Шпион, надо же…       Стейси, закончившая чистить ножки подруги, стояла рядом с Викторией, задумчиво осматривающей свои ногти. Услышав про Принца, ведьма заметно напряглась.       — Так, если Вацлав заявится сюда — а он наверняка заявится — мне лучше бы исчезнуть на время… — тихонько сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь.       Стейси вопросительно взглянула на нее.       — Почему?       — Мы с ним не особо ладим… Мягко говоря. После нашей последней встречи, насколько я слышала, он пообещал использовать меня для своих экспериментов с мертвой материей. И у меня нет ни малейшего желания узнавать, что это за эксперименты, — так же тихо ответила ей Виктория. — Так что до новой встречи, малышка. Попрощайся за меня с Аэлиной.       Зеленоглазая ведьма вышла из комнаты, и когда любопытная Стейси выглянула вслед, ее уже не было.       Роксана тоже, отдав распоряжение слугам тщательно собрать останки мерзкого существа, и убраться в комнате, озабоченно выбежала из комнаты. Все вернулись в зал, и слуги вскоре принесли туда мертвую тварь на старом жестяном подносе. Все старались держаться от нее подальше, рассевшись вокруг и тихонько перешептываясь друг с дружкой.       Аэлина, не удовлетворившись салфетками, отправилась мыть ноги и обувь, и Стейси обошла зал в поисках Агаты. Вампирша-художница, впечатлительная, как и все творческие натуры, до сих пор не могла придти в себя. Ее губы тряслись, а тонкие пальцы дрожали будто от сильного холода. Стейси ласково обняла ее, и та благодарно положила голову ей на плечо.       Вернувшаяся вместе с Аэлиной Роксана объявила, что сейчас появится Вацлав. Стейси невольно напряглась. Как только Роксана сообщила эту новость, в центре зала потемнело, возникшие из ниоткуда сгустки черного дымного тумана приняли форму высокой и худой человеческой фигуры… Вацлав. Древний вампир с явным неудовольствием обозревал окружающую его роскошь, холодно ответив наклоном головы на почтительный реверанс всех присутствующих вампирш.       — Дамы… — его низкий голос разнесся по залу порывом ледяного ветра. Стейси вздрогнула, и от ее внимания не уклонилось что Агата как будто попыталась спрятаться за ней. Девушка только сейчас, на ярком и светлом фоне богатого зала, обратила внимание, что фигура Вацлава будто поглощает свет вокруг себя, распространяя и рассеивая темноту, а все краски рядом с ним становятся более блеклыми.       — Я рада приветствовать Вас в моем скромном жилище, милорд Вацлав… — хозяйка выступила вперед, манерно поклонившись.       — Роксана, оставь… — поморщился Вацлав, махнув костлявой рукой. — Что вас напугало?       — Вот, — Роксана указала на останки мерзкого существа, продолжающие подтекать белесой жидкостью.       Вацлав поглядел на мертвую тварь.       — Тео-дхой… — После недолгого зловещего молчания, вампир пророкотал: — Магические соглядатаи этого вида совершенно безвредны. Почему он мертв?       Горящие угли в его глазницах вперились в Роксану. Она сокрушенно развела пухлыми руками, стараясь не встречаться с ним взглядом.       — Это моя вина, Вацлав… Я его убила, — Аэлина виновато склонила голову.       Древний вампир перевел тяжелый взгляд на нее.       — На месте Аэлины так сделала бы любая. Мы испугались… — Роксана попыталась поднять голос в ее защиту, но быстро затихла под пылающим взглядом Вацлава.       Вампир помолчал несколько секунд.       — Да, пожалуй… — уже спокойнее сказал он. Из его скрюченных паучьих пальцев по направлению к мертвой твари вытянулась полоса густого черного тумана. Через секунду останки были целиком скрыты непроглядной клубящейся чернотой, а когда еще через несколько секунд туман рассеялся — твари уже не было.       — Я займусь им у себя… — медленно произнес Вацлав. — Аэлина, я очень надеюсь, что ты научишься сначала думать, а потом действовать.       Высокая вампирша пристыженно кивнула.       — Твоя неосмотрительность уже стала источником проблемы, — добавил принц.       Он обвел стоящих вокруг вампирш тяжелым взглядом тлеющих в глазницах углей.       — Да. Хотелось бы донести до внимания всех присутствующих, что Город находится под пристальным вниманием Охотников. В ближайшее время можно ожидать облав. Возможно, магический соглядатай был отправлен именно ими. Я надеюсь, не нужно объяснять, что следует быть крайне осторожными…       Древний вампир снова неодобрительно оглядел вызывающе роскошный и ярко освещенный зал.       — И еще одна неприятная новость. В городе появилось несколько новых ликантропов. Как минимум, двое. Возможно больше. Скорее всего, это номады, и вероятно они скоро покинут Город…       Вампирши, начавшие встревоженно перешептываться заслышав о появлении Охотников, тут же испуганно защебетали во весь голос.       «Оборотни, оборотни…» — раздавалось со всех сторон. — «У нас их и так… А сколько их в Городе? Вроде три или четыре есть… Может больше… Кто знает, сколько их всего…»       — Один, — низкий голос Вацлава перекрыл поднявшийся шум. — В Городе один оборотень. Они территориальные существа, и это его земля. Скорее всего, он атакует непрошеных гостей. Будьте начеку.       Он попрощался коротким кивком, и растворился в черном дымном тумане. Дамы запоздало склонились в грациозном реверансе перед рассеивающимся темным облаком.       Стейси только сейчас ощутила, что стоящая рядом Агата изо всех сил сжимает ее руку холодными тонкими пальцами.       — Я боюсь… — всхлипнув, пролепетала художница.

***

      Он не помнил своего имени. Человеческая жизнь закончилась давно, в такой седой древности, что он вообще мало что помнил из тех времен. Ему было противно находиться здесь, в этом Городе. Чуткий волчий нос улавливал мириады запахов, источаемых Городом, от утонченных ароматов благовоний богатых кварталов до тошнотворных миазмов трущобных помоек. И то и другое было одинаково отвратительным. Именно на рассвете, когда Зверь уже слабеет, а Человек еще не набирает силу, особенно невыносимо хотелось выбраться отсюда, вновь оказаться в лесной чаще, среди толстых стволов, покрытых грубой корой. Вдохнуть аромат трав, влажных и тяжелых от росы, ощутить под мощными лапами толстый ковер прелой листвы.       Но от леса, служившего ему домом без малого восемь веков, уже давно ничего не осталось. Когда на опушке возникло первое поселение, он просто наблюдал за его жителями из густой чащи. Поселение разрасталось, люди распахивали землю под посевы, выжигая лес все дальше и дальше. Лесные обитатели в ужасе убегали от огня, отнимавшего землю у тысячелетних дубрав, и он тоже старался держаться подальше. Огонь был страшен. Огонь был единственным, что могло его напугать, а люди владели огнем. Когда Селена, его божество, которую эти люди называют Луной, уходила с небосклона, забирая с собой бескрайнюю черноту неба, мерцающую огнями далеких звезд, душа зверя возвращала власть человеческой душе, и он вспоминал, что сам когда-то был человеком, и не боялся огня. Порой эти воспоминания были настолько сильны, что он возвращался к ним, к людям, ходил и жил среди них, словно стараясь вернуть то, что давно было отнято у него навсегда. Но приходила ночь, и Зверь безраздельно завладевал его сущностью, и вместе с ним возвращался страх.       И ненависть.       И он отступал от жадного пламени, подчиняющегося людям.       А потом некуда стало отступать.       От его леса ничего не осталось. Маленькое поселение превратилось в громадный Город. Но он не мог уйти отсюда. Хоть леса больше не было — это была его земля, и могучий древний инстинкт не отпускал его с принадлежащей ему по праву территории. Он остался в Городе. Днем он жил среди людей, а ночью брал с них кровавую дань. С людей, уничтоживших его лес. Город стал его домом, хотя он и ненавидел его. Когда власть звериной души ослабевала, он вспоминал, что раньше мог бродить, где ему вздумается. Раньше… Когда он был таким же, как они… Те, на кого он сейчас охотится. Не только ради пропитания, но и просто для удовлетворения охотничьих инстинктов. И из мести.       Рассветало. Небо медленно и с торжественной неотвратимостью меняло цвет, холодную мертвенную черноту робко окрашивало насыщенным и живым розовым оттенком. Темнота отступала. Бледная Селена еще виднелась у горизонта, божественно прекрасная, но уже лишившаяся своей власти. Он оторвал от нее взгляд и посмотрел вниз, на Город. Людской муравейник. Ненавистный.       А еще здесь были Каиниты. Кровососы. Презренные. Порой их пути пересекались, и некоторые из них, безрассудные, пытались атаковать его. И тогда он их убивал. Но это случалось очень редко. Каиниты хитры и осторожны, да и он сам чаще просто брезгливо обходил их стороной. Хоть они и сильнее обычных людей, но по сравнению с его мощью они ничто. Хотя их вожак… или как он у них называется… довольно опасен. Им доводилось несколько раз сталкиваться. Все встречи заканчивались одинаково — он отступал. Не потому, что боялся, а потому что для него это было игрой. Высокий худой кровосос в черной рясе, подпоясанный простой веревкой, занимал его. Развлекал. Если его убить, в городе не останется ничего интересного. Хотя вчера…       С ним случилось нечто странное. Очень странное. Он почуял двух кровососов. Самки. Беззаботные, как ночные мотыльки, они бродили по городу, обращая внимание только друг на друга. Его забавляло, оставаясь незамеченным, наблюдать за ними. Сначала была только одна, она заинтересовала его, потому что он почуял в ней что-то близкое… В ней была доля крови оборотня, хотя она точно не была одной из его многочисленных детей. Когда она убила напавшего на нее человека, он просто наблюдал за ней…       Там он почуял еще одно присутствие. Поблизости был представитель его вида. На его земле. Шерсть на загривке встала дыбом от ярости. Никто не смел нарушать границы его территории… Пришелец сбежал, не приняв боя. Он не стал преследовать наглеца. Пока.       И тогда появилась вторая, человеческая девушка, вскоре превращенная в кровососа. И она взволновала его. Так взволновала, что он на время забыл о нарушителе. Она пробудила воспоминание, о ком-то… нужном. Очень нужном. Это воспоминание было мучительным — чувство, забытое столетия назад, настолько давно, что он забыл даже само его название. Он оставил вторгшегося на его землю собрата, и продолжил наблюдать за двумя дочерьми Каина. И чем дольше он следил, тем сильнее терзали его воспоминания.       И тогда он напал на этих двух, надеясь, что убив их, избавится от этого непонятного, мучительного воспоминания. Он бы убил их без труда, но не смог… не смог напасть на ту, которая напоминала… О ком?! Кого она ему напомнила?! Появился вожак кровососов, и он отступил.       Рассветает. Сейчас душа Человека войдет в полную силу, и он вспомнит, постарается вспомнить…