И розы шлют проклятья.

***

—Не отвлекайтесь, Син-сама, впереди еще много работы...

***

Полуденное солнце стояло высоко, обнимая просторы Синдории своими горячими лучами. Город был столь же активен, как и прежде, жизнь кипела на улицах и в сердце великой страны — Королевском дворце. Но не в прохладном плотно зашторенном кабинете, полностью изолированном от посторонних раздражителей, где под строгим надзором бывалого ассасина томился за работой Покоритель Семи морей, Синдбад. В очередной раз отвергнутый в своих чувствах он угрюмо смотрел сквозь строчки скучных политических документов, неохотно выводя в них корявые вензельки, ощущая на своей спине холодный, но такой испепеляющий взгляд. Джафар, как всегда, жесток, и это его вечно угрожающее спокойствие... Обида, как мелкий грызун, истязало сердце молодого короля: он уже и не знал, как подобраться к своему дорогому советнику, как стать нечто большим, чем просто друг... Помучив себя лишний раз этими мыслями, Син нахмурился, потер уставшие глаза и демонстративно откинулся на спинку кресла, изображая дикую изможденность: —Мы уже битый час здесь торчим... Может хватит? —Нет, Синдбад-сама! Вы будете сидеть здесь до тех пор, пока не протрезвеете, а любые мысли о подобного рода развлечениях в рабочее время не исчезнут. Все до последней. Из твоей дурной головы. —Как грубо, Джафар, — король протестующе скрестил руки на груди, — В сотый раз повторяю, не пьян я. Абсолютно трезв. Как стеклышко. И столь же серьезен в своих чувствах к тебе. Я лю... —Да-да-да, Синдбад, слышал. Работай! Сказал, как отрезал. Да еще и по столу кулаком шарахнул, как разъяренная матушка. Из груди Повелителя вырвался мученический стон, и молодой король буквально «стек» под стол от безысходного положения. В этот момент в дверь постучали, и с разрешения генерала в кабинет вошел верный подданный, Изар. За дальнейшими действиями Синдбад наблюдал в «полглаза» из-под дубового укрытия: как Джафар подошел к слуге, как тот передал какой-то свиток и, откланявшись, покинул комнату, как советник распечатал послание и застыл в полушаге от своего господина. Сердце как-то неприятно екнуло. На лицо генерала обрушился буквально шквал эмоций: какое-то странное негодование, ошеломление, непонимание, где-то даже недовольство и... разочарование?.. — словно кукловод, отвечающий за мимику, забыл, какая именно здесь необходима. Король, обеспокоившись таким эмоциональным фейерверком своего визиря, настороженно выпрямился: —Друг мой, что... —Мой король, правитель Восточного континента пишет к Вам. Просит принять его дочь, принцессу Джилан, в качестве политического посланника. —И?.. Что тебя в этом так поразило? Джафар оторвался наконец от письма и, мотнув немного головой, будто приводя себя в порядок, перевел непонимающий взгляд на господина: —Что?.. Меня поразило?.. С чего ты взял?.. Нет, просто... —Просто твое лицо никогда еще не выражало столько эмоций одновременно. Прочти, — сказал король после небольшой паузы и взглядом указал на письмо. Джафар как-то нервно вздохнул, развернул полностью свиток, размер которого оказался не таким уж и маленьким, как показалось на первый взгляд, и, кашлянув, начал пробегать по строчкам:

«Приветствую... Король Синдбад!... Восточного континента... ...В эти неспокойные времена, когда... …................................. Империя Ко........ …........столь сильная держава.... Восточный континент подвергается... Могу довериться только... Альянс Семи Морей..... …........................................ …..................................................... …................ …....мои соседи наотрез отказали в моей просьбе............. …................... …............................... …........................ …........................... ….......... …............................................................ …............................................................... …...................... …...... …............ …........................................ ….....Альянс Семи Морей..... единственное спасение.......... …................ …................................................ А потому полностью доверяюсь Вам и прошу принять мою дочь Джилан на некоторое время... …......Прибудет завтра..... …...Правитель Восточного континента, …........»

Пока советник читал послание, периодически сводя предложение в одну монотонную нить, словно засыпающий чтец во время интригующей развязки, Синдбад успел несколько раз смерить комнату, постоять здесь, постоять там, заглянуть через плечо визирю, немного помаячить перед ним, в конечном итоге, усевшись за стол, застыть, устремив задумчивый взгляд на молодого человека. —Что ж, — начал он, как только Джафар свернул послание, — это весьма любопытно. Подобная помощь с нашей стороны непременно обеспечит хорошие отношения с этим континентом, однако... —Однако, Син, тебя ничего не смущает? Что это за Восточный континент? Ты когда-нибудь о нем слышал? На сколько лично мне известно, такого места в принципе не существует. И что это за «неспокойные времена». Ни от соседей, ни от пограничных служб, ни от послов, ни даже от служб слежения не поступало никакой подобной информации на тему народных или политических возмущений. Если только это происки Империи Ко (или Аль-Сармен)... Хотя, нет, не их почерк. В таком случае нам остается лишь разослать во все наблюдаемые точки запросы о состоянии дел в мире и... — тут генерал чуть запнулся, прервав свой вдохновенный монолог, — И принять эту особу с таинственного Восточного континента. По окончании речи Джафар по своему обыкновению сунул руки в рукава и выжидающе посмотрел на правителя. Синдбад выдержал паузу, после которой одарил молодого человека удовлетворенной улыбкой: —Раз уж ты озвучил все, что меня на данный момент интересовало, то, пожалуйста, займись приготовлениями к приему гостей. Некоторое время Джафар оставался неподвижен. Он, старательно скрывая замешательство, глянул на не разобранную стопку бумаг на столе короля, потом на него самого, судорожно вздохнул, сочтя лишним понадеяться на внезапный трудоголизм своего господина, едва заметно поджал губы, молча поклонился и вышел из кабинета. Синдбад долго еще смотрел на дверь, за которой скрылся генерал. Ждал ли он, что сейчас влетит к нему его дорогой друг, кинется на шею, скажет, что ошибся, что всегда ошибался, что любит его так же сильно, как и свою работу, даже больше?.. Нет, не ждал... Точнее просто все меньше тешил себя подобного рода мечтами: знал он отношение Джафара и к полу, и к статусу, и к общественному мнению. Однажды Син на пьяную голову, но из самых искренних побуждений, в порыве чувств, имел неосторожность пристать к молодому человеку. Все окончилось легким сотрясением серого вещества в черепной коробке, которое списали позже на неудачное падение с лестницы, долгой лекцией и постоянным недоверием со стороны генерала на подобного рода вопросы. Синдбад с тяжелым вздохом прикрыл глаза, с усилием потирая пальцами брови от уголков к переносице, словно пытался отогнать от себя свои же мечтания. К тому же визирь заставил его несколько побеспокоиться — то, как вел себя Джафар, мало назвать странным. Молодой человек прежде еще никогда так остро и эмоционально не воспринимал послания, даже сугубо личного характера, зачитывал их всегда четко, проговаривал все вплоть до знаков препинания, да и поручения выполнял без каких-либо колебаний, а тут... Неужели его так обеспокоила неизвестность этого острова? Словно в ответ на свой внутренний монолог, Син пожал плечами и перевел взгляд на стопку бумаг, что не так давно подверглась безмолвному взгляду Джафара. Король знал, что его генерал закроет глаза на недоделанную работу и сделает все сам в свободное и ночное время. Но разве может он это допустить? Мужчина в сотый раз вздохнул, взял в руки перо и, представив, как обрадуется этому факту его друг, принялся за документы. В конце концов и дела без этого не сделаются и, главное, улыбка на губах любимого человека не появится.

***