На расстоянии пятнадцати метров

***

      День подполковника не задался с самого начала: чуть не влетел в уже стоящую на перекрестке аварию, обменялся матами на левом повороте с таким же торопыгой, дважды пролетел на красный, не успев затормозить на заледенелом асфальте. Внешне спокойный Лебедев на самом деле заводился с пол-оборота, но сохранял безразличный вид до последнего, пока не рванет изнутри. Катализатором для вспышки могла стать даже самая незначительная, на первый взгляд, мелочь. Например, поступившее заявление на эту «шарашкину контору» стало спусковым крючком для расшатанных нервов мужчины. УК РФ, Статья 159. Мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере. По всем правилам возбужденное уголовное дело должно быть передано в ОБЭП, что старший оперуполномоченный и собирался сделать, но увидев фигурирующее в документах ненавистное имя, передумал в момент.       Валентин Юрьевич спустил собак на поиски Чумакова, но пока безрезультатно. Информаторы передали, что парень просто куда-то слинял, от чего Лебедев бесился еще сильнее, а под раздачу попадали совершенно посторонние люди. — Валя, попридержи коней! Ты ж забьешь его до смерти! — напарник силой вытолкал мужчину в коридор, пока дело не дошло до кулаков. — Слав, я его пальцем не тронул! — подполковник был крайне взбудоражен, даже взбешен. — Если бы я тебя сейчас не выволок, ты б точно на нем отыгрался. — Заслуженно! Ты посмотри, во что он одет, как говорит! Он явно что-то знает! — Валентин твердо намеревался продолжить использовать свои методы допроса. — Да ничего он не знает. Чист пацан, попал под общий замес. — У него глаза лихорадят от страха разоблачения, — старший оперуполномоченный непреклонно стоял на своем. — Да тебя он боится. Ты же, как зверь, на него накинулся. А ему от силы лет 17. Отпускай парня. Не при делах он.       Лебедев, скрипя зубами, вернулся в кабинет, на стуле все так же продолжал сидеть зашуганный худощавый подросток. О сколько таких он повидал за долгую службу, не сосчитать, и, зачастую, этот затравленный щенячий взгляд всего-навсего уловка. Не бывает преступления без наказания, рано или поздно один из таких «бедных и несчастных» попадется, вот тогда Валя сможет отыграться за подпорченное настроение и слабые нервы. — Проваливай к чертям, увижу, в камеру запру на 15 суток, — мальчишка быстро вскочил и пулей вылетел прочь. «Одевается, как девчонка! Мерзость какая!» — оперативник захлопнул папку с делом, кинув ее в общую стопку.       Лишь спустя несколько суток, на заре работы, в кабинет ввели Артема с заломанными за спину руками. — Товарищ подполковник, привели задержанного для допроса, — отрапортовал лейтенант, силой сажая парня на стул. — Спасибо, свободен. — Есть, — скрипучая дверь закрылась, и Лебедев остался с Темой один на один. Паршивец ни в чем не сознавался, он будто и вовсе не в курсе происходящего был. Так убедительно играл в невиновность, что другой бы на Валином месте уже поверил. Да только подполковник убежден, что словам продажника — грош цена. Наглость, как говорится, второе счастье, так вот Чумаков, по всей видимости, был первым. Будто не у него уже саднила скула и кровоточила треснутая губа. Уверенности ему было не занимать, стоял на своем, как баран, не признавая ни единого обвинения в свой адрес.       Многочасовые допросы, нахальное поведение парня и влечение Лебедева сделали свое дело — он слетел с катушек. Мужчина наносил тяжелые удары по Теминому лицу, пока не разукрасил его всеми оттенками красного. От пацана, естественно, ему тоже досталось, но гораздо в меньшей степени. Сочащаяся кровь уже заляпала одежду и окропила каплям паркет. Чумаков не сознался ни в одном из предъявленных ему обвинений, хотя нормальный человек на его месте уже давно бы сдался под натиском, лишь бы не терпеть тупую боль. Силу последнего удара Валентин Юрьевич не рассчитал вовсе, мальчишка, потеряв равновесие, перевернулся через низкий подоконник открытого окна. Высота второго этажа не критична, но у оперативника сердце пропустило удар. Он не мог даже шевельнуться от нахлынувшего ужаса, будто остолбенел. С улицы донеслись протяжные стоны, а на поднятый шум тут же сбежались служащие. Приземление Артема пришлось в кусты, которые несколько смягчили удар, но не спасли парня от больничной койки. Сотрясение головы средней тяжести и переломанные ребра обеспечили ему долгое пребывание в палате стационара.