На Брайтон Бич хорошая погода

— Ну вот хули он мне написывает-то! — воскликнул Жора и кинул телефон на стол. Раздался глухой стук. Кажется, телефон уцелел, а вот на столе вполне могла остаться небольшая вмятина. — Кто написывает? — бесстрастно уточнил Миша, не отрываясь от монитора. — Что написывает? — Да мудак один в грайндере хуй прислал, — пожаловался Жора, присев на край стола. — И написал, что типа «айм хорни». А то я блядь слепой и не увидел, что у него встал! — А что ему еще писать в грайндере, стихи? — иронично поинтересовался Миша. — Да лучше б стихи, — буркнул Жора. — Хуйня какая-то. Вот что на такое ответить? Миша вздохнул. Возникало настойчивое ощущение, что поработать у него этим вечером не выйдет. — Вам подсказать, что ответить, Георгий Тимофеевич? — Миша неохотно выглянул из-за монитора. — Строго говоря, у вас в общем-то есть только две опции… — Не надо подсказывать. — Жора весь нахохлился и стал похож на очень недовольного попугая. Ярко-желтый костюм только добавлял сходства. — Мне американцы вообще не нравятся, все у них как-то просто. Без изюминки! Ну вот прислал он мне хуй, как будто я хуев не видел! Я что, мадам Бэлла, чтоб по хую пронзить, что там за пацан? — А какая вам разница, что за человек прислал вам… половой орган? — деликатно сформулировал Миша. — Вам же с ним детей не крестить. — И что? — Жора нахмурился. — То, что ваше знакомство с ним вряд ли зайдет дальше полового органа, — пояснил Миша. — Такова специфика грайндера. Некоторое время Жора старательно обдумывал услышанное, а потом выпалил: — Вот ты, Миш, умный, конечно, слов дохера знаешь, но ведь это хуйня, а не специфика! Настал мишин черед удивляться. — Почему? — Да потому, что срань это какая-то. Да пусть у него хоть из золота хуй, зачем он мне, если с ним попиздеть не о чем! В смысле, не с хуем попиздеть, ну ты понял. — Но это ведь на один раз, — осторожно напомнил Миша. — Чаще всего. — И что? — искренне изумился Жора. — Мне и на один раз какой-то ебанутый с хуем не всрался. Миша не знал, что на такое ответить. Ему самому американцы нравились как раз этим — легким отношением к сексу и общей незамороченностью. Вернее, он привык так думать и на практике проверять не стремился: последнее время на все эти эротические приключения не было ни времени, ни сил, ни желания. — В общем, не понимаешь ты меня, — печально постановил Жора, забрал телефон и встал со стола. — Ладно, бывай. Попиздую домой и тебе того же советую. На поверхности стола и в самом деле осталась маленькая вмятина. Оставшись наедине с полыхающим за окном закатом и недоделанной работой, Миша почувствовал досаду. Вот какого такого сочувствия и понимания ждал от него Жора? Зачем он вообще об этом заговорил? Только и умеет, что от дел отвлекать, а потом сбегать, как будто… Миша встряхнул головой. Вот еще, не хватало переживать из-за идиотских проблем своего начальника, который даже галстук сам завязать не может. *** Сообщение в грайндер пришло, когда Миша уже вышел с работы. В лицо дул не по-июньски прохладный ветер, и от этого паршивое настроение становилось еще мрачнее. Отправителем был Жора, и несколько ужасно длинных секунд Миша пытался судорожно вспомнить, когда они успели добавить друг друга. Он и забыл, что согласился на эту глупость. Открыв сообщение, Миша увидел океан. Судя по положению солнца, фотка была сделана около получаса назад. Пока Миша мучительно осмыслял океан, одно за другим пришло три сообщения. «Я так понял, тебе обычно другие фотки на грайндере шлют, и тебе норм». «Но мы типа как работаем вместе». «Выйдет стремно». От удивления Миша чуть не выронил телефон. Возможно, Жора просто решил выпить по случаю пятницы и написал от скуки. Возможно, это был тупой прикол вполне в его стиле. Возможно, все те разы, когда Жора словно бы пытался подкатить, Мише не померещились. «Да уж, неловко выйдет», — согласился он. «Поэтому океан», — был глубокомысленный ответ. «Ясно», — соврал Миша и, не получив немедленного отклика, решил написать честнее: «В смысле, не очень». «Как мне понимать океан?» «Прояви фантазию, ты же бухгалтер», — с неожиданно тонким для себя ехидством сообщил Жора. Миша прикусил губу. Он чувствовал полузабытый азарт — и слышал слабый голос рассудка, рекомендовавший свернуть этот опасный диалог. «Окей, проявил фантазию». «И?» Голос рассудка снова напомнил о себе, но Миша твердо решил его не слушать. «Мне нравится океан, — быстро напечатал он. — Приходи в гости. Скажем, через полчаса». Он был почти уверен, что Жора испугается и сольется. Тот молчал минут пять — Миша успел дойти до автобусной остановки — и написал неожиданно деловито: «Адрес скинь и скажи, чего принести». «Себя принеси, — в тон ему ответил Миша, прислав адрес. — И можешь захватить шашлыков из «Ташкента», если еще открыто». «Договорились». Миша тяжело выдохнул. Пожалуй, это была его самая странная переписка на грайндере. В глубине души он надеялся, что Жора струсит и не придет, и не случится ничего, о чем будет стыдно вспоминать. *** Дома был предсказуемый бардак. Миша закончил распихивать вещи по своим местам ровно в тот момент, когда раздался звонок домофона. Впустив гостя, Миша вдруг осознал, что не успел ни принять душ, ни переодеться, ни решить, чем они будут заниматься. Шутка зашла слишком далеко, и было неясно, как теперь из нее выпутаться. Да и нужно было выпутываться?.. — Я шашлык принес, — сообщил Жора, переступив через порог. — Как ты просил. Это прозвучало так трогательно, что горло сжало спазмом. — Вот и хорошо, голодными не останемся, — неловко пошутил Миша. — Ага, — ответил Жора, глядя на него во все глаза. Они помолчали. Наверное, нужно было предложить пройти в гостиную или налить чаю, или чего покрепче, или включить телек, или просто сказать что-то легкомысленное и неважное. Но Миша зачем-то произнес то, чего не стоило: — Красивый океан ты мне прислал. Жора прерывисто выдохнул, поставил на пол пакет с шашлыком и резко шагнул навстречу. И без того маленький коридор показался вдруг удушающе тесным. — Ты тоже красивый, — сказал Жора. Он нависал над Мишей, однако не пытался прикоснуться, как будто ожидая разрешения. Как будто Миша мог ему отказать. Возможно, он и в самом деле мог, и Жора бы не стал настаивать. От этой мысли теплело под ребрами. — А ты кошмарно одеваешься, — зачем-то сказал Миша и обнял Жору за шею. — Иди ко мне. Жора целовался предсказуемо, именно так, как и представлялось — крепко, немного неуклюже и старательно. Сюрпризом стало то, что Мише это нравилось до такой степени, что он даже забыл — неслыханное дело! — о том, что шашлык может протечь на пол. Забыл — и не вспоминал пару часов.