waste it on me

Если бы я сказал тебе, что люблю тебя, Скажи, каков бы был твой ответ? Если бы я сказал тебе, что ненавижу тебя, Ты бы ушел прочь?

— Ты выглядишь очень уставшим. У тебя все в порядке? — обеспокоенно на мальчишку рядом смотрит, что так сосредоточенно бумаги на полу перебирает, складывая каждый договор в соответствующую папку. На том лица уже какой день нет, а тёмные круги под глазами и огромные мешки не спадают совсем. Тот выглядит как привидение, если не хуже. Он вообще живой?! — Снова головные боли? Старший помнит то время, когда младший пачками обезболивающее глотал, пытаясь унять этим не только головную боль, но и душевную, что терзала хрупкое тело. — У меня все в порядке, хён, — не хочет больше этот разговор продолжать, потому что старший слишком много знает и видит. Не первый раз тот сталкивается с такой проблемой, не первый раз наблюдает такого младшего. Поэтому головы даже не поднимает, продолжая высматривать соответствующие бумаги в бесконечной стопке. — Ты все ещё ходишь к психологу? — Нет, не вижу надобности, я…правда в порядке. Почему мы продолжаем об этом говорить? Сейчас мне лучше, срывов практически нет, я здоров. — Почему-то мне так не кажется, — пытается в кофейных глазах блондина хотя бы немного искренности найти, но там лишь беспросветная тьма и ничего кроме. Все тело сводит от такого слишком бесчувственного юноши, что ещё недавно солнцем сиял, а теперь уже улыбка остаётся лишь далеким воспоминанием, напоминающем о невозвратном прошлом. — Тебе стоит взять отпуск и отдохнуть как следует. — Нет, хён, у меня слишком много работы. То ли себе пытается оправдание придумать, то ли старшему, потому что тот прекрасно видит, что кроме этой стопки бумаг, в ближайшее время у него больше ничего нет. Он ведь слишком принципиальный и перфекционист, все делает вовремя, старательно, тщательно перепроверяя, чтобы не допустить ни одной ошибки. Но тут и так каждый знает, что ее просто не может быть. — Чимин-и, считай, что это приказ. — Юнги-хён, это же я тут руководитель, ваши обязанности немного другие, — блондин сам не замечает, как раздражение постепенно отпускает, а на смену ему приходит какое-то совсем неизвестное чувство, которое почему-то немного, но успокаивает. — По факту да, но мозги вправляю тебе я, — старший сердится очень, что тот ведёт себя так, забивая на вновь возникшие проблемы. Он не должен решать все один, не должен нести все на своих хрупких плечах. Но тот не понимает этого или просто пытается не замечать очевидного. Только вот юноша переживает очень, зная этого засранца целую вечность, тот как младший брат, если не ближе. — Это все из-за этого сопляка? Не скрывает, что симпатичного брюнета недолюбливает, тот совсем доверия не вызывает, даже чуть-чуть. Чимин не в ту игру ввязался, внутреннее беспокойство совсем не покидает, заставляя переживать о блондине с каждой секундой все больше. Тот ещё от последнего случая не отошёл, а уже пытается чем-то раны зализать, но это явно не особо верный способ. Юнги не хочет вновь разбитое сердце и израненные чувства собирать, делая вид, что все наладится обязательно, пусть не сейчас, но в будущем точно. Только мальчишка все равно тускнеет, не верит никому и ни во что, иголки свои острые выпускает, не позволяя приблизиться к себе хотя бы на шаг. Чимин ничего не отвечает, а тому и не нужно подтверждения, потому что и так все знает, все слишком прозрачно и предсказуемо. Он снова поверил, снова отдался непонятным ему же эмоциям, а теперь изнуряет себя работой, лишь бы отвлечь себя от таких ненужных мыслей, что пытаются пролезть в светлую голову. — Кстати, Чимин… Бобби вернулся, — до последнего не хотел об этом говорить, но лучше предупредить сейчас, иначе, когда те столкнутся случайно на улице, беды не избежать. Потому что русоволосый снова сломает, снова не позволит нормально жить, снова заставит подчиниться себе. Мальчишка, отбросив документы, стеклянным взглядом на юношу смотрит, не веря, что все действительно происходит и тот снова вернулся. Не хочет ни видеть, ни слышать, хочет вычеркнуть навсегда из своей жизни и не вспоминать Только вот когда ночью глаза прикрывает, снова ужасы снятся, напоминая о том времени, когда жизнь окончательно перестала радовать и разрушила не только себя, но и блондинистого мальчика. Слишком много боли было причинено, слишком много слов было сказано, слишком много было сделано.

***

— Не понимаю, что нужно сделать, чтобы от него избавиться. Меня тошнит, когда он рядом, передергивает, когда пытается дотронуться. Воротит от него, — расслабляясь в кожаном кресле, проговаривает русоволосый, выпивая очередной шот. — Так просто брось его, в чем проблема? — юноша вальяжно раскинулся на диване, закинув ногу на ногу, и выкуривает очередную сигарету, стряхивая пепел на белоснежный ковёр. — Его папаша слишком выгодный, чтобы такими людьми раскидываться. Не хочу после с ним в плохих отношениях оставаться, потому что бизнес пока не очень развивается. Бабки нужны ещё, а этот у папочки своего выпросит, если нужно. Но терпеть я его больше не могу, он мне просто противен, — когда представляет блондинистого юношу, его маленькие руки и пухлые пальцы, странный рост, ничем не примечательное лицо, рвотный рефлекс к горлу подступает, не позволяя сделать даже единственного вздоха. — Ты все равно достаточно долго с ним продержался, — поражается, что друг так долго обхаживал сыночка богатой шишки, нужно быть слишком профессионалом в этом нелегком деле. — Единственное, что меня удерживает, что трахается он отменно, это да. Ни одна шлюха в городе не может и части того, что вытворяет в постели он. Но я все равно его не перевариваю, даже глаза закрываю, когда тот мой член заглатывает до основания. — Ты так нормально его приручил, — довольно ухмыляется юноша, завидуя другу, и совсем не по-доброму. Потому что сам ни раз хотел запретным плодом воспользоваться, но русоволосый слишком опасен, когда его вещи трогают. — Когда он меня бросит, на что я искренне надеюсь, можешь воспользоваться моей игрушкой, только он использованный уже, лишь под мои потребности настроен. — Возьму к сведению, — а дальше скреплённые узы, запитые двойным виски, и блондинистый прекрасный юноша, что весь разговор четко за дверью гостиной слышал. Лучше бы он так рано домой не возвращался.

***

Чонгук не находит себе места какой день, сбиваясь уже со счету. Звонки так и остаются без ответа, в квартире никто не открывает, словно там уже давно никто не живет, в универе прекрасный блондин больше не появлялся, будто просто исчез с лица земли, словно его никогда вовсе и не существовало, просто плод юношеского воображения. Только мускатный запах до сих пор не покидает, заставляя возвращаться к квартире снова и снова. Вот он опять здесь, стоит, уткнувшись головой в дверь, и думает о смысле жизни, как продолжать жить без него. Потому что не готов был отпустить. Не готов был смириться с тем, что есть сейчас. Внезапно, чей-то чуть слышный голос, доносимый из соседней квартиры, заставляет вырваться из чертог разума. — Милок, да нет там никого уже какой день. Чимин-и съехал оттуда, передал мне ключи, чтобы я в квартире пыль хотя бы иногда протирала. — А…вы не знаете, где его можно найти? — Откуда ж мне может быть известно, знаю, что он работает много, но где, с чем связано — неизвестно. — Понятно, а может быть…номер оставлял? — Совершенно ничего, милок. Старушка улыбается совсем виновато, потому что как бы не хотела, ничем помочь не может. К тому же, светловолосый юноша попросил о нем ничего не рассказывать, совершенно никому, особенно высокому брюнету с глубокими чёрными глазами. А старушка не может наперекор идти, потому что блондин слишком добр к ней, всегда помогает, ни в чем ей не отказывая, поэтому не может предать его доверие. Чонгук кивает молча, потому что совсем безвыходная ситуация вышла. Вряд ли он где-то сможет найти своего любовника, тот как картина неизвестного художника, о ней никто ничего не знает. Все зашло в тупик, из которого, видимо, выхода уже не будет. Старается вдохнуть в себя побольше мускатного аромата, желая заполнить им все легкие, чтобы хотя бы это сохранить в своей памяти, как самое лучшее об очаровательном блондине. В груди ноет от безысходности, потому что не может до сих пор настоящее принять, где нет темной спальни, шелкового постельного белья и нежного мальчика, что позволял избавиться от любых проблем. У них началось все слишком быстро и совсем непонятно, но, в чем ирония судьбы, закончилось все также. Разве такое только не в сериалах бывает? Хочется истерически смеяться от такой жизни, потому что уже какой раз тренировку пропускает, универ прогуливает, в надежде, что где-то может уловить своего нежного мальчика. Только все тщетно. Ни блондина. Ничего. Возможно, он простоял бы здесь ещё целые сутки, а может и месяц, не желая расставаться с до боли родным местом. Только вот хриплый басистый голос, окликающий его в эту минуту, заставляет злиться на весь свет в двукратном размере. Потому что, какого черта, его отрывают от мыслей о нем?! — Эй ты, — бросает русоволосый юноша, смотря на парня напротив с каким-то неподдельным отвращением. — Чимин здесь живет? — Кто тебе давал право ко мне так обращаться?! — выплевывает брюнет, потому что совсем этот напыщенный индюк не нравится. Хочет ему мордашку разукрасить, чтобы больше говорить не смог и…о Чимине напоминать. — Ты рот свой закрой. Это я ещё ласково с тобой говорю, сосунок. Я тебе вопрос конкретный задал. — Следи за своим ртом, а не за моим. С чего бы я должен тебе отвечать? — внутри пылает огонь гнева от такого отношения, но не хочет устраивать разборки на глазах у старушки, что сейчас за всем происходящим через щелочку наблюдает. — С того, что я спрашиваю про своего парня. В этот момент Чонгуку кажется, что земля из-под ног уходит, а голова и вовсе с рельс съезжает. У Чимина же никого нет…верно? Только тот ни разу эту тему не затрагивал, лишь упоминал, что ни с кем не встречается. Этого же не может быть. — У него нет парня, — пытаясь быть расслабленным, произносит уверенно Чонгук. — Малыш, ты не на того глаз положил, — русоволосый не собирается отступать, думая о том, что все так как раньше и ничего не изменилось. Что блондин до сих пор его ждёт. — Ты припозднился, малыш, он уже занят. — Тобой что ли? — русоволосый в кулак прыскает от такого абсурда. Этот тупоголовый мальчик явно что-то спутал, явно не на того полез. — Скройся, — выпаливает брюнет и уходит, задевая плечом русоволосого. Тот от такого обращения слюной брызжет, не может терпеть таких самоуверенных ублюдков, каким брюнета считает сейчас. — Ещё посмотрим, как жизнь повернётся. Бойся меня, малыш. Я заберу то, что по праву принадлежит мне. Но брюнет никак не реагирует, лишь удаляется дальше от любимой квартиры. Не нравится ему то, что этот придурок появился, все не должно быть так. Но жизнь почему-то все больше сюрпризов подкидывает, и никаких подсказок и ответов. Он точно должен раньше найти блондина и сделать его окончательно своим.