waste it on me

Ты нужен мне, чтобы увидеть цель, Ты нужен мне, чтобы почувствовать себя живым, Ты нужен мне, чтобы заполнить пустоту.

Постепенно всё возвращается на круги своя, будто в последнее время совершенно ничего не произошло. Снова улыбка. Снова громкий смех в раздевалке. Снова жесткие шутки и поздние тренировки до самой ночи. Только если бы хотя бы кто-то знал, что творится за этой натянутой, вовсе не искренней улыбкой, которую так умело и профессионально натягивает каждый день темноволосый юноша. Там, внутри, бушует ураган эмоций и безответных чувств, от которых на стену хочется лезть или просто взять и распороть себе живот, вынув все органы, чтобы перестало так сильно давить и делать больно. Да, он спортсмен, он может справиться со всем, что происходит в его чертовой жизни, потому что закалка и сила с самого детства, потому что тренер каждый день твердит, что в любой ситуации нельзя падать духом, нужно держаться и показывать всем, что ты не просто глупый и ничего не смыслящий мальчишка, а, прежде всего, тот, кто способен постоять не только за себя, но и за честь всей команды. Брюнет знает, что на нем лежит груз ответственности, он ведь не просто какой-то левый парнишка, а, прежде всего, капитан сборной команды, который потом и кровью заставляет год за годом идти свою команду к успеху, вырывать победу даже у самых сильнейших противников, потому что иначе нельзя. Они обещали себе еще тогда, когда были маленькими мальчишками, только вступившими в спорт, как на тропу войны, что никогда не сдадутся и покажут всем, чего они стоят и на что способны. Но сейчас юноша совершенно ничего не хочет, все как-то быстро превратилось в полнейшее дерьмо. И ему уже кажется, что теперь так и будет, и, вряд ли, что-то может измениться. У него никогда не бывает ничего гладко, вечно какие-то казусы, бермудские треугольники и лабиринты, которые встречают юного мальчишку на каждом шагу, который он пытается преодолеть на своем жизненного пути. Да, он сильный. Твердит себе каждое утро, как только открывает глаза после снова бессонной ночи, что это только закаливает молодой организм и позволяет действовать дальше, стремясь к полнейшему совершенству и достижению поставленной цели. Он — боец. Он со всем справится. Но в связи с последними событиями, которые обрушились на него словно неожиданное извержение давно потухшего вулкана, ему уже не кажется, что он не способен что-то исправить и вернуть свою жизнь к прежнему руслу. Теперь уже точно ничего не будет так, как раньше. Потому что в груди всепоглощающая пустота и сердце, что безумно ноет только об одной мысли о самом очаровательном блондине, что так и не покидает юношескую голову, заставляя мучиться каждую минуту и биться ночами в судорогах. Бесит своя же беспомощность и незнание всей ситуации. — Гук, у тебя все в порядке? — потрепав темноволосого за плечо, обратился к брюнету друг по команде, выдернув из своих дебрей, что так и норовились сожрать его изнутри. — Да, все хорошо. Просто в последнее время плохо сплю, — виновато улыбнувшись, ответил юноша. Он понимал, что выглядит сейчас совсем жалко. Он должен команду подбадривать, говоря о том, что нужно собрать все силы в кулак, и выиграть у очередного соперника, который создавал слишком много слушков, что они порвут их университет. А в итоге мальчишка погрузился в себя и свои проблемы, думая совершенно ни о том, позабыв совсем о своей команде. — Я за тебя переживаю, дружище. Поговори после с нашим врачом, окей? Ты нам нужен в полной готовности и сноровке, мы должны порвать их, иначе другого шанса у нас уже не будет, — мальчишка напротив ярко улыбается, заставляя понурого капитана ответить легкой улыбкой и притянуть того к себе для успокаивающих объятий. — Ты же знаешь, что всегда можешь ко мне обратиться, верно? — Спасибо, Хос. Это то, что мне сейчас нужно, — такая необходимая сейчас поддержка будто вдохнула жизнь в разочаровавшегося во всем брюнета. Словно помогла осознать, что он тот, кто сейчас так нужен команде, на него вся надежда, потому что он, прежде всего, предводитель, тот, за кем следуют и прислушиваются, и тот, кто способен привести команду к победе. Еще раз одарив капитана улыбкой, Хосок направился к своему месту, чтобы до конца разобраться с формой. А далее все по отработанному сценарию. Крики о том, что они должны сегодня всех порвать, пару шуточек о прошлой игре и серьезный капитан, объявляющей о тактике на сегодняшнюю игру. Далее появляется не менее суровый тренер, взгляд которого так и не говорит ничего хорошего. Никто не может ему перечить или возразить. Тот, одарив каждого своим хмурым прищуром бросает лишь «мне плевать, как вы это сделаете, чтобы награда была у меня на столе». А никто и не против, сами хотят выиграть, сами хотят быть первыми, сами хотят быть лучшими. Выслушав напутственную речь тренера и несколько наводок по поводу того, как лучше обыграть противника, команды вышла на площадку. На другом конце уже собрались противники, не удивительно, что очень радостные, не обращающие никакого внимания на ту команду, с которой они будут играть. Чонгук прекрасно знает каждого из них, когда-то вместе занимались баскетболом, клялись, что будут друзьями на всю жизнь и обязательно вступят в одну сборную. Но что-то в середине их пути явно пошло не так. Теперь они ярые враги, никогда больше не «друзья» и даже не «знакомые». Те считают брюнета предавшим, те считают его изгоем, те считают его никем. Когда-то брошенное «ты выбрал не нас» до сих пор кровоточит где-то в сердце, потому что он тоже это не забыл, тоже тяжело, но тогда, несколько лет назад, от него совершенно ничего не зависело. Его дорога была уже предопределена, и явно не им, а его родственниками, что не позволили выбрать другой вуз. Возможно тогда, все сложилось бы иначе, и он бы был до сих пор «своим» в когда-то родной команде, а не чужаком, которого теперь те сторонятся. Чонгук оглядывает трибуны, осматривая присутствующих, надеясь найти знакомых лиц. На самом верху сидит Тэхён, что заметив брюнета, резко начинает ладошкой ему махать и класс показывать, уверяя, что тот все сможет. Тот близкого друга смущенной улыбкой одаривает и возвращает свой взор к следующим. Где-то в первом ряду сидит его мама, что так редко появляется на игре из-за «нехватки времени». Конечно, лучше маникюр очередной в салоне сделать, чем прийти к единственному сыну на игру, которая и так не часто бывает. А насчет отца, то он никогда не приходит, с самого начала не одобрив хобби сынишки. Сейчас Гук и не пересчитает, сколько было ссор и истерик со стороны дорого человека, который так ни разу и не поддержал своего маленького черноглазого олененка, а тот хотел и мечтал, чтобы им гордились. Но увы, видимо, не в этой жизни. Когда больше родных лиц в толпе прохожих не оказывается, мальчишка усмехается слишком уж горько, ругая себя, что надеялся непонятно на что. Действительно, кому он может быть еще нужен? Несомненно, Тэхён единственный, кто всегда поддерживает неуверенного капитана, твердя ему, что тот лучший в своем деле и не нужно париться по пустякам. Он никогда не бросит и не отвернется, в этом брюнет уверен точно. Только вот отсутствие пары шоколадных глаз и светлой макушки все равно заставляет пропустить сквозь сердце болезненный удар, что эхом внутри раздается, заглушая все вокруг, потому что все равно надеялся, только вот желание не сбылось. С чего бы ему тут быть? Игра идет в слишком быстром темпе. Никто даже и не замечает, как быстро возникает открыв в очках, а вперед выходит команда Сеульского национального университета. Только команда университета Йонсей вовсе не собирается так сразу сдаваться, не для этого они трудились в поте лица, чтобы отдать первое место выскочке из когда-то их молодежной сборной. Те совсем не хотят действовать честно и правильно, а поставить подножку своему сопернику им кажется просто наилучшей идеей. Чонгук, не ожидавший такой подставы от своих бывших друзей, жестко валится на резиновую крошку, которая ничуть не смягчает удара, а затем чувствует, будто земля уходит из-под ног, когда Вонхо, когда-то лучший друг, со всех сил, что есть в юношеском теле, приходится ногой прямо по хрупким ребрам брюнета. Перед глазами лампочки мигают и искры из глаз летят, никак не выходит контролировать вырывающий кашель, что разрывает легкие изнутри и слезы, опаляющее влажное от пота лицо. Слышатся крики и свисток судьи. Но последнее, что он видит, прежде чем потерять сознание, это наверху на трибунах, недалеко от Тэхена, своего любовника, что выглядит сейчас чересчур обеспокоенным, тот как-то совсем безэмоционально, но в тоже время слишком напряженно смотрит на развернувшуюся картину. Сейчас брюнета вовсе не волнует боль в ребрах с левой стороны, что разносится по всему телу со скоростью света, парализуя, в его голове лишь вопрос, откуда тут взялся красивейший парень и почему он таким виноватым взглядом смотрит на впадающего в обморок темноволосого юношу. Игру останавливают. Все до сих пор в шоке от случившегося. Это первый казус за столь долгую историю сборной двух университетов. Это не просто игра, это ярая борьба, где может быть только один сильнейший, один победитель, и один ничтожный аутсайдер. Просто черноглазому мальчишке бывшие друзья показали, что ничего не прошло, никто не простил и не собирается прощать, а за свои поступки отвечать нужно. Им плевать, что того сейчас на скорой в больницу увозят, плевать, что, скорее всего, ему ребра сломали, потому что громкий хруст наверно слышали даже на верхних трибунах. Их интересует лишь то, что он поплатился за свою подставу, за то, что не позволил добиться им успеха, за то, что бросил в самый важный момент их жизней, разбив юношеские мечты о блестящем будущем. Красивый светловолосый юноша, толкая зевак, с верхних трибун спускается, подбегая к своему приятелю, надеясь выяснить, что вообще сейчас здесь сейчас было. — Юнги, какого черта здесь произошло?! — вскрикивает блондин, схватив в порыве за локоть удаляющегося в раздевалку черноволосого. — Во-первых, я тебе хён. Во-вторых, я также как и ты не понимаю, что сейчас тут было. Ясно? — рявкает Юнги, выхватываю свою руку из крепкого захвата. Блондин потеряно на приятеля смотрит, не зная, что тут можно ответить, потому что да, сейчас он на нервах, возможно, переживает, возможно, волнуется. Потому что не так он себе представлял поход на игру к хёну. — Прости…просто…не знаю, — пропустив через пальчики светлые пряди, зачесав волосы назад, юноша на лавочку мешком присаживается, не понимая, что вообще делать дальше. Вроде хотел закончить все с брюнетом, никогда больше не пересекаться, а тут такое. В груди откуда-то появившееся волнение мучает, не позволяя мыслить мальчишке здраво, потому что, похоже, действительно переживает за этого уверенного в себе капитана команды. — Господи, Чимин, просто признай уже, что волнуешься за него, а. Чего тогда ты здесь делаешь? Руки в ноги и в больницу. — Я не уверен, что стоит это делать, — мямлит Чимин, разглядывая налакированные ботинки, потому что совсем не понимает, как себя вести. Все слишком резко. Он еще не успел разобраться в себе и в их отношениях с очаровательным брюнетом, а жизнь все просто берет и переворачивает с ног на голову. — Несмотря на то, что мы играем с ним в одной команде и он мне совершенно не симпатизирует как человек, ты сейчас ему нужен. Я видел, как он расстроился, когда не увидел кого-то на трибуне. Бьюсь об заклад, что это был ты, ему там не хватало явно тебя. Юнги его резко за руку тянет и к выходу подталкивает, тот сейчас точно не здесь должен быть. Вот вроде всегда в себе такой уверенный и холодный, а сейчас ведет себя как пластилин, что черноволосого очень злит. Потому что уважает очень Чимина, он не просто красивый мальчик с обложки какого-нибудь журнала, тот невероятно умный и слишком смышленый. Просто в жизни у него все непросто, даже слишком, но он не падает духом и совсем не показывает, что у него что-то происходит или он чем-то сломлен. Черноволосый не покидает юношу до самых ворот университета, заставляя только идти вперед и не оглядываться назад. Чимин неуверенную улыбку выдает, наверно, даже более печальную, чем нужно было бы. Юнги глаза закатывает, мысленно проклиная себя и свое временами слишком уж доброе сердце, и мальчишку к себе в объятия сгребает, заставляя себя тоже обнять. Светловолосый смущается такого порыва со стороны старшего, но не отходит, позволяя себе размякнуть в таких необходимых сейчас объятиях. Юнги вдохнув такой приятный аромат, исходящий от блондина, в самое ухо шепчет, чтобы только тот услышал. — Поезжай в больницу. Ты ему там нужен. И напоследок улыбнувшись мальчишке, отрывает того от себя и направляется обратно в корпус, потому что так и не успел переодеться после такой неудачной игры. Юнги знает, что поступает правильно. Да, блондин обжегся, причем ожоги до сих пор с юного сердца не сошли, постоянно беспокоя, но это не значит, что теперь каждый будет приносить только боль и страдания. Не все же такие, в конце-то концов. Черноволосый не спорит, что брюнет ему не очень нравится, а ситуация, произошедшая в свете последних событий, вообще его разочаровала, ну потому, что изменять Чимину, это просто низшее, что можно сделать в этом чертовски ужасном мире. А тот, болван, напившись как свинья, предал доверие, что блондин так трепетно восстанавливал, предал чувства, которые точно где-то теплятся, просто тот упорно их отвергает, не позволяя себе даже задуматься о таком чувстве как «любовь». Теперь светловолосый снова не уверен в себе и в том, как нужно действовать и поступать, напоминая тряпичную куклу. Если ему не помочь сейчас, то вряд ли в будущем это вообще будет возможно сделать. Чимин, минуя медленных студентов, быстрыми шагами направляется к машине, припаркованной сзади университета. Сейчас он где-то далеко, в своих мыслях, вспоминает первую встречу с брюнетом, который сразу запал в душу позабывшему о чувствах юноше. Первый поцелуй у него дома в коридоре, когда они только узнавали друг друга. Первый секс на шелковых простынях, когда пытались доставить друг другу максимальное удовольствие. Все было слишком нереально и слишком сказочно. Сейчас Чимин уже не помнит, когда все покатилось к чертям, когда все самое лучше, что было с брюнетом испарилось в один миг. Увидев сегодня такого беспомощного темноволосого, в груди что-то нещадно кололо сотнями острых иголок, заставляя жмурить глаза, чтобы не пустить слезы. Тот корчился от боли, но при этом, выглядел запредельно счастливым, когда смотрел блондину в его шоколадные глаза. И Чимин соврет, если скажет, не уловил этого неизвестного ему взгляда, полного нежности и, возможно, любви. — Чимин! И весь домик построенный из песка рушится на глазах, когда слышится этот голос, ужасный голос. Светловолосый юноша его никогда и ни с чем не спутает. Потому что это он. Он. Мальчишка боится не сдержаться. В носу уже невольно щипет, а в уголках глаз собираются предательские слезы, полные горечи, боли и разочарования. События прошлого стирают моментально настоящее, приносящее минутами ранее легкое счастье и радость, заставляя погрузиться в то время, когда жить не хотелось, а вариант вскрыть себе вены казался привлекательным. Чимин не хочется оборачиваться и видеть его противное лицо, видеть всего его, потому что тошнит от него. Все повторяется. Чертов замкнутый круг. — Ну же, Чимин-и, куда же ты торопишься, — приближающиеся шаги становятся все ощутимее, а голос громче. Блондин срывается на бег, чтобы только это все прекратить, чтобы слезы больше не душили, не заставляли вновь страдать и быть тряпкой, о которую вытирают ноги. Юноша дрожащими руками снимает с машины сигнализацию и запрыгивает на переднее сидение, заранее заблокировав двери. Распространившееся волнение не позволяет ключ вставить в зажигание, от чего он ударяет со всей силы по рулю и начинает кричать. Приближающая тень только все больше усложняет, а когда тот трогает за ручку двери, пытаясь ее открыть, мальчишка и вовсе перестает дышать, а в машине раздается лишь звук бешено бьющегося сердца. — Чимин-и, тебе от меня не скрыться. Слышишь? Я всегда тебя найду, — Чимину не нужно видеть, чтобы знать, что на лице за стеклом ухмылка совсем не добрая, оттуда опасностью веет и жестокостью. Светловолосый, переборов себя, красные глаза, полные слез, на русоволосого поднимает, встречаясь с глазами-пропастью. Там пустота и кромешная тьма, там нет жизни, там только такое же отвращение и ненависть, которую тот даже не пытается скрыть, играя только в понятные ему игры. Но Чимин уже не тот слабый мальчик, уже не боится этого дьявола, повернув ключ, машину заводит, и на газ нажимает, желая скрыться отсюда подальше. А русоволосый с места не двигается, наблюдая за уезжающей BMW, и внутри радуется, что тот до сих пор такой же глупый и наивный мальчишка. Только, возможно, ставший невероятно красивым, но на этом все. Только вот Чимин в зеркало заднего вида даже не оборачивается, надеясь скрыться из виду быстрее. Уже на пути в больницу, когда истерика понемногу прекратилась, а сердце уже не так совершает кульбиты, набирает сообщение Юнги, потому что только он обо всем знает, только он может помочь, только он может что-то придумать. Чимин [16:45]: «Бобби нашел меня.»