Помолвленные

      Несмотря на прохладный воздух раннего осеннего утра, солнце очень тепло припекало, и Санса, занимаясь рукоделием на своем маленьком балкончике с видом на стены Винтерфелла и лес, наслаждалась этим солнечным утром. Конечно, не помешало бы надеть легкую накидку поверх платья, но она не могла устоять перед желанием почувствовать солнышко на своей коже. Старки - северяне, но в Сансе было больше от Риверрана, поэтому она втайне молилась, чтобы лето продержалось ещё немного.       Она вышивала герб Дома Старков на белой тунике, которую Робб должен был надеть на её семнадцатилетие. Вышивка располагалась на самом видном месте, там где сердце, поэтому ей хотелось, чтобы всё выглядело идеально. Рукоделие было её коньком с детства. Так, вышивая, слушая пенье птичек и голоса людей, работающих во дворе замка, она наслаждалась ощущением прекрасного начала дня. Пока не уколола палец. Быстро сунув его в рот, Санса с сожалением посмотрела на свою работу: так и есть - капелька крови попала на вышивку и оставила на ней бурое пятнышко! Надо было быстро его замыть, пока оно не высохло и не испортило прекрасную белую тунику.       Но прежде чем она успела встать со своего места, дверь в её комнату отворилась и вошли родители. Ей показалось странным, что они пришли вдвоём: обычно приходила только мама, так как отец часто был занят другими, более важными делами. Её внезапно охватило предчувствие чего-то нехорошего. Мама выглядела печальной, и Санса подумала, уж не Бран ли грохнулся с крыши или со стены, на которую так любил лазать? Она встала, отложила вышивку и хотела зайти с балкончика в комнату, но отец остановил её движением руки.       - Санса, дорогая, присядь, пожалуйста, – мягко сказал он. Всё это было очень странно, и она снова опустилась на стул там же, где и сидела.       - Что-то случилось, отец? – спросила она, не понимая, что происходит. Обычно её родители были очень спокойными, а сейчас заметно, что мама напряжена и даже расстроена. Отец, напротив, пытался быть с ней нежным, словно собирался подсластить горькое лекарство.       - Нет, дитя, – ответил он, - просто нам с мамой надо поговорить с тобой.       Она, слегка обеспокоенная, откинулась на спинку стула, приготовившись слушать родителей.       - Сегодня к тебе должен приехать гость, дорогая, - начал отец, и эти слова показались ей странно знакомыми, будто когда-то она их уже слышала. Но сидела молча, сложив руки на коленях, и ждала, что дальше.       - Ты помнишь лорда Клигана, который когда-то приезжал к тебе в гости? - спросил отец с легким напряжением в голосе.       С того дня, как более десяти лет назад Клиган приезжал в Винтерфелл, его имя в открытую в замке не произносилось. Конечно, она его помнила, как она могла не помнить? Он был огромным и страшным, и все же проявил к ней доброжелательность, отнёсся, как к леди, несмотря на её юный возраст. Даже её семья не обращалась с ней с такой учтивостью, как он. В детстве Санса часто спрашивала маму о большом человеке со странным лицом, но та всегда отмахивалась от этих вопросов, меняла тему или вовсе не отвечала. Родители часто обсуждали наиболее подходящие партии для своих детей, говорили о возможных невестах для её братьев и о женихах для младшей сестры. Но даже когда Санса расцвела, претенденты на её руку не обсуждались. А когда она сама спрашивала о своём будущем или о том, кто мог бы стать её мужем, то часто натыкалась на молчание или суровый взгляд матери. Такое поведение родителей привело к тому, что она стала бояться, что с ней что-то не так, что, возможно, она неполноценная, и когда она повзрослеет, её могут отправить в какой-нибудь монашеский орден, чтобы стать септой. Не добившись ответов на свои вопросы, она перестала их задавать, но это не значило, что она забыла о большом человеке и о том впечатлении, которое он произвёл.       Через несколько лет после их первой встречи - Сансе было тогда около десяти - отец поехал на турнир в Южные земли и взял с собой Робба и Джона. А по возвращении всё, о чём они могли говорить, - это лорд Клиган или, как его ещё называли, Пёс. Они взахлёб рассказывали о турнире, описывая его в красках, и говорили, что взрослые опытные мечники делали в штаны, сражаясь с грозным Лордом Запада. Что он был самым большим человеком из всех, кого они видели, и самым свирепым воином во всём Вестеросе. Санса внимательно слушала рассказы братьев, стараясь не выказывать излишнего интереса, и делала всё, чтобы хоть немного утолить своё дикое любопытство.       Когда же она спросила родителей, можно ли ей сопровождать братьев на турниры, мать сразу же отказала, объяснив, что турниры не место для юных леди, хотя по рассказам братьев Санса знала, что это не так. Но она была послушной дочерью, никогда не спорила с мамой и всячески старалась её не огорчать. Поэтому довольствовалась историями о большом человеке со странным лицом, что называется, из вторых рук. Конечно, братья рассказывали о том, что видели своими глазами, но они романтизировали силу и мечтали о собственной славе на поле боя. А большой человек, которого, хоть и не очень хорошо помнила Санса, сильно отличался от того, кого они описывали.       Она тайком примеряла колечко, которое он ей подарил и попросил сохранить, хотя оно только недавно перестало соскальзывать с её пальца. Он обещал, что однажды вернётся, и она часто спрашивала себя, помнит ли он о своём обещании. Но шли годы, и она перестала ждать. Тогда, много лет назад, ему понравилось, что она умненькая, открытая, хорошо воспитанная девочка, и Сансе хотелось верить, что он не забыл её. А иногда она сама себе задавала дурацкие вопросы, например, есть ли у него леди-жена и дети, и ревниво надеялась, что их нет.       Конечно, глупо было привязаться к человеку, которого она видела очень давно один раз да и то недолго. Но в его глазах было что-то такое, что глубоко тронуло её душу, заставило запомнить его. В ту пору он был молодым воином, сейчас он уже опытный полководец, но в глубине души Санса знала, что тогда, в далёком детстве, она видела другую его сущность, не ту, которую описывали её братья. Это был их маленький секрет, о котором никто не знал.       Поэтому неудивительно, что при звуке его имени она почувствовала внезапный трепет внутри, а во рту пересохло в ожидании того, что скажет отец.       - Да, я помню его, – как можно спокойнее ответила она, стараясь ничем не выдать своего волнения.       - Вот и хорошо. Он прибудет сегодня после обеда, чтобы повидаться с тобой, - отец был явно чем-то обеспокоен. - Поскольку он до сих пор ещё ведёт войну с некоторыми южными лордами, он не сможет остаться надолго. Но вы с ним помолвлены и он явится, чтобы забрать тебя. Так что завтра вы принесёте обеты Богам, а послезавтра ты уедешь с ним.       Санса сидела разинув рот. Она потеряла суть того, что говорил отец, после слова «помолвлены». Неужели все эти годы они были помолвлены, а она ничего об этом не знала?       Сначала она разозлилась, а потом разволновалась. Леди Кейтилин приблизилась к дочери, чтобы успокоить её.       - Родная, это был не мой выбор. Мы можем разорвать эту помолвку с…       Но Санса была настолько потрясена, что резко перебила мать:       - Ты никогда мне этого не говорила!       Кровь шумно стучала в висках. Но вместе с потрясением её вдруг накрыла волна облегчения: Слава Богам! Она полноценная женщина и может выйти замуж! С тех пор, как она расцвела, больше всего на свете ей хотелось, чтобы у неё была своя семья. И вот теперь это с ней происходит наяву! Она посмотрела на мать и отца: они молчали, сидели тихо, не говоря ни слова, удивленные тем, как она отнеслась к вести о завтрашней свадьбе.       - Но у меня нет платья! - её мысли понеслись семимильными шагами. Не может же она выйти замуж за Хранителя Запада в одном из своих старых платьев! Это было бы неправильно!       Теперь настала очередь леди Кейтилин испытать потрясение. Надо было видеть её лицо! Зато лорд Старк, казалось, вздохнул с облегчением, что не пришлось спорить и ссориться с дочерью.       - Кэт, пожалуйста, покажи Сансе платье, которое ты сшила, – сказал отец в попытке привести в чувство их обеих.       Следующие несколько часов прошли для неё словно в тумане. Но теперь всё приобрело смысл. Ей всегда казалось странным, что в тот день к ней, малышке, приехал взрослый мужчина, что он вызвал такой гнев у её матери, казалось бы, без причины. Он подарил ей кольцо – это было знаком глубокого доверия ей, ребёнку, и это произвело на неё сильное впечатление. А может, он сделал это для того, чтобы она его не забыла? Санса почти не помнила его лица. Помнила только, что он был большой и страшный, словно чудовище. Но она очень хорошо запомнила его серые добрые глаза, а остальное было неважно.       «Получается, мы помолвлены с самого моего рождения», - догадалась она.       Помолвка с новорожденным ребенком была в Вестеросе старым обычаем, можно сказать, изжившим себя, но, должно быть, у её родителей, была на то причина. К тому же, сейчас не время спрашивать. Сандор скоро будет здесь.       Она расправила на бёдрах складки ярко-зелёного платья и в последний раз взглянула на себя в зеркало. Волосы цвета осенней листвы были тщательно расчёсаны и сияли, словно лучи утреннего солнца. Она знала, что волосы - одно из её главных достоинств. Грудь всё ещё была небольшой, хотя бёдра придавали её телу соблазнительные изгибы. Она была не похожа на служанок или кухарок, на которых, как она видела, заглядывались воины из гвардии её отца. Её тело было ещё совсем юным, хотя ей уже почти семнадцать и она сильно выросла с момента своего расцвета. В душу закрался страх: «А если я ему не понравлюсь?»       Санса была высокой, гораздо выше большинства женщин, и это было её преимуществом перед ними в глазах лорда Клигана. Ей было интересно, такой ли он большой, каким она его помнит, такой ли мускулистый. Она хихикнула, вспомнив вдруг своё невинное детское замечание о силе и мускулах, данных ему Богами. Должно быть, это его позабавило.       Во дворе Винтерфелла зазвонил колокол, сигнализирующий о приближении всадников, и было уже некогда вспоминать, о чём они говорили много лет назад. Санса надела цепочку с кольцом и спрятала её в лиф. Заставив себя успокоиться, подобрала платье, чтобы не наступить на подол, и побежала по лестнице донжона во двор замка. Она чувствовала себя лёгкой как пёрышко, но несмотря на это, нервничала: «А что если он влюблен в другую?»       Щёки горели румянцем, пока она стояла самой последней в ряду выстроившегося в линию семейства Старк. И снова ей показалось, что это уже было, что она это видела. По каменной кладке двора застучали конские копыта, и во двор въехали всадники. Их было пятеро. Сандор ехал в центре кавалькады в накинутом на плечи плаще с гербом его дома. Его было сложно не заметить, потому что он был таким же большим, каким она его помнила, и даже ещё больше - он очень возмужал за последние одиннадцать лет.       Глядя на него, Санса уже не сомневалась, что когда-то сказала правду о Богах, которые отдали ему все свои запасы силы и мускулов: даже под бронёй и плащом было заметно, насколько атлетически он сложен. Она вспыхнула, пытаясь представить, как он будет выглядеть без одежды, а внутри снова всё затрепетало. Усилием воли она постаралась успокоиться и выбросить эти мысли из головы.       Робб и Джон готовы были кинуться под копыта его коня, чтобы поприветствовать его, словно он был Дунканом Высоким или самим Эйгоном Завоевателем. Они отпихивали друг друга локтями за право первым перекинуться парой слов или просто постоять рядом с одним из выдающихся воинов королевства. Санса спрятала улыбку, довольная тем, что он приехал ради неё, а не ради её братьев.       Как и в прошлый раз, лорд Клиган пожал руку отцу и преподнёс матери небольшой подарок. Она приняла его, как и прежде, с хмурым выражением лица и слегка прищурившись, – он совсем ей не нравился. Санса наконец поняла, почему мама недолюбливала его, и как она, должно быть, мучилась все эти годы, зная, что придётся отдать дочь в жёны этому человеку. Он не был высокородным лордом, как её отец, но из разговоров своих братьев она знала, что он расширяет свои земли и увеличивает богатства. Его род не был таким древним, как род Старков, но это мало что значило для неё. Это не могло изменить её мнения о человеке, который отнёсся к ней тепло и дружелюбно, был с ней весёлым и обходительным. Конечно, в Винтерфелле часто бывали знатные лорды и рыцари, и Санса была со многими знакома, но они казались ей скучными и слишком прямолинейными. Все они были с ней вежливы и учтивы, но никто из них особо не интересовался самой Сансой, что оставляло горький привкус после каждого знакомства. Однако, пока Сандор шёл, приветствуя её семью, она искоса наблюдала за ним, и ей показалось, что он гораздо более сдержан и отстранён, по сравнению с прошлым разом, и от этого внутри всё неприятно сжалось. Но честно говоря, она многого уже не помнила - ни его поведения, ни его слов. Помнила только, как он присел перед ней на корточки, чтобы просто поговорить, и как эта мягкая деликатность по отношению к ребёнку помогла перебороть страх перед ним.       «А вдруг он изменился?» - спросила она сама себя, вспомнив, что ей сегодня утром сказала мать.       Сандор пожал руки братьям и погладил по голове сестру. Но Арья была слишком увлечена оценкой его устрашающих размеров, чтобы обидеться или позаботиться об ответном приветствии. Санса почувствовала, как всё внутри сжалось ещё сильнее, когда он приблизился к ней, но без колебаний посмотрела ему в лицо – и ей не пришлось сильно задирать голову, как в прошлый раз. Она была ростом почти шесть футов*, а он оказался на полтора фута** выше её, и она почувствовала гордость от того, что настолько высокая и может смотреть ему прямо в глаза.       Что-то промелькнуло в его лице, что-то знакомое, позволившее почувствовать, что перед ней тот самый человек, который был в её далёком детстве. А взгляд серых глаз напомнил об их первой встрече. Под этим взглядом Санса покраснела, как маленькая, совершенно не зная, что делать, чтобы не испортить впечатления.       - Лорд Старк, вы позволите пригласить вашу дочь на прогулку к реке? Я бы хотел познакомиться с ней поближе, - голос его стал более хриплым и низким, чем она помнила, но таким же добрым, к тому же, он был спокоен и сдержан, этот закаленный жизнью человек. - После стольких лет я хочу побыть некоторое время наедине со своей невестой.       - Как вы смеете просить об этом, милорд? Она юная девушка! Девушке не подобает гулять с мужчиной без сопровождающих! – возмутилась леди Кейтилин, а Сансе снова показалось, что она это уже слышала.       - Вашей дочери никто не причинит вреда, леди Старк. У меня есть меч, и я смогу её защитить, - ответил Сандор.       Всё было почти так же, как в прошлый раз, только теперь Санса понимала, что происходит. Мать исполняла свой долг, заботясь о благополучии и чести дочери. Сандор, хорошо зная, на что намекала её мать, притворялся, что опасность исходит извне. Подумать только, они отпустили её с ним, когда она была ещё ребенком! А сейчас - кто в Винтерфелле сможет проявить столько храбрости, чтобы противостоять ему? Он был грозным человеком. Один только его внешний вид пугал, но Санса чувствовала, что он выполнит обещание, данное ей много лет назад: «Я обещаю, что никогда не обижу вас». До сегодняшнего дня она ни разу не возражала родителям, но вспомнив, что мама столько лет скрывала от неё помолвку, и что Сандор сдержал своё слово и вернулся к ней, Сансе захотелось немного поперечить.       - Завтра мы принесём клятвы Богам, мама, так не всё ли равно, когда мы останемся наедине? – И, конечно же, ужасно покраснела. Боги, как она ненавидела эту свою особенность! А всему виной её светлая кожа, на которой хорошо заметен румянец. Взгляды всех присутствующих обратились к ней, даже лорд Клиган удивлённо приподнял здоровую бровь и ухмыльнулся.       - Мы с леди Сансой договорились, – сказал он, повернувшись к её родителям, торжественно подал ей руку и повёл к воротам замка, пока никто не начал протестовать. Санса понимала, что это был смелый поступок с его стороны, а со своей понимала, что назад пути нет. И пока они шли к воротам, она нервничала и пыталась разобраться, правильно ли сделала, согласившись пойти с ним на прогулку одна.       Как и в прошлый раз, как только они вышли за ворота замка, он заметно расслабился. Она почувствовала, как обмякла его рука, в которой он держал её ладошку, и как выровнялось немного прерывистое дыхание.       «Ему не нравится, когда на него смотрят, - догадалась Санса, – наверное, из-за шрамов». Конечно же, виной тому было его обезображенное лицо. И теперь ей стало понятно, насколько неудобно он чувствовал себя во дворе замка.       Какое-то время они шли молча, наслаждаясь лучами вечернего солнца. Санса первая нарушила их молчание:       - Ну так как? Вы умеете пользоваться этим мечом или он просто для виду?       Он остановился и внимательно посмотрел на неё. Затем усмехнулся, словно размышляя, как лучше ответить на её нахальный вопрос.       - Для виду. Но не говори своим братьям, пташка, - отшутился он и осторожно, даже робко переплёл ее пальцы со своими. Санса могла поклясться, что у него в этот момент тоже появился румянец на щеках. Его рука была огромной и горячей, а от прикосновения длинных мозолистых пальцев по всему её телу побежали мурашки.       Улыбнувшись друг другу, они молча продолжили путь и вышли к реке уже на закате, хотя и гораздо быстрее, чем когда она была ребёнком. Стояли на берегу, держась за руки, наслаждаясь представшей перед ними красотой.       - Ты выросла в прекрасную молодую женщину, Санса. Это больше, чем я заслуживаю, - робко сказал он.       Она повернулась к нему лицом и внимательно посмотрела прямо в глаза. Он был взволнован и напряжён - это было заметно. Она подумала, что, возможно, ему нечасто доводилось беседовать с женщинами, потому что, хоть он был взрослым мужчиной, своей робостью сильно напоминал мальчика-конюшонка. Он пытался держаться спокойно и уверенно, но от его застенчивости Санса испытала такое сладостное чувство, что это заставило её улыбнуться.       - Почему вы так говорите? – ей стало любопытно, почему Сандор так робок с ней. Такие люди, как он, брали всё, что хотели, независимо от того, заслужили они это или нет. Её действительно озадачили его слова.       - Знаешь, что обо мне говорят, пташка? Разве леди Кейтилин не сделала всё возможное, чтобы полностью вычеркнуть меня из твоей жизни? - Его вопросы были очень серьезны. Он как будто знал, что она помнила их давнишнюю ссору с её матерью и ждал, что она ответит.       - Она пыталась, – с легкой улыбкой ответила Санса, вспомнив беспокойство мамы, – и я не виню её за это. Но лучше бы она рассказала мне о нашей помолвке до сегодняшнего утра.       Сандор улыбнулся и покачал головой, как будто знал что-то, чего не знала она. Ну или ожидал этого.       - Отвечая на ваш вопрос… - она пристально посмотрела ему в глаза, - я слышала, что вы самый свирепый воин во всём Вестеросе. Что взрослые мужчины готовы перерезать себе глотки, лишь бы не биться с вами в поединке. Что когда ваше войско идёт, после него ничего не остаётся. Что вы известны своей жестокостью... Я слышала, вы очень опасны, милорд… Вы - человек, которого надо бояться…       Санса не могла сказать, что именно заставило её положить свободную руку ему на грудь, но ей это было приятно. Сейчас перед ней стоял не жестокий полководец, не свирепый воин, а просто человек. Он, казалось, не возражал, пристально глядя на неё.       - Я прирожденный убийца, Санса. И не смогу изменить своей сути.       - Все мужчины убийцы, милорд. Мой отец убийца, мои братья с нетерпением ждут дня, когда совершат своё первое убийство. Поэтому другого я не жду от грозного западного лорда, – ответила ему Санса.       У него было суровое загорелое лицо, уродливые шрамы и хмурый взгляд. Это то, что видели все при встрече с ним. Но если смело заглянуть в его серые глаза, то можно было увидеть в них нежность, спрятанную настолько глубоко, будто это было для него ценно, и он боялся поделиться ею или даже признать её существование, сохранив эту нежность только для неё одной.       - Наша помолвка случилась из-за убийства. Или твоя мать уберегла тебя от этой правды? – он осторожно убрал прядь рыжих волос с её лица и заправил за ухо. – Я хладнокровно убил человека и по глупой случайности спас этим жизнь твоего отца. Я был тогда не намного старше твоей сестры.       Он смотрел на нее, ожидая увидеть недовольство, отвращение или разочарование, но этого не произошло. Санса не считала, что из-за убийства на поле боя он недостоин любви.       А он, видимо, неверно истолковав её молчание.       - Ты тоже меня боишься, пташка? – его голос дрожал, будто он должен был задать ей этот вопрос, но боялся того, что может услышать.       Сама мысль о том, что этот человек боится её отказа, а также его смирение и робость были для неё удивительны. Эти ощущения будто лишили её слов, поэтому она лишь отрицательно покачала головой, не отрывая от него взгляда.       Он обнял её и поцеловал в губы. Целоваться до свадьбы было нельзя, но в тот момент Сансе было всё равно. Он обеими руками прижал её к своему сильному телу; рот его оказался тёплым и нежным, губы - мягче, чем она ожидала, а борода щекотала лицо. Она наслаждалась его лаской, вкусом его языка у себя во рту и отвечала на поцелуй.       Выпустив её из объятий, Сандор подозрительно на неё посмотрел:       -Что-то мне подсказывает, миледи, что вы всё-таки целовались с мальчишками, несмотря на ваши обещания этого не делать.       -Ну, может быть, с одним… или с двумя, – ответила она, и хотя понимала, что он просто дразнится, всё же покраснела. Сандор расхохотался.       Потом они просто смотрели на реку. Сансу с самого утра мучил вопрос, и она решила, что должна его задать.       - Все эти годы вы ни разу не написали, ни разу не приехали. Почему?       Он провел пальцами по волосам и сделал пару шагов в сторону реки, будто давно ожидал этого вопроса и до сих пор не знал, что на него ответить. Потом собрался с духом и сказал:       - Леди Кейтилин запретила с тобой общаться. Это было наказанием мне за то, что вернул тебя домой после наступления темноты.       Санса молчала. Он скрестил руки на груди и продолжил, словно пытаясь излить душу:       - Я тогда был молод и не слушал никого. Вот и тогда я не послушал твою мать. Так что, думаю, я получил по заслугам, - он вздохнул: видимо, ему тяжело давалось признание собственных ошибок. - Может быть, так было лучше. Ты ведь до сих пор ничего обо мне не знаешь, - он ненадолго замолчал, задумавшись о чём-то, а затем продолжил: - Я нехороший человек, Санса, и никогда не был хорошим. Я уничтожил больше, чем создал. Мы с тобой очень разные, настолько, что огромней разницы и быть не может. Но в тот день, когда я спас жизнь твоего отца, я и не предполагал, что спас две жизни - его и свою.       Он смущённо отвернулся, словно подбирая слова, которые были ему нужны.       - Когда мы познакомились, я стоял на скользкой тропе. Большинство мужчин с неё уже не сходит, потому что обратной дороги нет. Я становился тем, кем всегда боялся стать… - он замолчал, будто снова пытался найти правильные слова, и заговорил опять: - Я был просто в бешенстве, когда мне пришлось ехать на Север, чтобы увидеться с тобой по просьбе твоего отца. Это было бредом: я должен был переться на край земли, посмотреть на шестилетнюю девочку и решить, будет ли она моей женой… - он выдохнул. - Временами мне кажется, я никогда не пойму эту высокородную хрень.       Санса видела, что ему больно об этом вспоминать, но молчала. Его рассказ был похож на исповедь, и она не хотела останавливать его, пока он не выговорится.       - Когда я увидел тебя в тот день, и ты так смело посмотрела на меня и так храбро согласилась пойти со мной... ты напомнила мне кое-кого, по кому я очень скучал. Ты напомнила мне о той моей жизни, которая, как я думал, была убита вместе с моей сестрой, - он неожиданно взял её руки в свои, и посмотрел ей прямо в глаза. - Мы с тобой недолго тогда погуляли, но я понял, что если такое невинное дитя, как ты, смогло взглянуть на меня без страха и увидеть что-то светлое в моей уродливой душе... тогда, возможно, я достоин искупления, - он глубоко вздохнул. - Я совершил много жестокого в этой жизни и никогда не смогу этого исправить. Но в тот день ты изменила меня, Санса. Ты напомнила мне, что я не чудовище, каким все хотели меня видеть.       Санса чувствовала, как со словами выплёскивается боль, мучившая его долгие годы. То, что он ей рассказал, потрясло её до глубины души. Она никогда не испытывала того, с чем ему приходилось сталкиваться на протяжении многих лет, но понимала, что он в первый раз раскрыл свою душу перед другим человеком, и для него это было очень важно.       - Той ночью, когда ты заснула, я на коленях поклялся твоему отцу, что построю для тебя замок, что наведу порядок в Западных землях и сделаю тебя счастливой, – прошептал он, и Санса поняла, что настала самая трудная часть его признания.       - Мне было бы жаль, если бы ты отказала мне сегодня. Для тебя, наверное, было неожиданно, что родители ничего не сказали заранее… Боги, я не знаю, сможешь ли ты полюбить меня… Я даже не жду, что ты попытаешься, - его взволнованные, откровенные слова шли от самого сердца и он, как ни старался, не мог их остановить. Необходимость высказать всё, что так долго скрывал, давила на него. Да, она не знала, что они помолвлены, но ей всегда казалось, что где-то глубоко в душе живёт чувство к этому большому страшному человеку. По крайней мере, она всегда думала о нём. Она была глупым ребёнком и многого не поняла в их первую встречу, но глупо не понимать сейчас, когда она уже не ребёнок.       Санса поджала губы и приподняла бровь, как будто то, что он сказал, было бессмыслицей.       - Мой долг – выполнить обещание отца, - ответила она. Её слова не произвели на него впечатления, она видела это. И выражение его лица не изменилось. – Но я не боюсь вас, несмотря на то, что вы мне все это рассказали. Для меня вы не чудовище. – Она дотронулась пальцами до его обожженной части лица, словно хотела доказать, что может прикасаться к нему без страха.       Сандор вдруг широко улыбнулся. Ему очень шла улыбка, настолько что Санса почти не замечала его шрамов. В любом случае, её красоты хватило бы на них обоих, так же как и его силы, и это их уравнивало. Заметив серебряную цепочку у неё на шее, он аккуратно вытянул её из ворота платья. При виде сбережённого ею кольца глаза его стали влажными. Порвав цепочку, он снял кольцо и опустился перед Сансой на одно колено, положив свой меч к её ногам. И даже тогда его макушка доходила до уровня её груди – настолько он был высокий.       - Я должен сделать всё правильно, – сказал он. - Это кольцо принадлежало моей матери, и до сегодняшнего дня оно было для меня самой большой ценностью.       Санса чуть не заплакала: в Вестеросе редко кто просил леди выйти замуж. Зачастую, как и в её случае, родители сами решали, не обсуждая свой выбор с дочерью. Она почувствовала, что от волнения у неё слабеют коленки.       - Санса Старк, согласна ли ты сделать меня самым счастливым и самым везучим мужчиной в Вестеросе? Окажешь ли ты мне честь стать моей женой? – сейчас, глядя на неё, он чувствовал себя гораздо увереннее.       Опустившись на колени, чтобы они были почти на одном уровне, Санса погладила рукой его обожженную щеку и прошептала: «Да».       Она знала, что кольцо подойдёт ей идеально. Сандор снова поцеловал её, но этот поцелуй был более целомудренным, чем предыдущий. Это было забавно, словно он только и думал о том, чтобы успеть попросить её руки до заката. На самом деле это было не так. То, что он сделал, далось ему тяжело, но он смог побороть свои страхи и был очень горд собой. Последние лучи заката отражались в его серых глазах, пока солнце медленно опускалось за горизонт.       - А теперь нам осталось сделать последнюю вещь - полюбоваться на звезды. - С этими словами он посмотрел на дерево, на которое они когда-то вместе залезли.       – Я не могу лезть на дерево в этом, – Санса указала на свое платье и рассмеялась.       – Сможешь, пташка, давай. Просто обхвати меня ногами покрепче, а я залезу, – он робко улыбнулся, глядя на неё.       Она упёрла руки в боки: возмутительно предлагать такое леди! И он это знает!       - Вы ведь понимаете, что это очень неприлично, – ответила она, но глаза её озорно блеснули.       - Очень скоро ты обхватишь меня ногами куда более неприличным способом, - он произнёс это тихо, но у Сансы не осталось сомнений, что так оно и будет. От его слов она покраснела от макушки до кончиков пальцев ног, а он, казалось, наслаждался этим. - Кроме того, - продолжил он, вспомнив сказанные ею слова, - завтра мы принесём клятвы Богам, так не всё ли равно, когда ты обхватишь меня ногами?       Санса улыбнулась, услышав слова, которые сегодня сказала матери. Конечно, у неё были сомнения, так как никогда и ничего недопустимого ни с одним мужчиной она не делала, но почти сразу выкинула их из головы. Если бы он хотел воспользоваться ею, не дожидаясь брачных обетов, то давно бы это сделал. Но он был удивительно открыт и честен с ней. Поэтому задрав повыше подол платья, она обняла его сзади за шею и обхватила ногами его крупное мускулистое тело, будто ехала верхом на лошади.       Боги, она чувствовала себя потрясающе! Она не могла сказать, что когда-либо испытывала похоть или непреодолимое влечение к кому-то, но когда прижалась к его широкой спине, то нутром почувствовала, насколько сильно это влечение. Среди животных только самые крепкие, матёрые самцы передавали своё семя, а Сандор был таким большим, сильным и необузданным, что ей захотелось почувствовать его семя в себе.       Его мышцы двигались, то напрягаясь, то расслабляясь под её телом, он был настоящим самцом, способным вызвать желание.       Немного запутавшаяся в своих ощущениях Санса вернулась в реальность, когда его рука соскользнула, заставив её инстинктивно крепче прижаться к нему. А он расхохотался из-за её реакции. И она поняла, что он просто сделал вид, что рука соскользнула, только для того, чтобы она прижалась к нему плотнее.       Санса хлопнула его по плечу. Она знала, что он улыбается, хотя не могла видеть его лица.       - Вы... ты такой грубый, Сандор!       - Ещё какой, пташка, - отозвался он и сделал последний рывок, взобравшись на самую широкую ветку высохшего дерева.       Он устроился на ветке, прислонившись спиной к стволу, и усадил Сансу, но не на колени, как в прошлый раз, а между ног. Конечно, это было крайне неприлично, но с каждой минутой они были всё ближе к завтрашнему свадебному обряду.       Санса чувствовала себя счастливой и защищённой в его больших руках. Она прижалась спиной к его груди, наблюдая, как чернеет небо, и пристроила голову у него под подбородком. Уверенным движением Сандор положил горячую ладонь на её колено под предлогом того, чтобы убедиться, что она удобно сидит. Санса понимала, что это просто предлог, но не возражала.       - Смотри, это Полярная звезда, - она протянула руку, желая показать ему, что не забыла его рассказ о звёздах, – а там созвездие Близнецов.       Он одобрительно хмыкнул и указал в черноту неба:       - А вот это созвездие называется Котёл. Следуя за ним, можно достичь моих земель.       Поднялся небольшой ветерок, и по открытым участкам кожи Сансы побежали мурашки. Сандор растер её ручки и крепче прижал к себе, защищая от холодного ночного воздуха.       - А это видишь? - указал он куда-то левее. Сансе пришлось повернуть голову, чтобы найти созвездие.       - Не вижу, - ответила она, вглядываясь в небо, в том направлении, куда он показывал, сильнее вытянула шею и вдруг почувствовала его тёплое дыхание, а следом горячие губы, запечатлевшие на её шее дорожку жарких поцелуев.       - Ты обманщик! – ахнула Санса и ткнула его кулачком в грудь, но скорее отбила себе пальцы, нежели причинила ему неудобство. Он рассмеялся, но его смех, рожденный глубоко в груди, был больше похож на довольное урчание.       - Ты готова улететь со мной, пташка? Я пока не могу отвезти тебя к себе, но война скоро закончится. Южные лорды будут побеждены, и тогда мы сможем вернуться домой. Обещаю.       Санса кивнула и, закинув одну ногу ему на бедро, повернулась, чтобы лучше разглядеть его лицо в бледном лунном свете. Они долго смотрели друг на друга. Под его пристальным взглядом она почувствовала себя голой и густо покраснела, будто он воспламенил её своими серыми глазами.       - Мы должны возвращаться. Я не хочу, чтобы твоя мать ещё на десять лет запретила мне видеться с тобой. Это сделает нашу семейную жизнь чертовски скучной, - сказал вдруг Сандор, хитро улыбнувшись.       - Мама не нравится тебе, да? – спросила Санса.       - Ну, она ведь не ты, - ответил он, и, убедившись, что она крепко за него держится, слез с дерева.       Они шли к замку в тишине, но это была приятная тишина. Санса думала о завтрашнем дне, а в животе у неё порхали бабочки. Она станет его женой... Женой человека, которому её когда-то пообещал отец. Это было потрясающе. Именно этого она хотела всю свою жизнь.       Ну и конечно же, их ждала леди Кейтилин, грозно сверкая глазами.       - Вы знаете, который сейчас час?       - Прошу прощения, леди Старк, - ответил ей Сандор с довольной ухмылкой. Санса так и не поняла, чем было вызвано удивление на лице матери, - его извинениями или кольцом у неё на пальчике.       Он поднес к губам её руку, чтобы леди Кейтилин заметила кольцо, широко улыбнулся, пожелал им обеим приятных снов и направился в ту часть замка, где ему отвели покои. Санса подумала, что отныне он будет чаще улыбаться. Она поцеловала мать в щёку и убежала в свою комнату в предвкушении завтрашнего дня. *Рост Сансы в этом фике - около 182 см. ** Рост Сандора в этом фике - 228 см.