Слепое искусство

      «Господи, хен! Ты время вообще видел? Почему не позвонил? Все хорошо? Ничего не произошло?»       — Все в порядке, Чонгук-а, я просто устал и сразу уснул, как оказался дома. Прости, — Сокджин виновато улыбается и перебирает пальцами по кружке с горячим чаем.       «А я уже успел себе напридумывать… — в голосе младшего слышится облегчение, и Сокджин тоже выдыхает, успокоившись. — Но все же, будь добр, звони, прежде чем ложиться спать. Я же так к двадцати пяти буду седым».       — Хэй! Мне двадцать три, и я все еще не седой, — возмущенно протягивает художник и слышит смешок позади.       Обернувшись, он смотрит в пустоту, но явственно чувствует чужое присутствие. Показав сидящему недалеко Намджуну язык, Сокджин вновь переключает внимание на Чонгука.       — Да, ладно. Я знаю. Я тоже, Гук-а, — мягко отвечает он и, попрощавшись, сбрасывает вызов.       Намджун, все это время сидящий на стуле напротив, внимательно всматривался в эмоции на его лице. То, как медленно проступала мягкая улыбка на пухлых губах, как сужались прозрачные глаза, а вокруг появлялись очаровательные морщинки — все это отзывалось чем-то странным, непривычно трепетным и теплым. Он не понимал, вернее, не совсем отдавал отчет своим действиям и желаниям. Слишком все это странно и резко. Смотря на Сокджина, что сидел буквально в расстоянии вытянутой руки от него и пил чай из его, Намджуна, кружки, он просто вдруг осознал, что, черт, это именно то, что должно быть.       — Намджун?       — А? Что-то не так? — вздрогнув и рывком вынырнув из своих мыслей, Намджун чуть качнул головой, смотря на слепого.       — Нет, все хорошо. Просто… Могу я попросить тебя проводить меня домой? Я не совсем понял, где ты живешь, да и поздно уже… Мне…       — Страшно… — закончил Намджун, и Сокджин кивнул, закусив губу и опустив голову. — Конечно. О чем речь вообще? Хочешь еще чаю? Прости, еды у меня нет.       — Ох, ничего. Мне достаточно и этого, — мило улыбнувшись, Сокджин поставил пустую кружку и натянул рукава свитера на пальцы, пряча руки под стол. — Ну так… Идем?       — О, да, да, конечно.       Поднявшись и убрав грязные кружки в раковину, Намджун подошел к Сокджину и мягко обхватил его ладонь, поднимая со стула и осторожно ведя за собой. И уже на улице он решил задать волнующий его вопрос.       — Почему ты не сказал своему парню, что на тебя напали?       Сокджин резко остановился и повернул голову, непонимающе хмурясь.       — Чонгук не мой парень. Он мой хороший друг. И… Я не хотел его волновать. Он и так сильно обо мне беспокоится.       — Ох, извини. Не мое дело, — стушевался Намджун, потирая руки и чуть кривясь из-за вечернего ветра — свою куртку он заставил надеть Сокджина.       — Все хорошо, спасибо, Намджун. За все, — тепло улыбнувшись, Сокджин снял и передал обратно чужую вещь, а после, на секунду задумавшись, протянул руку вперед, осторожно касаясь пальцами чужой щеки.       В напряжении закусив губу, он осторожно вел подушечками по бархатной коже, пока не коснулся уголка губ. Краска мигом залила щеки и кончики ушей, но он упрямо продолжал смотреть на парня перед собой, пытаясь представить его внешность.       — Жаль, что я не могу увидеть тебя…       Вздохнув, Сокджин убрал руку и развернулся, в мгновение ока исчезая в своем подъезде.       А Намджун еще долгое время стоял под чужими окнами и дышал через раз, ощущая, как горит кожа в местах, где ее касались чужие пальцы.

***

      Войдя в квартиру, Сокджин захлопнул дверь, прижался спиной и медленно скатился по ней, оседая на пол. Прикрыв глаза, он прижал холодные ладони к горящим щекам, пытаясь остудить свое смущение. Что он только что сделал? Зачем он его коснулся? Что он хотел от этого?       Вздрогнув, слепой усиленно замотал головой, отгоняя лишние мысли. Это просто чертово наваждение, думал он. Однако подушечки пальцев все еще горели, будто физически ощущая слегка грубоватую, но словно бархатную кожу. Щеки вновь вспыхнули румянцем, а отчаянный стон сорвался с губ.       Попробовать. Он хотел попробовать губы Намджуна на вкус.       Это неправильно, вопило сознание, но все его нутро буквально сжималось от одной лишь мысли о том, что он мог поцеловать его. Совершенно незнакомого, неизвестного, но будто родного. С ним было комфортно. Тепло.       Такого не было ни с кем. Даже с Чонгуком Сокджин иногда чувствовал неловкость и будто что-то не так. Словно не здесь и не с тем. А пару часов назад, лежа головой на плече Намджуна и слушая его успокаивающий шепот, он понимал, что то. Это именно то, что должно быть. Рядом с ним Сокджин ощущал себя в безопасности и, как бы не было странно, самим собой. Не простым слепым, о которого можно вытирать ноги и считать никем, а настоящим, искренним и нужным.       Резко вскинув голову, Сокджин нахмурился и поднялся с пола, поспешно идя в гостиную. Нашарив ручку, он, замявшись на секунду, распахнул окно, смотря слепым взглядом на улицу.       — Сокджин! Давай погуляем завтра? Пожалуйста!       Улыбка невольно растянула губы, а сердце забилось в разы быстрее.       — Намджун… — едва слышно прошептал он, а после активно закивал. — Да! Хорошо! — уже громче крикнул он, и плевать, что время позднее и они могут помешать кому-то.       — Тогда я заеду за тобой в три? — улыбаясь, спросил Намджун, наблюдая за силуэтом парня в окне.       — Хорошо, до завтра! — крикнул Сокджин и закрыл окно, прижимаясь лбом к прохладному стеклу. — До завтра…       И, возможно, он пожалеет об этом, возможно, Намджун не тот, с кем стоит сближаться. Но именно сейчас внутри будто фейерверк взорвался, а улыбка ослепительным росчерком исказила лицо.       Кажется, он счастлив. А остальное лишь мелочи.