ultraviolence

Я нервно сжимала сигарету в продрогших пальцах, кусая губы и разглядывая темное небо над головой. Мне пришлось хорошо потрудиться, чтобы Ханджи отцепилась от меня с бесконечными расспросами. В конце концов женщина все же сжалилась, и без того получив массу пищи для размышлений. Попросив у Зое парочку сигарет за свои мучения, я быстро сбежала на свежий воздух. Дым от тлеющего табака медленно поднимался к небу, рассеиваясь среди тьмы, я чувствовала себя выжатой. Ханджи хотела знать все от технологий нашего мира, до обыденных вещей, вроде истории или вещей из повседневной жизни. Холодный вечерний воздух, ласкал открытые участки кожи, которые покрывались гусиной кожей. Мне казалось, что рассказывать о чем-то таком привычном, как моя обычная жизнь будет легко, но внутри все сжималось от чувства утраты. Не было никаких шансов, что неожиданно откроется портал и я радостно смогу в него прыгнуть, возвращаясь обратно в свой мир, без титанов, стен и несчастных людей, что смело бросаются на верную гибель. Мне было здесь не место, я не такая и никогда не смогу их понять. Окрестности замка были пусты, а может быть в впотьмах часовые были просто не заметны, но от мыслей, что сейчас я одна, мне становилось как-то легче. Можно было просто закрыть глаза, прислушиваясь к тишине этого места, лишенного шума машин, города, представить, что мы с Анной просто приехали к бабуле, что ничего плохого никогда не случалось. Сестра непременно отругала бы меня за сигарету в продрогших пальцах, может быть, даже нажаловалась бабуле. Я горько усмехнулась, окидывая тоскливым взглядом темный горизонт, откуда же во мне взялось столько наивности разом. Передёргиваю плечами, туша окурок о подошву ботинок, вся безмятежность этого места, сплошной самообман. Устало петляя коридорами, я надеюсь, что Ханджи не решит прибежать среди ночи и разбудить меня, чтобы продолжить свой допрос. Какая же ирония судьбы, что именно я попала в этот мир, без каких либо способностей, знаний, абсолютно бесполезная. Рассказывая Зое о достижениях наших ученых в области медицины, я искренне корила себя за то, что никогда не была прилежной ученицей. Сколько жизней можно было спасти, если бы я смогла помочь им создать антибиотики. Прикладываю прохладные пальцы к глазам, сдерживая стон разочарования, как же им не повезло, что я такая идиотка. О чем я, вообще, думаю, все еще скрывая ту единственно важную информацию, что знаю об этом мире? Я плюхаюсь на кровать, та протяжно скрипит под моим весом, бросаю на нее неуверенный взгляд, ожидая, что вот-вот в меня вопьются пружины. И принимаю решение, единственно верное в моей ситуации, завтра же утром направлюсь к Эрвину и расскажу ему все знаю, выложу, как на духу, а он точно знает, как поступать будет правильно. С этими мыслями я и проваливаюсь в беспокойный сон. Резко распахнув глаза, я шумно втянула воздух, вцепляясь пальцами в свою майку, отлепляя ее от мокрого тела. За окном все еще темно, привстаю на локтях, пытаясь восстановить в памяти хотя бы часть сна, но он предательски ускользает от меня, оставляя только неясные образы. Кажется, мне снился Ривай. Я тяжело вздыхаю, прикрываю лицо рукой, падая обратно на подушку, мало того, что он меня наяву чуть не прибил, так теперь еще и в кошмарах являться начал. С тихим кряхтением поднялась с кровати, чтобы приоткрыть окно и впустить свежий воздух в небольшую комнатку. Едва не наворачиваюсь, наступая на какой-то хлам, который тут был повсюду, стоило бы прибраться, если меня так и оставят жить в покоях Ханджи. Хотя не хотелось бы стеснять ученную, даже учитывая, что большую часть времени она проводит в лаборатории. Я оперлась локтями о подоконник, выглядывая в окно, Луна белоснежной лепешкой висела на небосводе, освещая собой задний двор замка разведкорпуса. Несколько рядов с конюшнями откидывали длинные тени на истоптанный газон.  — Разбиралась бы я в созвездиях… — разглядывая усыпанное сотнями звезд небо, пробормотала я. Постояв так у окна еще какое-то время, я четко осознала, что уснуть больше точно не смогу, а бездумно смотреть в одну точку мне не хотелось. Отголоски кошмара все еще неприятный чувством сидели в груди, заставляя меня захватить рубашку и тихо вышмыгнуть в коридор. Тени от факелов задрожали на стенах, когда я бесшумно прикрыла за собой дверь и огляделась вокруг. Тишина пустых коридоров нагоняла жути, передернув плечами, я двинулась вперед, размышляя куда заведет меня ночное приключение. За те дни, что я провела в замке, мне так и не удалось научиться нормально ориентироваться. Все казалось однообразным, серым и холодным. Поёжившись, я поймала себя на мысли, что крайне странно, да и не правильно, вот так просто разгуливать ночью по штабу разведки, когда ты какая-то чужеземка, не понятно каким образом появившаяся из ниоткуда. Я покачала головой, поражаясь своей же собственной безрассудности, предположим, если бы мне сейчас на пути попался Ривай, он бы вряд ли меня по голове погладил за такие ночные прогулки. Я фыркнула, живо представив картину того, как Аккерман умильно улыбается, сообщая мне, что ночные прогулки очень даже полезны. За вот такой бездумной прогулкой, я и не заметила как пришла к дверям кабинета капитана Смита. Я прикусила губу, стоя в нерешительности, из-под щели пробивался свет, что говорило о том, что Эрвин, вероятно, тоже бодрствовал, занятый бесконечными отчетами или другой чепухой. И мне не хотелось отвлекать его от работы, но с другой стороны, я ведь решила, что должна серьезно с ним поговорить, выложить всю правду. А раз уже ноги сами принесли меня к нему, идти обратно ни с чем, было глупо. Я переступила с ноги на ногу, несмело стуча в дверь и сразу же собираясь позорно капитулировать с места преступления, но сделать мне этого не дал приглушенный голос Эрвина. На мгновение замешкавшись, я все же толкнула дверь, осторожно заглядывая внутрь, Смит сидел за столом, услышав, что я зашла, он оторвался от своих документов, поднимая на меня взгляд.  — Лилу? — В голосе командора проскользнуло удивление. — Что-то случилось? Я смущенно шагнула внутрь, прикрывая за собой дверь, скользнула взглядом по лицу Смита, отмечая, что вид у него уставший. Оно и не мудрено, сидеть за бумагами, вместо нормального, полноценного отдыха.  — Я не могу уснуть, — смущенно пробормотала я, сцепляя руки в замок. Эрвин кивнул, отодвигая от себя бумаги и кивая на свой диван, что неприметно стоял у окна. Я присела на край дивана, чувствуя себя не то, чтобы не уютно, но как то непривычно. Смит устало потер пальцем лоб, поднимаясь из-за стола, чтобы обойти его и присесть рядом со мной, откидываясь на спинку небольшой софы.  — Я могу понять, что тебе очень сложно, — переводя взгляд на меня, заговорил Эрвин, — но я даже не могу представить как тебе помочь. Я медленно кивнула, опуская свой взгляд на руки, мне все думалось, правильно ли так поступать, не окажется ли мое решение пагубным. Может быть, стоило оставить все как есть и ничего не менять в истории. И мне никак не удавалось избавиться от неприятного чувства, что правда, будет последним, что я расскажу. Не уверена, страдала ли я паранойей раньше или это так стресс проявлял себя. Вздохнув, я все-таки обернулась на Эрвина, который все это время внимательно следил за мной.  — Эрвин, все, что я скажу сегодня скорее всего будет звучать как бред сумасшедшей и легко меня компрометирует, но, — я облизала пересохшие губы, открыто глядя Смиту в глаза, — я слишком облажалась в своем мире и если это мой второй шанс, то я не хочу все похерить своей трусостью. — Протараторила, боясь, что сомнения возмут надо мной вверх. Мужчина тут же поменялся в лице, от усталости не осталось и следа, голубые глаза серьезно прищурились, он выпрямился, и я заметила, как напряглись его плечи. Все его внимание было приковано ко мне, он знал, что то, что я скажу будет иметь важность для него в первую очередь.  — Я не уверена как правильно все объяснить, — пробормотала я, шумно втягивая воздух, — но я знаю, что произойдет в будущем. Какое будущее ждет этот мир. И я просто хочу спасти как можно больше жизней. Глаза Эрвина на мгновение распахнулись, но он тут же совладал с собой, кивая мне, давая понять, что я могу продолжить. Я нервно покрутила пальцами, собираясь с мыслями и пытаясь подобрать слова.  — В скором времени снова появится Колоссальный, он пробьет брешь в Тросте. — Медленно проговорила я, следя за лицом Смита. В комнате повисла тяжелая тишина, казалось, что слова буквально повисли в воздухе, протяни руку и их можно было почувствовать, как они медленно оседают осознанием в глазах Эрвина. Нельзя было отменять того, что Смит с легкостью мог решить, что я вражеский шпион и отправить меня в пыточную, которая в этом замке точно была. Я нервно поджала губы, точно не желая испытывать на собственной шкуре все перелески средневековых пыток.  — Откуда ты располагаешь такой информацией, Лилу? — серьезно спросил Эрвин.  — В нашем мире есть, что-то наподобие книги, — я поморщилась, пытаясь объяснить все так, чтобы в это можно было поверить, — это сложно объяснить, — я потерла бровь, бросая напряженный взгляд на мужчину — в ней написано про ваш мир и про то, что тут случится. Я понимала, что звучало это все крайне не правдоподобно, но, по крайней мере, не так безумно, как настоящая правда. Я мрачно следила за тем, как Эрвин переваривает мои слова.  — Почему я должен тебе верить? — слегка прищурившись, задал резонный вопрос командор.  — В 844 году вы заставили капрала присоединится к разведотряду, через год Колоссальный титан пробил внешние, а Бронированный внутренние ворота. Вы потеряли треть земель. — На одном дыхании проговорила я, не найдя лучшего вариант доказать, что не придумываю ему тут сказки.  — Эта информация общедоступна, — Эрвин даже бровью не повел, продолжая недоверчиво разглядывать меня.  — Ваш отец верил в то, что первым людям, которые оказались за стенами изменили память, правительство убило его за такие радикальные мысли. — Чувствуя как затихает мой голос под конец предложения, я неожиданно поняла, что возможно задела не самую лучшую тему. Эрвин весь вытянулся по струнке, сжимая челюсть и неожиданно хватая меня за лицо, я испуганно раскрыла глаза, упираясь руками в грудь мужчины. Внутренности скрутило от страха, взгляд мужчины неожиданно стал таким холодным, что я не могла даже вздохнуть. Не стоило все же поднимать эту тему, но в такой ситуации, я просто не подумала, что это может вызвать нежелательные, как эмоции, так и сомнения у него. Кажется, я еще больше укрепила в Эрвине мысль, что являюсь по меньшей мере шпионом, язык мой враг.  — Откуда ты это знаешь? — с напускным спокойствием спросил Смит.  — Я же говорила, что в нашем мире есть книга… — я не успела договорить, Эрвин крепко встряхнул меня, он очевидно не собирался верить в чушь с книгой, желая узнать истину. Я зажмурилась, страшась цепкого взгляда мужчины, в голубых глазах отражалось недоверие, такое же, как и у Ривая в первую нашу встречу. И я опять же не могла винить Смита в этом, сама ведь решила прийти к нему с подобными заявлениями, думая, что он просто примет все за чистую монету и мы заживем, попутно спасая всех на своем пути. По его сомкнутым челюстям и тяжелому взгляду, я могла только догадываться, решает ли он прикончить меня без лишней шумихи или все-таки отправить эти чертовы подвалы, где, скорее всего, и находились допросные. И понимая в какую дерьмовую ситуацию я себя сейчас поставила, нужно было действовать, донести до Смита, что во мне нет угрозы. Распахнув глаза, я вцепилась в рубашку командора, с силой сжимая ее, серьезно вглядываясь в его мужественное лицо. — Эрвин, послушай меня, я просто хочу спасти ваших людей, разве не разумнее будет послушать меня, что потеряете от того, если перестрахуетесь? — Жарко выпалила я, пытаясь донести до него, что мне лучше верить. — Я не шпионка или кем бы ты меня уже не назвал в своих мыслях. Я просто хочу помочь.  — Если сейчас я тебе поверю и окажется, что ты шпион, я буду отвечать головой, понимаешь? — Крепче сжимая мой подбородок, серьезно ответил Смит.  — Да, но я могу поклясться чем угодно, что говорю правду. — Прошептала я, чувствуя, как в горлу подкатывает ком. Мне было обидно и страшно, я не знала, как донести до Эрвина, что говорила правду, откровенно, уже с сотню раз пожалев о своем решении все ему рассказать. Но ведь, кто знает, какие дрова я могла наломать, если бы решила действовать в одиночестве. Какие бы подозрения это могло бы вызвать в последствии. Командор медленно отпустил меня, укладывая свои сильные, мозолистые ладони поверх моих, сжимающих его рубашку, мне казалось, что мои пальцы окостенели от напряжения в котороя я находилась. Мягко сжав мои руки, мужчина отцепил их от себя.  — Хорошо, Лилу, я приму к сведению информацию, которой ты поделилась. — Медленно кивнул Смит, наблюдая за мной. Я рвано кивнула, сжимая пальцы в кулаки, укладывая их на свои колени, только сейчас, когда эмоции слегка отступили, замечая, как близко с командором мы оказались. Вспыхнув от смущения, я отвернулась, ощущая запах мыла, что исходил от мужчины. Было нечто такое в Эрвине, что заставляло одновременно чувствовать смущение и желание оставаться рядом с ним, как можно дольше. Возможно, дело было в исходящей от него силе, в этом чувстве защищенности, в которой я так сильно нуждалась, оказавшись один на один с жестоким, незнакомым миром.  — Спасибо тебе, Эрвин, — опуская взгляд на свои руки, выдохнула я. Эрвин задумчиво потер подбородок, явно находясь все еще под впечатлением от моего неожиданного ночного признания. Оторвав от меня изучающий взгляд, мужчина устало откинулся на спинку софы, возвращаясь в исходное положение, по его задумчивому лицу становилось понятно, что окончательно он еще не принял решения. Но даже того, что он не отправил меня сразу же за решетку, успокаивало. Разглядывая лицо капитана, я могла с точностью сказать, что мне бы не хотелось утратить его доверие, не только из соображений собственной безопасности, но и потому что он мне нравился. Так же, как Ханджи, пусть они были полярными людьми, с разными характерами, в компании обоих я чувствовала себя комфортно. И даже сейчас, когда атмосфера кабинета командора до конца не пришла в спокойное состояние, мне хотелось оставаться рядом с ним, а не возвращаться в пустую комнату ученной.  — Знаешь, я бы сейчас многое отдала, чтобы не совершать глупых поступков в своем мире. — Ковыряя ткань штанов, тихо проговорила я, не знаю, что именно развязало мне язык. Нужда поделиться с кем-то своими страхами, проблемами или желание получить поддержку, в которой я нуждалась так же сильно, как и в защите. — Чтобы вернуться к своей сестре, обнять ее и попросить прощения.  — Возможно, ты сможешь вернуться, — опуская взгляд на мои пальцы, ответил Смит. — Мы не знаем, что стало причиной твоего перемещения сюда. Обернулась на командора, закусывая губу, зная, что раз уж начала этот разговор, нужно довести его до конца. И в тот момент я почему-то пришла к выводу, что если поделюсь с кем-то произошедшим, мне станет легче, червь перестанет грызть изнутри. Такое бывает, когда нужно просто кому-то сказать о терзающих тебя мыслях, чтобы стало легче. Я медленно выдохнула, облокачиваясь рядом с Эрвином на спинку диванчика.  — Сомневаюсь, — прикрыв горящие от усталости глаза, покачала головой я. — В своем мире я умерла. Я почувствовала как мужчина рядом со мной поменял свое положение, заставляя меня распахнуть глаза и снова утонуть в голубизне. Не могут у людей быть настолько чистые, голубые глаза, это преступление. Несколько светлых прядей упали на его застигнутое врасплох лицо, вызывая у меня желание протянуть руку и убрать их.  — Перед тем как оказаться в вашем мире, я покончила с собой в своем, — к собственному удивлению голос предательски задрожал, я бы никогда не подумала, что признать в этом будет одновременно легко и болезненно невыносимо. Брови Смита сошлись на переносице, он явно собирался задать логический вопрос о причине, но я не была уверена в том, что смогу ответить на него не разрыдавшись. Ком и так уже стоял в моем горле, я вскочила с софы, размахивая руками, чтобы не дать ему заговорить. Я знала, что это жалость к себе и, что у меня не было на нее права, ведь меня никто не заставлял глотать горсть таблеток. Я сама сделала такой выбор и теперь пожинала его плоды.  — Думаю, на сегодня закончим с невероятными историями, — растягивая губы в дурацкой дрожащей улыбке, выпалила я, боясь, что еще немного и действительно голос сорвется, окончательно подводя меня. — Оставим этот разговор на другой вечер.  — Хорошо, — медленно кивнул Эрвин, при этом взгляд у него был такой нечитаемый, что казалось он видит меня насквозь. Я смущенно сцепила руки за спиной, бросая тоскливый взгляд на дверь, даже думать не хотелось о том, чтобы возвращаться в холодную комнату Ханджи, там темно и мне все время казалось, что из какой-нибудь ее пробирки вылезет мини титан. А у Смита в кабинете было тепло, чисто и уютно, да и я не сомневалась, что если мини титан и объявится, он меня непременно защитит.  — Могу я переночевать у вас? — Неуверенно спрашиваю я, ни на что не надеясь. — Да, прости, я выделю тебе комнату в скором времени, — видимо решив, что соседство с Зое и стало причиной моего ночного визита, ответил Эрвин. Мужчина поднялся с софы и, поманив меня за собой, указал на неприметную дверь, которая вела в его спальню. — Ложись, у меня все еще много незаконченных дел. Я поблагодарила командора, надеясь, что в полутьме небольшой спальни, он не заметит мои пылающие смущением щеки. Стянув с себя обувь и рубашку, я быстро спряталась под тяжелое одеяло, подтягивая ноги к груди, чтобы быстрее согреться. Дверь скрипнула, давая понять, что Смит оставил меня в одиночестве. Боясь, что мысли в голове не дадут уснуть, я прикрыла глаза, к собственному удивлению тут же проваливаясь в крепкий сон.

***

Я нервно сдуваю волосы с лица пока стою на тротуаре и выглядываю мамину машину. Солнце слепит прямо в глаза, я который раз ругаю себя за то, что забыла взять солнцезащитные очки. Приходится приложить руку козырьком, чтобы разглядеть экран смартфона, провожу пальцем по экрану, кликая на иконку твиттера. Время чуть за полдень и я очень сильно опаздываю на встречу с подругами. Это не может не раздражать, учитывая, что мне не хотелось пропустить все веселье. Спустя еще несколько мучительно долгих минут, я все-таки слышу громкий сигнал клаксона. Я щелкая языком, еще раз бросая взгляд на время, мама могла бы и попытаться не задерживаться, зная, что у меня сегодня встреча. Я быстро залезаю в прохладный салон автомобиля, сдувая с лица волосы.  — Я опаздываю, ты бы еще завтра приехала. — Недовольно бурчу, поворачиваясь к маме. Женщина виновато улыбается и трогается с места, вклиниваясь во всеобщий поток автомобилей. Впереди светофор, как назло загорается красным, вызывая во мне еще больше раздражения.  — Прости, задержалась у врача, — поглядывая на меня в зеркало заднего вида, оправдывается она.  — Что он сказал? — Снова доставая телефон, автоматически спрашиваю я.  — Ничего важного, — притормаживая за машиной, отмахивается женщина. Я отрываю взгляд от экрана мобильника, слыша в ее голосе фальшь, она врет, а еще нервничает. Сжимает руль, слегка рассеянно смотрит на желтый свет светофора, а я замечаю плохо отмытые потеки туши под ее глазами.  — Мам, не нужно так сильно убиваться, из-за ребенка, который даже не родился, — тяжело вздыхая, раздраженно бурчу я. Женщина поджимает губы, еще сильнее сжимая руль, может быть мои слова и звучали грубо, но ведь, что в них было не правильного. Экран смартфона загорается, когда от подруг приходят недовольные сообщения со смешными стикерами, я не сдерживаю улыбку, быстро отвечая им ответ, что буду через несколько минут.  — Знаешь, Лилу, ты еще узнаешь, какого это терять кого-либо, — останавливаясь около небольшого ресторанчика, негромко произносит мама. Я оборачиваюсь на мать, откровенно начиная злиться, для чего она пытается испортить мне настроение еще больше? Разве я была виновата, в случившемся? Тогда для чего она переносит свое горе на других?  — Ага, — раздраженно закатываю глаза, открывая дверцу машины, — буду в восемь. Пока. Я выскакиваю из машины и сразу же забегаю в ресторан, взглядом находя своих подруг, девочки радостно кричат, когда видят меня, мы все весело обнимаемся. От неприятного осадка после разговора с матерью, не остается и следа, когда мы начинаем обсуждать кто в чем пойдет на выпускной. Вечером я возвращаюсь домой и слышу, как родители ругаются за закрытыми дверями своей спальни, отца так же раздражало поведение мамы, какую трагедию она раздула, из-за своего выкидыша. Ему куда важнее сейчас была работа, как и мне поступления, мы оба не были готовы к всеобщему трауру по эмбриону, который едва начал формироваться. Я скидываю сумку, пробегая на кухню, чтобы схватить что-нибудь перекусить, скрываюсь в своей комнате, не желая даже на мгновение слушать скандал.

***

Я поморщилась от яркого солнечного луча, что упрямо светил мне прямиком в глаз. Недовольно засопев, я перекатилась на другой бок, сладко потягиваясь и ощущая себя, как никогда отдохнувшей. Потерев глаза я медленно их распахнула и тут же пожалела об этом. Вот бы это был только очередной кошмар, а не жестокая реальность. На пороге стоял Ривай, сверля меня таким непробиваемо холодным взглядом, что клянусь он мог решить проблему глобального потепления. Я несколько раз моргнула, в надежде, что это только мираж, но нет, капрал был реальным, да еще и расцветшим синяком на лбу. Кажется, я все-таки ощутимо ему вчера приложила, а он ведь даже не поморщился, Господь, он точно человек?  — Где Эрвин и что ты тут делаешь? — чеканя каждое слово, нарушил тишину мужчина. Я привстала на кровати, дотягивая одеяло до самого подбородка, взгляд у меня наверняка был ошалелый. Капрал же проследив за моими действиями, только дернул бровью, посчитав всю ситуацию весьма двусмысленной, по всей видимости.  — Я не знаю где Эрвин, — сонно пробурчала я, а ведь день мог начаться так хорошо, почему нелегкая принесла Аккермана сюда именно в это утро. — Я не прячу его у себя под одеялом. Ривай выгнул брови, прислоняясь к дверному косяку, складывая руки на груди и глядя на меня нечитаемым взгляд, от которого мне тут же стало жутко некомфортно. Я поёрзала на месте, не собираясь покидать своего укрытия, состоящего из одного только одеяла.  — Что-то еще? — Нахмурилась я, понимая, что ему что-то от меня нужно и видят Боги, мне хотелось знать что именно.  — Жду извинений от тебя. — Спокойно ответил капрал, продолжая сверлить своим этим взглядом. Я поджала губы, ожидая чего-то подобного, но в глубине души едва не взрываясь от негодования. Ах, извинения он ждет! Что ж тоже мог извиниться, за то что вел себя так, как будто я грязь из-под ногтя.  — Извините, — пробурчала я, слегка запоздала осознавая, что голос мой звучит скорее недовольно, чем виновато. — Что-то еще?  — Я сразу понял, что ты легкодост… Капрал не успел договорить, его прервал Эрвин, который окинув нас обоих странным взглядом, прошел в комнату, подхватывая со стула в углу пиджак от своей формы. Я могла видеть, как дрожат его точенные губы, когда он сдерживал улыбку, пока присаживался рядом со мной на кровать. Он ведь тоже слышал, что здесь произошло или последняя фраза, которую хотел бросить мне в лицо капрал осталась только между нами? В любом случае, мне абсолютно плевать, какого мнения Аккерман об мне, я сама о нем не смогла отозваться хорошо. Считает, что я спала со Смитом? Да, пожалуйста, хоть сто раз.  — Что-то случилось, Ривай? — приподняв брови, спросил Эрвин.  — Да, но это приватный разговор, — кивнул капрал, все еще сверля меня взглядом. Да сколько можно, что я ему сделала, что он так сильно меня ненавидит? Ну проехалась я ему по лицу случайно, но это ведь было слу-чай-но! За такое не становятся кровными врагами на несколько поколений, ей Богу. Командор обернулся, протягивая руку и приглаживая мои спутанные волосы, было, что-то домашнее и теплое в этом его движении. Навевало воспоминания об отце, который таким образом поощрял меня в детстве за хорошие оценки. Сердце пропустило один удар, тут же пускаясь вскачь, как бы там ни было, я не могла не чувствовать благодарность и тепло к Эрвину, за то, что он верил мне и продолжал давать поддержку.  — Я выделил тебе комнату, Ханджи тебя отведет и все покажет. — Тепло улыбнувшись, оповестил меня мужчина.  — Спасибо, Эрвин, — благодарно улыбнувшись Смиту, я все-таки была вынуждена покинуть его теплую постель, разгладив складки на майке, всунула ноги в свои ботинки. Все это время Ривай молчаливой статуей наблюдал за ним, с совершенно пустым лицом, да, честно говоря, мне и самой не шибко хотелось знать, что он думал на самом деле. Точнее, нет, я знала о чем думал, он почти сам об этом заявил, если бы Эрвин его не перебил. Борясь с желание задеть капрала плечом, понимая, что после этого я точно отправлюсь к праотцам, я быстро прошла мимо него, низко опуская голову.