ultraviolence

Я без особого энтузиазма ковыряла свой завтрак, раздумывая о том, чтобы напроситься с кем-нибудь в ближайший город, Мариус с утра снял мне швы и дал денек отгула, даже не смотря на то, что в лазарете все еще оставались больные, за которыми нужен был уход. На мои протесты, лекарь только махнул рукой и вытолкнул меня прочь, возможно, мои чернеющие мешки под глазами выглядели более убедительно. Со вздохом отодвинув миску с овсянкой кашей, я обвела взглядом столовую, замечая элитный отряд вместе со своим боссом Риваем. Капрал сидел во главе стола и с невозмутимым выражением лица пил чай, рядом расположилась Петра, которая о чем-то ему рассказывала, мило улыбаясь, с другой стороны сидели Эрен и Армин. Я резко отвернулась, почему-то вспомнились все те комедии про подростков, где в школьной столовой все делились на группы, элитный отряд же были крутыми ребятами, тогда когда мне досталась роль одинокой неудачницы. С того происшествия в лесу, мы с Риваем больше нигде не пересекались и это более, чем удовлетворило меня.        — Выглядишь уставшей, — резко оказываясь перед моим лицом, произнес Моблит, — тебе стоит лучше высыпаться. Я сдвинулась в сторону, уступая Бернеру место рядом, внутренне едва ли не начиная скакать от радости, что у меня все еще остался хоть один друг. Теперь я хоть и оставалась неудачницей, но хотя бы не одинокой.        — Ты не первый мне это говоришь. — Вздохнув, призналась я. Парень вскинул брови в вопросительном жесте, принимаясь за свою порцию овсянки, он же наоборот показался мне более чем ожившим и энергичным. Еще юное лицо Моблита оставалось осунувшимся, а в глазах различалась тоска, но, в целом, он больше не казался таким подавленным.        — Не могу спать последнее время, — поморщившись, продолжила я. — То бессонница нападет, то кошмары снятся. В итоге я провожу ночи за зубрежкой рецептов мазей.        — Попроси Мариуса выписать тебе снотворное, — отпивая чай, предложил Бернер.        — Точно, — щелкнув пальцами, кивнула я. — Ну, а ты как? Парень пожал плечами, вытягивая ноги вперед, мы сидели в дальнем углу длинной столовой, ряды столов с деревянными лавками занимал все пространство, но завтрак уже подходил к концу, от того гомон голосов был не таким оглушающим. Антураж этого места действительно очень сильно напоминал школьную столовую.        — Благодаря работе забываюсь, — немного подумав, ответил Бернер. — Сегодня утром доложили о смерти пастора Ника, нужно съездить проверить, что именно произошло. Я сразу же оживилась, решая, что это мой шанс, как и помочь Моблиту в расследовании, натолкнув его на правильные мысли, так и развеяться самой.        — Можно мне с тобой? — Заглядывая в глаза Бернера, с готовностью хоть сейчас пробежать пешком весь путь, с надеждой спросила я.        — Если хочешь, то поехали, мне помощник точно не помешает, — уверенно кивнув, согласился парень. Я благодарно улыбнулась и одним глотком допила свой остывший чай, нетерпеливо отстукивая ногой нервную чечетку. Снова подняв взгляд к тому столу, где сидел элитный отряд, я оглядела Петру, она выжила, потому что Эрвину было известно о женской особи. Может быть, смерти Ханджи, это восстановление равновесия, что-то вроде око за око, жизнь за жизнь. Впившись ногтем в ладонь, стараясь избавиться от этих мыслей, чем больше буду копаться в себе и искать оправдания, тем больше шанс, что повторится произошедшее в лесу. Случившегося не изменить. Сама же Ралл выглядела так же как и прежде, если не лучше, она буквально цвела и пахла, видимо, докладывая Риваю о чем-то. Ненавязчивые движения рукой, чтобы откинуть волосы за плечи, милая улыбка и наивный взгляд, просто идеал для любого мужчины. Я наклонила голову, разглядывая их под другим углом, Петра были симпатичной, миниатюрной, безропотной и покорной, идеальная пара для Аккермана.        — Отец Петры написал письмо капралу, — проследив за моим взглядом, проговорил Моблит. Я подавилась слюной, боясь даже представить, что могло быть в том письме, Бернер одарил меня хитрым взглядом, поднимаясь из-за стола. Я с еще более жадным любопытном впилась глазами в эту «воркующую» парочку, какая-то часть меня, которую мне неистово хотелось придушить своими же руками, а потом еще запинать до смерти и спрятать труп в болоте, чувствовала раздражение, глядя на них.        — Через час буду ждать тебя возле конюшен, — захватив с собой яблоко, предупредил Моблит. Я проводила его недоверчивым взглядом, все еще гадая, что именно отец Петры написал капралу. Представляя, что могла ему наплести сама Ралл, я прыснула в кулак, представляя реакцию самого Ривая. Решив, что все к лучшему, ведь теперь у Аккермана будут другие заботы в виде новоиспеченной невесты, а ко мне он потеряет всякий интерес, я покинула столовую, по дороге заглянув в комнату, чтобы переодеться. Меня радовало непринужденное общение с Бернером, жаль только, что сблизились мы, из-за таких ужасных обстоятельств. Я надела черные штаны и заправила в них льняную рубаху, волосы, которые торчали в разные стороны после сна, просто пригладила руками. Довольная тем, что смогла собраться так быстро, я выскочила из комнаты, решив прийти на место встречи немного раньше. В коридорах замка на удивление было тихо, часть солдат была на тренировке, другие уехали в Митру вместе с Эрвином. Прислушиваясь к эху собственных шагов, я резко затормозила, услышав знакомый голосок за углом. Не долго думая, я нырнула в нишу, напрягая свои уши до предела. Подслушивать, конечно, плохо, но видит Бог, я бы не смогла больше никогда уснуть, если бы не узнала о чем же идет разговор.        — Простите, капрал, я не думала, что отец такое станет писать, — голос Петры дрожал, видимо, от волнения, моя же душа едва не покинула тело, когда я поняла о чем именно идет разговор и между кем. Зажав рот рукой, чтобы не дай бог не выдать себя, я буквально прилипла к стене.        — Все в порядке, можешь не переживать, — Ривай же звучал не так как всегда, в его голосе звучала мягкость, или это мне только показалось. Я задохнулась от негодования, едва не портя свою конспирацию, из-за желания выйти и устроить скандал. Как я перед ним извиняюсь и распинаюсь, он только прыскает и фыркает, а как Ралл то: «Все в порядке, не переживай!».        — Тогда я пойду, мне еще нужно отчет написать, — тихо проговорила Петра.        — Хорошо, постарайся все успеть до обеда, — ответил ей капрал и все смолкло. Я сидела в темном углу, переваривая услышанное, почему с Петрой он говорил без раздражения и неприязни, а как со мной так сразу колючками покрывается. Чувство обиды и несправедливости, засели глубоко внутри и, как бы я не пыталась не обращать на это внимания, все равно не могла понять, что именно во мне вызывало в капрале такую реакцию. Тяжко вздохнув, я покинула свое убежище и продолжила путь к конюшням, находясь глубоко в своих мыслях, где сравнивала себя и Ралл. Дело это было бесполезное, но остановиться я уже не могла, конечно, Петра имела очень покладистый характер, она добра и мила, полная моя противоположность. Хотя и я себе не считала злой и противной, мне тоже не чужды хорошие черты характера, как доброта и дружелюбие, это уже вина Ривая, что он во мне вызывает только желание поскандалить. Выйдя из сырого здания разведки, я подставила лицо приятному ветерку, погода была пасмурной, серые тучи затянули небо, во мне сразу засело беспокойство, как бы ливень не нагнал нас в пути. Запах сена смешивался со смрадом перегноя, лошадь хвостом отгоняла назойливых мух и лениво жевала, предложенное мной, яблоко. У кобылы, которую я сегодня должна была оседлать, была милая черная полоска на носу и длинные ресницы. К слову, я уже более менее приловчилась кататься верхом, не профессионально скакать галопом, но и держаться в седле могла без проблем. Хоть страх перед этими животными во мне все еще оставался жив, вот что значит услышать страшную историю из уст отца, будучи впечатлительным ребенком.        — Может понадобиться, с такой-то погодой, — накинув на меня зеленый плащ разведотряда, заметил вошедший Моблит. Я еще раз взглянула на тяжелые тучи и поежилась, застегивая накидку, запрыгнув на своего скакуна, удобней устроилась в седле и обернулась к Бернеру:        — Долго нам скакать?        — К закату должны успеть, — немного подумав, ответил парень. — Ты точно справишься сама? Не свалишься? Я закатила глаза и, подражая Моблиту дернула свою кобылу за ремешки, та встряхнула головой и начала движение. Я при этом пыталась сохранять наиболее уверенное выражение лица, хотя внутри у меня все оборвалось, Бернер недоверчиво покачал головой, но все же спорить не стал. Ближе к полудню в воздухе начала чувствовать тяжесть, которая предшествовала хорошему ливню, я испуганно подняла лицо к небу в тот момент, как на горизонте прогремел гром. Моблит тоже не был особо рад такому раскладу вещей, поэтому было решено припустить лошадей и скакать пока есть возможность. Я же только мертвой хваткой вцепилась в поводья и сильнее закуталась в плащ, вот уж свезло нам с погодкой. Город был в пределах видимости, когда на нас обрушилась плотная стена холодного дождя, видимость оказалась практически на нуле, я, вообще, была не уверена в том, что мы куда-нибудь доберемся, но страшнее всего мне становилось, когда Моблит пропадал из моего поля зрения. Одежда вся промокла и неприятно липла к телу, холод был страшный, у меня в буквальном смысле зуб на зуб не попадал. Все же нам удалось добраться быстрее, чем получили смертельное переохлаждение, забронировав комнаты в постоялом дворе, мы разошлись греться. Вечером того же дня, отогретые, направились на поиски Первого отряда Военной полиции, чтобы расспросить их о смерти пастора Ника.        — Ты ведь не думаешь, что смерть пастора случайна? — Понизив голос до полушепота, поинтересовалась я у Бернера.        — Да уж, простое ограбление, как было указано в отчете, именно после того, как он рассказал об истинной наследнице трона, — фыркнув, с сарказмом ответил Моблит. Я кивнула, поджимая губы при виде двух огромных мужиков в форме с нашивкой в виде единорога. В одном из них я признала Санеса, который и был причастен к пыткам и смерти пастора Ника.        — С чем к нам пожаловала разведка? — С легкой насмешкой спросил он.        — Мы расследуем смерть пастора Ника, — слегка загородив меня, ответил Моблит. Санес заметно напрягся, давая понять, что не все так гладко и чисто, у него это было буквально на лице написано. Не знаю, кого он надеялся обмануть этой историей с ограблением, ему бы даже ребенок не поверил.        — А что тут расследовать, простое ограбление, — пожав плечами, хмыкнул полицейский. — И, вообще, с каких это пор разведки занимается расследованиями смертей гражданских? Разве вы не должны кормить собой титанов за стенами? — Противно скривив губы, съязвил Санес.        — Пастор Ник располагал очень важной информацией, поэтому нам поручили узнать, что произошло на самом деле, — пропустив его колкость мимо ушей, разъяснил Моблит. Я же быстро оглядела члена первого отряда, останавливая свой взгляд на его руках, который он сейчас сжимал в кулаки. Что и следовало доказать, костяшки сбиты в мясо.        — А она кто? — Кивая на меня подбородком, нахмурился Санес.        — Медсестра, — спокойно ответил Бернер. Мужик потер пальцем подбородок, внимательно меня разглядывая, взгляд у него был неприятный, даже в какой-то степени сальный.        — Где-то я тебя уже видел, — задумчиво протянул он. Я замерла, надеясь, что видел он меня не в кабаре и, вообще, ошибся, но к госпоже Гесс частенько захаживали члены Военной полиции.        — Не думаю, — понадеявшись, что с новой прической он все же меня не вспомнит, буркнула я. Санес противно ухмыльнулся мне и снова обернулся к Моблиту, складывая руки на груди, будто ситуация действительно была у него под контролем, впрочем, думаю, он в это верил. Человеком Санес выглядел недалёким.        — Что ж ловить тут вам нечего, старика просто ограбили и забили до смерти. — Продолжая гнуть свою линию, проговорил полицейский. Бернер прищурился на него, но спорить и ругаться не стал, да и смысла в этом не было, только бы проблемы нам принесло, а разведки их сейчас и так было по горло. По дороге в постоялый двор мы молчали, боясь, что кто-то мог бы нас подслушать. Я кусала губы, размышляя, как все сложится дальше, сейчас главное было предупредить отряд Ривая о том, что против разведки плетется заговор. Добравшись до таверны, которая находилась на первом этаже нашего постоялого двора, решили заказать по кружке пива и обсудить сложившуюся ситуацию.        — Он врет, — отпивая янтарной жидкости, начала я, — видел его руки? Костяшки сбиты, да еще этот бегающий взгляд. Это точно он убил пастора. Моблит кивнул, задумчиво барабаня пальцами по столу, вид у него был встревоженный.        — Думаю, это заговор против разведкорпуса, — наконец, произнес Бернер. — Нужно предупредить капрала и остальных. Я облегченно выдохнула, радуясь, что Моблит сам до этого дошел, он достаточно умный, что мне не приходилось раскрывать перед ним свою правду и подавать все на блюдечке с голубой каемочкой. Все же я не могла до конца доверять кому-либо свою тайну, лучше действовать так из тени, чем навлекать на себя беду.        — Завтра на рассвете выдвигаемся к ним, — заключил парень, серьезно на меня посмотрев. Я кивнула, опуская взгляд на свою кружку с пивом и размышляя о том, что же будет дальше, теперь в приоритете у меня было не дать помереть тем, кто еще жив и спасти Кенни Аккермана. Уж очень сильно я хотела, чтобы он выжил. Ночью я сильно ворочалась, снова страдая от бессонницы, даже не смотря на выпитое мной пиво, которое должно было расслабить меня, мне никак не удавалось провалиться в желанное забытие. Мне так и не удалось поспать за эту ночь, поэтому на рассвете, когда мы выдвинулись в путь, я вовсю зевала, забывая прикрывать рот, хорошо, что Моблит скакал впереди меня и не видел этой бескультурщины. После дождя на улице сильно похолодало, я то и дело сильнее куталась в свой плащ, надеясь на то, что простуда обойдет меня стороной, болеть времени не было. После нескольких часов пути в тишине, Бернер поравнялся со мной, мне и самой было тоскливо ехать в молчании, потому я была только рада, когда он решил завести разговор.        — Ты выглядишь уставшей. Все еще мучаешься от бессонницы? — Окинув меня сочувственным взглядом, уточнил Моблит.        — Не могу понять, из-за чего. — Я кивнула, снова подавляя зевок.        — А снотворное не помогает? — Сворачивая с проселочной дороги на лесную тропинку, поинтересовался парень. Я последовала за ним, до боли в пальцах сжимая поводья, боясь свалиться с лошади прямиком в грязь. В целом, я сомневалась, что Мариус может предложить мне снотворное поэффективнее чая с мелиссой или ромашкой, а может просто все успокаивающие травы намешает, но это вряд ли принесет желанный эффект.        — Забыла зайти к Мариусу перед отъездом, — поморщившись, призналась я. — А ты как? Из-за узкой тропинки нам пришлось ехать друг за другом, поэтому я не могла видеть выражение лица Моблита, но плечи его были опущены. Я могла представить как он чувствовал себя, все же Ханджи была с ним более близка, чем со мной, они столько лет работали вместе.        — Если честно, то общение с тобой и работа отвлекают меня, — спустя некоторое время все же ответил Бернер. Я не могла не порадоваться, что наша зарождающаяся дружба помогает Моблиту, как и мне самой, справиться с тяжелым временем. В компании Бернера я не забивала голову мрачными мыслями, так же отдаваясь в какой-то степени работе и расследованию, старалась думать о насущном. Не успела я вдоволь насладится сочным зеленым пейзажем после дождевого леса, как мы выехали на небольшую полянку, лужайка оказалась на возвышенности, с которой открывался невероятный вид на бескрайнее поле, чистая, нетронутая человеческим прогрессом земля. У меня перехватило дыхание. Я настолько была поглощена жадным разглядыванием открывшегося вида, что даже не заметила появившихся из глубины леса солдат разведотряда.        — Военная полиция причастна к смерти пастора Ника, — заставив меня вздрогнуть от неожиданности, начал рассказ Моблит. — Мы с Лилу более чем уверены, что против разведотряда плетется заговор. Я развернула своего коня, разглядывая, стоящих возле кромки леса, молодых солдат. Окинув всех взглядом, я наткнулась на Петру, которая приветливо мне улыбнулась и кивнула. Я слегка стушевалась. Не знаю почему, но теперь Ралл бесила меня, точнее, глубоко внутри себя я знала причину, но опять же признавать ее не собиралась. Натянув фальшивую улыбку, я кивнула ей в ответ и отвернулась к Моблиту и Риваю, которые обсуждали план дальнейших действий.        — Пока нет приказа от Эрвина, мы ничего не можем утверждать, а тем более действовать. — Проанализировав слова Бернера, заключил капрал.        — Значит, пока нет вестей от командора, нужно продолжить эксперименты над Эреном, — кивая на своего однофамильца, предложила я. Ривай бросил на меня странный взгляд, будто бы не знал, что я все еще стою рядом. Я прокашлялась, стараясь придушить внутри себя неприятное чувство разочарования. Конечно, он будет относится ко мне с неприязнью после всего, что между нами было, а к Петре с добротой, но с другой стороны, вся эта вражда началась с ровного места и была по сути своей неоправданной и глупой. Мы как дети вели себя, как упертые дети, которые не хотели признавать свою неправоту, о нет, точнее Ривай заставлял меня признавать собственные ошибки, а вот свои наотрез игнорировал. Замкнутый круг, уверена, что один из адских.        — В этом есть смысл, — кивнув на мои слова, отозвался Моблит. — Возможно, Эрену удастся вспомнить, что-нибудь важное из разговора Колоссального и Бронированного. Благодарно улыбнувшись Бернеру за поддержку, я снова взглянула на Йегера, с которым мне так и не удалось еще пообщаться. У него и в правду глаза горели огнем целеустремленности, полной противоположностью ему была Микаса, спокойная и тихая. Про таких как она, обычно говорят: меньше слов, больше дела, ну или в тихом омуте черти водятся, тут уж с какой стороны посмотреть.        — Ладно, но кто будет следить за этими экспериментами? — Окинув нас с Моблитом скептическим взглядом, поинтересовался Ривай. Действительно, мы ведь остались без единственного человека, который хоть, что-то смыслил в этих чудовищах. Моблит хоть и находился всегда рядом с Ханджи, но не был настолько компетентен, про себя я, вообще, молчу, эти твари пугали меня до чертиков и желания с ними как-то взаимодействовать у меня не было. Даже, если это будет разумный Эрен.        — В любом случае нужно попробовать, — нахмурившись, проговорил Бернер, — Лилу не плоха в медицине, а я многое знаю от майора. Я бросила быстрый взгляд на Моблита, видно ему было сложно произносить имя ученой в слух. Вся сложившаяся ситуация была сложной. Я поджала губы, решая, что не могу сейчас трусливо сбежать и оставить Бернера одного, нужно было брать себя в руки и затолкать свой страх куда подальше, на кону стояли жизни, и мне стоило бы приложить усилий, чтобы их спасти.        — Я помогу, — переводя взгляд на капрала, уверенно начала я. — Думаю, моих знаний хватит, — специально выделив слово «знаний», заверила я. Ривай недоверчиво на меня прищурился, от его взгляда по рукам сразу же побежали мурашки, я передернула плечами, а в его глазах на мгновение промелькнула тень. Я бы хотела верить, что все что со мной происходило было просто разыгравшейся фантазией, но мне яростно хотелось, чтобы капрал говорил со мной точно так же, как и с Петрой. И я не могла взять в толк с какого такого перепугу. Мне, конечно, было обидно, что он относится ко мне с такой неприязнью, но, с другой стороны, мне с ним детей не крестить.        — Хорошо, но вы берете на себя всю ответственность, — холодно отозвался мужчина.

***

Ближе к вечеру мы добрались до временного убежища разведотряда, небольшого домика, на подобии тех, что мы жили с капралом ранее. Слегка содрогнувшись от словосочетания «мы с капралом», я сбросила свою сумку на выделенную мне койку в девичьей комнате. Оставшись незамеченной, я вышмыгнула из дома, скрываясь в зарослях леса, что начинался прямо за жилищем, не хотелось мне участвовать во всеобщем субботнике, который быстренько организовал Ривай. Вот уж чистоплюй неугомонный. Я хоть и не могла назвать себя полной засранкой, но и не проверяла грязь под столом, даже больше, мы бы в голову даже такая мысль не пришла. Так побродив по лесу и насобирав немного лечебных трав, на всякий случай, я выбрела к небольшой речке. Погода стояла хорошая, не смотря на облака, которые закрыли собой часть полной луны и звезды, ветерок, что с утра проморозил меня до костей, стих и воздух стал теплым. Я задумчиво смотрела на спокойную воду, борясь с желанием устроить себе ночное купание. Оставив на берегу собранные растения, я подошла к кромке водной глади и опустила в нее руку.        — Решила отлинять от работы? — Чуть не свалившись в реку от испуга, я обернулась к Риваю.        — Боже, напугал, — приложив руку к скачущему в груди сердце, выдохнула я. Капрал хмыкнул и подошел ближе, устремляя свой взгляд на небо, я прикусила губу, наблюдая за его спокойным, задумчивым профилем. Его нельзя было назвать красивым по меркам современного мира, но он точно привлекал, в его внешности была та мужественность и холодная отстранённость, что цепляли. Пораздумав еще какое-то время, пришла к выводу, что в ближайшее время у меня вряд ли появится такая возможность искупаться в речке, поэтому я вернулась к тому месту, где оставила растения. Сначала один ботинок, потом второй, следом носки и штаны, трава приятно щекотала мои голые ступни, а свежий воздух заставлял ноги покрыться гусиной кожей.        — Ты что делаешь? — Обернувшись на меня, выдохнул Ривай. Мне показалось или он опешил? Видимо, не думал, что я настолько безмозглая, что устрою ему тут стриптиз. Но сейчас, я была просто в предвкушении нырнуть в освежающую водичку, поплавать под луной, представляя себя не то нимфой, не то русалкой.        — А на что похоже? — Издевательски вскинув бровь, хмыкнула я. — Раздеваюсь. Если бы в мире существовала премия для тех, кто совершенно не учится на своих ошибках, то ее бы однозначно выиграла я, и не единожды. Расстегнув рубашку и сбросив ее к остальной куче одежды, я обхватила себя за талию руками. Все же щеголять ночью в одном белье была не самой разумной идее, да еще и после ливня, но речка так и манила меня своей сверкающей в лунном свете водной гладью.        — Совсем все мозги растеряла, — окинув меня взглядом, констатировал мужчина. Я закатила глаза, подходя ближе к реке и соответственно Риваю, вдыхая полной грудью, свежий воздух, довольная, как никогда.        — Не обольщайся, я всего лишь хочу поплавать в речке, тебе стриптиз от меня точно никогда не светит, — поправив Риваю, и так идеально сидящий, форменный пиджак, я подмигнула и с разбегу прыгнула в объятья воды. Я довольно прикрыла глаза, в реке было не глубоко, вода была прохладной, но плавать под появившимися, из-за облаков звездами, было одним наслаждением. Я легла на спину, не спеша болтая ногами и разглядывая темное небо. Казалось, что все мои проблемы смоет река и я выйду из нее совершенно чистая и обновленная. Я нырнула под воду и вынырнула у самого берега, зачесывая волосы назад, Ривай присел на траву и все это время задумчиво за мной наблюдал. Словив его холодный взгляд, я резко замерла, понимая, что на мне вовсе не купальник, а простое белье, которое имеет свойство просвечиваться. Я осознала, что как только вылезу из воды, капрал увидит в лунном свете, то что видеть ему было не положено.