ultraviolence

Сквозь неплотно закрытые занавески пробивался назойливый лучик солнца, я лежала с закрытыми глазами, боясь испортить момент. Пальцы капрала медленно перебирали мои короткие пряди, тишину изредка нарушала песня утренних птиц и топот ног за дверью спальни. Я резко напряглась, понимая, что мне придется выйти к элитному отряду прямиком из спальни их капрала. Резко приподнявшись на локтях, при этом заставив Ривая едва заметно удивиться, я прикинула на глаз смогу ли вылезти через окно.        — Что такое? — Слегка нахмурившись, спросил мужчина. Я перевела взгляд на Ривая и прикусила губу, раздумывая когда все изменилось, когда из заклятых врагов, что на дух друг друга не переносят, мы превратились практически в любовников.        — Не хочу, чтобы остальные знали, что я ночевала тут, — приглаживая растрепанные волосы, призналась я. Выражение лица капрала не изменилось, оставаясь привычно спокойным и строгим, зато в глазах мелькнуло недовольство.        — Стесняешься меня? — Холодно констатировал Ривай. — Вчера так девственность готова была отдать, а сегодня не хочешь, чтобы все знали, что ты ночевала тут. Я оторопела, во все глаза глядя на мужчину перед собой, Аккерман оставался все с таким же непроницаемым лицом, но в голосе его можно было различить раздражение. Никак не ожидав услышать подобного из уст капрала, я присела в кровати, собираясь объясниться.        — Я не стесняюсь, с чего, вообще, такие выводы? — внимательно следя за Риваем, начала я. — Я думала, ты тоже будешь не в восторге от того, что твои подопечные узнают о том, что я ночевала тут.        — Моих подопечных не должна касаться моя личная жизнь, — жестко отрезал капрал. Я прикусила губу, желая как можно быстрее разрядить обстановку, не хотелось начинать день с очередного скандала. Я, в целом, больше не хотела ругаться с капралом, решая взять на себя роль того, кто будет сглаживать углы в нашей паре, ну или хотя бы пытаться.        — Тогда отлично, — быстро наклонившись и чмокнув Ривая в уголок губ, я выбралась из постели. Скрывая неожиданно покрасневшие щеки от пытливого взгляда Аккермана, я принялась приводить себя в порядок. Ривай все так же продолжал сидеть в постели, задумчиво сверля меня взглядом. Не знаю, что было у него на уме, размышлял ли он о том, что сделал неправильный выбор или быть может, решал для себя какие-то другие вопросы. Я все так же не могла даже предположить, что творилось у него в голове и на душе, даже сейчас, когда мы, вроде бы, стали ближе. Почувствовав себя слегка неуютно, я обернулась к мужчине, вопросительно приподнимая брови:        — Так и продолжишь нежиться в кроватке? Капрал ничего не ответив, покинул постель и, захватив полотенце, так же молча покинул комнату. Я осталась стоять посреди спальни, пытаясь отыскать тот момент, когда мои чувства к Риваю изменились с острой неприязни, на нечто, что можно было обозначить, как влюбленность. Странно было осознавать, что всего каких-то четыре месяца назад я была в совершенно другом мире с другой жизнью, мечтами и надеждами. Скажи прошлой мне кто-нибудь, что после смерти я окажусь в мире с бесполыми титанами, непременно бы расхохоталась этому человеку в лицу и отправила его в ближайший дом для умалишенных. Я помялась еще несколько секунд, пытаясь оттянуть момент, когда нужно будет показаться на глаза разведкорпусу. Чтобы я не говорила там Риваю, сама же чувствовала себя последней лгуньей перед Петрой, которой свято клялась, что капрал не в моем вкусе. Заправив постель, уверяя саму себя, что делаю это не потому что хочу понравиться Риваю, я с опаской покосилась на дверь, из-за которой уже слышался шум и галдеж молодых солдат. Тихонько проскользнув в главную комнату, которая была сразу и гостиной, и столовой, я свернула в женскую спальню, облегченно выдыхая и тут же натыкаясь на удивленную Ралл.        — О, доброе утро, Лилу, — приветливо улыбнувшись, поздоровалась девушка, — где ты была все утро? Я смущенно прокашлялась, судорожно придумывая себе оправдание, хотя и не понимала, почему должна отчитываться перед ней.        — Меня же бессонница мучает, вот и ходила голову проветрить, — отчасти это было правдой, а вот то, что остаток ночи я провела в объятьях ее горячо любимого капрала, пусть лучше останется не озвученным.        — Возможно тебе стоит попить какой-нибудь успокаивающий чай? — Участливо предложила Петра. Я поджала губы, чувствуя себя просто последней мразью, когда вот так беззастенчиво уводила у девушки мужчину, которого она искренне любила. Петра волновалась о моем самочувствии, да и все время относилась ко мне хорошо, а я так с ней поступаю.        — Нет-нет, все в порядке, — замахав руками, я быстро схватила свои вещи и поспешила в ванную комнату. Плеснув себе на лицо холодной воды, я наконец смогла почувствовать себя немного лучше. С одной стороны, я ведь ничего не обещала Петре, а человеческие вкусы могут меняться, ну не бросать же мне, из-за нее Ривая. Слегка сконфуженно зачесав волосы назад, пытаясь понять нравится ли мне мысль, что капрал теперь мой мужчина, я закусила губу, разглядывая свое отражение. Было странно осознавать, что мы теперь пара, как-то спонтанно все произошло, не будет ли это необдуманное решение проблемой, из-за которой мы с Риваем через месяц с громким скандалом пошлем друг друга куда подальше. Тяжело вздохнув, я промокнула лицо полотенцем и быстро переоделась в удобную одежду, припоминая, что сегодня мы с Моблитом собирались экспериментировать над Эреном. На кухне Петра и Микаса уже во всю занимались готовкой завтрака, я решила, что лучше поменьше крутиться возле Ралл и направилась в главную комнату, помочь Эрену с утренней уборкой.        — Думаете, без Ханджи у нас получится узнать, что-нибудь новое? — Старательно протирая пыль на обеденном столе, начал разговор Йегер. Я недовольно скосила взгляд на парнишку, недоумевая с какого перепугу он обращается ко мне на «вы». Не сильно я от него и старше была, может он меня побаивался или что-то в этом роде.        — На «ты», я не настолько старая, — споласкивая тряпку, нахмурилась я. — В любом случае, мы должны хотя бы попробовать. Эрен серьезно кивнул, сводя брови на переносице и быстрым взглядом обводя комнату, видимо удостоверившись, что капрала не было поблизости, паренек облегченно выдохнул и откинул тряпку в сторону. Я тоже присела на стул, откровенно не видя смысла в том, чтобы снова драить дом, когда только вчера отряд вычистил его до блеска.        — Тогда я постараюсь сделать все возможное, — уверенно заявил Йегер, вызывая у меня улыбку. В этом парне было столько силы духа и решительности, что он не мог не вдохновлять на такие же поступки. Я провела Эрена, который вызвался помочь Микасе нарубить дров, взглядом, совсем ведь еще мальчишка, а уже приходится принимать такие взрослые решения и рисковать жизнью. Остаток утра прошел мирно, за завтраком обсуждался план дня, Ривай никак не показывал, что между нами, что-то произошло сегодня ночью, и меня, в принципе, это устраивало. Выносить это на показ не хотелось, обсуждения за спиной никто не любит слушать. Только его взгляд выдавал, что что-то изменилось, теперь в глубине его холодных глаз было нечто новое, мной еще неизведанное. Немного шумной компанией, из-за вечно ворчащего Жана и ноющей Саши, мы добрались до большого поля, что находилось в дали от чужих глаза, с одной стороны окруженное густым лесом, а с другой уходя прямиком в горизонт. Я даже не знала к чему готовиться и чего ожидать, раньше мне всего раз доводилось видеть этих монстров так близко, желания после того повстречаться с ними еще раз, как-то не было. Я неосознанно подошла ближе к Риваю, зная, что в опасной ситуации, он всегда меня защитит. Ведь так было всегда: я была в опасности, а капрал приходил на помощь. Совершенно потерявшись в своих мыслях, я пропустила момент, когда Моблит дал добро на трансформацию Эрена. Застигнутая врасплох неожиданным взрывом, я подскочила на месте, хватаясь за сердце. Поле озарила яркая молния и в клубах пара начало появляться тело титана, дернув головой, Эрен громко взревел. У меня сперло дыхание, то ли от страха, то ли от восхищения, все происходящее просто не укладывалось в голове.        — Что-то не так, — вскочив на лошадь, капрал поспешил к титану. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть, что-нибудь сквозь густой пар, что исходил от места, где должен был появиться гигант. Тело Эрена было сформировано всего на половину, ноги выглядели атрофированными, кости едва были обтянуты мышцами. Оседлав своего скакуна, я дернула за поводья, направляясь к чудовищу, приблизившись, что заметно, что место на шее, где находился сам Йегер, было сформировано не до конца, часть парня торчала на улице. Испугавшись, что с Эреном может, что-то случится, я чуть ли не находу спрыгнула с лошади и поспешила помочь ему.        — Черт, горячо, — помогая мне вытащить тело Йегеря, скривился Моблит.        — Боже, его лицо, — испуганно глядя на то, как лицо Эрена буквально приросло к плоти титана, выдохнула я. — Стой, не так резко… Подоспевшая Микаса одним движение вырвала Йегеря из тела гиганта, и не удержав равновесия, шлепнулась с ним на задницу. Я на секунду застыла, глядя на изуродованное лицо Эрена, а если точнее на его отсутсвие, клянусь, после оно частенько виделось мне в кошмарах после этого.        — Господи, — прикрыв рот ладонью, я растерялась, умом понимая, что обычный человек с такими травмами не жилец. От головы парня сразу же начал исходить пар, восстанавливая его, Бернер рядом с немыслимой скоростью зарисовывал происходящее, пока остальные солдаты приняли стойки, готовые в любой момент атаковать.        — Что пошло не так? — Слегка недоумевающе разглядывая, начинающее испаряться, тело гиганта, обратилась я к Моблиту. Бернер задумчиво посмотрел на Эрена, которого обхаживали Микаса и Армин, постучал карандашом по губам, видимо, что вспоминая.        — Такое уже случалось, — задумчиво протянул Моблит, — тогда перед операцией по поимке Женкой Особи.        — Это получается ему не хватает мотивации? — Удивленно констатировала я. Бернер медленно кивнул, подходя к более менее пришедшему в себя Эрену и начиная задать ему вопросы. Я обернулась, выискивая глазами капрала, он стоял чуть поодаль в окружении солдат, который не спускали глаза с Йегера. Передернув плечами, я поспешив за Моблитом, чтобы выслушать Эрена.        — Как ты себя чувствуешь? — Внимательно осматривая парня, спросила я.        — Нормально, — принимая вертикальное положение отозвался он, — давайте попробуем еще раз.        — Думаю, ничего не изменится, — покачав головой, произнес Моблит. — На сегодня этого достаточно. Я прикусила губу, раздумывая над тем, что будь тут Ханджи, она бы смогла даже из этого, подчерпнуть что-нибудь важное. Сердце неприятно сжалось, как ни крути, но смириться со смертью Зое было сложно, я до сих пор скучала по нашим с ней разговорам. И даже не это было самым ужасным, разведкорпус, да и все человечество потеряло гениальную ученную, мы с Моблитом ей даже в подметки не годились. Микаса помогла усесться, ворчащему, что он в порядке и может справиться самостоятельно, Эрену, пока я с интересом разглядывала быстрые наброски Бернера.        — Что думаешь? — Взглянув на Моблита, поинтересовалась я.        — Думаю, что без майора мы не справимся, — взгляд парня был необычайно тяжелым и печальным, он молча развернулся и направился к своему коню. Бернер был прав, вдвоем нам не справиться с этим, но и сдаваться так просто нельзя было, хотя бы из уважения к Ханджи. Я нервно зачесала волосы от лица, окидывая тоскливым взглядом поляну, где от тела титана Эрена уже почти ничего не осталось.        — Возвращаемся, — подводя моего коня, сообщил Ривай. Я вздрогнула, удивленно переводя взгляд на капрала, тот терпеливо дожидался меня, что не могла не порадовать. Мне нравилась эта его сторона, когда он прикрываясь грубостью, заботился, оставаясь при этом самим собой, а не играя роль безнадежно влюбленного, это было правильно.        — Спасибо, — седлая своего скакуна, слегка смущенно пробормотала я. Ривай окинул меня внимательным взглядом, удостоверившись, что я крепко держусь в седле, поспешил возглавить отряд. Я подавила тяжелый вздох, ударяя коня по бокам и вцепляясь в поводья мертвой хваткой, мне хотелось верить, что, не смотря, на все невзгоды, у нас Риваем может получиться нечто хорошее. И опьяненная чувствами, что распускались внутри моей груди, я совершенно забывала о том, какой он на самом деле человек. Другой стороной проблем о которых я должна была подумать это раскрытие Хистории, как истинной правительницы стен. Скосив взгляд на неприметную блондинку, что терялась на общем фоне парней-солдат, я искренне ей посочувствовала. Не каждый хотел бы себе такой жизни.

***

Я усадила Моблита на стул возле окна в комнате капрала, единственным освещением были две догорающие свечи, за окном давно опустилась непроглядная тьма, а весь дом погружен в глубокий сон. Ранее едва не напугав бедного Бернера до полусмерти, я разбудила парня и сказав, что у нас тайное собрание масонов, притащила в комнату к капралу. Окинув присутствующих взглядом, я присела на край кровати и сцепила руки в замок. Пришло время действовать, а не просто болтаться без дела, за время общения с Моблитом, я стала более, чем уверена, что ему стоит доверять и рассказать свой секрет.        — Я уже рассказывала командору Смиту, Ханджи и капралу о том, что меня похитил Род Рейсс и, что семья Рейссов является настоящими правителями стен, — пытаясь слегка прояснить ситуацию сонному Моблиту, начала я. — Но у этой истории, есть продолжение. Словив суровый взгляд Ривая, я вся скукожилась, вспоминая, как он высказывал свое недоверие ко мне. Все таки страшный он человек, видит всех насквозь, хотя, может это я просто врать не умею перед ним.        — В общем, как и говорила тогда, у Рода Рейсса есть внебрачная дочь, и она часть отряда, — наблюдая за тем, как вытягивает лицо Бернера от удивления, проговорила я.        — Кто? — Сиплым голосом, спросил Моблит. Я выдержала интригующую паузу, забавляясь реакцией Бернера и произнесла, уверена, что Ривая это более, чем раздражало.        — Хистория Рейсс или Криста Ленц. — Кивнув собственным словам, назвала имя я. В глазах Ривая промелькнуло удивление, даже он не ожидал, что такая незаметная девушка, как Криста, окажется королевский кровей.        — Эта девчонка наследница трона? — Складывая руки на груди, недоверчиво уточнил капрал. Я серьезно кивнула, пытаясь досконально восстановить в памяти ее историю, что, если честно, было сложновато. Не знаю, это время так стерло воспоминания или все-таки отголоски прошлых похищений давали о себе знать.        — Она дочка любовницы Рода Рейсса, если вкратце, то Рейсс сослал ее, как незаконнорожденную, дал новое имя и разорвал все связи, — пытаясь более или менее внятно объяснить кто такая Хистория и откуда она взялась, произнесла я. В комнате повисла тишина, мужчины переваривали полученную информацию, пока я кусала губы и думала, как бы мне найти Кенни Аккермана и уговорить его предать Рейсса. И желательно остаться после этого живой, вообще, мне даже представить было страшно встречу с Кенни, он, как Ривай помноженный на десять, ей Богу. Капрал оттолкнулся от стены, которую подпирал собой все это время, и прошел к письменному столу.        — Надо завтра же сообщить об этом Эрвину, — доставая письменные принадлежности, произнес Ривай. — Отправим к нему Нифу с письмом и будем ждать приказов. Я слегка оживилась, понимая, что это моя возможность выбраться в город и окольными путями выйти на Кенни. Как именно я собиралась искать капитана, даже думать не хотелось, но благо с импровизацией у меня всегда было все хорошо.        — Я поеду с Нифой, может вспомню какие подробности по дороге, — уверенно заявила я. Ривай медленно на меня обернулся, прожигая таким знакомым мне холодным взглядом, что я резко вся взялась в матрац, понимая, что накликала на себя беду. Моблит видимо почувствовал изменения в атмосфере и пробормотав, что оповестит Нифу об ее утреннем отъезде, поспешил покинуть спальню капрала. Я прокашлялась, не зная как и за что, собственно, мне оправдываться, Ривай оперся о стол, по обыкновению складывая руки на груди и устремляя на меня свой пронзительный взгляд. У меня по рукам тут же побежали мурашки, а сердце испуганно затрепыхалось в груди, и видит Бог, мне не хотелось этого признавать, но от вида такого Аккермана, голова шла кругом, и совершенно точно не от страха. Быть может я была законченной извращенкой, или и правда совершенно потеряла голову в этом безумном мире.        — Что такое? — Неожиданно высоким голосом, поинтересовалась я.        — Зачем тебе тоже ехать к Эрвину? — Прищурившись на меня, процедил мужчина. Я шумно выдохнула, не понимая, как он мог оставаться внешне таким бесстрастным и спокойным, когда глаза его просто метали молнии. Интересно, это у него с рождения или годы тренировок. А вообще это не имело значения, было нечто такое в этой холодной ярости Ривая, что заставляло одновременно трястись от страха, и желать ощутить его горячие ладони на своем теле.        — Плевать я хотела на Эрвина, — зачесав пятерней волосы назад, выдохнула я. — Есть одно дело, которое мне надо уладить. Я откинулась на руки, медленно расслабляясь и размышляя над поведением капрала. Ревновал? Или может волновался, что я вляпаюсь в какую-нибудь историю по дороге? А может и все вместе, я точно знала, что Ривая раздражали мои отношения с командором, какими бы они не были, но теперь его ревность была абсолютно точно беспочвенной, с другой стороны, волновали ли его мое благополучие или нужда спасать меня из очередной передряги.        — Обычно твои приключения ничем хорошим не заканчиваются, — не отрывая от меня своего испытующего взгляда, напомнил капрал. Значит все-таки волнуется, что бы я никуда не угодила, и этот факт не мог не радовать меня, да что там, это приводило меня в восторг. Я на секунду прикрыла глаза, напрягая мозг, чтобы придумать адекватное оправдание.        — Ага, но ведь всегда бывают исключения из правил, — беспечно пожав плечами, хмыкнула я. — Если ты таким образом волнуешься о моей сохранности, то не стоит, — как бы невзначай предположила я, жадно наблюдая за неизменной маской спокойствия на лице Ривая. — Я и сама не горю желанием влипать в неприятности. Аккерман хмыкнул, отворачиваясь и скрывая свои настоящие эмоции, я раздосадовано прикусила губу, наблюдая как мужчина достает подобие ручки и чистый лист бумаги для письма своему начальнику.        — Если так хочется езжай, но попадешь в дерьмо, знай, я не прибегу на помощь, слишком много дел и без того, — равнодушно отозвался Ривай. Я вылупилась на его спину, задыхаясь от негодования, разве так надо относиться к своей женщине? Хотя, опять же, что можно было ожидать от капрала, внутри себя, я решила, что он опять скрывает за своей грубость свое волнение за меня. Не уверена, было ли это самообманом или хоть немного совпадало с реальностью. Фыркнув, я стянула рубашку и начала растягивать штаны, чтобы переодеться в ночную рубашку и наконец закончить этот день в теплой постельке. Скомкав штаны и отбросив их ногой, я потянулась за рубашкой, совершенно позабыв о том, что нахожусь в комнате не одна, начала мурлыкать себе под нос какую-то незамысловатую песенку. Сердце сжалось от воспоминаний, когда я играла Эрвину на гитаре, и мне ни столько становилось тоскливо по вечерам в компании командора, сколько по гитаре, оставленной в замке разведкорпуса.        — Продолжай, — вырывая меня из мыслей, неожиданно произнес Ривай, когда я остановилась в поисках своей ночной рубашки. Мужчина, похоже закончил свое письмо или просто отвлекся на меня, и теперь сидел развернувшись ко мне, широко расставив ноги и расслабленно положив руки на подлокотники. Я резко вспыхнула, мгновенно хватая первую попавшуюся рубашку капрала и натягивая ее на себя.        — Что, неужели начала стесняться? — Насмешливо вскинув брови, хмыкнул мужчина. — Раньше без угрызений совести светила ногами и даже позволяла себе раздеваться до нижнего белья, а вчера чуть не отдалась. Я отвернулась, сама не понимая, что со мной происходит, ведь в словах Ривая была доля правды, раньше меня не смущали такие вещи. Начав нервно отряхивать и тут же аккуратно складывать свою одежду, я пробормотала:        — Раньше, я чувствовала к тебе только раздражение, — концентрируя все свое внимание на штанах, начала я, — мне нравилось тебя дразнить. Чувствуя себя крайне глупо, я стушевалась, залезая в постель и прячась под одеяло, действительно не понимая, что со мной происходит. Я не то, чтобы стеснялась капрала, просто сейчас он открыто позволял себе наблюдать за мной, любоваться, а это уже совершенно другое, чем когда он просто бесился.        — А сейчас, что изменилось? — Продолжил допрос Ривай. Буквально чувствуя его взгляд сквозь одеяло, я зажмурилась, чувствуя как пылают мои щеки. Подавив тяжелый вздох, я была решительно настроена поскорее закончить этот дурацкий разговор и никогда больше к нему не возвращаться.        — Не знаю, — сильнее укутываясь в многострадальное одеяло, буркнула я. — Я не сталкивалась с таким раньше. Со стороны капрала послышалось шуршание, мужчина подошел ближе и одним рывком сорвал с меня одеяло, наклоняясь надо мной, опираясь на руки по обе стороны от моей головы, загоняя меня в своеобразную ловушку.        — Не веди себя как ребенок, — скривив губы, проговорил Аккерман. Я шумно выдохнула, глядя на Ривая широко распахнутыми глазами, утопая в его колючем взгляде, как-будто мне нравилось каждый раз ощущать этот холод на своей коже. Я не сомневалась в том, что находила в капрале возможность разрушить себя до основания, что желала ощутить его безразличие, ярость. Может быть, я до сих пор искала способ сделать себе побольнее, сама того не осознавая, но задыхаясь в этом холодном равнодушии, чувствовала себя живой.        — Тогда ты не веди себя как козел, — облизав пересохшие губы, прошептала я. — Прояви немного теплоты ко мне. Капрал окинул меня, лежащую под ним в его же рубашке, смущенно комкающую пальцами одеяло, беглым взглядом. А у меня сердце тут же к горлу подскочило, кровь стучала в висках, от того голова шла кругом и я могла просто бы утопать в запахе Ривая, до тех пор, пока солнце не взойдет из-за горизонта. Я нуждалась в нем, во всем, что он мог мне дать, даже если мне всегда будет больно, грустно и мерзко, все, что он мог предложить мне и делало меня живой.        — Хочу всегда видеть тебя в этой рубашке, — задержавшись взглядом на нескольких расстегнутых сверху пуговицах, хрипло прошептал Ривай. Я сглотнула, неожиданно для себя самой, хватая его за шейный платок и утягивая к себе в кровать. Аккерман позволил мне эту шалость, опускаясь рядом, удерживая свой вес, чтобы не придавить меня, я же была поглощена новыми ощущениями, что вызвал во мне этот мужчина.        — Тогда еще одно условие, — замечая недовольство в глазах мужчины, я тяжело вздохнула, — спи со мной, — я прикусила губу, раздумывая как правильно донести до Ривая свои мысли. — Меня мучают кошмары, но вчера ночью, я спала спокойно рядом с тобой. Смешавшись к концу предложения, я прокашлялась и отвела взгляд в сторону, не выдержав длинного взгляда Ривая. Капралу видимо не особо понравилось мое пожелание, в темных глазах промелькнуло недовольство, но быстро их прикрыв, мужчина вздохнул:        — Хорошо, но у меня еще осталась незаконченная работа. Я кивнула, все еще не особо желая выпускать его из своих объятий, но меня не могло не успокаивать то, что Ривай прислушивается ко мне, что пытается быть немного теплее. Тогда это давало мне надежду, что все может получится, что мы сможем построить нечто вроде семьи, что я, наконец-то, найду пристанище в этом мире.        — Хорошо, буду ждать тебя здесь, — улыбаясь, я удобней умостилась на подушке, наблюдая, как мой мужчина поправляет свой шейный платок и возвращается к работе. Осознавать, что мы с Риваем пытаемся прийти к каким-то компромиссам и учимся понимать друг друга, было слишком странно. Я засыпала с мыслью, что все это больше похоже на пьяный сон, нежели на реальность. Слишком странными были наши отношения и для меня все еще оставалось загадкой, как мы пришли к тому, что спим в одной кровати по обоюдному согласию, а не вынужденно.