Я вижу тебя насквозь

— Ну, так о чём ты хотел поговорить со мной? — Юнги устало садится за столик дешевой кафешки, куда привёл его Чонгук. Донсен давно не звонил ему в такой панике. Да, продолжал рассказывать про своего соседа-Тэхёна, как оказалось, зовут парня, что выяснилось недавно. Но за всё это время, не возникало никаких проблем. — Я облажался, Хён…- вздохнул брюнет. — Информативненько.- усмехнулся парень напротив и, раскрыв сосательную конфету, что была у него в кармане джинсов, закинул к себе в рот, сразу же смакуя. — Я… Я был у Тэхёна сегодня. Чинил раковину…- тихо начал Чон, смотря на друга, что языком передвигал сладость с одной щеки в другую. — Так, уже что-то. Продолжай. — И я… В общем, я поцеловал его! — быстро выпалил Гук. Красноволосый от такой неожиданной информации аж подавился своей конфетой. У него сработало дежавю, как тогда, когда он подавился, узнав, что Чонгук гей. — Ты ч-что? — просипел Мин, откашливаясь — Блять, Чонгук, почему вечно, когда я пью или ем, ты выдаёшь что-то неожиданное? — это был риторический вопрос. — Как вообще это могло произойти? И Чонгук рассказывает всё. Как узнал, что его «любовь» гомофоб, как вспылил из-за этого и пытался доказать, что в этом нет ничего плохого, но…переборщил? И как убежал, сверкая пятками, в страхе. — Я такой идиот, хён… Что мне делать дальше? — взвыл брюнет, зарываясь пальцами в черные волосы — Он же от меня шарахаться теперь будет. — Что я могу сказать… Пиздец, конечно. Вообще, ты тоже был гомофобом и ничего же, пережил это. — Я не был гомофобом. Я относился к геям нейтрально. — В любом случае, не теряй надежду, чувак. И самое главное - продолжай общение с ним, переубеждай его, что геи — это хорошо, и перетягивай его на голубую сторону — усмехнулся Юнги и похлопал плечо черноволосого. — Ага, как, по-твоему, я ему теперь в глаза смотреть буду? — Придёшь к нему с тортиком, извинишься, скажешь, что успешно написал работу, благодаря Тэхёну. Вот увидишь, он растает и забудет о случившемся, но ты не переставай кидать всякие там двусмысленные фразочки, взгляды и так далее. — Спасибо тебе, хён…

***

Тэхён не гей, конечно. Угу. Да. НЕ ГЕЙ. Тогда какого чёрта он уже около пяти часов прокручивает в голове поцелуй, стирая в кровь шестеренки мозга?! Шатен вспоминает весь разговор за столом. Он думал, что все странные прикосновения, взгляды и подозрительные фразочки, намекающие на двусмысленность, это всё понакручивал себе Тэхён, но, оказывается, это было правдой. И когда Чонгук дул на ранку на губе, чтобы снизить боль, Тэхён не ошибся, брюнет хотел поцеловать его ещё тогда. Получается, раз за столом Чонгук так усердно доказывал, что геи — это хорошо, значит он сам гей? И снова всплывает кульминация их заседания… Это было так мерзко и к тому же обидно, ведь Чонгук украл его первый поцелуй. Да, Тэхёну только недавно исполнилось 22, и он ещё ни с кем не целовался. Внизу живота до сих пор тянет, но русоволосый ссылается на свой завтрак, что приготовил себе с утра. Может, отравился? Ага, Чонгуком… Тэхён никогда не был влюблён и не вступал в романтические отношения. Он не знает, что чувствует человек, когда любит. И сейчас, думая о поцелуе с парнем, шатен зацикливается на том, что это неправильно…

***

Чонгук уже около двух минут топчется у двери соседа, то подставляя палец к звонку, то убирая его на небольшое расстояние, держа на весу. Он знает, что шатен сейчас в квартире читает в гостиной на диване. Собирая всю свою волю в кулак, брюнет нажимает на заветный звонок, что сразу же раздаётся по всей квартире соседа. Гук готовился к этому разговору целых два дня. Речь, что он так долго заучивал дома, куда-то испарилась, и парню оставалось лишь импровизировать. И вот дверь отворилась, а на пороге появился предмет воздыхания, но, увидев, КТО к нему пришёл, тут же захлопывает дверь, вот только не успевает. Гук подставил часть ноги, и груда металла с силой ударила по косточке. Парень сдерживает порыв болевого стона и еле выдавливает: — Выслушай…- прошипел брюнет от боли — Я… Тот инцидент. Я был не прав, используя тебя для работы. Прости, пожалуйста. — дверь оставила небольшую щелку, через которую выглядывало пол лица шатена, внимательно слушающего парня напротив, что не могло не радовать Чонгука, который, наконец-таки, спокойно выдохнул — Я идиот. — усмехнулся Чон — Зато моя работа успешна прошла комиссию и получила награду, плюс первое место в конкурсе — ну, а что, если врать, так с гордостью — А это… Это тебе! — он протянул тортик и цветы парню. Последний прищурился и раскрыл дверь. — Ладно, тортик, но цветы зачем? — прищурился тот. — Эм… Ну…- чёрт, чтобы придумать? Чонгук по привычке купил цветы, как даме, но Тэхён парень…- Мне подарили их в качестве благодарности, а я решил, что благодарность нужно отдать тебе — оригинально, Чонгук… — Хм… Ну, ладно, проходи…- и шатен отошёл, пропуская Гука внутрь. Растаял? — То есть, ты меня прощаешь?! — радостно улыбнулся брюнет. — Прощаю… Определённо растаял… — Кофе будешь? — бросил Тэ, проходя в кухню. Он запомнил мои предпочтения? — Буду — это не могло не радовать однозначно! Пока Чонгук присаживался за кухонный стол, Тэхён достал колбасу и хлеб, чтобы сделать бутерброды, ведь сам ещё не завтракал. Каждый думает о своём. У Чона в голове проскальзывает момент поцелуя, от чего брюнет вздрагивает, ведь губы стало покалывать. Тэхён же тонет в беззвучной тишине и потоке своих мыслей и страха. Сзади сидит тот, кто за два дня измучил бедную голову шатена. Тот, кто теперь не выходит из головы, и Тэхён сам не знает почему. Вернее знает, но не хочет признавать это. И вот он хочет начать разговор, ведь напряжение давит на виски. — Значит, работа вышла хорошей? — с дрожью в голосе спрашивает Ким, что не ускользает от Чонгука. — Да… Я как пришёл, сразу сел писать, а потом отправил боссу. — Мне стоит почитать её, вдруг ты там сильно приукрасил. Да и понаписал того, чего не было. — усмехается парень, начиная резать колбасу, а хлеб бросает в тостер. — А должно было быть… — совсем тихо закончил предложение Гук, но Тэхён услышал, из-за чего лезвие ножа соскальзывает с продукта и чуть режет подушечку пальца. Ким шикает от боли, а нож вылетает на тумбу. Кровь тут же скапливается в ранке и стекает на разделочную доску. От звука металла брюнет вскакивает и подлетает к Тэхёну, заваливая его вопросами: — Больно?! Сильно порезался?! Может подуть?! Дай посмотрю! Сколько крови! — и хватает его палец, осматривая. — Хэй! — Тэ отдёргивает руку — Это всего лишь порез, ничего серьёзного — прикладывает указательный палец к пухлым губам, после чего слизывает и посасывает его, собирая кровь. А Чонгук, бросая мимолётный взгляд на это движение, нервно сглатывает и отворачивается. — Аккуратней надо быть… — бурчит тот и садится на место. А Тэхён умиляется, ведь насупившийся брюнет кажется ему очень милым. Настолько милым, что Ким пытается подавить это чувство, затолкать куда поглубже в себя и не выпускать. Никогда. Потому что это странно. Парень встряхнул головой, прогоняя дурацкие мысли, и полез за аптечкой, что была в верхнем ящике. Достав её, он сел напротив брюнета и принялся обрабатывать ранку. Чонгук заворожено наблюдал, как эти изящные длинные пальцы ловко справляются с пластырем. Но его отвлекает тихий вопрос. -… работаешь журналистом? — который, конечно, Гук пропускает мимо ушей. — Прости, что? — он фокусирует взгляд на шатене (а не на его длинных пальцах). — Я говорю, ты давно работаешь? — а Тэхён так увлечен, что и не замечает этого пожирающего взгляда. — А… Ну… Года четыре, наверно. Честно, не считал — парень почесал затылок и усмехнулся. — А ты, теперь получается, только работаешь? — Получается, что так. Вообще, я хотел найти ещё подработку, раз днём я свободен. — парень убирает аптечку обратно и берёт свой чай, прислоняясь бёдрами к тумбе. — На каком вообще курсе ты был? — Четвёртом… А ты… Если ты четыре года уже работаешь и тебе двадцать шесть, тогда, где ты учился? — Я учился в Сеульском на гуманитарном, но… не доучился— Чонгук усмехается на вздёрнувшиеся вверх брови шатена — Нет, я, конечно, окончил институт, но там всё так запутанно...Мой отец превосходный писатель. Может, слышал? Чон Ыль Хо. «Замкнутый круг», «Лаборатория в цветах»? Нет? — перечисляет книги парень, на что получает отрицательный кивок. — Всё это написал мой отец. Он всегда видел во мне дар писательства. Ахах, смешно, не так ли? — но шатен не смеялся. — У тебя есть написанные тобой книги? — лишь спросил тот. — Есть. Две. Одна из которых ещё не закончена. — Здорово… Но причём тут… — Отец послал меня на стажировку — не дал закончить парню Чон — В KBS. Я долго сопротивлялся, потому что я даже не знал, что меня ждёт, да универ не хотелось заканчивать досрочно. — Но как тебя могли взять стажером, если ты даже не доучился, не получил диплом? — Я не просто так сказал, что мой отец писатель. — Понятно… — Тэхён присасывается к кружке и смотрит куда-то в одну точку, конкретно залипает на неё. — Послушай, Тэхён. Мы можем стать друзьями? — хотелось, конечно, большего… — Можем — Ким явно сдерживался, чтобы не улыбнуться во все тридцать два. И Бог знает, почему это милое «Мы можем стать друзьями» вызывало столько эмоций. — Что ж, тогда, пожалуй, мне уже пора. Сегодня ты узнал обо мне немного больше — Чон подмигнул, а сердце Тэхёна замерло. — Я рад, что ты простил мою глупую выходку, Тэхён-и — Чон искренне улыбнулся, а нервные импульсы Тэхёна вдруг решили разбудить одну бабочку из большинства в его животе, на что сам Тэхён проглотил огромный комок чего-то зарождающегося… — Пока, хён — он смог выдавить улыбку и спрятать напуганные бегающие глаза под отросшей чёлкой. После того, как Чонгук ушёл, Тэхён долго лежал на диване и думал, что с ним происходит. Он вспоминал каждое движение брюнета, нежную улыбку, взгляды, что тот кратко кидал, думая, что шатен не замечает, но Ким замечал и понимал, что они совсем не дружеские. Уже не дружеские. Он пытался отогнать мысли о том, что хён на самом деле красивый, что каждая ямочка, родинка или тот же шрамик на его щеке прекрасны. И как прекрасно было бы побывать ещё раз в его крепких и сильных руках, обнимающих Кима за талию. — Да что за мерзость?! — не выдерживает парень, резко переворачиваясь на живот и тычась носиком в подушку, когда в голову, словно черви с вьющимися тельцами, ползут мысли, картинки о том, как Тэхёну хотелось бы собрать губами все изъяны на лице Чонгука. И самое раздражающее — это поцелуй, который до сих пор вертится и вертелся весь разговор за столом. Ощущение, будто Тэхён получил малую дозу наркотика, но даже такая маленькая доза вызывает ломку во всём теле. Хочется ещё… Ещё, ещё и ещё… Глубже, развязнее, со страстью и пошлыми звуками. Тэхён не видит, но чувствует, как его лицо заливается краской от таких мыслей и горит, словно вулкан, что вот-вот взорвётся и начнёт изливаться магмой. Ким стонет в подушку от безысходности и ищет себе оправдания. Это явно недотрах, гормоны шалят. Да. Точно так. И не иначе. И может быть скоро, он осознает, что так зарождаются чувства тёплые и нежные.

***

Чонгук пытался сконцентрироваться на работе, на статье, что не может написать уже третий день из-за чёртового Ким Тэхёна. Вся голова забита только им, а не строчками из интервью. И как только он доходит до середины, по всему дому раздаётся трель дверного звонка. Подходя к двери, Чон уже видит смотрящего себе под ноги Юнги и цокает, закатывая глаза. — Чонгук, занят? — заявляет ему красноволосый с порога. — Ну, я статью заканчиваю, скоро запись, а она ещё не готова. Босс меня точно убьёт. А что? — Чон пропускает внутрь парня и сам садится за ноутбук. — У меня есть офигенная, но безумная идея. Ты за? — Мин садится следом на диван. — Обычно, когда ты так говоришь, случается какой-то пиздец. — Хлестче твоего пиздеца нет ничего.- усмехнулся Юнги — В общем, ты же хочешь знать, почему и как ты видишь сквозь стены? — Боже, Юнги, серьёзно? У тебя что, мало работы? Так я тебе подбавлю своей. — Я в отличие от НЕКОТОРЫХ ищу решение твоей проблемы. Так вот, я записал тебя к одному врачу-специалисту. — Я надеюсь, он не загребёт меня в психушку. Да и вообще, никакой врач мне не поможет, ты же знаешь, хён. — Это не простой врач, Чонгук-и. Этот врач что-то типа Ванги. — Бля, серьезно? Что за бред. — Бред? По-моему, после того, как ты начал видеть сквозь стены, ты должен верить во всё. А что, вдруг и оборотни существуют? — на что Чонгук тихо засмеялся — Я записал тебя на завтра к четырём. Пойдём вместе. Как раз я заканчиваю в три, и ты вроде тоже. — То есть ты уже, не посоветовавшись со мной, записал меня к какому-то специалисту? А если бы я сейчас не согласился бы? — Да куда бы ты делся, ей Богу! — Пф…- брюнет лишь хмыкнул и отвернулся к экрану. — Так что, заканчивай статью и налей мне кофе — красноволосый вальяжно раскидал руки по спинке дивана и, как у себя дома, закинул ноги на столик. — Руки есть, ноги тоже, кофе и чайник знаешь где, вперёд и с песней! Я тебе не прислуга. — Тц, какой противный! Я вообще-то гость, где твои манеры? — Хах, а твои? Раз закидываешь ноги на МОЙ столик, то и на кухне продолжай вести себя как дома. — без доли злости и грубости высказался младший.

***

Чонгук думал, что этот специалист, который «Ванга», начнёт сейчас какую-нибудь поебень нести, типа «Абракадабра», разложит магические карты и начнёт гадать на них или же разнесёт по воздуху волшебные брызги одеколона, что должен будет открыть потусторонний мир, но нет. Эта самая «Ванга» оказалась парнем, причём самым обычным. Он был намного выше самого Чонгука с пепельными короткими волосами и широкими плечами. Специалист сидел в рабочем кресле совсем домашний: в мягком свитере молочного цвета без горла и чёрных зауженных брюках. Его кабинет был небольшим в кремовых тонах. Аккуратненький маленький письменный столик, на котором лежало несколько бумаг и на краю стояла табличка «Ким Сок Джин». Брюнет приметил пустой аквариум, в котором лежали деньги. Хён предупреждал его, что этот самый «врач» не берёт плату. Точнее берёт столько, сколько у тебя есть. И Чонгук видит такое впервые. — Итак, молодой человек, я смотрю, Вас много чего интересует. — хмыкает тот, а Юнги, сидящий рядом на стуле, тихонечко наблюдает. — Д-да — робко отвечает Чон. — Интересно, интересно. Наверно, стоит начать с малого. То, что вы гомосексуал, нет ничего страшного. — глаза Чонгука в тот же миг расширяются, откуда он узнал?— Это, конечно, не болезнь, хоть любовь и считают заболеванием, причём которое не лечится, это скорее предрасположенность. Любовь — проявление чувств, а это уже хорошо. — Подождите, но… Откуда Вы…- всё ещё ошарашено смотрит на «врача» Гук. — Откуда я узнал? — усмехнулся специалист — Мальчик, я не простой врач-психолог. И давай уже на «ты». Да и вообще, ты не должен удивляться уже ничему, после сильного удара шаровой молнией. Тебе крупно повезло, что ты выжил. Я, конечно, могу попытаться что-то сделать, но хочешь ли ты этого сам? — парень долго всматривается в мальчишку напротив и ехидно улыбается — Тот шатен не даёт тебе покоя, да? — скорее риторический вопрос. Джин придвигается ближе к пациенту, упираясь локтями в поверхность стола и складывая пальцы в замок. — Я привык к этому состоянию. — Знаю. Поэтому и спрашиваю, а стоит ли что-то делать? — Как вообще возможно видеть сквозь стены, почему я тогда не вижу сквозь людей? — Стена неодушевлённый предмет, как и всё остальное. Человек- живое существо, имеющее душу. Ты слышал что-нибудь про потусторонний мир? — Я писал когда-то статью про него. Я журналист. — Значит осведомлён. И о клинической смерти тоже наверняка слышал. Ты побывал в ней. При этом произошло смешивание миров, что даёт тебе видеть то, что не видят многие. Всё что я могу сделать, так это научить тебя контролировать это. Чтобы ты спокойно мог выходить на улицу. — Я бы был не против.

***

— Что за херню он наплёл про чакры и третий глаз? Бля, Юнги, я понимаю, что у меня проблемы с этим видением, но не до такой же степени, чтобы открывать какие-то там чакры! Ты сам-то веришь? — распылялся брюнет после сеанса. — Знаешь, я теперь во всё верю. Тем более он поможет тебе хоть как-то. — Ащ! Да ни черта он не поможет! — Разве ты ничего не почувствовал сегодня? — но брюнет промолчал. Потому что почувствовал. Потому что напугался того, что увидел. Когда Джин попросил его закрыть глаза и приложил к вискам свои руки, Чон ожидаемо увидел темноту, но что последовало за ней… Глубокий затягивающий космос. Услышал чьи-то голоса, нашептывающие его, Чонгуково, имя, сжирающие его плоть, трогающие его тело. Чонгука плющило, будто он под наркотой. После чего он начал видеть пугающие образы. Джин предложил всю неделю заниматься Чонгуком, чтобы как можно быстрее помочь. Конечно, и с Тэхёном Чонгук не видиться неделю, что не может не волновать. Он соскучился по шатену, хоть и видит его каждый день через потолок. И с каждым днём убеждается в том, что сеансы Джина и правда помогают. Чон всё больше и больше может контролировать себя. К концу недели он научился видеть сквозь стену, когда надо, закрывая глаза и расслабляя голову.

***

Ким хочет отвлечься от сжирающих мыслей, включая телевизор в надежде, что это поможет. Он не виделся с соседом уже около недели. Даже не сталкивался в подъезде. Куда тот пропал, Тэхён не знает, как и не может спросить, ведь номер телефона брюнет не дал, в соц. сетях шатен его не нашёл, и дверь Чон тоже не открывает, сколько бы раз Тэхён не спускался на его этаж. Ким разрешает себе признаться, что Гука ему не хватает. Конечно, как друга! Не больше. Канал за каналом переключались с быстрой скоростью, сопровождающиеся комментарием «Скучно», «Уже видел», «Не интересно» и так далее. И выбор всё же останавливается на новостях, где сквозь экран стоит парень в элегантном костюме с именным микрофоном «KBS» в руках. Внизу экрана стоит голубоватая строка, на которой «чёрными по белому» написано «Чон Чонгук» и ниже «журналист телекомпании KBS» Тэхён аж подскочил на месте, быстрее сделал звук громче и тут же застыл. В динамиках разливался приятный голос парня, что с серьёзным лицом рассказывал сегодняшние новости Сеула. В телевизоре мелькали кадры города. Пробки, детская площадка, где играли смеющиеся дети и на лавочках сидели терпеливо ждущие мамы. — А теперь о главном… — продолжает вещать Гук из телевизора — Недавно… В голове звенит дверной звонок, и Тэхёну кажется, что ему мерещится, но, когда в телевизоре ракурс меняется с Гука на какого-то зажравшегося богатея, что рассказывает о санкциях, шатен отчётливо слышит стук в дверь. Срывается с места и открывает, замирая. — Наконец-то! Что так долго, Тэхён-и?! — перед глазами брюнет, что вот-вот сошёл с экрана телевизора, в том же костюме. — Ты не против? — он поднимает кверху красиво упакованный тортик, Ким же спокойно отходит в сторону, впуская гостя. — Я только с работы, извини за вид. — Чонгук проходит в гостиную, сняв в прихожей обувь, а шатен молча сопровождает его сзади. Чон сразу замечает включенный телевизор, где он же ведёт репортаж. Удивился ли Чонгук? Ещё бы! — Это что я?! — он вскидывает брови и переводит взгляд на Тэхёна, что переминается с ноги на ногу. — Я… Я новости смотрел! — мямлит тот. — Я заметил. — усмехается — Значит, залипал на меня, да? — брюнет поиграл бровями и сделал шаг навстречу. — Что?! Нет, конечно! — слишком эмоционально, Тэхён, слишком. Ким тихонько шлёпает парня по плечу и незаметно отходит на шаг. — Где ты был всю неделю?— бурчит тот. — А что, соскучился? — у Чонгука игривое настроение, ему дали прибавку за последнюю статью. Почему бы не повеселиться? У Тэ от такого жаркого тона сводит всё тело, Тэхёна штормит от блестящих глаз напротив. И он думает, что явно заболел. Киму остаётся только смутится, как девчонка, да отвернуться, пробубнив робкое: — Дурак…- на что Гук звонко смеётся, ставя торт на широкую спинку дивана, и резко бросается на шатена, обнимая со спины. — А я вот соскучился по милому другу! — Пфф — Тэхён дует щёчки, сдерживая рвущуюся улыбку, и прячет румянец, отдающий жаром, что не скрывается от брюнета. — Пошли лучше чай пить, тортик же не просто так принёс! — он аккуратно скидывает тяжеловатое тело, прилипшее к спине. — И вот тапочки, если что одень. — вытаскивает из-за угла свою любимую домашнюю обувь и быстрее скрывается с едой на кухне, под взглядом затуманенных любовью глаз. Брюнет ещё недолго смотрит на себя по ту сторону экрана и мысленно гладит по головке, за проделанную работу. Ведь только что он доказал себе, что Тэхён скучал тоже. Он усмехается, крутя в голове пылающие щёчки младшего и робкую улыбку, что он так старался скрыть. Не значит ли, что это положительная реакция? Что с поцелуем стереотипы Тэхёна треснули по швам? И Чонгуку остаётся лишь со временем вытащить все нитки. Брюнет снимает тёмно-синий пиджак, бросает его на диван, отбрасывает ногой тапки, из-за чего один из них передним концом застревает в диване, а другим торчит наружу, и, по дороге до кухни, ослабляет чёрный галстук на белоснежной рубашке. Тэхён уже резал торт, раскладывая его по тарелочкам. — Хён, а что за праздник? — завидев парня, Ким поинтересовался. — Мне за статью прибавку дали к зарплате. — Чон усаживается за стол — Я так устал за неделю. Двадцать четыре на семь с этой статьёй продрюкался. — Так вот где ты был. А я ведь приходил к тебе, но никто не открывал…- как-то грустно вспомнил шатен. Сама мысль о том, что Тэхён приходил к нему, чтобы пообщаться, греет душу. Брюнет невольно улыбается и опускает голову, чтобы Тэхён не видел. Последний расставил тарелки с тортом и сел на своё место, приступая к своему куску. — Кстати, ты должен дать мне свой номер. — вдруг вспоминает Тэхён, как пытался найти соседа в kakaotalk. — Зачем? Я живу под тобой. — Ага, и за всё время, что я приходил к тебе, ты так и не открыл дверь… — Я был на работе…- задумчиво ответил брюнет, прокручивая моменты работы над статьёй и время, когда он вместе с Юнги навещал специалиста. — Но если ты так хочешь — я не против. Чонгук достал свой телефон, открыл консоль для набора номера и передал Тэхёну. Тот удивлённо посмотрел, взял в свои пальчики гаджет, жуя откусанный кусочек, и набрал цифры, тут же нажимая на вызов. Где-то рядом за стенкой другой комнаты послышалась громкая роковая мелодия и тут же утихла. Шатен передал телефон обратно и продолжил лакомиться сладким, незаметно для себя пачкая нижнюю губу взбитыми сливками. Чонгук с интересом наблюдал за всеми движениями Тэхёна, отмечая при этом, какой же он милый. И вот, когда он видит белую начинку на губе соседа, непременно входит в ступор. Белая. Начинка. На. Губе. Он встряхивает головой, отгоняя не нужные мысли, от которых внизу живота что-то ёкнуло. Брюнет окликает Тэхёна, что до этого не замечал его неподвижность. — У тебя… Эм… На губе…- он пытался показать жестом на своём лице, где именно. Тэхён на его действия остановился с вилкой у рта и выпучил глаза. Шатен принялся вытирать рот, да всё не мог попасть на измазанный участок, на что Чонгук растянулся в нежной улыбке — Иди сюда — он потянулся через весь стол к парню и аккуратно большим пальцем стёр крем с пухленькой губы, после чего рефлекторно слизал сладкие сливки. Чон уверен, они стали ещё слаще засчёт Тэхёновых губ. Ким был ошарашен таким поведением соседа. Но вместе с чувством удивления появилось и что-то нежное, разливающееся на душе, а в штанах с каждой секундой становилось всё теснее. Он разбудил вторую бабочку… «Я не гей, я не гей, я не гей» — нашептывает про себя Тэхён, а тянущая боль внизу живота так и рвется опровергнуть его мысли. Шатен чувствует, как его щёки краснеют. Мысленно он даёт себе пощёчину за такую реакцию на жест ПАРНЯ. Приди в себя, Ким Тэхён! — Спасибо, Гук-и…- еле произносит он и отворачивается, ведь смотреть на брюнета слишком невыносимо. Чонгук ликует на реакцию Кима и продолжает прожигать его взглядом. Настолько, что шатен еле держится. Он отводит взгляд, смотрит куда угодно, лишь бы не в чернеющие глаза напротив. — Что насчёт друзей? У тебя есть друзья? — протороторил Тэхён. — Только двое… Ты и Юнги-хён. На самом деле он мой коллега, но за всё время давно стал больше чем друг, я, честно говоря, люблю его как брата. Что насчёт тебя? — Чон сделал глоток и громко поставил кружку. — Чимин… Мы с ним в баре познакомились. Он не то чтобы друг, просто работаем вместе уже давно. Да и частенько сидим после работы. Чонгук слушал внимательно, следя за его губами и юрким язычком, что так и нарывался на поцелуй. Шатен заметил внимание на себе и резко вздрогнул. — У меня снова что-то на ли…- он дёрнулся рукой к губам и не успел договорить, как опрокинул чай на себя. Хорошо, что Тэхён предпочитал разбавленный водой чай, не то сейчас бы точно получил ожог первой степени, а вот липкие и сладкие бёдра он себе точно обеспечил, ибо в чае аж целых пять ложек сахара. Он замечает, как Чонгук подрывается с места и с испуганными глазами смотрит то на шатена, то на его бёдра. — Ты в порядке?! — Д-да… — Тэ по новой заливается краской, сам вскакивает и, бросив краткое «Я щас» убегает в спальню, громко хлопая дверью. Чонгук посмеивается над этим парнишкой. Настолько милым и невинным он ему видится сейчас. Чон честно не хочет подглядывать за его переодеваниями, но глаза сами устремляются в стену, закрываются и открываются вновь, стирая границы комнат и являя взору очаровательную картину спальни шатена. В ней Тэ уже достал новые штаны и кинул их на кровать, принимаясь снимать те, что на нём. В этот момент Чонгук встал со своего места и подошёл ближе к спальне, замирая у спинки дивана и теряя дар речи. Ведь, когда шатен начал снимать штаны, Чон понял, что его сосед всё это время сидел без нижнего белья, и пошатнулся назад. Внизу резко стало тесно. Если до этого там только слегка тянуло, то сейчас он просто стоял колом. Гук опустил взгляд на заметно выпирающий бугорок на брюках и шепотом обматерил подкаченную задницу шатена. Хоть брюнет и видел его сквозь стену каждый день, но не дрочил, ибо слишком уставал для этого занятия. И сейчас проклинает себя за такую мелочь. Чон понимает, что шатен и сейчас не удосужился надеть боксёры, сразу в спешке натягивая штаны. Брюнет не успевает уйти на место, как Тэхён, наконец-то открывая дверь, вскидывает брови, завидев своего соседа, что стоит как вкопанный. — А ты чего встал? — вывел из своих мыслей парня Ким. — Д ты долго, и я подумал, может быть случилось что, хотел уточнить… И Тэхён поверил, идя навстречу парню с квадратной улыбкой. И всё бы хорошо, если б не эти чёртовы тапки, что Чонгук пнул под диван. — А, да всё нормально, я прос…- обрывается он на полуслове, запинаясь за один из тапок и падая, летя с невероятной скоростью. Но Чонгук быстро реагирует и ловит парня, вот только сил не хватает его удержать. Тэхён, можно сказать, сбивает соседа с ног и падает на него же. Шатен начинает смеяться от ситуации, и Чонгук бы тоже посмеялся, если бы не его маленькая, но совсем не маленьких размеров, проблемка. А вибрация, что исходит от смеха Тэхёна, только усугубляет ситуацию. Даже боль, что отдавалась в спину при падении, заглушилась на фоне страха и возбуждения. И брюнет уже нервно сглатывает, молясь, чтобы Ким ничего не заметил и не почувствовал. Но молитвы были не услышаны, и вот Тэхён, заливисто смеясь, пройдясь случайно бедром по выступу, вдруг перестаёт и замирает. А Чонгук от такого действия еле стон сдерживает и не шевелиться, будто и не дышит. Шатен приподнимается на руках и снова задевает то заветное место, от чего брюнет жмурится и закусывает губу, чуть ли не до крови.  — ЧТО. ЭТО. БЛЯТЬ. ТАКОЕ?! — вскрикивает шатен, делая вид, что действительно не понимает, и видит, как Чон мечется глазами по комнате, пару раз проезжаясь по лицу парня. — Это… Кухонное полотенце… — мелет он и добавляет — Свёрнутое… — … — … Они оба молчат с секунду, пока где-то на кухне не звенит телефон Чонгука. Тэхён в эту же секунду подрывается весь красный и замечает то самое «полотенце», что уж очень выделяется на брюках. Чонгук встаёт следом и идёт к телефону, будто на нём секунду назад не лежал Тэхён. Кстати говоря о последнем. Ким весь пунцового цвета убежал в ванную, крича что-то о машинке, которую забыл включить. Чонгук спокойно выдыхает и хватает телефон, и, прочитав на дисплее «Сахарок», берёт трубку. — Да?.. — Чонгук, ты где? — каким-то запыханным голосом полушепотом спросил старший. — Эм… У Тэхёна… — Блять… Езжай быстрее в офис. — Юнгии-я, что случилось? — Тут босс всё крушит и ломает, и просит тебя приехать! — Что-то серьёзное? — Лучше тебе самому видеть…- на заднем плане слышно, как что-то стеклянное разбивается, и звонок отключается тремя отрывистыми гудками. Чон берёт свой пиджак и подходит к закрытой всё ещё на удивление ванне. Слышит оттуда включённую воду, улыбается сам себе, представляя, чем там занимается Тэхён, и стучит два раза громко, чтобы услышал наверняка. А что Тэхён? Тэхён, забежав в ванну, сразу включил воду и облокотился ладонями на стиральную машинку, прикрывая глаза и внутренне успокаиваясь. Что это только что было? — вертелся вопрос в голове. И Тэхён бы ответил на него, если бы сам знал ответ. Он опускает взгляд на колом стоящий член и понимает, что на этот раз он встал совсем не на порнушку. А на грёбанного Чон, мать его, Чонгука. На то, как он томно вздохнул, когда Тэ первый раз проехался по его достоинству. Всё ещё с зажмуренными глазами, парень не замечает, как его рука уже обхватывает горячую плоть и давно надрачивает. Ким привык ходить без нижнего белья, ибо считает, что так тело дышит. Поэтому сейчас не нужно спускать сто пятьдесят штанов, чтобы просто кончить в унитаз. И когда он слышит два громких стука, конечно же, пугается и останавливается, закрывая ладошкой рот. — Тэхён-а? Всё хорошо? — Чон подёргал ручку и удостоверился, что дверь и правда закрыта. А у Тэ всё просто прекрасно. Он делает последний рывок, понимая, что кончает на голос старшего. И не удерживая стон, отвечает: — Д-да! — Брюнет ухмыляется и ставит мысленно галочку подрочить по приходу домой. Тэхён же наскоро смывает запачканную руку, да и головку, пытается привести волосы в порядок, которые, видимо, в порыве страсти чуть не повыдернул. — Меня по работе срочно вызывают, созвонимся завтра, а может и спишемся сегодня! — Гук пытался перекричать воду, как вдруг услышал, что она выключилась. Замок звонко щёлкнул и за дверью показался всё ещё красный шатен, только в придачу добавились растрёпанные волосы. — Машинка… Не включалась… — откашлялся младший, пытаясь заглушить сбитое дыхание. — Ага, я так и понял…- усмехнулся Гук и прошёл в прихожую, присаживаясь на корточки и надевая обувь. Тэхён, ещё больше смущаясь и закусывая нижнюю губу, последовал за ним. — Что-то серьёзное по работе? — пытался перевести тему парень. — Видимо, да. Хён позвонил, говорит, начальник жопу рвёт. Поеду разбираться в итоге я. — брюнет посмеялся и резко встал, отчего боль всё-таки напомнила о себе, и он схватился за спину, шипя тихие маты. Это действие не прошло мимо Кима, который уже начал винить себя. — Ладно… Спасибо за чай. У меня работы поубавилось, теперь чаще видеться будем. Может на днях в кафешку сходим? — он смотрит в опечаленные глаза младшего и хватает его за плечи, на что тот дёргается.— Ты в порядке? — Прости, хён, если бы ты не подбежал, я бы не упал на тебя…- Чонгук умиляется с этого дрожащего голоса и ерошит волосы. — Всё хорошо, Тэхён-и! Не вини себя! И если бы не я, ты бы разбил себе нос с такой-то скоростью! А теперь я пошёл. — он разворачивается к двери. — Чонгук! — и замирает на месте. — Мы определённо должны сходить в кафешку! — хмыкает и закрывает за собой дверь. А Тэхён тихонечко скатывается по стенке и шепчет в пустоту: Если бы не ты, Чонгук, меня давно уже бы не было в живых…

***

Чонгук приезжает в компанию и застаёт курящего хёна у входа. Тот заметно нервничает и сплёвывает себе под ноги, снова присасываясь уже, наверно, к десятой сигарете за этот вечер. Завидев младшего, он выкидывает окурок и тушит пяткой ботинка. — Блять, ты пиздецки вовремя позвонил! — Чон жмёт руку старшему, и они вместе заходят внутрь. — Потом расскажешь, на каком моменте я вас прервал…- Мин поиграл бровями, а затем моментально стал серьёзным — А сейчас пошли тушить пукан нашего босса. — на что донсен посмеялся.

***

Чонгук, наслушавшийся недовольства своего начальника, вернулся уже поздней ночью, где-то к половине второго, а может и третьего — он не смотрел. Парень сразу же не раздеваясь, увалился на кровать. Босс, конечно, умеет ебать мозги, доводя до трясучки. А всё потому, что какой-то не умелый только что приступивший к своей работе в этой компании мальчишка накосячил в одной из своих статей. И ведь облажался ОН, но причём тут, сука, Чонгук?! А Чон тут при том, что является самым отличным работником за всё время, и именно он должен быть наставником этого пацана. Брюнет долго отпирался, но после услышанного «Это приказ!» затих и насупился, прожигая взглядом рыжеволосого парня, что виновато смотрел в ответ. Уже после, Гука успокаивал Юнги, напоминая, что когда-то тоже был наставником Чона и ничего — выдержал, коньки не отбросил же. И только где-то под утро, когда парня разбудил пронзивший трелью дверной звонок, он подскочил на месте, хватаясь за ушибленную спину и думая, что проспал, но после вспоминая, что у него выходной. Медленно плетясь в одной растянутой футболке да чёрных боксёрах, зевая в ладошку, а другой — ероша волосы, он открывает дверь. И когда перестаёт зевать, открывая один глаз, открывает и второй от удивления. Ведь у порога стоит совсем красный (будто и не остывал со вчерашнего вечера) Тэхён, держа в руках какой-то тюбик. — Привет, хён. Прости за вчерашнее и вот это тебе… — протараторил сосед, он протягивает руку с тюбиком, уводя взгляд куда-то в бок. Чонгук, затуманенным взглядом из-за недавнего сна, видит не то что надо бы. Красный Тэхён с каким-то тюбиком… Тюбиком… Красный Тэхён… Так блять! Парень протёр глаза и взял тюбик в руки. — Фи-най-с гель? Что это? — рассматривая надпись, читал по слогам английские буквы брюнет. И почему в голову Чона вечно лезут пошлые и извращенские мысли?! Ведь этот тюбик так похож на смазку… — Финайс* — это средство от ушибов, перенагрузок физических, болей в мышцах. Я знаю, что у тебя болит спина после… — делает паузу шатен и ещё больше начинает краснеть — вчерашнего… Я пользуюсь этой мазью уже больше двух лет. После работы, особенно когда много посетителей, руки просто отваливаются. А эта штука помогает. — Эм… Спасибо — брюнет посмотрел на смутившегося соседа, и только потом вспомнил, что вообще-то стоит перед ним в одних (почти) боксёрах. — Ох, извини, я с просоньки — он неловко улыбнулся. — Да ничего — бурчит себе под нос шатен. — Зайдёшь на чай? — тут же предлагает ради приличия Чон. — К сожалению, не могу. Я на работу сейчас. — Ты же сказал, что работаешь вечером? — Я устроился консультантом на неполную смену. — Тогда понятно — хмыкает брюнет и только рад, что сосед торопиться на работу, ведь сам парень не успел сделать кое-какое дельце, которое обещал себе ещё вчера. — Если что спишемся, Тэхён-и. Весь оставшийся выходной парень провёл за ноутбуком с горячим кофе и таким же столь горячим Тэхёном, что скрыт в недрах воспоминаний, лежащий на брюнете и задевающий его половой орган. После чего свои испачканные в белой склизкой жидкости домашние штаны и боксёры Чон закинул в стирку. Наконец-то, снял напряжение…

***

Тэхён уже второй день мучается от покалываний в области губ. Да, его уже как-то посещали мысли о том, что он хочет ещё раз испробовать тот поцелуй. Но на этот раз это желание усилилось в два раза. Парень пытается вбить себе в голову, что это, чёрт возьми, неправильно, но сколько раз он себе это повторял?! И шатен даже не удивляется, когда видит страстный поцелуй или ласкание его тела руками Чонгука во снах. Когда просыпается весь в поту и с большим пятном в области паха. Когда видит своего соседа в кафе, что находится неподалёку… А Чон даже не замечает парня, покупая свой излюбленный кофе с зефиром и садясь за один из свободных столиков. На плече у него свисает чёрный мессенджер, через который перекинут пиджак. И ноги сами несут за тот же столик. Он громко падает на место напротив и видит, как подвисает чужое лицо с вытянутыми в букву «о» губами. — Привет, хён! — шатен расплывается в ясной квадратной улыбке. — Привет, Тэхён-и, а ты чего тут? — Я перед работой зашел поесть. — Какое совпадение! — улыбается в ответ парень — Тогда пообедаем вместе. Ким покупает свой обед и закидывает брюнета вопросами о его работе, о новой статье. А затем удивляется от неожиданного предложения. — Расскажи мне больше о себе. О своём детстве, родителях… У нас всё равно времени много. И Тэхён рассказывает о себе, а Чонгук всеми фибрами впитывает информацию и откладывает в самый дальний уголок своего сознания, закрывая его на замок, чтобы открывать в самые искренние моменты. В самые последние минуты, когда парням уже пора на своё рабочее место, Чону приходит неплохая идея в голову. — Слушай, у моего друга в субботу день рождения, не хочешь прийти? И друга своего бери с собой! Он небольшую вечеринку устраивает в своей квартире. — Но каким я там боком? И тем более мой друг? — Познакомлю тебя с Юнги, вместе веселее! — Хмм — Тэ задумывается, но быстро отвечает с привычной улыбкой — Хорошо, я приду! Не могу сказать о Чимин-ни, но я предложу ему. Сегодня как раз его смена со мной.

***

— Я пригласил Тэхёна на твою днюху… — начинает брюнет при виде старшего в коридоре второго этажа компании и ровняясь с ним в один шаг. — Днюха моя, но приглашаешь ты, здорово! — посмеялся парень — И что он? — Согласился вроде как! — счастливо ответил Чон. — Ну, теперь не оплошай.- старший похлопал донсена по плечу и свернул в сторону своего кабинета. — В смысле?! — остановил его брюнет. — В смысле пора начинать! — и на этом закончил разговор, хлопнув дверью. Хён часто говорил загадками, которые младший потом весь день пытался разгадать. Как и в этот раз. Вместо статьи сидел, разгадывал, что же имел ввиду старший. И когда нервы дошли до предела, что Чон аж сорвался на своём ученике, брюнет с хлопком зашёл в кабинет Юнги. Последний лениво перевёл взгляд на наручные часы и с ухмылкой выдал: — Пять часов… Рекорд Гук-и! — Чёрт! Что ты имел ввиду?! — он подошёл к столу Мина и хлопнул ладонями по нему. — Хех, а имел ввиду я, что пора переходить на конкретные вещи. Ты сам сказал, что после вашего обжимания на полу он заперся в ванной и дрочил НА ТЕБЯ ЖЕ!— сделал акцент Юн — Поэтому пора начинать игру по-взрослому! — и оскалился, смотря прямо в глаза Чона. — Например? — Он дал тебе мазь для спины… Но как, дорогой мой, ты собрался мазать её сам? — и брюнет правда задумался. — Вооот, зашевелились шестерёнки, да? Потом… на счёт вечеринки. Будет много народа, будет много и алкоголя…- с намёком подмигнул красноволосый. — Ладно, насчёт спины я понял. Но насчёт вечеринки… Ты предлагаешь мне напоить его? — Я не предлагаю, я призываю. — Ты же знаешь, что я не посмею… — Чонгук отталкивается от поверхности стола и начинает маячить перед глазами, расхаживая туда-сюда. — Хах, это ещё почему? — Я хочу, чтобы он поддался на трезвую голову… — Значит, баб ты спаивал только так, а его, будто такой правильный, не хочешь. — Он не такой, — огрызнулся брюнет. Он резко повернулся к старшему, давая понять, что не шутит, и уже робко продолжил, отводя взгляд в пол — как они… — Ну да, он с золотой каёмочкой… — хмыкнул Юнги — В общем, моё дело предложить, твоё — подумать. Подумать… Уже вечером, придя домой, Чон написал шатену в kakao talk. Kook97: Привет

Taehyung:

Привет^^

Kook97: Я тут вспомнил… что сам спину не смогу намазать…

Taehyung:

Понял~

И этого было достаточно, чтобы уже через минуту услышать три стука в дверь. Оказывается, как быстро можно вызвать Тэхёна. — Почему ты раньше не сказал?! — восклицал Тэ на пороге, уже разуваясь. — Не подумал… — почесал затылок Чон, залипая в одну точку. Сосед беспардонно прошёл вглубь квартиры, разглядывая каждый угол. И, уже усевшись на диван в гостиной с удивлением маленького ребёнка, выдохнул: — А у тебя квартира похожа на мою в прошлом, оказывается! — на что Гук тихо посмеялся в кулачок. — По нашей стороне у всех квартиры одинаковые, глупышка — брюнет уже смеялся в голос, а Тэхён завис на этом вроде обидном, но таком смущающем и милом прозвище. А потом услышал этот смех, что, кажется, ласкал слух, такой звенящий, будто весенний колокольчик. И шатен просто не может сдержать улыбки. — Ладно… Спина…- вытирая невидимые слёзки после смеха, успокоился Чон. Парень неожиданно развернулся спиной и начал стаскивать с себя футболку, хватаясь за её края. И вот тут Тэхён залип конкретно… Мускулистая, накаченная… Даже зависть берёт. Каждая линия ровная, чёткая, не придерёшься! Ким нервно сглатывает, потому что… Ну, потому что красиво, да, окей, с этим нельзя поспорить. И страшная синеватая гематома чуть ниже лопаток… Шатен чувствует свою вину, хоть Чон и говорил не волноваться насчёт этого. Тэ выдавливает немного геля на указательный, средний и безымянный пальцы и прикладывает их к синяку. Чонгук в ответ на это пытается заглушить болезненный стон. — Извини… — пугается сосед и отдёргивает руку. — Ничего… Просто мазь холодная.- отшучивается тот. «Ага, конечно… Так и поверил» — думает шатен и продолжает мазать, но уже более осторожно. С этого дня проходит неделя. Точнее наступает пятница — день перед главной бухаловкой. Всё это время Тэхён приходил к Чонгуку поздно вечером перед своей работой, чтобы заживлять его рану. Которая кстати уже давным-давно прошла. Просто Чонгук лис этакий решил таким образом удовлетворить свои желания, видеть соседа так часто и чувствовать его прикосновения к своей спине каждый день. Но Тэхён ведь тоже не дурак, давно заметил, что синяк исчез уже после трёх дней. И что им движет, Ким не знает, но знает точно, что так же, как и его сосед, хочет видеть брюнета каждый день. И прикасаться, прикасаться, прикасаться. Тэ не может расшифровать это влечение, поэтому уже на пятый день, самый последний, он решает проверить кое-что. Он приходит так же вечером перед работой с невинной улыбкой. Раздевается в прихожей и проходит в гостиную. Все действия уже давно въелись. Вот шатен видит оголённую спину, вот он выдавливает мазь на пальцы, и вот он прикасается, снова ловя невольное дёрганье брюнета на холодную мазь. Но что-то в этой системе ломается, и Ким останавливает движение. Смотрит на свои длинные пальцы, что прикасаются к месту чуть ниже лопаток, где середина позвоночника, и отчего-то начинает двигать ими медленно вниз. Чонгук чувствует. Чонгуку нравится. Это лёгкое скольжение поднимает волосы дыбом. И Тэхён, дойдя до начала ягодиц, уже было передумал проверять, что хотел, если бы не рваный выдох брюнета в пустоту, что заставил зашевелиться маленького друга в штанах. Ким слышит сверху тихое: — Тэ? — делает паузу брюнет — Там у меня не болит… Закрывает глаза, нервно сглатывает и прикасается губами к впалой пояснице, понимает, что ему нравится это. Нравится, как тело Чонгука начинает мелко дрожать, как его дыхание сбивается с привычного ритма, как на выдохе с уст срывается ласковое, такое беззвучное, но Тэхён слышит, чувствует, «Тэ». Чонгук поворачивается резко, да так, что его пах уже с выпирающей ширинкой оказывается около лица шатена, который не ожидал такого расклада и остался в том же положении. Парень отдёргивает себя, понимая, что целует уже совсем не поясницу, смотрит снизу вверх испуганно в чёрные глаза напротив и потихоньку заливается краской. А брюнет зарывается в русые волосы. Ему по нраву видеть такую картину. Рука с волос спускается к подбородку и ловко подхватывает его, большим пальцем задевая нижнюю губу и играясь с ней. Тэ хоть и смотрит со страхом в глазах, но в этом отблеске проскальзывает что-то ещё… Что-то, что заставляет шатена подняться и приблизиться максимально к его губам. Что-то, что не отталкивает. Что-то, что с каждой секундой всё больше напоминает желание… И Чонгук в шоке от того, что Ким сам тянется за поцелуем. И Чонгука захватывает буря эмоций, ведь Ким САМ тянется за поцелуем!!! И от сладости этих желанных губ брюнет закатывает глаза, снова зарываясь в волосы Тэхёна. Сердце бьётся испуганной птицей, что закрыли в клетке, ведь его мальчик осмелился, показал свой внутренний мир, свои яркие импульсы, что колются на губах, и Гук боится их спугнуть. Его мальчик, что жалобно хватается за руки брюнета, сейчас берёт на себя всю инициативу и целует так, как будто ждал этого вечность. Чонгук тоже долго ждал, когда шатен осмелится.. и дождался… Немного отойдя от удивления и собрав мысли в кучу, Гук перехватывает инициативу, углубляя поцелуй и медленно ведёт кончиками пальцев от шеи до талии шатена. Тело младшего прошивает мелкой дрожью, а места, где касается брюнет ощущаются в сотню раз острее, заставляя постанывать от приятных ощущений. У Тэхёна в голове пустота, и тело, ставшее одной эрогенной зоной. В момент, когда Гук, скользнув своим языком в рот шатена, касается его собственного языка, лаская. Ладони младшего, которые в это время покоились на шее брюнета, рефлекторно сжались в кулачки, оставляя красные полосы от коротких ноготков. Чонгук, на это действие, хрипло протяжно стонет и прижимает Тэ к себе вплотную, надавливая на поясницу и упираясь в него пахом. Чонгуков стон и упершийся в область живота налитый член, заставили Тэхёна опомниться и оттолкнуть. С секунду он смотрит брюнету в глаза, что медленно открываются и показывают внутреннее удовлетворение. Затем быстро бросив «Мне пора на работу!» сбегает, громко хлопая входной дверью. Чон самодовольно скалиться, подтирая прозрачную полоску слюны Тэхёна, что скользила от горячего поцелуя по подбородку. — Я изменил тебя…- кидает он закрывшейся двери, ведь почувствовал не хилых размеров достоинство соседа. Шатен разгоряченным телом в противовес холодной двери прикасается к ней спиной, дотрагиваясь до припухших ещё не остывших губ. Спускается, зарываясь в волосы руками и чуть оттягивая их. Ему понравилось. У него никогда не было такого острого желания поцеловать снова… И у него снова встал. Парень смотрит на область паха и с безысходностью стонет, ударяясь затылком о дверь и прикрывая глаза. Ему нужно поговорить… Срочно поговорить с Чимином.

***

День вечеринки подкрался незаметно. Юнги с самого утра трезвонит донсену, задавая один и тот же вопрос: «Где тебя, бл*ть, носит?!» Чонгук смеётся, ведь знает, что друг волнуется из-за красивой брюнетки, что должна будет приехать к вечеру, а сейчас кстати обед. А волнуется он, потому что Чон должен был притащить свою задницу ещё к восьми утра, чтобы помочь всё подготовить. Ей Богу, как будто не вечеринка, а свидание! Но какой нормальный человек притащится к ВОСЬМИ УТРА, когда вечеринка вечером? Чонгук затягивал чёрный галстук возле зеркала, как позвонили в дверь. На кровати лежала чёрная коробка средних размеров, перевязанная золотой лентой. Юнги любил чёрный цвет. Брюнет бросил на неё короткий взгляд и поплёлся открывать. Он знал, что это был его сосед. Они на днях договорились, что Тэ придёт к обеду, и они вместе поедут на такси. Парень провернул замок и застыл. Ким был…ну…идеален. Нет. Не так. И. Д. Е. А. Л. Е. Н. Чон сглотнул, оглядывая с ног до головы шатена. Чёрные зауженные джинсы с потертостями на бёдрах и дырками на коленях, нежно голубоватая рубашка в клеточку, что расстегнута на верхние три пуговицы и заправлена в джинсы, но лишь один её правый краешек выглядывал из пояса. И брюнет засматривается на выпирающие ключицы, пока Тэхён не отвлекает его неловким кашлем в сжатый кулачок. — Выглядишь… круто…- неловко отвёл взгляд брюнет, пропуская младшего. Тэхён шёл следом за парнем в его комнату. — А вот ты… — начал шатен, откладывая свой скромный картоновый пакетик к одинокой коробочке Чонгука. — Что это вообще?! — он подошёл не позволительно близко и схватил соседа за галстук. — Ты на работу собрался или на вечеринку?! — возмущался тот, смотря Чону в глаза, снимая чёрную вещицу и откидывая её куда-то в сторону. В этот момент брюнет аж дар речи потерял, настолько горячим сейчас казался ему Ким. — Но…- было начал брюнет, но его перебили, нагло хватаясь за первую застёгнутую пуговицу. — А это?! Ты что школьник какой-то? На школьную линейку собрался?! — Тэ расстегнул три первые пуговицы — И что это за прилизанный вид? — он взъерошил чёрные локоны и, поставив руки в бока, довольно улыбнулся. — Ну вот, другое дело! Они вели себя так, будто вчера совсем не было дикого тягучего поцелуя, который устроил младший, но в голове обоих он крутился на повторе. И Чонгук хотел бы поговорить о случившемся. Младший видит его сменившееся на серьёзный вид лицо. — Тэхён…- было начал Чон, но его снова перебили. — Нам уже пора… — Ким вздрогнул от слетевшего с чужих губ своего имени и, схватив свой подарок, убежал в коридор, на что старший усмехнулся. Они в тишине быстро доехали до дома именинника. Юнги встретил их на пороге настолько злой, что можно было превратится в пепел, лишь только дотронувшись мизинчиком. Но Мин сразу же смягчился, увидев Тэхёна. Последний низко поклонился, пролепетав «Здравствуй, Юнги-хён!» на что Гук посмеялся. Он протянул скромный подарок и выпрямился. — С Днём Рождения! На самом деле, я не знал, что подарить… Да и денег у меня не так много, поэтому вот… — всё пуще краснея, бормотал парень. — Не заморачивайся, малой. Мне этот день не так важен, как баба, ради которой я собрал всю эту шумиху. И Чонгук усмехается снова. А ведь правда, Юнги никогда не любил праздники… любые. Он всегда проводил их на своей любимой кровати во сне. Красноволосый уходит первым, забирая Тэхёновский подарок. Чон в свою очередь тянет шатена за локоть, когда тот спешно снимает обувь. Брюнет оставляет свою чёрную коробочку на столе кухни, а сам ретируется в гостиную к его Тэхёну. Ким рассматривает каждую деталь четырёхкомнатной квартиры в то время, как Юнги метается из комнаты в комнату вечно с какими-то вещами и орёт на Гука, что тот стоит и ничего не делает. Тэхен замечает ряд фотографий, стоящих на прямоугольном комоде, одна из которых была сделана с Чонгуком на какой-то радиостанции. — Эй, малой?! А ты чего там встал? Тебе личное приглашение нужно? Тарелки сами себя не отнесут, бокалы не помоются! — Тэ дёргается от неожиданного возгласа старшего и быстрее идёт за посудой. Вообще голос у Юнги показался Киму какими-то специфическим. Прокуренный, с хрипотцой. Он очень даже подходил красноволосому. Вид молодого гангстера. При входе на кухню, на глаза шатена сразу попалось безмерное количество алкоголя и блюд, похоже, сегодня и правда будет весело. Ким принялся перемывать бокалы, таскать блюда в гостиную и ставить их на разные поверхности, типа тумб, полок, ибо так сказал Юнги. Последнее, что он относил — это был ярко малиновый пунш, который он поставил на широкую поверхность книжной полки, на которой практически не было книг. Когда парень дотащил его (а он был тяжелым для хиленького тела) Мин сидел на корточках, подключая самбуфер и пять колонок к ноутбуку. Старший проверял микрофон и, сказав в рифму пару слов, да ещё и с его этой хрипотцой, что раздалась по всей квартире, Тэхён так и застыл на месте. — Хён, ты рэпуешь? — Ага, он у нас журналист тире агуст-ди-рэпер, иногда подрабатывает в барах и всяких подпольных заведениях. — неожиданно подошёл Чон и облокотился ладонью о плечо младшего, довольно хвастаясь своим хёном. — Вот это ты, конечно, ахуел, выложил всю информацию, как на духу, без моего спроса. — журналист обернулся и вскинул брови. — Я тебя пиарю, хён, должен радоваться! — не убирая руки с плеча, воскликнул брюнет. — Ага, обосаться можно, как рад. — проворчал тот и положил микрофон рядом с колонками. — Ну вот и всё, — он глянул на наручные часы — скоро должны прийти ребята.

***

Вообще, соглашаясь идти на вечеринку, Тэхён подразумевал, что это будут простые посиделки с коллегой Гука. Ну, может, выпьют по пивку и всё. А не толпу потных тушек, заполняющих всё пространство, орущую на весь дом музыку и подвыпившего себя. И да, Ким никогда не был ни на каких вечеринках, дискотеках, просто потому что некогда. У него всегда в приоритете был дом-универ-работа, работа-универ-дом. Сидя на полу в кругу компании людей и играя в «Правда или действие» Тэ было весело. Рядом справа сидел какой-то высокий блондинистый парень, а слева какая-то «приличная» дама, но шатен смотрел только на Чона, что сидел напротив него. Юнги постоянно ворковал с какой-то девушкой, что сидела рядом с ним, и нашептывал ей, наверно, какие-нибудь пошлости. — Твоя очередь, красавчик! Правда или действие? — его отвлекает девушка слева. Но, конечно, пьяненький Тэхён уже не боялся ничего и даже согласился на действие, пока дамочка не озвучила своё желание — Смотри, на кого покажет эта бутылка, — она берёт первую попавшуюся закрытую бутылку и кладёт её посередине круга — того ты и поцелуешь, но поцелуешь так, чтобы это выглядело горячо и пошло. Крути! Все радостно завыли от предстоящего шоу. Ким, схватившись за бутылку, хмыкнул и уверено её крутанул. В их компании было много девушек, поэтому он даже и не переживал, что ему попадётся парень. И вот бутылка останавливается у девушки, что сидит справа от Гука, и Тэхён уже гордо выпрямляется, но тут же сдувается, когда горлышко аккуратно сдвигается в сторону парня. Шатен нервно сглатывает и поднимает взгляд на соседа, что давно с нежностью смотрит на него. Все снова завизжали (в основном девчонки, конечно), а Тэ, громко хмыкнув, растянул губы в ухмылке и, кинув краткое «Да легко!», притянул парня за рубашку и впился тем поцелуем, о котором его просили. Толпа начала подсвистывать, хлопать, кричать, но оба парня не слышали ничего, кроме двух сердец, что бились в такт друг другу. Обоими двигал алкоголь, что смешался с горячей кровью и отображался на пошлом, страстном поцелуе. Младший вплёл свои длинные пальчики в чёрные локоны брюнета, последний же притянул парня к себе ближе за талию. Они сплетаются своими языками настолько, что не замечают, насколько они возбуждены на данный момент. И когда не хватает воздуха, они прикасаются друг к другу лбами и улыбаются, прикрывая глаза. Все, как оказалось, давно разошлись, оставив их наедине друг с другом. Чон поднялся на ноги и, сказав, что ему нужно в туалет, скрылся за поворотом. Шатен же решил охладиться и привести себя в порядок. Он вышел на балкон, осматривая город с высока. Голова затуманена, и он не осознает, что сделал только что, но понимает, что он сам этого хотел. И, видимо, судьба матушка решила помочь ему ну или посмеяться над ним, сдвинув горлышко бутылки. От мыслей его отвлекает щелчок балконной двери. — О, и ты здесь… — Юнги закрывает за собой дверь и достаёт из кармана джинсов зажигалку, поджигая уже вставленную между зубов сигарету — Куришь? — спрашивает он, на что младший отрицательно кивает — Ну и правильно. Здоровый образ жизни это хорошо. Я пробовал бросать когда-то. Но сам понимаешь, то девушка бросила, то на работе траблы, и ты уже срываешься и бежишь снимать стресс едким дымом. — выдыхает тот клубок в сторону. — Я пробовал курить. Это полная хрень. — Согласен. — Мин посмеялся с хрипатцой и облокотился на бортик балкона. — Чонгук хороший парень, Тэхён. — вдруг начинает красноволосый — Я знаком с ним довольно давно. — и шатен не понимает, почему хён заговорил про его соседа. — Вы с ним здорово смотритесь… Особенно тот поцелуй, что вы предоставили — он кашлянул в кулак и смущенно улыбнулся. — Это было желание… Но… Тебе даже не противно? — скорее для своего успокоения спросил младший. — Что может быть противного в любви? Любовь разная малой. Разная и красивая. Пока она есть, нужно радоваться, а не противиться. Ким смущенно отвёл взгляд в сторону. Странно было услышать это от старшего. Мин Юнги казался ему тем, кто ни за что бы ни встал на сторону гомосексуализма, просто потому, что вид у него не такой…он более строгий, серьёзный, взрослый. — Значит ты за ЛГБТ? — всё же решил уточнить шатен. — Я за справедливость. — усмехнулся парень, докуривая и выбрасывая окурок.- У тебя ещё всё впереди, малой, ты успеешь сделать свой выбор. Ну, а я, надеюсь, помог тебе хотя бы немного. — красноволосый похлопал младшего по плечу и вышел в гостиную, заставив парня задуматься над его словами. Следом за Юнги, а может и чуть позже, Тэхён не знает, он слишком ушёл в себя, зашёл Гук, впуская звуки музыки. — Вот ты где, а я тебя везде ищу! — радостно пролепетал Чон.- Пошли внутрь, там в «Я никогда не…» играют! — он схватил парня за запястье и потащил в жаркую и громкую гостиную. — Я никогда не…? — бросил себе под нос шатен. Чон привел Тэ в круг из нескольких людей. У каждого в руках была заполненная на половину рюмка, а посередине круга стояло две бутылки. Что за жидкость Тэхён не знает, ведь он не разбирается в алкоголе. Да он собственно и не пил его никогда. Брюнет сажает его рядом с собой, а Ким в этот момент шепчет парню на ухо, что не умеет играть в эту игру. — Ждём ещё одного человека и начнём — проговорил кто-то из круга. — Каждый по кругу говорит, что он никогда не делал в жизни, остальные, если это делали, то пьют стопку и сразу подливают себе столько, сколько было. Когда очередь доходит до тебя и, если никто не выпил, то пьёшь ты. Понял? — так же тихо объяснял Гук. — Понял- кивнул для убедительности сосед. — Ну, по ходу игры ещё поймёшь. Пока все ждали ещё какого-то человека, Тэхёну дали такую же рюмку уже заполненную алкоголем, а так же принесли закуску в виде нарезанных апельсинов, яблок и разных других фруктов. Все начали играть, когда пришёл ещё один участник. Тэхён потихоньку вникал в правила игры. В основном он смотрел на то, как играет Чонгук. Как он смеётся и одним глазом тоже поглядывает на шатена. — Я никогда не пила вино — улыбаясь, заявляет одна из участниц, на что многие хмыкают и заливают в себя жгучую жидкость. Ким усмехается, ведь он тоже никогда не пил. — Я никогда не брил свои ноги — заявляет следующий участник и Тэ снова пропускает стопку, а пьют только девушки. Когда очередь доходит до шатена, он задумывается ненадолго и, смотря на всех, признается: — Я никогда не пил алкоголь до этого дня. — Оооу, чувак, так у тебя только жизнь начинается! — выкрикивает, смеясь, парень и, чокаясь буквально со всеми участниками, выпивает. — Сейчас напоим парня! — Тогда закусывай после каждой стопки и сейчас съешь вон яблочко — шепчет Чон на покрасневшее ушко младшего и, подмигивая ему же, выпивает стопку. Ким делает то, что сказал ему брюнет. И попутно отвечает соседу на вопрос, что он пил сегодня вообще. А пил он полрюмочки какой-то красной бурды, по-моему, называется это пуншем. Да и вообще, пока он стоял на балконе, весь алкоголь уже успел выветриться. — Я никогда не пробовала курить — говорит девушка, и Тэ понимает, что это будет его первая стопка за всю игру. Вспоминая слова старшего про закуску, он берёт очищенный апельсин и сразу же засовывает в рот, после выпитой гадости. Ведь и правда гадость, что жжёт горло не хуже уксуса. Шатен морщится и закашливается, в ответ получая постукивания ладонью по спине. И стоит только раскусить дольку апельсина, как по той же дорожке протекает сладкая нега. Два противоположных вкуса. Интересно. — Я никогда не целовалась с девушкой — на что все парни хмыкнули и приняли рюмку, все, кроме Тэхёна, у которого девушки не было вообще. А Чонгук, что пил со всеми, брал на заметку. И какого же было его удивление, что первый поцелуй, получается, у того был именно с Чоном. — Тогда я никогда не целовался с парнем — усмехнулся блондин. Хотел подловить девушек, но подловил двух незаметных юношей, щёчки одного из которых тут же залились краской. В той игре они сидели совсем в иной компании, поэтому эти люди не видели их поцелуя. Парни оглянулись друг на друга. Чонгук без проблем опустошил стакан, на что все удивлённо вытянули «ооо», и, когда следом за брюнетом это сделал шатен, то самое «ооо» стало ещё громче. Тэхён чуть ли не полностью залился краской. Всю игру Чон наблюдал за шатеном. Его состояние под конец можно было описать «в говно». И вроде как брюнет не хотел напаивать соседа и даже не собирался. Но Тэхён напился сам и вышел из игры предпоследним. И Гук отдал бы всё, чтобы повторить этот день, потому что то, что творил шатен после игры, было незабываемым. — Тэхён-и, я, конечно, понимаю, что ты пьян и возможно завтра ничего не вспомнишь (что, скорее всего), но остановись, пожалуйста. — еле шепчет старший в губы соседа, что восседает на его бёдрах и специально мучительно ёрзает, задевая заветную уже оттопыренную ширинку. Но парень его не слышит, он лишь спускается губами к шее, за которую он держится ладошками, и вылизывает её как та ещё шлюшка. Брюнет совсем несдержанно постанывает, закатывая глаза. Его руки рефлекторно ложатся на до жути тонкую, слишком женственную талию, после чего спускаются на упругие ягодицы и сжимают их. Это кажется чем-то невероятным, будто сном, в который они оба попали. Парни сидят на полу возле стены посреди гостиной. Вокруг люди, но они не замечают их, ведь им не до этого. Тот самый Мин Юнги, которого Чон держал на прицеле весь вечер, давно пропал со своей девушкой. Да и чёрт с ним. Ему бы сейчас решить вопрос с Тэхёном, который переходит уже все границы, постанывая ему на ушко своим до безумия низким голоском. Если он позволит этому мальчишке засунуть свою ручку к нему в штаны, обратного пути уже не будет. — Ты снишься мне такой горячий, Чон Чонгук…- выстанывает тот, играясь с серёжкой брюнета. — Я дрочил на тебя раз сто, ты знаешь об этом? — не останавливается шатен, усмехаясь на свои же слова. Ну что ж, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, как говорится. — Знаю, — выдыхает парень, сам того не ведая, выдавая свою тайну — видел… — и как хорошо, что мальчишка сейчас озабочен совсем иными делами и совершенно не слышит парня. Чонгуку надоедает эта игра, и он подхватывает соседа за бёдра и несёт в первую попавшуюся спальню (спальня 2). А тот и не сопротивляется, обхватывает ногами талию брюнета и сильнее прижимается к его груди. В комнате темно и тихо, лишь доносится музыка с гостиной и весёлые возгласы гостей. Чон захлопывает дверь, не закрывая её на замок, и несёт парня прямиком на кровать. Но шатен не расцепляет ноги, притягивает соседа к своему паху и трётся, издавая протяжные стоны. Чонгук засматривается на его лицо, ресницы, что подрагивают, пухленькие губки, что приоткрыты и горят от долгих, страстных поцелуев. — Мне так хорошо, Чонгук-и~ — блаженно выдыхает Тэ. — Тебе нужно поспать…- парень проводит кончиком носа по разгоряченной щеке вниз к губам. — Разве я тебе настолько противен? — Нет… — целует сначала верхнюю, а потом подхватывает и нижнюю губу. — Это ты виноват, ты разбудил во мне эти чувства. — через стон пропускает шатен. — Какие чувства? — Гук замирает у ключиц и поднимает взгляд на Кима. — А ты разве не видишь? — Ты пьян, Тэхён. — он откидывается на спину на место рядом и прикрывает глаза. — Я опьянён тобой, Чонгук…- произносит младший, на что брюнет резко открывает глаза. Это признание? В любви? Нет, он пьян… Он не понимает, что несёт. Но Чон всё равно поворачивается на бок лицом к Тэхёну и обнимает его, в ответ слыша лёгкое сопение. Его мальчик уснул. — Я тоже, кажется, люблю тебя, Тэхён-и…- выдыхает он в никуда.

***

Утро началось не так уж дерьмово со стороны Чонгука. Открыв глаза, он увидел перед собой спящее чудо, что закинуло на него правую ногу и уместилось у него на груди. Такой милый, когда спит. Русая чёлка спадает и закрывает глаз. Вчера Ким был слишком раскрепощенный, и брюнету стыдно за свое поведение, хотя это не он напоил его, и не он приставал с поцелуями и ласками. Младший болезненно постанывал, начиная ворочаться. Он потёрся миниатюрным носиком о грудь старшего и только крепче обнял его. Чонгук усмехнулся на это действие и принялся поглаживать парня по мягким, словно детским, волосам. Когда же Ким проснулся, в глаза сразу ударил яркий свет. Солнечные лучики, будто насмехаясь над шатеном, переливались на его лице, попадая сначала на реснички, а потом пробираясь к глазкам. Парень трёт правым кулачком глаза, отгоняя противную пелену. Он ещё не осознаёт, где находится и на ком. Конечно, какой там, когда голова раскалывается, как та же ваза при падении, а во рту целая пустыня, да перекати поле в виде липкой слюны. Привкус спиртного не давал спокойно вздохнуть. Гадко и противно. — Больше ни за что не буду пить… — бурчит он, прижимаясь щекой к чему-то тёплому и прикрывая глаза. Но тут же чувствует, как на его бурчание кто-то хмыкает, тревожа тяжёлую голову Тэ лёгким толчком груди вверх. И шатен в один момент замирает, чувствуя, наконец, щекой чужое тепло и сердцебиение. Чувствует, как холодные пальцы массируют затылок. Он резко подрывается, сразу же хватаясь за голову и морщась от боли в висках. Утро Чонгука началось не так уж дерьмово, в отличие от Тэхёна. Он ошарашено смотрит на довольно улыбающегося брюнета и переводит взгляд на своё тело. Одетый… Парень облегченно выдыхает. Чтобы он не натворил вчера, сейчас он одетый, и это уже радует, хоть и спал на Чонгуке. Кстати об этом… Шатен обильно краснеет и отводит взгляд в сторону. — Ты прекрасен и с утра — шепчет брюнет и дотрагивается до запястья младшего, на что тот вздрагивает. — Я… — Я принесу тебе таблетку. — перебивает он. Чон резко притягивает мальчишку к себе, целует в лоб и удаляется из комнаты. Тэхён замирает от этого жеста. Он дотрагивается кончиками пальцев до того места, где был оставлен утренний поцелуй. Прикрывает глаза и улыбается, так широко и ярко, что, кажется, расцветают последние бабочки внутри. Ещё бы вспомнить, что было вчера… Тэхён соскочил с кровати, как ошпаренный, выплыв из своих мыслей. Пока Чона нет, нужно быстрее убираться отсюда. Шатен оглядывает всю комнату, нащупывает телефон в кармане и выглядывает из-за двери, проверяя, нет ли кого на пути. Но в гостиной все спят, не шевелясь, а в кухне спиной к парню стоит Чонгук, растворяя что-то белое в стакане с водой. Ким бесшумно вышел, оставив дверь открытой, и через гостиную прошёл к прихожей, так же потихоньку надевая обувь и выходя из квартиры вовсе. Чон, приготовив обезболивающее для соседа, радостный направился в комнату. — Тэхён-а, я принёс тебе…- заходя в комнату начал было брюнет, но оглядев комнату, понял, что шатен успел уйти. Просканировав все комнаты, нигде парня не нашлось. — Значит успел сбежать — подумал вслух Чонгук. И его это никак не расстроило. Это нормальная реакция для такого скромного мальчишки, которого он, Чон Чонгук, поставил цель развратить.