Glass Heart

— Итак, ты убедил их оставить песню в покое? — ухмыльнулся Гарри, стоя в своем номере, глядя в дождливый день за окном. У него было несколько часов, прежде чем нужно было отправиться на арену, чтобы приготовиться. — Нет, — Найл вздохнул, — я пытался, но они сказали, что это будет отличная песня. Чушь собачья. Гарри засмеялся, глядя в небо. Стайлс не знал, почему, но он любил дождливые дни. Он мог сидеть часами на улице в дождь если у него был плохой день в школе. Он находил в этом утешение. Холод поражал его. — Я убедил их выпустить ее как сингл. Предоставил им другую песню, над которой я работал и им вроде как понравилось. — Я знаю эту песню? — Нет. Я не делился ею. Гарри ахнул в притворной обиде: — Я оскорблен. Ты собирался когда-либо сказать мне? — Да, собирался. Я не планировал делиться ею пока не закончу, но я был в отчаянии и мне пришлось. — Хорошо. Но я хочу услышать ее когда она будет закончена. — Услышишь. Гарри кивнул, хотя приятель и не мог видеть его. Он отошел от окна к кровати. Гарри бодрствовал в течение нескольких часов, а время как обычно тянулось медленно. Это был первый раз, когда они снимали перед аудиторией до живых шоу. — Как проходит запись? Ты должен скоро закончить, верно? — Запись идет, — сказал Найл, но он звучал уставшим. — Буду честным, эта часть была самой сложной. Но все идет хорошо, уже конец октября, ноябрь последний. — Ну, твои фанаты будут счастливы. Они так долго ждали чего-то нового от тебя. — Ой, отвали, — отрезал Найл, хотя в его голосе не было злости, — я только что вернулся из тура. Небольшой– — Для тебя небольшой, — исправил его Гарри, — и я только что вернулся из тура. — А они ожидали что-то новое сразу, — он просто продолжил игнорировать Гарри. — Это просто показывает любовь фанатов к тебе. — Это чертовски утомляет. Но я не должен жаловаться. Они помогают мне быть в центре внимания. После тебя, разумеется. — Нет, не говори так. Ты был еще до меня и– — И ты обошел меня. — Не хочу быть грубым, но ты тоже прошел через это. Просто будь счастлив выигрывать награды. У меня их, кстати, меньше, чем у тебя и даже не близко к числу Луи. А он варится в этом больше четырех лет. И он все еще невероятно популярен. Фанаты умоляют его вернуться. Найл затих на несколько секунд, и, если бы не было слышно его дыхание, Гарри бы подумал, что тот повесил трубку. Наконец, Хоран подал звук, прогудев. — Откуда ты знаешь? Ты что, следишь за ним? Гарри хотел все отрицать, но он знал, что был абсолютно ужасен во лжи. Особенно, когда это касалось Луи. Он фолловил Томлинсона с того момента, как у него появился твиттер. Ему нужно было создать новый аккаунт сразу после этого, но Гарри все равно фолловил Луи дальше. Он знал, что Луи не был полписан на него. Это было нормально. Он был подписан на него только потому, что был слишком ленив чтобы нажать гребанную кнопку. Это то, что Гарри говорил себе. Он знал настоящую причину, но не был готов признать ее. — Да, — пробормотал Гарри, удивляясь тому, что Найл услышал, не смотря на то, как он сказал это. — Как долго? Ты точно не только что начал. Или, может, ты сделал это, чтобы всегда держать своего врага на мушке. — Он не мой враг, Найл. Это просто что-то, что придумали медиа после всех тех твитов Луи, которые я проигнорировал. — Я знаю. Я знаю. Ты слишком милый чтобы ненавидеть кого-то. — Я ненавижу Луи. — И это все еще отличается от того, как он ненавидит тебя. У тебя есть причина. В любом случае, ты не ответил на мой вопрос– — Я подписался на него снова после всего этого. Когда создал новую учетную запись. Хочешь узнать кое-что жалкое? — У меня предчувствие, что я уже знаю, что ты собираешься сказать, — ответил Найл, но Гарри знал, что это не оно. — Я сделал свой первый аккаунт, так что я мог следить за Луи. — Э-это… На самом деле не то, о чем я подумал. Гарри засмеялся. Ему нравился тот факт, что у него получилось украсть своего ирландского приятеля у охранника. — А о чем ты думал? — Что Луи был твоей первой подпиской когда у тебя появился первый официальный аккаунт. — О, и это тоже, — беспечно сказал Гарри, не видя смысла скрывать это. Я готовился выйти из шкафа в скорости. Но с тех пор, как я уже был подписан на него, я все еще делал это, когда аккаунт стал официальным. — Луи не подписан на тебя, не так ли? — Нет, — сказал Гарри, совсем не пропуская удар при этом. — Не то чтобы это что-то значило. Лиам тоже, но он друг Луи, так что это имеет смысл. — Хочешь знать кое-что? — Хоран резко подался вперед, звуча при этом счастливее, чем этим утром. — Лиам фолловил меня до тебя, но когда я начал тусоваться со мной, он отписался. Гарри не знал, что сказать. Он не знал, что Гарри был близок со старшим певцом, но прежде чем он смог ответить, Найл продолжил, как будто не осознавал, что Гарри хотел сказать что-то. Ну, они не могли видеть друг друга. — Не волнуйся об этом, Хаз. Мы даже не были приятелями. Фанатам просто нравилось видеть нас вместе. Но это показывает то, что когда мы действительно стали друзьями, они были недовольны. Он друг Луи. — Я все еще чувствую себя плохо. Что если все это случилось с тобой из-за меня? — Ты вообще слушал меня? Это случилось, типо, за неделю до того, как нас заметили вместе. И, как я сказал, мы толком даже не разговаривали. Разве что на вечеринках. — Все равно чувствую себя плохо. — Почему? Мы просто были подписаны друг на друга около года и даже не контактировали в твиттере. Я ничего не упускаю. Не как ты, который сталкерит твиттер Луи. — Ничего я не сталкерю, — запротестовал Гарри. Найл не был так уж и не прав. Он просто не делал этого так много, как раньше. Не когда он лично справился со всем этим дерьмом. Он задавался вопросом, когда начнутся живые шоу, что если Томлинсон начнет ругаться с Гарри. Он так не думал. Они все-таки представляли шоу. Поведение Луи может плохо влиять на все это. — Ты сталкеришь! Если ты все еще подписан на него, значит ты все еще проверяешь его профиль. — Да, ну, мне это не очень нужно сейчас. — Ну да, конечно. Он услышал какое-то движение на заднем фоне и Найла, кричащего на кого-то. — Я должен идти. Но позвони мне, как только освободишься. Хочу знать, как все проходит. — Ты же знаешь, что Луи будет этой ночью, я буду завтра. — Неважно. Я хочу знать все, прежде чем это покажут. Привилегии быть другом судьи. — Ладно. Если не буду валиться с ног когда вернусь. Не думаю, что Луи будет вести себя как мудак сегодня ночью. Все-таки это его команда. — Это не значит, что ты в безопасности. — Блять, — фыркнул Стайлс. — Спасибо, Найл. Не думал, что мне нужен другой человек, чтобы подтвердить то, о чем я пытался не думать. — Все для тебя, Хаз, — Гарри буквально мог слышать ухмылку в его голосе. — В любом случае, извини, мне надо идти. Повеселись. — Постараюсь, — протянул Гарри, голосом, наполненным сарказмом. Гарри знал, что у него ничего не получится, если Луи проигнорирует его или бросит ему вызов. Хотя он мог только надеяться.

*****

Честно говоря, это было нечестно. Он ненавидел давать Луи свою оценку как певцу только для того, чтобы тот проигнорировал это. Луи слушал Шэрон и Саймона, но даже не обращал внимания на мнение Гарри о девушке, которая явно не подходила. Луи был глух, или он игнорировал его? Он знал, что это последнее выступление. (? У него не было бы успеха, которого он имел бы, если бы это было так.?) Он решил верить в то, что Луи сказал «да» только потому, что она была третьей. У него все еще оставалось десять или около того решений, он мог позволить себе «нет» на столь раннем этапе. Он слушал Саймона, но ему было интересно, было ли это решение основано на ее внешности. Внешность также играла большую роль при продаже пластинок. Это было не справедливо, играть с надеждами людей, просто чтобы продолжать их борьбу. Все было в порядке, когда Гарри просто ругался с Луи, но это не должно происходить, когда на съемках или рядом с кем-то из съемочной группы. Эмма была следующей девушкой, и у Гарри были большие надежды на нее. Каждое ее прошлое выступление было отличным. Он просто надеялся, что все это напряжение не доберётся до нее этой ночью. — Привет, love. Как ты? — У меня все хорошо, — ответила она, выглядя самой уверенной из всех, что они видели сегодня ночью. Но это не было так важно, учитывая то, что она была только восьмой. — Почему бы тебе не представиться? — Ну, меня зовут Эмма, мне двадцать три и я из Ливерпуля. — Чудесно. Что ж, у тебя есть сцена. Начинай. Девушка начала с одной из самых новых песен Леди Гаги. Из ее последнего альбома, над которым она отлично поработала. Он бы отдал стул, но подумал, что Саймон или Шэрон должны были это сказать. — Что ж, Эмма, — начал Саймон, сохраняя для Гарри момент, — должен сказать, это было лучшее выступление сегодня ночью. Если бы у меня был выбор, ты бы получила стул. — Спасибо вам, — ответила девушка, и прежде чем кто-то начал говорить, Луи взял микрофон. — Вынужден согласиться с Саймоном. Эта песня была отличным выбором и ты хорошо исполнила ее. Я отдам стул тебе. Иди присаживайся. Два решения до того, как все стало интересно. Следующей была Шарлотта, или Чарли, как она предпочитала. Она была великолепна на прослушивании, но была на низком уровне в bootcamp. Действительно ли он хотел ее здесь, когда торговался с Саймоном, который хотел оставить ее? В итоге она выбрала «This is me», и, честно, Гарри устал от людей, которые берут подобные песни и используют их для шоу. Только то, что она была номинирована на Оскар, не означало, что все должны петь ее. Это было важно в фильме и рассказывало историю, но здесь она была просто песней и теряла смысл. Кроме того, Чарли не обладала достаточно сильным голосом для высоких нот. Это был просто неправильный выбор. Когда песня закончилась, настала его очередь, и он изо всех сил пытался найти что-то, за можно было бы похвалить ее. Луи, вероятно, не стал бы даже слушать и, тем более, давать ей место. — Привет, Чарли, — улыбнулся он, будучи уверенным, что его собираются освистать. — Я просто хочу сказать, у тебя отличный голос, но сегодня я не думаю, что это было твое лучшее выступление. — Ну, спасибо тебе за это, Гарри, — невозмутимо ответил Луи, отсекая Гарри. Кудрявый боролся с желанием перевернуть его вместе со стулом. — Хм, я должен сказать, это было не лучшее твое выступление, но я чувствую, что мы могли бы работать вместе, поэтому я собираюсь дать тебе место пока. Гарри должен был очень постараться, чтобы сохранить на своем лице нейтральное выражение. Тот факт, что Луи подарил место девушке, которую они выбрали с Саймоном, обескуражил его. Он не понимал это. Может быть, они должны были говорить «да», каждый раз, пока бы не добрались до тех, кого действительно хотели. Без разницы. Он был на третьем стуле и Чарли. Следующей девушкой была Гэбби, и Гарри надеялся, что она была также хороша, как и ее выступление на bootcamp. Он действительно должен был желать лучшего команде девушек. Он не ненавидел никого из них. Парни, их было трое, которым он не хотел давать стулья, но ничего не мог с этим сделать. Сначала он должен был их услышать. Единственная причина, по которой Гарри был счастлив за свою группу, заключалась в том, что у него были Эш и Ноа. Гэбби была как Рейчел, первая девушка. Похожий вокальный диапазон, но возраст Рейчел хорошо работал на нее. Он мог слышать, как дрожал голос Гэбби на высоких нотах. Он бы все еще отдал стул. Иногда молодые исполнители были лучше всех, а иногда их возраст срабатывает против них. Им все еще есть, над чем расти. Она получила последнее место. Когда появилась Люси, но закончила тем, что отправилась домой, он отметил первое «нет» Луи. Когда Лаура вышла на сцену, вещи стали становится интереснее, Луи заполнил все свои стулья. — Привет, Луи. — Привет, love. Продолжай и представься. — Меня зовут Лаура. Мне девятнадцать, я из Дублина. Толпа заопладировала, как они делали каждый раз, когда кто-то выходил на сцену. Она выбрала «Secret Love Song», которую один из мальчиков исполнял в одном из прошлых эпизодов. Гарри нравилась эта песня, ему нравилось исполнение. Он не знал, получила бы она место или нет. Луи отдал стул Холли, хотя она была абсолютно ужасна. — Лаура, дорогая, — с преувеличенным энтузиазмом сказала Шэрон. — Это было одно из твоих лучших выступлений. Ты выбрала правильную песню. — Как и сказала Шэрон. Лаура, ты стала намного лучше, так что отдаю стул тебе, что и предлагаю сделать остальным. Первый стул меняется, это была Холли, он знал, и Луи должен был знать тоже. Он наверняка ведет себя мило, заставляя это выглядеть жестоким решением. Он дал ей стул номер три, и Гарри переборол себя, чтобы не бросить сердитый взгляд в его сторону. Луи просто подвердил, что девушка была ужасной, но хотел разозлить его. Стайлс смотрел, как Лаура и Холли обнимаются, чувствуя себя грустно. Хотя несколько девушек уже ушли, все еще была огромная вероятность, что кто-то заберет место. Когда пришло время Наташи, она была второй по счету девушкой, а Луи — только две из его первоначальной шестерки. Лаура установила тенденцию, и всех, кроме одной, без пререканий отправили домой. Она решила спеть собственную песню. Гарри нравилось, когда люди исполняли написанные ими песни, когда те были хороши. Эта была одной из них, но у нее не было сильного голоса, и она была одной из артисток, за которую он боролся. Мира была гораздо лучше Наташи и гораздо лучше половины девушек, сидящих на стульях. У нее был лучший вокальный диапазон и, вероятно, она спела бы «This is me» лучше. Она проиграла потому что ее голос был слишком «театральным». Всегда была какая-то подстава. Он теплил надежду, но, так как у него ничего не получалось, он, вероятно, получит Саймона. Когда он хотел Луи, вселенная играла в игры с ним. Когда пришло время принимать решение, Саймон взял микрофон. — Наташа, я знаю, что на тебя оказывается много давления. Если быть честным, этого недостаточно, чтобы получить место. Однако, выбор за Луи. Гарри был уверен, что Луи боролся с тем, чтобы не закатить глаза. Очевидно, что последних выступающих было сложно услышать. Если бы это его решение, он бы отправил ее домой. У всех остальных девушек голоса были сильнее. — Окей, Наташа, — вздохнул Луи. И, ладно, может быть шатену действительно было сложно принять это решение. Он не знал то давление, которому подвергаются судьи в этой части шоу. Он бы узнал завтра. Но, все равно, ему было немного жаль Луи. — Мне жаль, но я не дам тебе это место. — Все нормально, — девушка улыбнулась и поблагодарила судьей прежде чем уйти со сцены. — Ты сделал правильную вещь, — сказал Саймон, и Луи улыбнулся в ответ. — Еще одно, и дело за тобой, Стайлс. Он покачал головой, заметив самодельную ухмылку Луи. — Не могу дождаться этого. Последняя девушка была самой юной из всех. Он всегда восхищался их смелостью. Гарри было только восемнадцать, когда ему вдруг пришла идея о прослушивании на Икс Фактор. Прошло три года с тех пор, как Луи выиграл и у того было уже два альбома (оба Гарри купил) и сейчас у него был второе турне. Прежде чем вписать свое имя, он отказался от этой затеи. Гарри был слишком переживательным чтобы люди критиковали его навыки в пении когда он только закончил школу.   Если бы он был честным (а он собирался), Лаура была лучше всех сегодня ночью. После Лауры, эта ночь была ее. Или это он так думал. И это было странно. Они обе были самыми юными девушками и обе были самыми лучшими. Хотя он не мог сейчас формировать мнения. Следующий раунд нужно были либо преодолеть или уйти. Нервы были на пределе и осознание того, что это было реально, дошло до некоторых только сейчас. После того как она закончила, Луи сразу начал говорить. Он, должно быть, просто хотел скорее покончить с этим, не желая слышать ничье мнение когда его слова были единственным, что имело значение. — Привет, Элла. Я знаю, это была тяжелая ночь, но я просто хотел начать с того, каким замечательным было это выступление. Ты сделала это с достоинством, и мне жаль делать это– Он сделал паузу, посмотрев на остальных девушек, которые нервно переглядывались между собой. Из всех шести, он честно не знал, какую девушку отправил бы домой. Они все были достойны своего место, и, в отличии от предыдущих, они все были хороши. — Мне правда жаль, но стульев пять. Амелия опустила голову. Элла и остальные девушки обняли ее прежде чем она угла. И это все. У Луи были его девочки. Элла, Оливия, Рэйчел, Эмма, Лаура и Стэф. Честно говоря, он не ожидал, что Стэф пройдет так далеко, но сегодня она доказала, что заслуживает места. Он всегда любил пытаться угадать, кого судьи выберут для живых выступлений. Дома это были просто шутки с Найлом, но, находясь здесь, он чувствовал себя странно. Он собирался узнать этих участников и чувствовал, что болел за них сейчас, когда они проигрывали.

*****

– Лучше, чем в прошлом году? - пошутил Зейн, когда Луи встретил его за кулисами. Прошло какое-то время после того, как все убрали, и единственной, кто сновал вокруг, была команда. Луи стоило возвращаться в свой отель, но ему было некуда идти. – Отстойно. Но, по крайней мере, этого следовало ожидать, – протянул Зейн. Ну, зато, Луи ни с кем не ссорился, как в прошлом году. Наоборот, Томлинсон был самым спокойным из всех, кого он когда-либо видел. Даже когда он был номинирован на одну и ту же награду в третий раз! Нервы Луи перед награждением заставили Зейна дать ему пощечину. – Ты необычайно спокоен. – Да, – согласился Луи, и они вышли на улицу. – Мне на самом деле команда нравятся больше, чем парней. – И все же, - ухмыльнулся Малик, закуривая сигарету, – не ненавидь их так сильно. – Я их не ненавижу! Быть наставником целой команды куда сложнее, чем одного человека, – объяснил он, выдыхая дым прямо в лицо Зейна. – Ну, я уверен, что девушкам понравилось бы быть у тебя, – поддразнил Зейн, хватая сигарету. – У тебя много поклонниц. Уверен, что петь для тебя было их мечтой. – Конечно. Но я хочу делать свою работу, а не флиртовать. Так что, без разницы. – Ну, по крайней мере, ты не получил тех, кому за 25. Это было бы правда смешно. Мы с Лиамом этого ждали. Я потерял полтинник из-за этого. Зейн звучал очень обиженно, и Луи пришлось закатить глаза. Как будто это была крупная ставка. Зейн и Лиам могли позволить себе ставкуи и посерьезнее. – Я обиделся, Малик. Я стою всего полтинник? Мужчина закатил глаза и глубоко вдохнул. – Успокойся, Томмо. Это ведь все не серьезно, но это не значит, что я не разозлился из-за проигрыша. Ты знаешь, как я ненавижу проигрывать. – Когда вы будете ставить больше, мне станет все равно. – Луи схватил сигарету обратно. – Как будто это важно. Итак, Стайлс следующий. – Да, и ему лучше не облажаться. Это его первый год. Если он будет вести себя так, как будто хочет всех, публика разорвет его. – Черт возьми, Луи, я не знал, что тебя это волнует, – ухмыльнулся Зейн. – Меня не… – он глубоко вздохнул, затянувшись, – я не хочу, чтобы он выглядел плохо. Вероятно, он будет первым судьей. Он чертовски крут, и это будет его ошибкой. – Как будто тебя не было в прошлом году? – защищался Зейн. Он был там для Луи, но иногда ему приходилось напоминать ему, что Гарри был новичком. – Завтра посмотрим. – Посмотрим, – согласился Луи, снова одергивая себя, игнорируя протянутую руку Зейна. Он не вернет сигарету. Зейн может взять свою. – У него мальчики. И ему, вероятно, нравится это, – Луи улыбнулся своим мыслям. – Ты тоже гей, если забыл. Хотя я не знаю, как ты мог это забыть. – Да. Но у меня команда девушек. У Стайлса лишь мальчики. Держу пари, что ему нравится это. Держать их всех в поле зрения. – Не все из нас также сексуально разочарованы, как ты. Луи решил просто промолчать. – Ну, как говорят СМИ, я уверен, что им понравится слышать, что ему достались парни. Хотя, возможно, они бы умерли, если бы у него были девушки. Луи напевал. Он не знал почему, но мысль о том, что СМИ буквально взрываются из-за Гарри, заставляла его чувствовать себя неловко. Он сказал себе, что это потому, что он не хотел, чтобы слухи мешали шоу. Такого никогда не было, но у них и не было Гарри раньше. – Боже, я надеюсь, что нет. И перед тем, как ты скажешь это дерьмо, дело не в этом. Я не хочу, чтобы он испортил имидж этого шоу. – Как скажешь, Луи. Но я согласен. Хотя я не думаю, что это повредит шоу. Есть Саймон и ты. Ты уже следишь за Гарри во всем. Вероятно, разницы не будет. Луи кивнул и покончил с сигаретой, прежде чем потушить ее об землю. – Я надеюсь, что ты прав, но мы не узнаем, пока они не начнут показывать это дерьмо. – Ты когда-нибудь сожалел, сказав «да» в прошлом году? – спросил Зейн, когда вытащил еще одну сигарету. Луи вздрогнул, уставившись в лужу. Он забыл свой пиджак в своей комнате, но ему было лень его забрать. Хотя бы дождь прекратился. – На самом деле, нет. Я не готов вернуться. Это было отличное предложение. Плюс, я вроде как должен им. Это шоу положило начало моей карьере. – Я знаю, что спрашивал и раньше, и твои поклонники спрашивают, но когда ты планируешь вернуться? В октябре будет два года. – Я, честно говоря, не знаю. Ты знаешь, что я был в туре с двадцати лет. Всего их было шесть. Я хочу больше двух лет отдыха. Потому что, как только я вернусь, меня бросят в ту же рутину. Он на самом деле так думал, когда объявил о своем перерыве. Его фанаты взорвались, на самом деле, спрашивая, уходит ли он в отставку. Умоляли его продолжить. Он был умен и не выпускал альбом во время гастролей. Так что, когда он вернется, будет новая музыка и новый тур. Луи не чувствовал стресса. Думал выпустить альбом после своего тура, а затем сделать перерыв, но это было бы тяжело и напряженно. Его поклонники бы умоляли. Это все еще раздражает, но он мог бы вернуться. Гарри не объявил перерыв, но на самом деле он не следил за карьерой Гарри. Он узнавал новости, когда поклонники писали твиты о них, или он обнаруживал, что Гарри был номинирован на награду. Он действительно должен был прочитать о кудрявом. Даже когда индустрия развлечений гудела об этом новом артисте. Если бы Гарри был его соперником, он действительно должен был бы прочитать, с кем имеет дело. Вот что он собирается сделать сегодня вечером. После того, как Луи ушел от Зейна, который никогда не позволил бы ему пережить такое, ему потребовалось так много времени, чтобы начать гуглить Гарри. Он был уверен, что Зейн уже делал это. И он не хотел признать, что ему потребовалось четыре года. Он был уверен, что более половины его фанатов уже исследовали Гарри вдоль и поперек. Томлинсон видел только твиты Гарри, когда отмечал его, но это происходило, когда он выпускал альбом или получал награду. Он все еще не понимал. Гарри никогда не был «колючим» в сети Но здесь он был невыносим. Луи смеялся каждый раз, когда его поклонник отмечал Гарри за приставанием к его сексуальности. Ходили слухи, что он был в шкафу. Он знал, как тяжело владеть своей сексуальностью на публике. Но ему повезло, что его команда приняла его, хоть это и стоило многого. Кроме того, его поклонники были великолепны. Гарри никогда не отрицал и не подтверждал свою ориентацию, были просто предположения. И Луи был уверен, что Гарри гей. Или хотя бы би. Никто не мог вести себя так, как Гарри. А еще одежда. Не это определяло сексуальность мужчины. Но он был уверен, что ни один нормальный мужчина не будет носить ботинки на каблуке с открытой рубашкой, так зачем же застегиваться на пуговицы? Если только он не был рок-звездой. Кем Гарри определенно не был. Луи может ненавидеть Гарри. Но он никогда не вызывал ненависти у Гарри. Он был выше этого. Он на самом деле должен был это найти. Посмотреть, не говорил ли Стайлс, встречается ли он с кем-нибудь. Из последних новостей личная жизнь Гарри менялась лишь раз в году, когда его увидели с моделью и начались предположения, встречались они или нет. Он никогда не встречался с кем-либо в течении длительного времени. Более распространенными были его пьяные похождения. Он знал, что его мама взбесилась, когда она узнала, что Зейн и Лиам были вместе в течение почти трех лет, а ему, в двадцать шесть, так и не удалось найти никого, с кем можно было бы жить вместе. – Гарри почти сделал это. Он гастролировал едва ли не каждый год. – Он популярен всего четыре года. У него лишь два альбома. И два тура. – Правильно. Но он был бы в туре в январе, если бы не был здесь. – Думаю, да. Но у него нет нового альбома. И почему мы говорим о Гарри? Я не хочу думать о нем до завтра. – «До сегодняшнего вечера» – Но он не собирался это признавать. – Ты был тем, кто начал разговор! – крикнул Зейн. – Пойдем. – Снова пошел дождь, и Зейн точно не собирался намокать. – Хочешь пойти поужинать? – спросил Малик, когда они отправились в отель. – Нет. Слишком устал. Я просто хочу есть и спать. – «И шерстить интернет о Гарри». – Ты уверен? Не хочу идти и быть разбитым. Луи застонал от этой идеи. Он хотел бы напиться и поспать весь день, но не мог. Он даже не мог выпить, ведь выпьет слишком много. Он должен встать завтра утром и быть трезвым. – Я не могу, и тебе не следует. Завтра ты должен быть очаровательным и красивым. Не выглядеть как с похмелья. – Ты скучный, Луи. – Я?! – запротестовал он. – Я обещаю, послезавтра мы будем злить Лиама. – Пожалуйста, но он уже зол. У него еще есть два месяца, пока я доберусь до него. – Оу, – прогудел Луи. – Он скучает по своему малышу, не так ли? – он обнял парня за плечи и притянул к себе. – Видишь, вот почему я не встречаюсь ни с кем. – Отстань, Лу, – Зейн толкнул его достаточно сильно, чтобы тот врезался в окно. – То, что ты и я оба бессердечные ублюдки, не означает, что отношения это дерьмо. Луи рассмеялся, поворачиваясь на своем месте. – Лиам изменил тебя. – Может быть, – пожал плечами Зейн, не желая признать, что Луи был прав. – По крайней мере, я не умру в одиночестве, – сказал он со скучающим видом, как будто они уже разговаривали на эту тему. Они действительно обсуждали это. Когда съезжались. Луи правда не ожидал, что Зейн и Лиам, два его лучших друга, начнут встречаться. Однако он умолял их потрахаться из-за сексуального напряжения, которое буквально убивало его. По-видимому, так они и сделали, и почти три года спустя все еще были вместе. И он все равно скажет это им в день их свадьбы. Если он когда-нибудь настанет. – Я говорю о том, что ты изменишься. Когда найдешь подходящего парня. – Я не хочу, чтобы вы меня подставили. Если это произойдет, то произойдет. Он действительно никого не искал. И если Лиам и Зейн попытаются подставить его, он будет подереться с ними. Ну, с Зейном. Луи был почти уверен, что Лиам отправит его в нокаут. Но Лиам скорее был щеночком. Может все было в порядке, и они не будут сражаться в ответ. – Конечно, Луи. Но в действительности он не был уверен. Может быть, Зейн прав, и он пожалеет об этом позже. Когда ему будет сорок. Он будет беспокоиться об этом позже. Ему было всего двадцать шесть, и все было впереди. Когда они добрались до отеля, Луи коротко попрощался и бросился к лифту. Ему нужна еда и его ноутбук. Возможно, после всех исследований его нелюбовь к Гарри будет обоснована. Он не смотрел, следит ли Зейн за ним, и, если честно, ему было плевать. Зейн знал дорогу, и у него была своя ключ-карта. Он, вероятно, собирался проветриться или позвонить Лиаму. В одиночестве. Луи запустил свой ноутбук и заказал обслуживание в номерах, прежде чем переодел штаны и футболку. Он не тратил впустую время, входя в интернет. Шатен был настолько поглощен статьей, что резко подпрыгнул когда в дверь позвонили. Он чуть не разорвался между чтением и приемом пищи. Луи решил открыть дверь, когда его живот заурчал. Он осознал, насколько голоден, только когда поставил поднос на кровать, и вспомнил, что не ел ничего с самого утра. Он сидел со своей тарелкой, читая статью о том, как Гарри присоединился к группе X-Factor'а. Даже статья не была такой обнадеживающей, как он думал; видеть кого-то столь юного в роли судьи было странно. Так что, Луи должен был признать, что это полная фигня. Когда он стал судьей, то был всего на два года старше Гарри. Но ему было двадцать пять. Гарри же был одного возраста с участниками. Он пролистал остальные, прежде чем щелкнуть на другой статье о присоединении. Это обескуражило Гарри, и он сказал, что его поклонникам не понравится отсутствие нового альбома (что всегда было так). Даже когда вы находитесь в туре, некоторые фанаты думают, что вы обязаны выпустить новый альбом одновременно. Он прочитал рецензию новый альбом, который был сравнен с последним альбомом Луи, хотя Гарри занимался этим всего год. Альбом стал номером один в чартах, но автор уточнил, что, если бы Луи все еще выпускал музыку, он был бы вторым. Луи почувствовал себя обиженным, когда автор рецензии говорил так, будто он ушел в отставку. Но он был рад, что все еще актуален. Луи собирался вернуться два года, волнуясь о том, что его забыли. Он понял, что его присутствие в индустрии все еще было актуальным. Кроме того, он уступал первенство Гарри только потому, что парню попросту не с кем было соревноваться. Год назад это взволновало бы его, но сейчас Луи не знал, как чувствует себя на самом деле. Зейн сказал бы, что он наконец испытывает угрызения совести. Может быть. Он не сказал бы, что сожалеет о том, что сделал годами ранее. СМИ ошиблись, когда раздули из мухи слона, исходя из обыкновенного твита. Он никогда не скажет Зейну об этом. Луи нажал на вики-страницу, с которой ему наверное следовало бы начать, но статья о X-Factor'е привлекла его внимание. Страница началась так же, как и любая другая. Полное имя, дата рождения, род деятельности и краткое описание того, чем он был известен. Он посмотрел в угол, где было фото улыбающегося Гарри с награждения в мае, судя по дате. Он прокрутил до раздела личной жизни, но это была самая маленькая часть всей статьи. Сказано было только, что он переехал в Лондон, когда ему было девятнадцать. Жил с мамой и сестрой. Никаких новостей об отношениях или бывших. И что он хотел изучать фотографию до того, как стал певцом. Он фактически подтвердил, что подал заявление до того, как его подписали. Но его исследования мало что дали. Либо Гарри почти ничего не рассказывал, либо интервью были отстойными, где не задавали важных вопросов. В любом случае, Луи был все также далек от информации, которую хотел знать. Он даже не знал, что чувствует. Поэтому он задался вопросом правда ли, что с ним все в порядке или он пытается себя обмануть. Он хотел зайти в твиттер, но это было темное место. Он использовал его только тогда, когда вариантов больше не было. Когда Зейн вошел мгновение спустя, Луи быстро захлопнул крышку ноутбука, морщась от звука, который она издала. Как будто он не мог позволить себе новый (он просто не хотел). – Что?! – В самом деле? Ты ударил эту штуку так сильно, что я не удивлюсь, если ты сломал ее. Что ты смотрел? Я бы сказал, что порно, но, судя по твоему виду, это не так. – Правда, Зейн? - сказал Луи обиженно. Только то, что он был единственным из них без парня, не означало, что он отказывался от каждого своего шанса. Кроме того, это было грубо, когда Зейн и Лиам были вместе. – Эй, я должен был предположить. Ты ведешь себя странно. Что ты там прячешь? – Зейн потянулся к ноутбуку, но Луи успел схватил его. – Не твое чертово дело, Малик. – Он встал с кровати и спрятал ноутбук в сумку. – Лучше ему быть там, когда я проснусь завтра. – С каких пор ты что-то скрываешь? Обычно тебя не заставишь заткнуться. – Да, но сегодня я не в настроении. Завтра первый день Гарри, и он, вероятно, будет говорить «да» всем мальчикам, и станет любимчиком публики. Зейн усмехнулся и подошел к своей кровати. – Уверен, он будет всех развлекать. Саймон, вероятно, не спросит с него послезавтра. – Боже, я надеюсь. Даже если я не думаю, что вернусь. Я просто хотел бы знать, что у него нет выбора. – Ну, если он окажется отстойным, публика будет просить его уйти. Это же хорошо, верно? Луи кивнул. Он, честно говоря, не хотел, чтобы Гарри облажался. Отстать от него было бы хорошо. Томлинсон наслаждался этим, хоть никогда и не признался бы. Завтра его ждет стресс. Он не мог смотреть на Гарри так, как хотел. И завтрашний день не будет отличаться. Да. Он был ослом и мог это признать.

***

Когда первый парень, Райан, вышел на сцену, до Гарри дошло, что все это было реально. Будущее этих мальчиков было сосредоточено в его руках. Даже после того, как он поговорил с Джеммой и Найлом перед этим, он не был так напряжен вплоть до этого момента. Он знал, на что подписывался. Он знал, что его сестра и Найл вероятно злились на него из-за переосмысления своих чувств, но пока люди не пройдут через то, что в прошлом прошел он, они не поймут. Луи был единственным человеком, который помогал ему в школе. В основном, с его музыкой. Это было полным крушением, когда выяснилось, что Луи был не тем, кем казался по телевизору. Ему было, что доказать сегодня и в доме судьей. Ему нужно было доказать Луи и всем, кто смотрел, что он заслуживал находиться здесь и знал, что делал. – Привет, Райан, – улыбнулся Гарри, когда парень вышел на сцену. – Привет, Гарри. – Как ты? – Я в порядке. Нервничаю. – Я знаю, это наверное сложно, выступать первым, но все будет хорошо. И какую песню ты будешь исполнять? – «Creep». Гарри кивнул, улыбнувшись. – Ну, удачи. Неважно, если Райан был действительно хорош и заслуживал место, Луи бы нашел к чему придраться. – Что ж, Райан, – начал Луи, и, конечно, он взял первое слово. – Я думаю, это было отличным способом начать шоу. Хорошая работа. – Согласен. Я скажу, что это не было очень сильно, но ты оправдал себя, так что я верю в тебя. Присаживайся. Толпа заопладировала, но он знал, что не все это стоило риска. Райан был довольно слаб на bootcamp, но ему дали второй шанс. Этот шанс был последним. Следующим был Лео и первым, кто отправился домой. Он получил несколько неодобрительных возгласов, но им стоило признать, что он сильно исказил песню. Он сделал то, чего не делал ни один из судьей – отправил участника домой только с одним заполненным стулом. Гарри знал, что люди думали, что он будет говорить "да" каждому мальчику и провалил бы все, но он на самом деле относился к этому серьезно. Следующим парнем был Финн, который выбрал неправильную песню. Он выбрал "Closer" группы Chainsmokers, которая являлась довольно не запоминающейся песней. Она была обычной, а одной из вещей, которая ему нравилась в Финне, был его уникальный голос. И он просто не подходил такому типу песен. – Финн, – наконец сказал Гарри, кусая губу. Ему правда не хотелось это делать, но этого просто не было достаточно для того, чтобы рискнуть. – Мы услышали многое от тебя, но я не знаю, что случилось. Песня не подходит твоему голосу, это было почти вяло. Мне жаль, но я не могу отдать стул тебе. Финн просто грустно улыбнулся, прежде чем уйти со сцены. Они послушали еще двоих парней, Калеба и Исаака, отправив их обоих домой, когда Луи сказал кое-что. – Если ты не начнешь наконец говорить "да", у тебя останется один Райан. – Я знаю, Луи. Но я не собираюсь раздавать места каждому, – он уставился в глаза шатена, с вызовом выгибая бровь. Гарри знал, о чем тот думал. О чем все думали. Ноа был следущим, и он оказался безоговорочным "да". Он получил пять заполненных стульев перед следующим "нет". Луи стоило признать, что Гарри делал свою работу. Нэйт был девятым, и он не был достаточно хорош, чтобы поменяться местами, что было интересной частью шести стульев. Он вернулся в своем обычном стиле, но в этой черной шляпе. Луи не знал почему, но Гарри, возвращаясь к своему обычному виду, разозлил его. Шляпа выглядела смешно, но он неохотно должен был признать, что она подходит кудрявому. Хотя это не означало, что он позволил бы этому сойти Гарри с рук. – Привет, Нэйт, – Гарри широко улыбнулся. – Как поживаешь? Мальчик кусал губы, выглядя так, будто ему было дурно. Луи предполагал, каким нервным он, должно быть, себя чувстовал на этом этапе. – Я нервничаю, – признался он честно. Луи почувствовал сострадание к парню. – Это нормально. Просто вдохни глубже и начинай когда будешь готов. К сожалению, мальчик ужасно фальшивил. Луи почувствовал странное чувство в животе, когда подумал о честном мнении, которое тот получит. Саймон был первым, кто заговорил, и, как и ожидалось, он был жесток. Не так жесток, как он был по отношению к некоторым учасникам до парня из команды Гарри. – Если бы это касалось меня, я бы не отдал тебе место. Нэйт только кивнул и поблагодарил его. Луи развернулся к Гарри, ожидая, что тот проигнорирует Саймона, отдав парню стул. И хотя многие люди говорили это, Гарри звучал будто имел это ввиду, и Луи нужно было видеть, как Нэйт уходил, чтобы быть уверенным, что все правильно расслышал. Гарри на самом деле следовало отправить мальчика домой. Следующим парнем был Мэтт, Луи запомнил его с bootcamp'a. Он боролся за то, чтобы оставить его и теперь собирался увидеть, был ли прав тогда и что скажет Стайлс. Гарри был в курсе о взглядах Луи на него. После каждого мальчика Луи смотрел на него, и Гарри был готов огрызнуться. Он никогда не делал этого с Саймоном или Шэрон. Ждал ли Луи перерыва, чтобы оскорбить его или поссориться по поводу его выбора? Ему пришлось убать Криса и Эшли. Теперь он должен был делать свою работу. И судить так справедливо, как только мог. Он бы лгал весь свой путь своим следующим соперникам. Когда Мэтт начал петь, Луи бросил взгляд на Гарри, который выглядел так, будто предпочел бы находиться где угодно, но не здесь, играя со своими кольцами. Сначала заговорила Шэрон а Луи наблюдал за Гарри. Его руки были крепко сжаты вокруг микрофона, и Томлинсон был уверен, что Гарри сломает его, если не отпустит в ближайшее время. – Мэтт, это было одно из твоих лучших выступлений. Мэтт улыбнулся, но Луи мог бы утверждать, что это было вынуждено. Его брови взлетели вверх, когда Гарри продолжил и сказал ему занять последнее место. Они взяли паузу. Гарри облокотился на стул, проведя рукой по лицу, чуть не сбрасывая свою шляпу с головы. – Что со шляпой, Стайлс? – спросил Луи, пристально глядя на Гарри, когда Шэрон ушла на перерыв. Гарри взглянул на Луи прежде чем вернуться на сцену. Он был не в состоянии смотреть на сцену и видеть Мэтта на одном из сидений. – Это то, что я выбрал. Луи хмыкнул, и Гарри подумал, что он оставил его в покое, но нет. – Выглядит так, будто ты слишком сильно стараешься. – Ну, не все из нас хотят выглядеть так, как будто они только что вылезли из постели, – Гарри обернулся, осмотрев Луи с ног до головы. – Я бы подумал об изменениях, когда начнутся прямые эфиры. Прежде чем Луи смог ответить, они вернулись, и следующим мальчиком был Крис. Парень был так же хорош, хоть выбрал и не лучшую песню, но он спел ее хорошо, чтобы заработать место. Он забрал первый стул, но это было частью волнения в этом раунде. Адская боль для судей. Эзра вышел на сцену. Он не был тем именем, которое Гарри выделял. Он согласился оставить его только потому что тогда было три против одного. Сейчас же в этом не было смысла, и, насколько он помнил, Эзра был таким дрочилой, который гордился собой из-за похвалы и аплодисментов. Он был далеко не лучшим из всех, и Гарри собирался сказать "нет", если так ничего и не изменилось. Выступление был не очень хорошим и Эзра плохо воспринял это. Даже после второй неудачной попытки. – Я действительно не думаю, что ты понимаешь, Гарри, – отрезал Эзра, когда он сказал ему «нет» в третий раз. – Мне жаль, но мой ответ "нет". Это просто не было твоим лучшим выступлением. Я дал тебе еще один шанс, и все еще оставил несколько мальчиков. – Могу я попробовать еще раз? – Эзра звучал отчаянно, и Луи задался вопросом, сдастся ли Гарри в этот раз. Он уже пытался быть непоколебимым. – Нет. Мне жаль, но я принял решение. Я не дам тебе место. Эзра выглядел разъяренным и Гарри даже запереживал, что мужчина ударит его. Вместо этого тот просто развернулся и ушел, прорычав "пошел нахуй". Что ж, Найлу понравится эта история, когда он расскажет ему о ней этой ночью. В прошлые годы на Саймона и Луи тоже ругались матом, но Гарри выпала честь быть первым в этом сезоне. Он уронил голову на руки, простонав. Он знал, что это сделает день Найла, но это все еще было выматывающим, когда было нацелено на тебя. – Ты в порядке? – спросила Шэрон, по-доброму улыбнувшись. Гарри оглянулся чтобы посмотреть на Луи, который кусал свою губу. Скрывая улыбку или смех, он не знал. – Я в порядке. Это наверное хорошо для шоу? – Гарри попытался пошутить, но все равно почувствовал неприятное чувство внутри. Почему события, которые препологали хорошее развлечение, всегда затрагивали его? Они не ждали долго прежде чем отправить следующего парня домой, и Гарри почти вздохнул с облегчением, когда на сцену вышел Эш. – Привет, Гарри, – Эш широко улыбнулся, встав на середину сцены. – Привет, Эш. Как ты себя чувствуешь? Он чувствовал, что бесконечно повторял один и тот же вопрос. На который всегда был один ответ. – Я хорошо. Не так уж и нервничаю, – поддразнил он, на что Гарри просто шире улыбнулся. – Уверенный. Хорошо для тебя. Начинай. Эш взял «In My Blood», что было интересным выбором. Новая песня и он первый, кто выступал с ней. Также хорош, как был Эш. Ноа все еще был лучшим этой ночью, но все еще "да". Он также был вторым на очереди забрать место, и это было сложнее, чем просто отправить парня домой. Он знал, что не мог занимать много времени, но это было сложно. Мэтт и Ноа были очевидным "нет". – Хорошо. Я отдам тебе номер четыре. Мне правда жаль, Джеймс. Два парня обнялись и тогда вышел Алекс. Самые лучшие, по-видимому, были в самос конце, делая его работу еще сложнее. К последнему выступлению у него было трое из первоначального состава, что не было ужасно, так как он уже прошел через это. Гарри был уверен, что Зак хочет убить Криса за кражу его места в последнюю секунду. Зак был оченьблизок, но у Криса был такой уникальный голос, и его песня была выбрана идеально, что Гарри не мог сказать "нет". – Это твоя команда, – сказал Саймон, указывая на парней, и Гарри просто улыбнулся. – Доволен своим выбором? Он спросил об этом у Шэрон и, в основном, сказал Луи просто быть счастливым. Гарри был счастлив. Эш не разочаровал, Ноа был фантастическим, Крис и Эллиот удивили. Прежде чем подняться на сцену, он в последний раз посмотрел на парней, обнимающих друг друга. Их будет вдвое меньше, и новичок присоединится к ним, когда будет объявлена (?wildcard?). Гарри просто надеялся, что он ему понравится или, возможно, нет. Ноа, Крис, Мэтт, Эш, Райан и Эллиот. У них хотя бы был перерыв перед частью с домом. Гарри прошел за кулисы, избегая Саймона, но не Луи. Он должен был миновать комнату Луи, чтобы достаться до своей, который был на улице, смеясь с Зейном. Не позволяя Луи заговорить первым, Гарри улыбнулся когда их взгляды встретились. – Луи, – он улыбнулся. – Томлинсон открыл рот, но не остановился, чтобы услышать. Зейн подтолкнул Луи, смеясь. – Тебе нужно признать, Стайлс был впечатляющим. Я не говорю, что он мне нравится, – он двинулся вперед, встретившись с Луи взглядом. – Хотя он правда сделал свою работу. Луи поджал губы, глядя вниз, где исчез Гарри. Ему стоило признать, что нужно было отдать должное Гарри, а не основывать свое мнение на интервью. Но один хороший день ведь не означал, что он не согнется под давлением, когда шоу действительно начнется. – Ну, мальчик доказал, что он зрел. Тем не менее, скажу, что он сломается. У Гарри была эта картинка, которую он должен был сыграть для публики, но Луи видел, что тот был за закрытыми дверями. И это был классический трюк, используемый большинством знаменитостей. Когда он начинал, то не пытался угодить другим. Он был тем, кем был и люди приняли это. – Конечно, – Зейн закатил глаза. – По крайней мере, у тебя сейчас перерыв. Перри все еще твой гость? – Ага, – сказал Луи, все еще глядя вниз по коридору. – Я звонил ей прошлой ночью, она тоже рада, что я получил девочек. У меня в любом случае есть копия, так что если она решит отступить, я застрахован. – И я не думаю, что Перри бы сделала это. – Нет. Она бы не стала. Ты знаешь с кем Гарри? – Луи пытался вспомнить тот раз, когда Гарри упоминал, с кем он придет, но помнил только гостей Саймона и Шэрон. – Никогда не слышал. Не думаю, что он говорил об этом. – Уверен, они объявили это, но так как это "Гарри-новости", ты проигнорировал это. – Или может у него никого нет и шоу выбрало кого-то для него. Он никогда не тусуется с кем-то на вечеринках. Зейн дерзко ухмыльнулся, похлопав Луи по плечу. – Следил за ним, да? Луи повернулся к своему другу, таращась на него. – Трудно избегать кого-то, не следя за ним. И с ним рядом всегда тот парень Хоран. – Если это так, то наверное Гарри возьмет его. – Немного смешно, что у Гарри есть кто-то, кто гораздо успешнее его, помогающий ему на выходах в свет. – Гарри не так уж и позади Найла. Реально, ты единственный, кого волнует это дерьмо. – Нет, не волнует, – огрызнулся Луи. Его действительно не волновал артист, если только тот не выпускал альбом или не получал награду. Он мог допустить, что в индустрии есть много талантливых певцов, но никто не мог сравниться с ним, пока не появился Гарри. – Нет, волнует, – исправил его Зейн, снова закатив глаза. – Не переживаешь, что это Гарри выйдет из твоей тени? Тебе не страшно? – Прошло четыре года, и ему удалось попасть на первое место с этой песней. Даже его последний альбом, хотя он и вышел на первое место, все еще был ниже моего последнего. Он почувствовал, как пузырь удовлетворения наполнил его. Луи никогда не признался бы в этом, но когда Гарри выпустил свой новый альбом, он с нетерпением ждал цифр и почувствовал, как волна облегчения нахлынула на него, когда он все еще бил Гарри по популярности. Хотя никто и не упомянул его, кроме как фразы о том, что Гарри добрался до вершины чартов только потому, что Луи был на перерыве. По какой-то причине он не знал, что на самом деле думает об этом комментарии. Он ненавидел бы, если бы они поменялись ролями. – Все еще пытаешься раздуть свое итак огромное эго, Томлинсон? Не думаю, что кто-то забудет тебя. Ты все еще получаешь тысячи твитов, где тебя просят вернуться. – Все еще. Ждать чего-то возвращения и дождаться его это две разные вещи. Я боюсь, что им не понравятся новые песни. – Два года это не такой уж и большой период времени. Некоторые певцы уходили на перерывы подольше, и их все еще с радостью встречают. И с тех пор, как ты на X-Factor, ты все еще на глазах у публики. Не так, как большинство, и у них нет проблем с этим. Тебе правда не стоит переживать. Зейн был прав, но он не понимал всего. Он никогда не выступал. Лиам мог бы помочь, но он не уходил на перерыв. Серьезно, Томлинсон был один на один с этой проблемой. – Полагаю, да. Но кто говорит, что это будет два года? Может вообще три или четыре. Зейн пожал плечами и потянул Луи к задней двери. – Тогда это то, что ты говоришь, и твои фанаты взорвутся от криков счастья, когда ты объявишь о своем возвращении. Все просто. – Ты так говоришь, будто это так просто, – Луи застонал, когда, открыв дверь, сильный порыв ветра чуть не снес его. – Не хочу быть мудаком, но ты вроде не знаешь этого дерьма. – Сейчас я напомню, почему мне не нравится тебе помогать. Ты такая королева драмы. – Я не королева драмы, – заныл Луи, пока Зейн шел к машине, которая ждала их. – Это актуальные проблемы. – Если ты хотел помощи, то не бесился из-за всего что мы с Лиамом говорим. Ты любишь внимание и ты знаешь это. Зачем же ты тогда еще попробовал себя на Х-Factor? – То есть ты не любишь? Ты ненавидишь когда тебя трогают, и все же ты стал ведущим. Тебе нравится вести, это привлекает к тебе внимание без стресса и требований тура. Не будь лицемером, Малик. Помимо касаний, Зейн ненавидел, когда кто-то был прав насчет него. Это не было чем-то плохим, многим артистам нравилось внимание. В противном случае, они бы не выступали на сцене перед тысячами людей. – Хорошо, признаю это. Я сказал тебе когла впервые получил работу. Я не виноват, что ты используешь известные факты, чтобы помочь себе. Он на самом деле не забыл, но это помогло его делу, пока не вспомнил, что Зейн сказал, что предпочел бы не петь, когда Лиам жаловался на то, что его звукозаписывающий лейбл хочет продвинуть свой альбом на два месяца вперед. Да, возможно Зейн был прав в чем-то. Тем не менее, Зейн всегда был расслаблен, поэтому он действительно не знал, был ли младший парень взбешен или нет. – Я этого не делаю. Просто говорю тебе не говорить дерьмо о том, что делаю, если ты такой же. – Правда. Но некоторые люди справляются с этим лучше. – Не используй своего парня как пример. Зейн закатил глаза, пока они вылазили из машины, когда та остановилась напротив отеля. – Он твой приятель, Луи. И я не говорю о нем. И Хоран выглядит невпечатленным всем этим. – И пока он тусуется со Стайлсом. – И я тусуюсь с тобой. Давай просто согласимся с тем, что мы оба любим внимание в какой-то степени и сдеоащ погром, празднуя еще один шаг ближе к финалу. Если бы ты снова выиграл. – Мне честно плевать. Просто хочу, чтобы Стайлс выбыл первым. – Ну, так как он молод и это его первый опыт, я скажу, что тебе не о чем беспокоиться. – Я очень надеюсь, что ты прав, – он не мог справиться с этим, если Гарри доберется до конца, а Луи нет, или они оба не дойдут до финала. Разделить финал с Гарри было бы кошмаром.

***

– Знаешь, если бы ты действительно остался дома, мы могли бы общаться по Скайпу, – сказал Гарри, обойдя комнату. Он только зашел в свою комнату, прежде чем Найл позвонил ему. Видимо, писать ему, что он закончил, было плохой идеей. По крайней мере, Найл не позвонил ему, когда он был в машине. – Ну, некоторые из нас должны работать, Хаз. Или ты так сильно соскучился по моему лицу? Гарри мог слышать самодовольную улыбку на лице Найла, и ему не хотелось ничего больше, кроме как стереть её. – Я не думаю, что я что-то упускаю. И я работаю. Найл смеялся слишком громко, даже отстранившись, он четко его слышал. – Мне ещё нужны мои уши, Найл, – отрезал он. – Извини, – сказал ирландец, не звуча искренне на самом деле. – В любом случае, как прошел твой длинный день? Настолько удачно, чтобы поставить Луи на место? – Нет. Фактически. День на самом деле прошел лучше, чем он ожидал. Да, Луи все еще был ослом, но он не сказал ничего, чего Гарри не слышал раньше. Сегодня Эзра победил Луи. Он знал, что если Луи был "милым", то должно было случиться что-то еще. Ему не повезло, и это подтвердилось, когда пришел Эзра. Тем не менее, он понял тошнотворную вещь в тот момент. Слова Эзры не имели такого же эффекта, как слова Луи. Не то чтобы они не ранили. Просто он видит это почти в каждом твите, где их с Луи сравнивают. Он привык к этому, но Луи был чем-то другим. Возможно, потому что его команда предупредила его о прессе и фанатах других артистов. Но Луи был другим. Он был его влюбленностью с дней X-Factor'а. Он не был кем-то, кого он встретил после того, как стал знаменитым. Он встретил свою любовь, когда только начинал. Луи был до всего этого. Он отличался, и поэтому, наверное, это так ранило. Луи издевается над ним. Позволяет своим поклонникам делать то же самое. Фанаты Гарри действительно ссорились с фанатами Луи из-за Твиттера. Было немного смешно и приятно видеть людей на его стороне. Даже при том, что он никогда не встречал их, он никогда не заставлял никого заступаться за него. Он хотел поблагодарить их, но ему не разрешали признать их ссоры. Это привело бы к худшему. Его предупредили не вмешиваться. Но это не значит, что Гарри не мог смотреть. Так он узнал, что девочки-подростки были страшны. Интересно, говорила ли команда Луи то же самое? Он понял. Луи никогда не комментировал происходящий конфликт. Хотя всегда его начинал. Обычно он защищает Лиама, что было милым. Но когда прошло награждение, он стал целью Луи. И обычно это начинало те самые бои в Твиттере. Найл даже попадал в них пару раз, но не имел ограничений со стороны своей команды. Это тоже было занимательно. – Он прокомментировал мою одежду, – предложил он. – Это не было чем-то, чего я не слышал. На самом деле это не было обидно. Он говорил то, что я уже читал в Интернете. – Может быть, он понимает, что ты на самом деле делаешь свою работу. Только то, что ты на три года моложе, не значит ничего плохого. Ты закончил школу и собирался в универ. Это поразительно. – Вы с Луи тоже закончили школу, – отметил он. – Так себе. Он был больше сосредоточен на музыке. Тебя действительно приняли! – Не имеет значения, когда ты бросил учебу. Но я правда думаю, что Луи знает, что сказать. – Томлинсон потерял дар речи? – Нет. На самом деле, нет. Я правда не знаю. Но я думаю, он просто думал, что я никому не смогу сказать «нет». – Ну, если у тебя в команде шестеро, то так и было. – Не в этом дело, Найл. У меня почти не было никаких аргументов «против», как у Саймона и Шарона. Были протесты, но публика действительно должна болеть за всех, кто поет. – Мм. Это правда. Так как выступили парни? Мэтт получил стул? – Он уже знал ответ, но решил, что должен спросить, а не предполагать. – К сожалению, – пробормотал парень. Это был худший выбор, который он сделал сегодня вечером, но он должен был сделать его. – Он был одним из лучших, и было бы странно, если бы я позволил кому-то другому получить его кресло. Я просто надеюсь, что когда мне придется принять окончательное решение, кто-то станет лучше, и я смогу сказать «нет». – Держи меня, чтобы я его не ударил. – Ты же знаешь, что это другой Мэтт, верно? Типо, я даже не знаю, где Мэтт. Кроме того, он не такой уж плохой парень. Просто воспоминания приходят, когда я его вижу, это нечестно. Он не хотел встретиться с Мэттом, как в кино. Он не хотел встречи со своим хулиганом, чтобы показать, насколько он был успешен и как далеко ушел. Это было таким клише и казалось нереальным, так как он жил в Лондоне. – Неважно. Его имя уже звучит плохо. – Может быть, только в моей голове. Его напоминает мне о моем прошлом. Я не могу относиться к нему предвзято только из-за имени. Эта мысль возникала каждый раз, когда он видел фотографию Мэтта. Но в то же время у него было такое же отношение, и это напоминало Мэтта, помимо имени. – Неа. Из того, что ты мне рассказал, он осел. Но я буду судить, когда его увижу. Хотя не думаю, что что-то изменится. Несмотря на то, что Гарри мог бы врать о своем прошлом, чего он не сделал, Найл поверил ему и все еще был рядом. Кто будет лгать о том, что он пережил? – Я рад, что ты меня поддерживаешь, – сказал он. – Я всегда здесь для тебя, Хаз. Итак, у вас есть месяц перед следующими съемками. Какие планы? На самом деле, он не думал ни о чем, кроме шоу. И теперь у него не было никаких планов. – Думаю, я мог бы поехать домой. Мама будет рада. – Честно говоря, Хаз, ты единственный человек, которого я знаю, не знающий, что делать в перерыв. – Не похоже, чтобы я только что вернулся из тура, – защищался Гарри, чувствуя, осуждение Найла. Что он делал часто, но сейчас это было не нужно. Луи успешно занял эту нишу на следующие несколько месяцев. – Ты планируешь даже время отдыха, когда не в туре. – Я этого не делаю! Мне не нравится просто торчать в квартире до того момента, когда мне надо будет выходить. – Он достаточно делал это в школе. Школа, потом дом. Это была его рутина до университета. Он проводил слишком много времени дома. У него не было уверенности выходить на улицу, а гастроли были рутиной. После того, как он начал контролировать это, и занялся собой. Что Гарри знал из твитов Найла и Луи, они оставались дома несколько дней, прежде чем выходить на улицу. Ему нравилось быть занятым. – Я поеду домой, если тебя это устроит. Правда, это было хорошая идея. Он не был у мамы с марта и не было никакой причины оставаться здесь пока съемки снова не начнутся. Кроме того, Найл, вероятно, возненавидел его, если бы он тусовался каждый день, когда записывал. – Устроит. И не потому что я хочу, чтобы ты уехал, – быстро поправил себя Найл. – Я просто думаю тебе нужен перерыв. От всего этого дерьма. От Луи. – Ты уверен, что просто хочешь, чтобы я уехал, и тебе не придется приглашать меня в студию? – поддразнил Стайлс, когда Найл фыркнул. – Ты знаешь, что я не оставлю тебя одного. Лучше будь на связи. Только потому что ты уехал, не значит, что ты в безопасности. – Тогда зачем я еду домой? – Увидеть свою маму, – просто ответил Найл, Гарри понял, что нахальная улыбка играла на его лице. – Ладно. В любом случае, будешь просто записывать пока не будешь нужен мне? – Таков план. Это может занять неделю Не делал этого с июня. – Мне кажется тебе нужно это. Ты только и делал, что жаловался все время. – И ты делал тоже самое, когда Луи вошел в твою жизнь. – Ты заставляешь это звучать так, будто он мой давний любовник. У нас был секс один раз и на этом все. – Один и единственный раз, когда Луи был мил с тобой. Звучит как-то так. “If you think a shag and four years of humiliation means an ex-lover, you really haven’t been in a relationship.” – Если ты думаешь, что одна шалость и четыре года унижения означает, что он мой бывший любовник, у тебя действительно никогда не было отношений. – Тебе не нужно встречаться, просто найди парня. – Это несправедливо. Я был в студие и в туре. – Как и я. Но это не значит, что у меня не было времени на секс. Гарри насупился, желая видеть лицо Найла. Это не было также, как просто пялиться в стену. – Ты слишком много взваливаешь на Луи. Что если я просто хочу сфокусироваться на своей музыке? – Тебе двадцать три, Хаз. Ты- – А тебе двадцать пять и ты все еще один. – Ты влюблен в Луи. Ты доверился ему, когда вы встретились. Ты впустил его. Что было сложным для тебя. Я слушал. Луи был первым человеком, который не знал твоего прошлого, и все еще вел себя как те мудаки со школьных времен. Гарри на мгновение замолчал. Найл был прав, но это была и его вина. Он создал в уме образ Луи еще до того, как встретил его. И Луи был первым человеком, который относился к нему по-другому. Ну, еще Найл, но он уже долго не разговаривал с блондином. Он позволил Луи войти. Он доверился ему. О чем он сожалел больше всего. Гарри был одной из тех девочек, что фантазировали о парне, который рушил все их представление о нем, это все было только в их головах. Большой частью, которую Найл не знал, было то, что Луи был его первым. Гарри был глупым и отдался первому мальчику, который улыбнулся ему. Ага. Он был клише. – Ты заставляешь это звучать ужасно, когда все сказано сразу. – Но он должен был это услышать. Найл сказал нечто подобное, когда Гарри рассказал ему все, но ему нужно было услышать это именно сейчас, когда он работал с Луи. Чтобы напомнить кудрявому, не сломать свои стены снова.