(не) доброе утро.
4 марта 2021 г., 20:15
Каждое утро Чон Хосока — день сурка.
Лёжа в своей кровати, смотрит куда-то в пустоту, пытаясь вырвать какое-то воспоминание. К удивлению, в квартире не затхлый воздух за счёт приоткрытого окна, свежий кислород заполняет его лёгкие, а ещё странный приятный запах — чувствует не впервые, вот только тревожное чувство внутри не сулит ничего радостного. Ощутив ноющую резь на губе, стоило ему лишь прикоснуться кончиками пальцев, Хоби измученно зашипел и отборно выматерился. Присев на кровать, застывает от резкой боли, пронзившей бок, прикрыв на секунду глаза, затаил дыхание, сжимая простынь кулаками.
Пустяк — про себя усмехается, но без сил валится на спину.
На ощупь под подушкой находит пластинку обезболивающего — это всегда первая необходимость по утрам, второе — под кроватью баночка пива, но если глотнёт — желудок тут же вернёт обратно. На сухое горло глотнув таблетку, осматривает свои костяшки, понимает, что ввязался в ожидаемую драку. Лицо не особо пострадало, не считая разбитой губы, а вот тело… Джей-Хоуп, подняв футболку, издаёт лёгкий смешок, проводя рукой по боку, где красовалась большая гематома.
Впервые с чем столкнулся Хосок, так это почти с полнейшей амнезией. Облизнув сухие губы, смотрит по сторонам, перебирая все возможные варианты прошедшей ночи. Приметив рядом лежащую вещь не из его гардероба, поднял пальцами, осматривая женское худи. Либо он ограбил девчонку, либо провёл ночь не один. Поднося к носу, вдыхает неброский запах, сводит брови к переносице и отбрасывает поспешно вещь.
Нет, чушь, не может быть.
Нащупав телефон в кармане джинсов, проверяет уведомления.
Су(к)а:
Не понимаю, что вчера на тебя нашло. Но тебе стоит извиниться перед Сольджи и Хёнсоком.
Смутно вспоминает, как вчера, после выпитого, решились поехать в клуб, где как раз отдыхала «его девушка» со своей подругой и её ухажёром. Не помнит главной причины, почему набросился на парня. Хотя, подождите, почему же не помнит? Ревность. После этого пошёл на бар и… всё.
Group: your hopelessness; JK; невинность:
8:07
your hopelessness:
где вы? последнее, что помню, как устроил драку.
Поднявшись с кровати, Хосок придерживается бока, хоть и обезболивающее начало действовать, полного эффекта ещё нет. Одежда смятая, на рукаве бомбера даже разводы сухой крови видно, вроде как, не его. Срочно освежиться и искать друзей. Плевать, что желание свалиться назад в кровать прям физически настойчивое, но мысли о том, что именно подруга хрен знает где, заставляет быстро привести себя в порядок. Джей-Хоуп, направившись в ванную комнату, скинул на пол бомбер и на секунду застыл у двери. Ему кажется, или он слышит шум льющейся воды?
Хотел открыть дверь, но его опередили. Перед Хосоком предстала хрупкая фигурка в одном белом полотенце и с одеждой в руках. Мокрые светлые волосы спадают на хрупкие ключицы, он даже может сказать, сколько раз одной ночью их целовал, и сколько в голове было предупреждений не акцентировать внимание на них при встречах. И то, что он наблюдает голое тело младшей Им в одном полотенце, вполне нормальным было где-то во сне. Но ни в коем случае наяву, когда в памяти чёрная дыра. Хосок нервно сглатывает, наверное, слишком громко и опирается рукой о дверной косяк, чтобы происходящее окончательно не выбило почву из-под ног. Светлые глаза немного удивлённо смотрят, а после девушка издевательски улыбается и саркастическим смешком выдаёт:
— Вот и проснулась моя безнадежность.
— Вот срань… Блять, быть того не может! — Хосок ударяет сильно кулаком о косяк двери, пальцами другой руки захватывает подбородок Лилу и поспешно осматривает на наличие своих следов. — Скажи, что ты просто зашла ко мне принять душ — не более.
Лу, уловив ход чужих мыслей, тихо фыркнула и, откинув чужую руку, встрепала свои мокрые волосы, проходя дальше.
— Как ты ранее выразился: «навыков», — выделив это слово воздушными кавычками, издевательски хмыкнула. — набиралась с тобой для Чонгука. Снова.
— Не начинай меня словесно провоцировать, Лу, — мягко, немного требовательно, но с реальной просьбой, потому что только второе озвученное предложение, а эмоции уже бурлят.
— Чем именно? — удивлённо, но он успел заметить лёгкую улыбку, тронувшую её губы, которую она поспешно стёрла. — Тем, что мы занимались сексом? Или тем, что я представляла Чонгука? Что из этого тебя провоцирует?
Джей-Хоуп своего негодования не скрывает и шею трёт ладонью, с желанием её себе свернуть или… чтобы не свернуть ей за последнее предположение? Матерь божья, пусть её слова были сарказмом. Увидев на женских коленках свежие царапины, в его голову опять полезли плохие мысли. Зная себя в нетрезвом состоянии — ожидать можно чего угодно.
— Я тебя домогался? — присев на корточки у её ног, Хоби прошёлся пальцами по пострадавшему колену, искренне надеясь, что это не его рук дело.
Хосок, если бы не был слишком озабочен мыслями о вреде младшей Им и беспокойством о времяпрепровождении сегодняшней ночи, точно бы заметил, что поглаживал её колено слишком долго, и дрожь чужую от его нежных касаний. Из-под лба смотрит на Лу, для которой его взгляд был, как пробуждающий пинок, поэтому отступила на два шага, развернувшись спиной.
— Нет, ты был ко мне предельно добрым, в красном парике ты меня уже узнал, поэтому секса не было, успокойся, — Хосок, поднявшись на ноги, расслабленно опустил плечи после услышанного, хоть и прекрасно уловил её издевательский тон. — Отвернись, мне нужно одеться.
Выполняет её просьбу, бегает глазами по полу, напрягая свои извилины, в какой из вчерашних переломных моментов он мог с ней встретиться.
— Хотя, знаешь, было кое-что, — голос впивается в него, заставляя замереть. — Или можно не брать во внимание один невинный поцелуй? Не оборачивайся! — тут же резко добавляет, когда он головой дёрнул в её сторону.
Джей-Хоуп особо не удивляется сказанному, по правде говоря, после той ночи хотелось опять почувствовать грейпфрутовые губы на своих. Всего лишь немного. Даже недавно самостоятельно намазал губы Суа бальзамом Лу, только всё равно что-то не то было с поцелуем.
— Прости, если тебя это задело, я не хотел, — Хосок облизывает губы, будто себе в доказательство слизнуть вкус бальзама, которого он, конечно же, не ощутил.
Шум позади него прекратился, и в пространстве повисла давящая тишина. Всего на пару секунд, но их было достаточно, чтобы Хосок окрестил себя мудаком.
— Ладно тебе, это ведь простой поцелуй… — почувствовав горячее дыхание на плече, разворачивается, смотря на весьма обычное выражение Лилу. — Мне пора идти, — младшая Им, взглянув на часы, скривила губы и продолжила: — ещё хотела найти Чонгука.
— Подожди-подожди, я тебя ещё не могу отпустить, — Хосок схватил её за запястье, на что младшая резко его вырвала и посмотрела на него так, что его этот взгляд резанул внутри.
Почему в ней столько обиды?
— Прекрати просто так касаться меня, — Лу поспешно проходит мимо, подбирает свой телефон и скрывает лицо за капюшоном.
— Прекрати вести себя как ребёнок! — Хосок поспешно нагоняет, разворачивая её за плечи к себе. — Если тебя что-то не устраивает, раздражает, обижает — говори в лицо, а не веди себя так, будто я не пойми кто, недостойный даже пару жалких слов. Ненавидишь после всего? Скажи. Ударить хочешь? Так бей! Блять, хоть что-то сделай мне, — и руки в сторону разводит, дыша злостно.
Лилу сильно губы поджимает, и это один из вариантов, чтобы сдерживать слёзы перед людьми, но вот Хосок был уверен — Лилу это не касается. Был, потому что она так хочет скрыть, что у неё губы дрожат и глаза щиплет, поэтому моргает так часто.
— Ты такой мудак, Чон Хосок, — ладонями толкнула со злости его в грудь, а после, в одну секунду схватив за ворот рубашки, дёргает на себя, поспешно проговорив: — Только не отталкивай меня.
В его голову не успела прийти ни одна здравая мысль, до того момента, как Лу намеренно накрыла своими губами его. И эта доза лёгкого грейпфрута на её губах, действует, как взрывная химическая реакция внутри него. Если от поцелуя теряют голову — то только от такого. И все лежащие чувства на дне: злость, несправедливость, вечное упоминание между ними Чонгука — порождают целовать в ответ остервенело, с каким-то плотным подтекстом, но в тоже время слишком прозрачным. Различить отчаяние и неозвученные слова Лилу — удаётся легко. Хосок готов это принимать, впитывать и перерабатывать. Прижимает её к себе сильнее, сплетается с её языком так мокро и пошло, одной рукой придерживает за талию, почти впечатывая в себя, а второй, скинув её капюшон, зарывается в мокрые волосы.
Только сейчас пришло ярое осознание, что соскучился по губам младшей, по этим изгибам тела, которые так хорошо запомнили его руки. Воспоминание, что Чонгук так же целовал и, возможно, так же исследовал её тело, порождало желание выбить из головы Лу все его прикосновения, чтобы она знала только хосоковские и отвечать так могла лишь ему. Нереально захотелось завалить младшую Им на кровать и доказать ей, что она глупая маленькая девчонка, которая возбуждает настолько, что он готов рушить свои принципы.
Но готов ли рушить её? Готов ли поступать с ней, как с другими?
Нет. Так поступить он не мог, не сможет.
Хосок только хотел прервать эту безумную страсть, но Лу опередила, надавив ему на плечи ладонями.
— Просто хотела тебе напомнить вчерашний поцелуй, — оторвавшись от губ, прошептала младшая Им, вглядываясь в глаза, которые готовы были её на месте сожрать без остатка. — В нашей встрече не было ничего сверхъестественного, я заметила тебя на работе и просто помогла добраться до твоего дома. В какой-то момент ты обратился с просьбой не отталкивать тебя, поцеловал. Знаешь, что ты сказал после этого? Что отдал бы всё на свете, чтобы на моём месте была Ю Сольджи.
Твою мать…
Лилу словесно обездвижила Хосока, благодаря чему смогла с лёгкостью отступить от него. Поспешно вытягивает из кармана тюбик бальзама, слегка усмехается, оглянув его и переведя взгляд на парня. Да, это тот самый, который он нашёл у клуба.
— Обнаружила у тебя в ванной, — подбрасывает вверх бальзам, который Джей-Хоуп без промедления словил одной рукой. — Если тебе нравится вкус — оставляю, может, Суа понравится и ей удастся удовлетворить твои желания о бывшей, я ведь не смогла, — Лу не была расстроена или обижена, скорее всего, злая, что он вчера хотел ею воспользоваться, как всё время пользуется Суа. — Если ещё раз захочешь меня поцеловать, думая о Ю Сольджи, я тебя возненавижу, Джей-Хоуп, — колко заключила она и, подхватив с пола свою сумку, направилась к выходу.
— Лу, подожди… — тихо попросил он, когда уже услышал звук захлопнувшейся двери.
Хосок, плюхнувшись спиной на кровать и закрыв ладонями глаза, тяжело вдохнул.
Не хочет думать о том, насколько неприятно слышать чужое имя, сорвавшееся из уст, во время близости. О том, почему эта глупышка вообще позволила себя коснуться. Выбить из головы, даже если нужно силой, то, что она продолжает запретно возбуждать. Всё это неправильно, потому что…
Она не для него, точно как и он.
невинность:
невинность:
Я проснулась у сонсэннима Ким Тэхёна…
Где Чонгук?
— Правда ничего не помните? — над ухом шепчет сонсэнним Ким, смотря через плечо Бао на экран телефона и дождавшись кивка, кладёт в её руки вещи. — Одевайтесь, я вам расскажу, а то мне не нравится, что вы здесь жопой светите.
— Нужно было дать мне что-то надеть, — спокойно пожимает плечами. — Не удивлюсь, если вы меня насильно раздели.
— А я и дал, но после вы сняли шорты и пытались насильно надеть мне их на голову, — и кивает на пол, где валялись те самые шорты. — Дальше лифчик скинули, поверьте, я пытался удержать вас в нём.
Супер, принуждённого стриптиза этот мужчина явно не получал до неё. Бао бы поставила галочку над завоеванием внимания Ким Тэхёна, вот только из-за его обыденного голоса и бесстрастных глазах, можно смело ставить жирный крестик.
— Не выйдете? Прикажете одеваться на ваших глазах? — кинув вещи на кровать и включая свой режим «невинности», интересуется Бао. Всё же, про спор она никогда не забывает, даже в такой ситуации. Нужно исправлять промахи. — Научите меня дисциплине покровительства?
— А вы у нас стеснительная, что ли?
— Нет, конечно, — спокойно ответила Бао, скинув на пол футболку сонсэннима, и его взгляд тут же скользнул по женскому телу. — Мне-то чего беспокоиться, если я вас не возбуждаю? Могу вообще не одеваться, — заключила, сложив руки на груди: чувствуя себя неудобно под пробирающими карими глазами.
— Я уже насмотрелся на ваше тело, студентка Им, — подхватив платье, Тэхён накинул на её голову. — Достаточно мне было, избавьте, пожалуйста, от этих пыток, одевайтесь, жду вас на кухне.
— Зануда, — тихо хмыкнула Бао в спину уходящему. Натягивая на себя платье, на котором ощутила запах ополаскивателя, замечает ещё на полу чонгуковскую кожанку и, подхватив её, накидывает на себя.
Осмотрев опять комнату, себе в уме подтвердила, что сонсэнним точно живёт один. Холостяк, который не любит излишков в интерьере. В комнате была пара шкафов, какие-то статуэтки на тумбочке и большая двуспальная кровать. Зал был побольше, но также славился своей простотой, ничего лишнего, только необходимое и в постельных тонах, и идеальная асимметрия, кажется, даже на книжной полке всё расставлено по алфавиту. Чёртов перфекционист.
Из кухни доносился приятный запах кофейных зёрен, где и застала мужчину, варившего в турке кофе. Бао, умостившись за столом, услышала недовольное рычание, её глаза опустились к ногам сонсэннима, возле которых сидел большой чёрный доберман. Когда их взгляды встретились, животное в момент громко залаяло, становясь в боевую позицию, благодаря чему студентка подскочила на месте.
— Тихо, МиМи, всё в порядке, — погладил по голове собаку мужчина, а та довольно подстроилась под его ласку.
— Так вот, кто такая МиМи… — нервно хихикнула Бао, но стоило собаке услышать чужой голос, вновь злостно зарычала, вынуждая девушку вжаться в стену позади.
— Ревнивая очень, — по доброму заулыбался мужчина, почесав питомца за ушком. — Вы первая девушка, которую она видит у меня в квартире.
— Первая? — улыбнулась довольно студентка Им, но очередной лай добермана вынудил забраться с ногами на стул и схватить со стола вилку. — А вы бы не могли её, ну это, запереть где-то. Меня не привлекает, что она свои зубы на меня скалит…
То, что у Бао от сердца отлегло, когда мужчина покинул кухню с питомцем — ничего не сказать. Ким Тэхёна неплохой такой цербер охраняет, студентка с такими препятствиями не знает как бороться. Быть в двадцать два года инвалидом, благодаря ревнивой собачонке, совсем не хотелось, ведь покалечить её собака точно желает, она чётко это видела в её глазах.
Тэхён, вернувшись, без слов отобрал с рук Бао вилку, которую она не отпускала, и предоставил кофе с таблетками. Опёршись о столешницу и держа чашку, пристально начал рассматривать девушку, расколачивая ложкой сахар, брошенный ранее.
— Что?
— Да так, — пожал плечами, постукивая ложкой о бортики чашки, чтобы стряхнуть капли и бросить в раковину. — Думаю, можно ли после вчерашнего требовать, чтобы вы удалили мою фотографию из клуба. Я такую услугу вам предоставил, могли бы и отблагодарить удалением фотографии.
— Я ничего не помню, — с лёгкой растерянностью и досадой в голосе, выдохнула Бао в потолок.
— В четыре утра я вышел выгулять МиМи и в парке обнаружил потрясающую картину. Моя студентка Им Бао, скрутившись калачиком на лавочке, мирно себе спала, пока в это время какой-то бездомник предлагал ей ощутить незабываемые впечатления и достигнуть высшей точки нирваны на той самой лавочке, — хохотнул, делая глоток кофе, но скривившись от горечи, поставил кружку на столешницу, тем временем студентка окончательно погрузилась в свои мысли. — Если бы я вовремя не остановил того мужчину, самое страшное вам и во снах не приснилось бы. Хоть вы самая ужасная студентка, я не настолько бесчувственная мразь, чтобы оставлять пьяную девушку на улице. Поэтому спокойно провели ночь в моей квартире, но точно не я — до самого утра терпел ваши смешные соблазнения.
Ну… что сказать? Всё очень даже прекрасно, ничего страшного не произошло, вроде как…
— Мы точно ничего плохого не делали? — Тэхён цокнул языком после услышанного вопроса. Что он в этих глазах видит? Надежду на отрицательный ответ?
— Я — нет, — заулыбался сонсэнним, что-то вспоминая. — Но в вашем сне вряд ли, пыхтение с моим именем явно не спокойно проходило.
Бао, поперхнувшись кофе, начала откашливаться, похлопывая ладонью себя по груди.
— Вы просто очень умело и понятно объясняли материал по своему предмету! — воскликнула студентка, поднявшись со стула и гордо откинув волосы за спину. — Хотелось бы убедиться, что вы вправду такой мастер в жизни. Поэтому, сосаться будем? Нет? Тогда я пошла, нужно ещё друзей найти, — быстро протараторив, махнула рукой на прощание и проследовала к выходу, но перед самой дверью сонсэнним Ким Тэхён схватил девушку за рукав, развернув к себе.
— Завтра.
— Сосаться?
— В восемь вечера. Факультатив, — это было сказано с таким подтекстом и лукавством, от чего Бао, облизнув губы, подумала о том, что такой тон сонсэннима слышит впервые.
— Завтра воскресенье. Универ разве не закрыт?
— У меня дома.
— Боюсь, что ваша МиМи меня разорвет, увидев во второй раз…
— Тогда, возле меня кафетерий, — поспешно, не отпуская её рукав куртки. И ей кажется, что не дай она положительный ответ, мужчина не отпустит, пока своего не добьётся. — Там часто студенты занимаются, приходите туда.
— Я приду, Тэ, — улыбнувшись, Бао поднялась на цыпочки и чмокнула его в щёку, но когда услышала приглушенный лай МиМи, быстро отскочила, с опаской смотря за спину сонсэннима.
— Ещё одно обращение по имени, зачёта тебе не видать, как своей невинности, — подытожил сонсэнним Ким, поправив с оголённого женского плеча спавшую кожанку. — Давайте выходите, я отвезу вас, — взяв с тумбочки ключи, кивает на выход.
— Что, прямо домой? Или вы хотя бы ради приличия после первой ночи на свидание позовёте? — поиграв бровями, на что получила неодобрительный лай домашнего животного.
— Выбесишь — на обочину леса вывезу, иди давай, — открыв двери перед девушкой, подталкивает в спину.
Студентка Им только подняла руку, чтобы объявить о том, что первую неформальность из уст Ким Тэхёна она примет как заигрывание, вот только воздухом давится, заметив из-под опущенного рукава надпись на запястье, где ручкой выведено "тысяча вон". Слишком много шума было с этими словами ранее, чтобы пропустить мимо. Опустив рукав, пытается стереть большим пальцем метку, пробуя вспомнить хоть что-то до встречи с сонсэннимом.
Им Бао соображает туго, всему причиной прошедшая ночь, сумбурность сегодняшнего утра и провал в памяти — пугает. Вот и сообразить ничего не может сейчас, трёт до покраснения кожу и просто двигается без слов за мужчиной, который, выйдя из подъезда, сразу обернулся, чтобы убедиться идёт ли за ним студентка, ведь очень подозрительное затишье повисло. Молчаливая студентка Им — с таким он ещё дело не имел.
Бао находится в лёгкой прострации, потому что она никак не могла уцепиться хотя бы за одно воспоминание вчерашнего дня. Даже чуть бы мимо машины не прошла, из-за чего получила словесное негодование, после которого Тэхён, открыв пассажирскую дверь, сам усадил её, при этом положив руку ей на голову. Так всегда делал Чонгук во избежание удара с крышей, поскольку это было частым явлением. И если в случаи друга это была опека, то от Ким Тэхёна явная забота, чтобы её пустая голова не оставила вмятину на автомобиле.
Внутри плотный запах обивки салона и ароматизатора, прилепленного на кондиционер, благодаря чему вместе с волнами тепла в нос ударял приятный запах свежести. Тэхён, сев на водительское место, нырнул пальцами в волосы, встрепав их, а второй рукой начал вбивать в навигаторе адрес.
И всё бы ничего необычного, да? Вот только Бао не припомнит, когда это преподаватель был у неё гостем в доме, или она говорила о месте своего проживания.
— Откуда вы знаете мой адрес?
Тэхён отворачивает голову, смотря в боковое зеркало, нет ли машин, чтобы сдать назад.
— В свободное время подрабатываю сталкером, — без доли шутки, а в принципе, не правда ли?
Он в социальных сетях за ней следит, часто смотрел в окно из своей аудитории именно в тот момент, когда студентка садилась в машину своего друга, и даже сегодня утром нашёл тот листок с адресами её группы, на случай, если она не захочет признаваться где живёт. Тэхён никогда не отрицал, что хочет быть вечно молодым, но не с мозгами сосунков, которые в тайне наблюдают за противоположным полом. Господи, что же она с ним делает?
Бао испытывает эстетическое наслаждение, потому что впервые видит, как мужчине идёт быть за рулём. Осеннее солнце, которое уже еле грело, падало ему на лицо и он не морщился, будто лучи лишь слегка гладили его карамельно-блестящие глаза. Длинная кисть левой руки уверенно сжимала руль, а другую он держал у себя на колене, отбивая пальцами ритм тихой музыки, доносящейся из колонок, и то, как он легко мизинцем задевал рычаг поворотника, имело особое обаяние, и его расслабленные плечи, лежавшие на кожаном кресле.
Из всего этого Им Бао почему-то волновал лишь один вопрос.
— Признавайтесь, кто вы, и откуда у вас такая дорогая машина?
— Знали бы кто я, — загадочно поднял уголок губ, не поворачиваясь. — Слишком мелочно выгляжу в ваших глазах? Если скажу откуда она у меня, не поверите.
— У вас была какая-то тайная комната, где вы спрятали шлюх или тонны белого порошка?
— Я на неё не заработал.
— Извините… насосали? — не сдержавшись прыснула со смеха на последнем слове, а взгляд со стороны так резанул, что подумала извиниться.
— Я не гей, вы в этом и так убеждены.
— Я так же была убеждена, что вы никогда меня не коснётесь, но… видите, нельзя всегда что-то утверждать.
Всю дорогу Бао практически не замолкала, состояние до этого развеялось, поэтому совместное времяпрепровождение с сонсэннимом Кимом решила использовать в своих целях. На какой-то диалог «объект» не шёл, когда она задавала вопрос, мужчина лишь зевал, после чего ответов не следовало или же кратких и не несущих смысл. Какие-то намёки были с особой строгостью пресечены, когда студентка, например, оповестила, что ей холодно, без излишеств поддалась вперёд, Тэхён попросту надавил ладонью ей на лоб, заставив обратно сесть и увеличил мощность кондиционера. Когда они стояли на светофоре, Бао, со словами «ух ты, какая у вас большая коробка передач!» — совсем не имея в виду часть машины, опять же таки хотела привстать, преподаватель, предотвратив это, застегнул на ней ремень безопасности.
— Вы что, проходили какие-то вебинары неприкосновенности? — через пару минут недовольно бурчит под нос Бао, отстёгивая ремень, когда машина остановилась у её дома.
— После знакомства с вами, студентка Им — я прошёл не один курс, — опёршись рукой о руль, развернулся к девушке.
— Наивные, — хмыкает, улыбнувшись. — Лучше бы оберег от меня какой-то приобрели. Но, всё же, спасибо за доставку и вчерашнее спасение, — послала воздушный поцелуй Бао, прежде чем вышла, хотя знает, что посланный ею поцелуй был отбит одним жёстким взглядом о пол и растоптан ногой.
Бао несколько секунд топчется на месте, родительская трёпка — обеспечена. Оправданий — ноль. Чувства вины перед ними — дохрена и ещё немножко.
— А вы это… куда собрались? — оборачивается студентка Им, услышав звук захлопнувшейся двери и сигнал блокировки.
— К родителям вашим.
— Э, что, простите? — удивлённо приподнимает брови Бао, а после довольно прищуривается. — Благословение получить хотите? Какой смелый шаг, ну пошли.
— Челюсть подберите, — пальцем поддев к верху её подбородок. — И формально ко мне обращайтесь. Мне нужно убедиться в том, чтобы такая ситуация больше не повторилась, поэтому прям горю желанием поговорить, например, с вашим отцом.
Бао идея его не нравится, вот прямо совсем в симпатии к ней проникнуться не может.
— Давайте в следующий раз? — и насильно пытается за плечи развернуть, но тот лёгким движением её с дороги отводит.
— Нам сюда, верно? — кивает вперёд, засунув руки в карманы, спокойно шагая к двухэтажному дому.
— Нет-нет, я бездомная! — Бао, обогнав, опять дорогу преграждает и руки вскидывает по сторонам, качая отрицательно головой.
— Тогда проверим, — обойдя студентку, мужчина всё равно стоит на своём, поднимаясь на веранду.
— Пожалуйста, сонсэнним! — выпаливает Бао, прижавшись к руке мужчины, и почти страдальчески хнычет. — Я не хочу огорчать родителей, я ведь себя за это ненавидеть буду!
— Вот и славно, потому что родителей вы больше расстроите, если они найдут ваше мёртвое изнасилованное тело где-то в канаве, — совсем не проникнувшись словами студентки и «отодрав» её от себя, нажимает на звонок.
Бао в отчаянии по сторонам смотрит, думает о том, что лучше: спрятаться в кустах или ударить чем-то тяжёлым по голове мужчину, чтобы оттащить его бессознательное тело в те же кусты. Пока она раздумывает о том, какой вариант лучше, слышит, как щёлкает замочная скважина, а на пороге появляется Лилу в пижаме. Без удивления смотрит на мужчину, а после за его спиной на сестру, которая отрицательно качает головой, скрещивая руки.
— Здравствуйте, сонсэнним, — слегка поклонившись головой, приветствует и не спешит пропускать в дом.
— Здравствуйте, разрешите? — изгибает бровь, кивая за спину.
— Ну, давайте, — отперев полностью дверь, направляется на кухню, бросая короткий непонимающий взгляд на сестру. — Чай или кофе, сонсэнним Ким?
— Чай, пожалуйста, — бегло осматривается, пока следует за младшей Им, слыша позади недовольное пыхтение старшей.
Тэхён для себя отмечает, что дом достаточно уютный и не выделяется броскостью. Из зала доносятся звуки мультфильма и почти на каждом шагу разбросаны игрушки, Тэхён даже споткнулся об одну мягкую. Стена, с правой стороны от лестницы, была завешена семейными фотографиями, которые привлекли его внимание, но он не успел рассмотреть в силу своего не лучшего зрения и того, что быстро проследовал на кухню.
— Родители дома? — спрашивает мужчина, садясь за стол, где стояло пару пачек открытых хлопьев и уже пустые тарелки, которые, по всей видимости, убирала Лилу.
— Только мама, — махнула рукой наверх младшая. — Она сейчас собирается на работу, спустится через пару минут.
— Минут тридцать, точнее — вмешивается Бао, взяв в руки пачку хлопьев, чтобы по одному шарику забрасывать в рот. — Сонсэнним, наша мать может о-очень до-олго собираться, — предельно прозрачно намекает. — Давайте провожу до двери?
— Я подожду.
Лилу в это время фыркает от смеха, но тут же делает лицо непринуждённым, получив злостный взгляд сестры. Если Тэхён вёл себя естественно, делая глоток предоставленного ему чая, то другие весьма скованно, при том, что они в своём доме. Лу было необычно находиться в такой компании и страшно представлять, что натворила Бао, а вот сама зачинщица лишь злостно хрустела хлопьями, смотря на сонсэннима, будто ментально пытаясь переубедить покинуть дом.
Немного гнетущую тишину перебивает поспешный топот ног, следом за ним в проёме появляются двое детей в пижамах, которые удивлённо хлопали ресницами. Тэхён смышлёный, понимает, что дети не чужие, вот только… если азиатские черты он рассмотрел в девочке шести лет, возможно походившие на Бао, то вот в мальчишке — нет, возможно, больше на младшую Им, которая пошла генетикой в одного из родителей другой нации. Но внимания он вернул на девочку, которая под пристальным внимание на лице накинула капюшон от пижамы. Ему показалось или у неё...
— Чужой? — Рио встаёт в боевую позицию, а Ами вслед за ним, мужчина непонимающе осматривает их, слыша, как Лилу выдаёт что-то вроде: «о, началось».
— Успокойтесь, — Бао, отложив хлопья, даёт подзатыльник им обоим, усмиряя взглядом. — Это мой сонэснним.
— Оу, извините, — Ами, потирая затылок, поклонилась, а когда раздался сверху детский плач, тут же скрылась из кухни.
Рио, недовольно просканировав глазами мужчину, садится рядом за стол. Тэхён конечно, не может не заметить, что мальчишке он, мягко сказать, не нравится. Младший Им, сложив пальцы в замок и прочистив горло, чтобы голос казался более грубым, выдаёт:
— Нам стоит поговорить по-серьёзке. Если это из-за вас моя старшая сестра приходит полуживая из университета, шутки заканчиваются с этого момента, — поставив точку, легонько стукнул кулаком по столу.
— Рио! — хором вскрикнули Бао и Лу.
— Что?! — недовольно встрепенулся мальчишка из-за негодования сестёр. — Я не буду в стороне стоять, когда кого-то из семьи какой-то там мутный мужлан насилует! Посмотрите на него, — тычет пальцем в лицо мужчины, у которого мимика даже не дёрнулась, хоть внутри он знатно орал с этого. — Выглядит как отсидевший!
— Рио! — Бао уже локтем одной руки за горло обнимает брата, а второй рукой ладонью ему рот закрывает. — Сколько раз говорить, что нельзя своё мнение так в лоб говорить незнакомым? И вообще, сколько тебе лет? Где слов таких нахватался?!
Тэхён со стороны наблюдает за продолжением словесной перепалки, и он всему удивляется, потому что в его представлении Бао была явно не из такой семьи и выглядит она… совсем обычной в этой атмосфере. Все её эмоции живые, она кажется более беззаботной и слишком… настоящей?
Ситуация явно выходит из-под контроля, когда студентка Им оказывается лежащей на полу и в знак поражения хлопает ладонью по нему, в то время, когда младший завёл за её спину руку в болевом приёме.
— Отпусти, мелкая зараза, или я постираю твой добок с разноцветной одеждой!
— Тогда забери слова назад, о том, что не придёшь забирать меня и Ами с тренировки! — сев на спину сестры, начал выше подымать её руку.
Тэхён поворачивается к Лилу, чтобы поинтересоваться нужно ли вмешаться в этот семейный конфликт, но все его вопросы отпадают, когда видит её смеющуюся и снимающую всё на телефон. Понятно, это у них в порядке вещей.
— Её заберу, а тебя, чёртов спиногрыз… — договорить Бао не удалось, а только сильно закричать от боли, брыкаясь под весом брата.
— Рио, отпусти сестру! — на пороге кухни появляется женщина в деловом костюме, держа в руках двухлетнего ребёнка.
Вся перепалка вдруг закачивается. Рио руки вверх поднимает, мол, показалось и он ничего не делал, ведь досконально помнит, как родители говорили о том, что если он будет применять силу к другим — тренировок не видать. Бао же продолжает лежать на полу, с надеждой слиться с ним. Мало того, что её и так ожидал разговор о ночной выходке, так ещё бонусом служит сонсэнним Ким, который серенады петь о её познаниях в его предмете явно не будет.
Им Рене сначала замечает старшую дочь, которой дарит совсем не положительный взгляд, с просьбой живо подняться с пола. Бао, выдохнув, дарит убийственный взгляд Рио, который, как хороший сын, тут же начал делать видимость, что протирает стол. Стоит Тэхёну прочистить горло, женские глаза замечают его, удивлённо осматривая молодого мужчину.
— Здравствуйте, — сонсэнним Ким, привстав, поклонился, пока женщина усадила самого младшего сына на стул для кормления, давая ему бутылку с молоком. — Я преподаватель Ким Тэхён из университета, где учатся ваши старшие дочери.
— Здравствуйте, приятно, я Им Рене, — доброжелательно улыбнулась женщина. — Извините за увиденное… Какие-то проблемы у девочек?
— Я не вправе вмешиваться в ваши семейные дела, но обязан заботиться о своих студентах, поэтому не могу проигнорировать тот факт, что утром нахожу в парке пьяную студентку Им Бао, — женщина на секунду входит в ошеломление, но увидев, как дочь пытается избежать зрительного контакта — разочарование и безысходность с головой накрывают её. — Говорю это не для того, чтобы оскорбить ваше воспитание, просто возьмите дочь под контроль, девушка явно не понимает, чем могут обернуться её ночные похождения.
Им Рене не чувствовала себя оскорблённой, больше, наверное, злилась на себя и мужа, что позволяет дочери лишнего, и что ситуация вышла из-под контроля, так же стыдно перед преподавателем из-за того, что он может подумать про их семью.
— Прошу извинить за доставленные вам проблемы. Такого больше не повторится, в том, что моя дочь так поступила, часть моей с мужем вины. У нас доверительные отношения с детьми, Бао уже взрослая, раньше могли возникать проблемы с её времяпрепровождением, но за последние университетские годы, она не дала усомниться в том, что свободное время на неё влияет плохо, ко всему, она с друзьями, которым мы доверяем, лично знаем. Но… извините ещё раз, повторюсь, в первую очередь — вина родителей. Возможно, мы что-то упустили, Бао хорошая дочь, меня огорчает её поступок, но должна быть причина, — Им Рене переводит взгляд на дочь, которая всё так же избегает зрительного контакта. — Бао, в чём проблема? Проблемы? Не понимаю…
— Ма, я просто веселилась, но всё вышло из-под контроля, — страдальчески кривится из-за того, что знает, мать решит, что у неё какие-то проблемы или они где-то с отцом упустили что-то важное. — Прости, что всё так обернулось, обещаю, больше такого не повторится, не накручивай только себя, хорошо?
— Ничего хорошего нет, Бао, — Им Рене совсем не поддерживает дочь, которая хочет перевести эту тему в пустяк. — Знаете, задержитесь ещё у нас, — переводя взгляд на Ким Тэхёна, женщина, улыбнувшись, приглашает обратно за стол. — Может сможете мне рассказать об успехах Бао в учёбе?
И то, как на Ким Тэхёна посмотрела студентка Им Бао — ему впервые стало стыдно. Он считает, что поступил правильно, но по взгляду и сложившейся атмосфере… Ещё брат Бао, явно желающий большей расправы над ним, потому что подавленное настроение двух членов семьи — не простит. Желанный гость он, видимо, только для женщины и самого младшего представителя семьи Им, который ему улыбался.
— Даже не знаю, что вам рассказать, — и да, это совсем не из-за того, что не было ничего, а попросту сложно определиться с чего начать.
На весь дом раздаётся звонок в дверь, поэтому Лилу поспешила к выходу, пока Им Рене была серьёзно настроена выслушать до мелочей рассказ преподавателя. Но стоило на пороге появиться мужчине средних лет, женщина сжимает челюсть, попросив Лу набрать отца, чтобы он поскорее приехал.
Мужчина в деловом костюме и с папкой в руке, весело улыбнувшись, осмотрел всех присутствующих и будто удивился такой холодной встрече, поэтому, выдохнув, недовольно поцокал языком.
— Рене, ну хоть бы раз обняли как родного, — женщина, переведя дыхание, просто сухо бросила приветствие. — Извините, а вы?..
— Преподаватель Ким Тэхён из университета, в котором учатся старшие, — спокойно объяснил, пожав протянутую ему ладонь.
— Я из органов опеки, Канг Ынхо, возможно наслышаны, что с многодетными семьями нужен глаз да глаз, поэтому мне весьма интересна причина вашего визита?
— Мы уже взрослые, — фыркнула несдержанно Бао.
Мужчина скользнул глазами по девушке, так пренебрежительно и надменно, хоть и пытался скрыть.
— Уже в который раз говорю, что она без манер у вас, хорошей порки ей в своё время не хватило, — обращается мужчина к Рене, которая даже не пыталась скрыть своей неприязни, вот только видно, что нельзя было сказать слова поперёк, если даже сильно хотелось. — Так почему вы здесь? Проблемы? — с нажимом продолжил Канг Ынхо.
— Нет, что вы, — Тэхён бросил на мужчину тот же взгляд, которым он одарил его студентку. — Наоборот, лично хотел похвалить девочек — с их знаниями, хоть завтра на олимпиаду отправляй. Думаю, я здесь уже явно лишний, всего хорошего, госпожа Им, — по-доброму улыбается, когда женщина удивлённо захлопала веками и запоздало закивала.
— Да-да, до свидания и спасибо вам большое, будем рады увидеть как-то у нас на ужине.
— А меня никогда не зовёте, — между прочим замечает Канг Ынхо.
— Обязательно, — пред уходом добавляет Тэхён.
Выйдя из кухни, он слышит отдалённый начавшийся разговор, сути не улавливает, а ещё слышит шаги позади, и вот обеспокоенные чувства студентки немного начинают баламутить его нутро и неприятно щипать ниточки разных чувств.
Полная херня, здесь нет его вины.
Выйдя на веранду, разворачивается к открытой двери, смотря на немного растерянную студентку.
— Я вас задел? — почти без интереса спрашивает.
— Что вы, меня нельзя задеть, — ведёт себя как обычно, улыбка сладкая и голос с играющими ноткам, но обеспокоенность в глазах — трудно скрыть.
Студентка Им не умеет врать. Это он успел понять за время знакомства, её признания о проведённых ночах с учебниками или о большой симпатии к его личности — браковал у себя в мыслях ложью.
— Когда вы уже оставите нас в покое? — достаточно громко выдаёт Им Рене на эмоциях, сонсэнним Ким вытягивает шею, смотря за спину студентки.
— До встречи, Тэхён, — шлёпнув на прощание по мужской заднице, студентка Им тут же заперла дверь перед его носом.
sver:
акция с тысячью вон продолжает действовать, пользуемся, парни.
— В этот раз слишком похожую на тебя девушку отыскали, — покачал головой Чонгук, накрывая ладонью телефон подруги, не желая долго смотреть на это.
Бао ощущает, как сильно бьётся в груди сердце, от чего рёберные дуги могут спокойно раскрошиться. Её губы трогает улыбка, которая колит под кожей.
— Это я… — тихо прошептала Бао, забирая руку Чонгука, чтобы опять посмотреть на пост. — Она, кажется, настоящая, и это не кровать Ким Тэхёна…
Она бегает глазами по фотографии и у неё перед глазами всё плывёт, возможно поэтому телефон выскользнул из её рук, упав на пол.
— Чёрт, — Бао онемевшими пальцами волосы забирает назад, немного сжимая их и смотря на лежащий телефон. — Она вправду настоящая.
— Это, блять, не смешно, Им Бао! — Джей-Хоуп, подорвавшись с места, отбросил свой телефон на стол и когда понял, что напугал подругу, протирая лицо ладонью, через зубы выдал: — Я найду и убью этого уёбка!
— Хосок, успокойся, — тихо прошептала Бао, смотря стеклянными глазами на него, закусывая внутреннюю сторону щеки, чтобы накопившаяся влага не полилась.
— Как успокойся?! — Хоби злостно пинает ногой журнальный столик, который с грохотом перевернулся, отвернувшись спиной к друзьям, упирается на подоконник, смотря в окно и переводя дух. — Бао, мы это просто так не оставим…
— Кому в голову пришло это сделать, — Чонгук приложил сильно сжатый кулак к губам, задумавшись. — Кто-то, значит, воспользовался твоим вчерашним состоянием.
— Ну… а ты… — бубнит Джин, не зная, как точно поставить вопрос.
— Я не помню ничего, совсем… — Бао запинается, потому что чувствует, как ком застрял в горле.
— Бао… — Чонгук, подвинувшись к подруге, обнимает, гладя по голове, а она, не в силах показывать, что всё хорошо, кладёт голову на его плечо, начиная закусывать до боли губу, чтобы сдержать мерзкие чувства, которые потихоньку разрастаются внутри.
— К херам всё, - выпаливает Хосок, увидев более подавленное состояние подруги. - Фотографии сегодня не будет, как и отправителя, - отсалютовав рукой, направился на выход, и даже оклик подруги его не остановил, и вот именно уход друга послужил для Бао толчком, чтобы дать волю слезам.
— Джин, пойди за ним, — просит Чонгук, пока сам Сокджин не мог отвести от Бао взгляд, ведь мог поклясться, он видел её такой впервые.
Картинка плохой девушки рушится на глазах? Не так ли?
— Чонгук, — убедившись, что парень ушёл, Бао, оторвавшись от друга, посмотрела на него покрасневшими глазами. — Я не помню ничего… Сколько было гадостей, написанных обо мне, плевать, пусть думают и говорят, что хотят. Но это…
— Всё хорошо, — Чонгук, взяв лицо подруги в ладони, натянул грустную улыбку. — Мы со всем разберёмся, обещаю. Только не грусти, пожалуйста, а то мне так же снесёт крышу, как Хосоку. Скажи, как тебя развеселить?
— Сними, пожалуйста, кепку…
***
Тэхён заставляет задыхаться на горячих простынях, не давая вдохнуть хоть немного кислорода. Заполняет собой место в лёгких Бао — только его, там каждая территория им завоёванная. Своими карими глазами вглядывается, ищет ответ в истинных желаниях её тела, чтобы незамедлительно исполнить. Не теряется в догадках и не заставляет ждать, Ким Тэхён знает, чего его студентка хочет, точнее, кого. — Как давно я хотел тебя вот так целовать, кусать, мять, моя плохая девчонка. От этих слов по венам пробегает ток, сгущаясь тяжёлой истомой внизу живота. И если тело в каких-то ситуациях может отделяться от сознания зараз — это тот самый момент. Благодаря мужским рукам, тело Бао обмякшее, ватное, которое ещё больше тает, как глазурь. Ким шумно дышит от женских касаний, от которых электрические импульсы до кончиков пальцев, прикрывает в блаженстве глаза, с приоткрытым ртом сбито хватая воздух. Бао, подавшись ему навстречу, обхватывает его ногами, теряя связь с реальностью, это точно какая-то степень запредельности. — Отлюби меня прямо здесь и сейчас, — расплывчатым взглядом смотрит на его твёрдость во взгляде. Пальцами сжимает её скулы, ощущается в этом жесте прочность и непоколебимость, от такого запросто можно испугаться, но мужчина всё рассеивает, стоит ему затянуть её губы в жаркий и протяжный поцелуй. Церемонность и сладкие слова были неуместны, поэтому Бао чувствовала, как он одной рукой спускает её нижнее бельё, проходясь пальцами по внутренней стороне бедра. Студентка Им буквально чувствует чужую улыбку во время поцелуя, ведь его пальцы становятся очень мокрыми. По телу бьёт дрожь, когда он толкается глубоко, и она чувствует его в себе, целиком и в деталях. Тэ проводит медленно ладонями по талии к ягодицам, чтобы насадить глубже, с силой сжать, задавая темп протяжных и глубоких толчков. В моментах, вместо того, чтобы ускориться, он толкается лениво, отдаляя оргазм, пока Бао просит что-то сделать, унять эту сладкую боль, но он машет головой и шепчет в губы, что хочет её испытать, дразнить, как всё время это делала она с ним. — Терпи, — это была не просьба, а приказ. Хён, наигравшись и перевернув Бао на живот, толкается так резко, что из-за чувства наслаждения внутри всё разрывается к чертям. Всхлипнув, она утыкается в подушку, и по телу расходится электрический разряд. — Никто не знает, но я потихоньку влюбляюсь в тебя, — тихо шепчет он, целуя в плечо. Пока всё внутри неё замирает, и сердце пропускает пару ударов, а виной всему только один человек — Ким Тэ Хён. Довольна ли Им Бао? Этого ли добивалась всё время? Она понимала и знала, на что шла, да? Она ведь знала… Мужчина ведь предупреждал не играться с ним. Ослушалась, наплевала на это предупреждение. Теперь ты счастлива? Им Бао, проснувшись от ужасной боли в голове, при этом чувствуя какое-то внутреннее наслаждение от… сна или реальности? Прохныкав, Бао, не открывая глаз, поворачивается в другую сторону, натыкаясь на что-то твёрдое. Пройдясь рукой, поняла, что это точно не стена, а что-то тёплое и стальное. Еле заставив себя открыть глаза, через пелену видит чёрное пятно. Лучше сфокусировав своё зрение и немного отодвинув голову, перед ней вырисовывается сильная спина и чёрная футболка, выделяющая мышцы. Вскрикнув и ударив ладонью непонятно кого, Бао отстраняется назад и, не рассчитав расстояние, падает на пол. Боль отдаётся в копчике, из-за чего недовольно стонет, оглядывая незнакомую комнату и переключая своё внимание на его обитателя, который, подав признаки жизни, передёрнул плечами от постороннего шума и удара. — Ну почему не спится в такую рань? — хрипло бурчит мужчина, перекинувшись на спину. — И так всю ночь глаз сомкнуть не мог, — заключает он, бросая в студентку подушку, поворачиваясь в её сторону и пройдясь по девушке недовольным взглядом, снова закрывает глаза. — Тэхён?! Господи, сон правдивый, Бао провела ночь с ним… — Сонсэнним Ким Тэхён-ши, студентка Им! — пригрозил он пальцем, всё так же не открывая глаз, пытаясь опять погрузиться в сон. Бао, резко поднявшись с пола, схватилась за голову, такое чувство, что… О нет, да здравствует её второй в жизни бодун! Обнаружив себя в одном белье и футболке сонсэннима Кима, в ужасе прикрыла рот, увидев ещё на полу свой лифчик. — Мы… мы правда переспали?! — Конечно, — хмыкнул мужчина, откинув мысли о сне, и присел на кровать, разминая рукой шею. — Я ведь некрофил. Люблю трахать мёртвых девушек, — уловив сарказм в его словах, студентка закатила глаза, а после подняла свой элемент одежды с пола. Шутки шутками, но она ведь даже не помнит начало их встречи… — А что я тогда делаю у вас в кровати? — развернувшись спиной, Бао поспешно натягивает лифчик под футболку. — А что люди, по вашему, в кровати делают? — насмехается с её глупого вопроса Тэхён, подкладывая руку под голову. — Ещё ты не понравилась МиМи, пришлось её в зале запереть, чтобы на тебя не накинулась, или, хуже того, ты на неё. — МиМи? — развернувшись к сонсэнниму, переспросила Бао, взявшись за виски. Голова просто надвое раскалывается. — Вы что, за дверью свою девушку прячете? Что вчера вообще произошло? Я ничего не помню… — Не помните? — сонсэнним Ким, поднявшись с кровати, подошёл к студентке. — Этого тоже не помните? — руки показывает, которые были расцарапаны, и чутьё Бао подсказывало, что её ногтями. — Это помните? — пальцем указывает на свою немного покрасневшую щеку, а после засовывает руки в карманы свободных чёрных шортов. — А это? — он опускает голову на уровень женских глаз и, облизнув губы, смотрит на неё, а Бао в этот момент застыла на месте. Чёрт подери, вот это она как раз и помнит из сна! — А нет, простите, этого не было, — хихикнул мужчина, направляясь ко второй двери, находившейся в спальне. — Сейчас переоденусь и отдам ваше высушенное платье, хотя, судя по длине, его даже трусами не назовёшь. Вторая дверь, как оказалось, вела в ванную комнату. Пока Тэхён был занят своим переодеванием, Бао на тумбочке заметила свой телефон и кучу пропущенных от родителей, поэтому в первую очередь отправила сообщение отцу, что в порядке и уже идёт домой, а после написала сообщение друзьям. Group: your hopelessness; JK;***
Чонгуку снилось что-то приятное, сути уловить он не мог, но сахарно тянущаяся истома доводила до колоссального беспамятства. Его будто качало на облаках и вся невесомость заставляла расслабиться на все возможные проценты. И вот если бы не пинок по туловищу, у него бы не было ощущения падения с тех самых облаков и жесткой реальности, потому что били его беспощадно. — Придурок, просыпайся или я сейчас аренду начну считать! — Отвали, — хрипло буркнул Чонгук, чувствуя, как саднит щеку из-за твёрдого пола на котором он лежал. Конечно, не тот матрас к которому он привык, но навязчивая идея провалиться обратно в сон его не покидала. Готов был отдать все свои деньги и даже несуществующую девственность, по мнению Хосока, лишь бы его оставили в покое. — Если ты сейчас не встанешь, я огрею тебя чугунной сковородой! — назойливо продолжил женский голос, благодаря которому он страдальчески скривился. Развернувшись на спину и прокашлявшись, Чонгук уставился на дряхлый потолок. Первый раз в жизни у него утро не доброе, хочется заклеить скотчем рот тому, кто его потревожил, скрутить верёвками и продолжать лежать. Мышцы нереально болят, будто бы он в тренировочном зале переусердствовал или себя гантелью знатно приложил. Гук руками проходится по телу, проверяя его на целостность, мало ли, вдруг боль не из-за твёрдого пола. — Нет, ну он ещё себя ласкает у меня на глазах! — и пинок по ногам, который Чонгук, к его удивлению, даже не ощутил. — Мне отбили ноги? — прохрипел, приподнявшись на локтях и уставившись на свои конечности. Почему-то казалось: эта девчонка просто так не бросает слов на ветер, возможно, она всю ночь в попытках разбудить его наносила ему увечья. — Че… Чего? — удивился женский голос. — Ног не чувствую… — Не мели ерунды, всё с твоими ногами в порядке. Вставай давай! — ударила девушка теперь уже сильнее по мужским ногам. Ощутив боль, Чонгук, действительно понял, что с ними всё в порядке. Сведя брови к переносице, смотрит на женский силуэт, щуря глаза, зрение совсем не фокусируется. Молодая девушка в одной длинной пижамной футболке, сложив руки по бокам, злостно буравила его взглядом — кажется, ему не рады. Чонгук на её лице подвис немного, перед ним не кореянка. Нежные и ровные черты лица, возможно, лишь глаза от природы броские, жгучие, но в тоже время не несущие ожоги. Кожа её немного с шоколадным оттенком, и вместе с сочетанием угольных, немного кудрявых волос, стоит предположить, что она может быть латиноамериканкой. Чонгук опускает взгляд чуть ниже и слегка фыркает. — У тебя трусы с пингвинёнками видно… — Ты всё же кретин, — девушка, натянув ниже футболку, пнула в руку смеющегося парня и отправилась на разворот. — Убирайся поскорее из моего дома! Чонгук, привстав, отрепал одежду от невидимой пыли, замечая, что рваные джинсы были менее разодранными вчера. Попытался сглотнуть, но во рту было так сухо, что он лишь поперхнулся. Осмотрел незнакомую гостиную, в которой, как кажется, провёл «мягкую» ночь. Дом казался немного убогим, это было понятно по состоянию ремонта и размерам помещения. Чонгук был уверен, что такие старые дома в Сеуле уже давно снесли, но, как оказалось, остался ещё один экспонат. Ступив шаг, Чонгук удивлённо округлил глаза, обнаружив, как под подошвой заскрипела древесина. Заметив в зале, на рядом стоящей тумбочке, фотографию с изображением маленькой девочки, взял в руки, чтобы лучше рассмотреть обладателей этих скромных апартаментов. Милый ребёнок пяти лет в дурацком костюме такоса весело улыбался в камеру, подперев открытыми ладошками подбородок. Либо родители решили над ней поиздеваться, нарядив в этот костюм, либо всё же девчонка с рождения со странностями. Посмотрев на изображение под другим углом, Чонгук задумчиво начал разглядывать каждую деталь. Он готов поклясться, что видел раньше эту фотографию, только воспоминания очень смутные. — Ты ещё здесь? — в прихожую опять заглянула незнакомка и, бросив в парня его ключи от машины, сложила руки на груди, смотря на него пренебрегающим взглядом. Чонгук опять детально рассматривает девчонку, сопоставляя схожести с увиденной фотографией — она точно. Ещё не удержался, чтобы не скользнуть глазами вниз, подметив, что девушка уже в шортах. И этот факт его не так сильно раздражал, как то, что на него смотрели с такой злостью и открытой… пренебрежительностью? — Кто ты вообще? — кладя обратно рамку, Чонгук опять поспешно рассматривает её черты, уверен, виделись, но не помнит, где и при каких обстоятельствах. — Не удивлюсь, что молодой господин Чон даже не знает соседей своих родителей, — хмыкнула девушка, всё время избегая зрительного контакта. — Хотя, чему мне удивляться? Обычное поведение тупого богатенького сыночка, который может заметить только царапину на своём Мерседесе. Чонгук глубоко выдыхает, стоит признать, не смотря на внешнюю притягательность, девушка своим поведением слишком отталкивает. — Как тебя зовут, несносная девчонка? — от раздражения он прошёлся пятернёй по волосам. — Где твои манеры? — подойдя ближе, Гук дал легонький щелбан по её носу, который она так высоко задирала. — Я вежливый человек, но с такими как ты у меня разговор короткий. Ты что… вообще не боишься меня? — и не то чтобы он уверен, что в страх вгонять должен, но с незнакомцами, да ещё и с противоположным полом, так ведут себя бесстрашные, как Бао, или глупы, опять же таки как подруга. — Ты банановое молоко? — Ч…Что? Нет… — немного растерянно ответил, на что ему насмешливо хмыкнули. — Носишь костюм клоуна? — Нет… — Знаешь спойлеры сериала, который я сейчас смотрю? — Нет… — Ну так значит, я тебя не боюсь! — хозяйка дома, проходя мимо непрошеного гостя, зацепляет его за рукав толстовки, таща в коридор, где, открыв входную дверь, указывает рукой на улицу. — Давай, гроза всех молочных зубов, вали из моего дома. Возмущения Чонгука в её сторону перебил вид его побитой машины, припаркованной не возле, а в самой дряхлой калитке. Твою мать, что произошло?! — Совет на будущее: не садись пьяным за руль, и когда решишь перепихнуться с девкой, будь любезен, не перепутай дома, — с этими словами девушка вытолкнула Гука за дверь. — Я забуду, что тебя когда-то видела здесь, и ты, сделай так же. Ооо, смотри-ка! — наигранно удивившись, она прошлась глазами по непонимающему лицу напротив. — Кажись, никогда не видела твоей нахальной мордашки! — натянув доброжелательную улыбку, она захлопнула перед носом парня дверь. Что это было… Чонгук сначала спокойно постучал в дряхлую дверь, но через пару секунд начал с новой силой долбить по ней. Готов был поклясться, что хозяйка стояла за дверью, ожидая, что он скоро уйдёт. Не дождётся! Всё же через пару секунд дверь открылась, и девушка удивлённо осмотрела его с ног до головы. — Здравствуйте, — с непроницательным лицом осматривает парня, выгибая вопросительно бровь. — По вашему взгляду, мне кажется, вы хотите продать мне зубную пасту? Извините, недавно как раз таки купила новый тюбик, — девушка опять захотела захлопнуть дверь, но Гук вовремя всунул ногу между дверью и рукой опёрся о неё. — Щётку для зубов хорошую не хочешь? — парирует злостно Чонгук. — Паскудные слова за раз вычищает! Его уже знатно потряхивает от недовольства, подпитывающегося каждым словом незнакомки. Как бы там до этого ни было и кто бы ни был виноват, в любом случае — она раздражает. — Если не уберёшь ногу, я подам иск на то, что ты мне своей щёткой угрожаешь, — девушка давит на дверь, но силы явно не равны, и даже пинок по его обуви не помогает. — Просто скажи, что произошло вчера, и я уйду! — Молодой господин Чон, — с язвинкой в голосе начинает девушка и Гук давится от такого обращения. — Почти под утро завалился ко мне в кровать с какой-то, по твоим словам, девушкой Носка. — Суа?! — ошарашено воскликнул он, понемногу начиная вспоминать, как уезжал из клуба вместе с ней. — Слушай, Чон Чонгук, — она раздражённо вздохнула и, услышав шум из дома, обеспокоенно обернулась. — Не помню я имён твоих девушек. Под мой крик она быстро свалила, с просьбой ничего не рассказывать Носку. — Он — Хосок, — поправил её, и если бы здесь был его друг, вряд ли бы эта девчонка просто так отделалась. — Да хоть Сосок, плевать мне! Знаю его, надежда всех девушек, вы друг друга стоите, — девушка цокает языком, закатив глаза. Чонгук даже на секунду из колеи выбился. Откуда эта девчонка их знает?! Опять осматривает, на мордашку же симпатичная, не азиатка, он таких в своей памяти потерять не мог. Может ночь как-то провели? Но он всех помнит, по пьяни не спит, и в принципе одну ночь не с многими проводил. — Мы виделись раньше? Не говори, что как-то переспали… — Фу, — девушка показательно скривилась и даже плечами от мыслей передёрнула, будто её озноб схватил. — Жизнь так не поиздевалась надо мной. — Милая, я вернулся, ты где? — внутри дома послышался мужской голос, а девушка, обеспокоенно посмотрев в прихожую, крикнула в ответ: — Дедушка, я сейчас! — а после, обернувшись обратно к Чонгуку, тише продолжила: — Выгнать тебя мне так просто не удалось, ты так уверенно утверждал, что это твой дом и, кстати, без малейшего понятия, как ты пробрался сюда. Мне пришлось запереться в комнате для своей безопасности, а после убедиться, что ты просто уснул, а не скончался на полу. Это всё! — заключила она, попытавшись закрыть дверь, но нога этому опять помешала. — Да что ещё?! — незнакомка уже страдальчески прохныкала, оборачиваясь назад в надежде никого там не увидеть. — Если не свалишь, я расскажу тебе страшную историю о человеке, который не ходил к стоматологу с самого рождения! — она попыталась запереть дверь, но Чонгук, упёршись ещё одной рукой, не дал этого сделать. — Сколько я тебе должен за доставленные проблемы? — хоть убейте, но по-другому поступать он не мог. Эта чудачка его напрягает, и самому хочется поскорее убраться, но просто уйти, не оплатив материальный и моральный ущерб, не мог. — Ни-ско-ль-ко! — по слогам выдала она, вытолкнув всё же ногу и заперев дверь перед лицом парня. Вот же… Чонгук, развернувшись, начал спускаться по деревянным ступенькам, в надежде, что они не обвалятся. Увидев почтовый ящик, он, вытянув всё из бумажника, впихнул деньги внутрь. Много, конечно, но ей они лишними точно не будут. Услышав опять скрип двери, обернулся. — Ты это забыл, кретин! — крикнула девушка, кинув в него пачку презервативов, и опять захлопнула дверь. Просто прекрасно!***
Неоправданный стыд и всепоглощающая несправедливость, вот, что испытывал Чонгук. — Это вообще не смешно! — раздраженно воскликнул Гук, слыша, как Бао с Хосоком задыхаются от смеха, наблюдая, как он злостно трёт у зеркала лоб, чтобы хоть немного смыть маркер. — Если я ещё раз увижу эту девчонку… — Чонгук запнулся в раздумьях, ведь понимал, что он не сможет сделать ей что-то. Как ни крути, какой бы девушка ни была, навредить ей не сможет. — Ты нарядишься в костюм клоуна и заставишь её выпить банановое молоко, при этом рассказывая спойлеры сериала? — предположил Хосок, издевательски хихикая и шипя от боли, когда рядом сидящая подруга промокнула ваткой его рану на губе. — Можно без этих извращений?! — перехватив женское запястья, отобрал предмет издевательств и, чтоб наверняка, откинул баночку перекиси в дальний угол дивана. — Просто надеюсь, что никогда больше её не встречу! Сука! Каким маркером она это писала?! — Чонгук, откинув влажную салфетку, развернулся к друзьям с надписью на лбу «8 см — не приговор». Увидев это, двое друзей снова засмеялись. — Это ведь вправду не приговор! — отрицательно помахала двумя ладонями Бао. — Главное не размер, а умение пользоваться, ко всему, восемь — знак бесконечности, — Хосок прыснул со смеха в кулак, понимая, что подруга не понимает всю трагедию этого числа. — Чего ты так злишься? Мы не знаем эту девчонку, но она нам уже нравится! — Она больная на голову! Разве это поведение адекватного человека? — Чонгук, указав на свой лоб пальцем, а после, натянув чёрную бейсболку на голову и опустил козырек на глаза, сел напротив друзей. — Из-за этой ненормальной мы сидим у меня в квартире, ей повезло, что я не живу в родительском доме… И вообще, давайте не будем о ней, хорошо? Хосок опять закивал и без слов показал Бао на пальцах размер, сколько означает восемь сантиметров, от чего она, округлив глаза, попросила Чонгука не выходить на улицу без головного убора. — Я завязываю с алкоголем, — категорически заявляет Бао, плюхнувшись головой на колени Хосока, Чонгук присоединяется к её словам, в то время, как Хоби удивляется двум парам глаз, уставившихся на него, мол, не смейте меня втягивать в эти сатанинские клятвы, демоны. — Завязывайте себе, кто виноват, что пить не умеете. Сумасшедшая ночка, но для меня весьма обычная и… — Хосок запинается, ведь «обычная» могла бы быть, если бы не Лу, о которой он, конечно же, не рассказал, и друзья так смотрят на него, будто бы и так всё знают, поэтому недовольно рыкнул им: — В общем, отъебитесь, не закодируете меня! — раскинув руки на спинке, отрезал он и скользнул глазами вниз, где Бао продолжала буравить его глазами и ещё лицо так нахмурила. — Ты здесь мне мордашку недовольную не смей корчить! — предупредил подругу, положив на её лицо подушку. — Невыносим, — откинув на пол подушку, выдыхает Бао, а после, задумавшись на секунду, тихо выдаёт. — Это пиздец парни… я была у сонсэннима Кима, вы понимаете? На секунду повисает тишина, потому что голосе Бао скользит испуг и непонимание. — Ты ведь не переспала с ним, — для себя больше утверждает Чонгук. — Я немного знаю его, он со своими принципами, поэтому не нужно беспокоиться о том, что между вами могло произойти что-то ужасное, чего ты не помнишь. — Я уверен в том, что все принципы можно нарушить, — Джей-Хоуп не удержался, чтобы не очернить безвинность упомянутого человека. — Особенно твои, — вырывается у Чонгука, и когда их взгляды встречаются, у Хосока на секунду всё замирает, ведь ему показалось, что самый ужасный секрет, связанный с младшей Им, теперь знают не только двое людей. — Нет, прости Чонгуки, твой стриптиз я ещё морально не настроен смотреть, — в обычной манере язвит, стараясь скрыть то, что ему надавили на болевую точку. — Даже не знаю, до какой кондиции меня напоить нужно, чтобы я это вынес. — Я всё же не могу понять, — встревает Бао, которая всё время думала о своём. — Почему вы всё помните лучше меня? — всё же решилась спросить Бао, поскольку было ощущение, что у друзей провалов в памяти вообще не было. — Нуу… Мы ведь в клубе не одни были, — начал Чонгук, потирая костяшки на кулаках и переводя взгляд на Хосока, более тихо интересуясь у друга: — Она что, даже этого не помнит? — С нами ещё кто-то был? — насупилась Бао, поднявшись с дивана, чтобы взять стакан воды со стола. — Да нет-нет, никого не было… — Был только я! — радостно заявил мужской голос позади, положив две руки на плечи Бао. Хосок сделал фейспалм, а Чонгук начал активно махать рукой парню за спиной, чтобы убегал, ведь заметил, как подруга, осознав чей это голос, сжала челюсть от злости. — Ким, мать твою, Сокджин! — развернувшись, Бао оттолкнула парня в грудь, а тот, в недопонимании, указал на себя пальцем. — Ты меня вчера в секс-шоп отправил! Решил подшутить?! — Знаю, что это был секс-шоп. Какие шутки? — Джин отступает на шаг, а по виду девушки понимает, что беседы она с ним вести не намерена, разворачивается, чтобы поскорее убраться, но Бао запрыгнула ему на спину и, взяв его шею в захват, начала душить. — Я же вчера всё тебе объяснил, сжалься! — хлопая по руке, прохрипел Сокджин. — Бао, он реально не виноват, — заступился за друга Чонгук, подымаясь на ноги и обняв Бао за талию, отцепил её от задыхающегося парня и плюхнулся обратно на диван, удерживая Бао. — «Sugar overdose» — это секс-шоп, — поясняет Хосок, смотря, как Джин судорожно откашливается, присаживаясь возле него, а Чонгук всё пытается удержать подругу, прося успокоиться. — Просто ты явно другое заведение искала. — Я уж думал, мне придётся бороться до последнего за свою жизнь, — выдохнул Джин, оттянув воротник пуловера, который теперь, кажется, тоже душил. — Я знал только это заведение с таким названием, ну вот и подумал, что ты… — Тогда тебе противопоказанно думать, — уже более спокойно отвечает, освобождаясь от рук Чонгука, и вынимает телефон из кармана штанов, услышав входящее оповещение из твиттера. — Спорим, здесь истории о том, что я вчера не просто так была в кабинете проректора Квон Кёнхо? — увидев в заголовке своё имя, Бао не особо удивилась, ведь не было и дня, чтобы о ней не запустили какую-то гадость, Джин с Хосоком в это время сами достали свои сотовые, чтобы проверить. — Ну точно, не Лино, которому я пальцы за прошлый пост сломал, — ухмылка Джей-Хоупа слетает, стоит разблокировать свой гаджет. — Такого никогда не было… — пробубнил Джин, просматривая свежий пост. На фотографии была изображена лежащая девушка на смятых простынях в одном белье, а тот, кто сделал фото, демонстративно положил свою руку ей на ягодицы. lo
