Падшая Фантазия (Fallen Fantasy)

             - Отравление чем? – переспросил Кьярваль.       - Ртутью, - пояснила Ева, - обычной, мать её, ртутью! Ладно, спрошу иначе, шахтёры чем-то болели, до нашествия гоблинов? Они наверняка наткнулись на неё и приняли за жидкое серебро. Жидкость проще незаметно вынести, чем кусок руды, можно перелить в бутылку или меха. Она вызывает головокружение, усталость, помутнение, рвоту и понос. А при очень длительном контакте можно и нутро выблевать, хотя такой эффект я только здесь увидела.       - В самом деле, симптомы довольно распространённые среди шахтёров. Я и не думал, что это может быть именно так связано, они вкалывают по несколько смен, отсутствие свежего воздуха и правильного питания тоже даёт схожий эффект. Кроме того, ни один до сих пор не умер, недельку поносило, да, но не более.       - Видимо, на полуорков и гоблинов ртуть оказывает более суровый эффект. Может, это связано с их обонянием? Ну да не важно, что с нашим?       - Без сознания, но пока жив, - Кьярваль принялся толочь травы в ступке, - Вам же есть чем оплатить мои услуги?       - Не волнуйся, разберёмся. Пришлось отдать половину найденного Халлькатле и ещё восьмую часть Колльбьёрну. Хотя, блядь, в толк не возьму, за кой хуй! – вспылила Ева, - Помощи от них никакой, Астрид пришлось поднимать мёртвых, чтобы вытащить Торвальда и добычу наружу, пока они себе «героически охраняли вход». Она так обессилила, что до сих пор пытается восстановиться в таверне. Вот, - девушка достала из самодельного рюкзака массивный осколок руды, - на сколько потянет?       - Мало, очень мало… - прошептал Кьярваль, - Нет, это лучше продай Вилфреду за наличные, тут выйдет примерно на тысячу серебром и двести медью, её с радостью приму в качестве своих комиссионных. И тридцать серебряников за лечение и уход.       - Херассе, - выдавила Ева, понимая, что в итоге они заработали не так уж много.       - И это из-за моей к Вам большой симпатии, - попытался исправить ситуацию Кьярваль, - вот, на будущее.       Он выдал Еве несколько склянок. В трёх был уже знакомый целебный отвар, содержимое остальных оставалось загадкой.       - С красными пробками – более действенные, я долго экспериментировал и нашёл нужную формулу. С лиловыми – зелья, что сделают Вашу кожу прочнее, советую принять на ночь, если будете спать вместе, а не по очереди.       - Не поняла, - переспросила Ева.       - Вами не очень довольны остальные наёмники, - он сделал небольшую паузу, - советую остерегаться, особенно по ночам. Так легко подобраться сзади и перерезать чью-то глотку, - в его миндалевидных глазах показался задорный блеск.       - Кьярваль, мне что-то нужно знать о твоём прошлом? – усмехнулась Ева, отчетливо представляя себе его связи как минимум с контрабандистами, как максимум – принадлежность к местному аналогу профессиональных убийц.       - Ничего, о чём бы Вам троим стоило беспокоиться, - улыбка его сделалась шире, - Вы мне нравитесь, приносите приличные деньги. А если выгорит дело с магами, то все мы будем обеспечены до конца своих жизней.       - Но ты же понимаешь, что искать в шахтах больше нечего? Там нет тайников с серебром, да нам и не вытащить столько.       - Думаю, колдунов может заинтересовать и жидкое серебро… как ты его назвала? Ртуть? – он потёр руки, - ты же взяла образец? Я чувствую запах плохо закупоренного пузырька.       - Сучёныш, да ты хорош! – Ева достала из поясной сумки предмет и передала его, - Откуда знаешь, что он плохо закупорен?       - Это же мои пузырьки, - усмехнулся лекарь, - я специально сделал их такими, чтобы после вскрытия, нельзя было закрыть, не зная особенностей технологии. Раньше многие перепродавали свои отвары, выдавая за мои, но их быстро раскрыли таким образом.       - Хитёр, как чёрт!       - Опыт, девочка, длиною в века, - Кьярваль в три движения закупорил пузырёк так, чтобы тот не пропускал испарения ртути, - я отправлю его в Онд, на пробу, первым же судном. Думаю, оно будет здесь завтра к полудню, мы ожидали дополнительных поставок провизии. Ответ получим через неделю. Если колдунов это заинтересует, то считай, что расписка Ваша.       - А какой же в этом твой интерес? Расписка-то, как я понимаю, одна?       - Достаточно будет того, что я сделаю им одолжение. Обо мне пойдут слухи и это положительно скажется на репутации, тогда я смогу сменить местную глушь на комфортабельный особняк где-нибудь в южной части Кистамвола.       - Хитёр, как чёрт! – Ева, смеясь, потащила тяжеленный рюкзак к Вилфреду.

***

      Гелла с жадностью наворачивала очередную миску густой мясной похлёбки. Примененная ранее магия истощила её сверх нормы и потому девушка интенсивно восстанавливала силы едой и пивом, попутно перечитывая дневник. Задание не было выполнено, хотя все промежуточные цели были достигнуты. Оставалось лишь отчитаться воеводе, но его нигде не было видно, возможно отлёживался после боя и полученных ранений. Её смущало, что, найдя Александра и остатки ртути, рядом с выплюнувшим свои внутренности хобгоблином, Ева также обнаружила чьи-то массивные и глубокие следы, ведущие в глухую скальную породу. Разобраться в исчезновении незнакомого существа не удалось, а вот завалить источник ртути получилось, и выбраться на поверхность при помощи того же хобгоблина, оживлённого для переноски грузов и тех, что Александр не сильно порубил до него.       - Ове, ещё пива и свежего хлеба! – прокричала Гелла через всю таверну.       Тот моргнул и послал одного поварёнка на кухню. Вскоре на столе появились требуемый провиант, сверх того был принесён печёный королевский краб и бутыль белого вина. Гелла подняла вопросительный взор, на что Ове с улыбкой кивнул. Девушка поняла, что это бонус за освобождение шахт, послала воздушный поцелуй и принялась отламывать клешню.       В этот момент к ней присоединилась Ева.       - Жируешь, блудница? – поинтересовалась она.       - Сама ты жирная блядища! – промычала Гелла с наполненным крабовым мясом ртом.       - Да у тебя от жратвы уже уши заложило, сестрица, дай и мне, - Ева отломила вторую клешню, в два глотка осушила кружку пива и принялась доставать мясо.       - Сколько?       - Тысяча серебром и двести медью, - прошептала девушка, - из них медь и тридцать серебряников нужно будет отдать лекарю за услуги. Он ещё подкинул идею насчёт расписки магов, возможно их заинтересует ртуть.       - Иуда херов… А что? Это мысль. Ртути, как и серебру, приписывали сильные магические свойства… пока не наступало отравление, рвота и понос… приятного аппетита, - Гелла откупорила вино и налила немного в кружку из-под пива, которую тут же выхватила Ева и выпила, - Эй!       - Нужно прождать неделю. И когда я говорю прождать, значит выживать – наёмники не очень довольны нашими успехами, потому могут захотеть лишить нас полученного дохода.       - Можем пересидеть это время у Фригг, - предложила Гелла.       - Да я лучше обольюсь мёдом и в постель к Халлькатле с Барди брошусь, чем неделю выдержу её! – возразила сестра, - Фу, какая-то недетская фантазия.       - Падшая же, - усмехнулась Гелла, - Не волнуйся, это крайний случай, но туда за нами точно не сунутся. Как вариант ещё пригреть койку её братца, Арнбьёрна, но он куда-то пропал, потому мы не можем сдать задание с шахтами. Стоп! Я правильно услышала, к тебе подкатывала дикарка?! – девушка расхохоталась во весь голос, чем привлекла к себе ненужное сейчас внимание окружающих.       - Замолчи, - прошипела Ева.       - Малышка ШалавьЕва взялась за старое? – не унималась Гелла.       - Не называй меня так, чёрт! – она вспомнила, как сестра всю юность обзывала её за маленькую слабину по части количества кавалеров на выпускном в школе.       - А-а, тише-тише, я не понимаю шалашовский язык! – она мельком глянула на строки в журнале, - О, можешь полюбоваться, ты получила навык «Эмпатия».       - Что? Как? Мы же не повышали уровень!       - Навыки можно получить и другими способами, некоторые – за выполнение действий. В твоём случае, сезон отчаянного блядства…       - Молчи…       - Хорошо, не отчаянного, - Гелла чуть не подавилась со смеху, - Так вот, твои последние «действия», добавили тебе подобную особенность и теперь Малышка ШалавьЕва предстала перед нами во всей красе!       Ева едва сдерживалась, чтобы не вмазать сестре крабовой клешней, которую расплющила вместе с содержимым. Гелла, увидев это, принялась смеяться пуще прежнего.       - А чей та я така пяна… ик.. йа? – вдруг поняла она, - Штобл…       Гелла рухнула головой на стол, сестра принюхалась к крабовому мясу и тут же вскочила, выпивая по ходу дела пузырёк с лиловой пробкой. Она заметила подозрительные, выжидающие взгляды окружающих, и в особенности – похотливый взор трактирщика Ове.       - Сучье логово… - прошипела Ева, закинула рюкзак с серебром на плечи, - падшее, ебись оно, царство, или как эта чёртова игра называется! – поднять Геллу оказалось непросто, она успела основательно подкрепиться.       Первому полуорку, пожелавшему отведать её тела, девушка пригвоздила руку к столу ножом, второму врезала по промежности и наотмашь в висок. Третий повременил и постарался зайти сзади, Ева была готова и разбила о его голову небольшую скамейку, затем вырвала нож из руки воющего наёмника, открытой ладонью вбила ему нос дальше в череп, и швырнула подходящему трактирщику в живот полученное орудие, но промахнулась - попала в бедро.       Быстро откупорив пузырёк с красной пробкой, девушка влила содержимое в рот сестры, почти сразу же уклонилась от удара дубинкой, но пропустила выпад кинжалом. Удар пришелся в солнечное сплетение, но не оставил и царапины – эффект зелья уже проявился, её кожа стала значительно прочнее. Ева воспользовалась неожиданностью, перехватила кинжал, отсекла острое орочье ухо и воткнула оружие в плечо.       Гелла тем временем начала что-то бурчать и попыталась подняться самостоятельно, но вовсе не понимала, что устроила её сестра, потому случайно наступила на продырявленную руку полуорка, тот завыл, а девушка отскочила от шума и нечаянно применила шоковое касание на группы направляющихся к ней и Еве наёмников. Та приподняла бровь, схватила сестру за плечи и быстро повела наружу, пока окружающие не начали приходить в себя. Ближе всего к таверне был дом Кьярваля, туда Ева и направилась, чтобы вернуть долг, пересидеть поднявшийся беспорядок, уверенная, что потом сможет разыскать ополченцев и принять их защиту.

***

      - Рандольф? – чародейка склонилась над телом молодого на вид колдуна и попыталась почувствовать его дыхание. Оно было очень слабым, но уже утешало само его присутствие.       Девушка с белокурыми, ниже пояса, волосами, поднялась с колен и направилась к своему рабочему столу. На нём располагалось великое множество пузырьков с разноцветными, иногда светящимися, жидкостями, помимо алхимических принадлежностей – колб, реторт, ступок с пестиками и магических нагревательных элементов.       Она подобрала парочку, вернулась к находящемуся без сознания мужчине и дала понюхать один состав, затем другой. Колдун моментально открыл глаза и ошарашено взглянул на чародейку.       - Ингрид, что произошло? – он попытался поднять голову.       - То вещество, присланное с Севера, оказалось очень инертным к магии света и стихий. Особенно стихий, при сильном охлаждении оно твердеет, а при нагреве расширяется, - Ингрид скатала остатки ртути в пузырёк и закрыла его, - При исключительном воздействии даже взрывается, распыляясь ядовитым паром, который… - она прикрыла глаза и провела рукой, - сконцентрирован сейчас в тебе! Хватило одной капли, чтобы потерять сознание, при чем оно уже приняло исходное состояние, внутри тебя. Поразительно.       - Не то слово, - Рандольф постарался встать на ноги и осмотрел свою мантию – она была хаотичным образом прожжена, - интересно, как это вещество поведёт себя при трансмутации? И что случилось с мёртвым импом? – он глянул в клетку с небольшим длинноносым крылатым существом.       - Похоже, что его призванная сущность вернулась в астральный план, - удивилась Ингрид.       - Ещё раз, откуда оно? – Рандольф взялся за книгу и принялся искать в ней карту размещения уже найденных веществ. Магических в том числе.       - С Севера, из шахт Страндби, - ответила чародейка, - посылка от Кьярваля.       - А, этот хитрец, - колдун невольно усмехнулся, - Странно, судя по информации, экспедиции не находили в тех краях ничего подобного, только серебро. Может быть, это его новая форма?       - Не похоже, хотя внешние сходства есть, - Ингрид вновь осмотрела пузырёк с закрытыми глазами, - Вижу сильные астральные помехи. В послании также говорилось о гоблинах, захвативших шахты, желающих завладеть веществом.       - Хм… возможно, стоит отправить туда нашего делегата. Вигдис сейчас свободна?       - Ты серьезно? – улыбнулась Ингрид, отставив пузырёк, - «Богиня Войны Вигдис»? Если желаешь окончательно испортить с ней отношения, то я не буду против передать твою просьбу отправиться в это захолустье на Севере. Она будет в ярости.       - С этим я уживусь, а вот с гневом архимага Йоакима – нет, передай ей мои наилучшие пожелания счастливой дороги, - Рандольф принялся подготавливать чары к будущим опытам с трансмутацией ртути, - И ответь Кьярвалю, что мы заинтересованы, отправь с Вигдис расписку.       - Даже так? – удивилась Ингрид.       - Этот лунный эльф мне давно знаком, иной оплаты за такую полезную находку не примет, а учитывая его прошлое, обманывать и игнорировать тоже не стоит.

***

      Ева всхрапнула и перевернулась на другой бок, слегка поёжившись. На улице ещё была ночь. Холодная зимняя ночь. Три дня назад она успешно довела сестру до дома лекаря, заплатила немалую сумму за возможность пожить какое-то время в его секретном подвале.       Обычно, Кьярваль использовал его для вскрытия трупов и экспериментов с мёртвой плотью, проверяя действия своих отваров и эликсиров, правда из-за настойчивости одной рыжей девицы и не до конца пришедшей в себя темноволосой дебоширки, пришлось пойти на уступки. Их искали многие, произошедшее взбесило Халлькатлу, которая уже объявила охоту, но безрезультатно. Александра тоже переместили в подвал – его состояние улучшилось незначительно, Кьярваль не знал способов окончательно вывести ртуть из его организма и поддерживал жизнь своими целебными препаратами, убеждённый, что реально может помочь лишь магия.       Геллу удалось привести в чувство от действия убийственной дозы снотворного, которым Колльбьёрн попросил приправить королевского краба. Ева подозревала, что именно об этом они с Халлькатлой шептались в шахте. Старик сдался и пошёл на поводу у дикарки, после чего благополучно покинул город на первом же судне с добытым серебром. Пускай его доля была мала, но с учётом премии, выданной городским главой Хеннингом, этот контракт более чем окупился.       Ева снова перевернулась и на это раз захрапела во всю силу, от чего Гелла почувствовала себя неуютно и попыталась подняться, вместо этого проснулась и не смогла более уснуть.       - Твою ж мать, шо происходит, землетрясение, что ли? – Гелла замурчала и упала со стола, на котором спала.       Мертвецкая комната впервые наполнилась жизнью от её недовольства. Жмур из расы полуорков, которого она сентиментально обозвала Йориком, даже попыталась общаться, вёл себя сдержанно, но храп Евы, маняще вздымающий её грудь, заглушал любую дружескую речь.       - Больше я тебя вкусно-жирно-сочной жрачкой кормить не буду, - заявила она спящей сестре. Все прошедшие дни они питались исключительно тем, что принесёт Кьярваль, а тот был тем ещё веганом. К его низкокалорийной, низкобелковой и низкожировой диете не был подготовлен ни один из Серебряного Трезубца.       Гелла однозначно-негативно выразила своё отношение к рациону эльфа ещё в день переезда, когда он откачал её и принялся откармливать смесью ростков пшеницы и грибов из местного подлеска, от которых у неё изжога и неприятные сновидения. Единственным реальным источником протеина служил для сестер запас солонины, купленный Александром у Вилфреда ещё перед походом в шахты. Из него варился суп, рагу и даже, не без щепотки особого загустителя эльфа, холодец, полюбившийся Гелле с детства, но она не смогла подыскать к нему дижонскую горчицу, исходя из местных реалий.       - Что за шум? – тихо спросил спустившийся Кьярваль.       - Систэр не может больше здесь спать, да и я тоже, - пробурчала Гелла, - Есть варианты, куда мог подеваться Арнбьёрн? Как понимаю, он пропал вместе с выжившими шахтёрами и ополченцами?       - Нет, его местонахождение неизвестно. Подозрение падает на хобгоблинов, либо того кованого гнома, что встретился ему в шахте, - он указал на пребывающего без сознания Брауна.       - Что, блядь?! – поразилась девушка, - Откуда ж ты, сука, ЭТО знаешь? Даже Е… Бринхильда не смогла определить следы!       - Глубокие следы может оставить кто-то очень тяжелый - тролль, либо гигант, а учитывая высоту сводов шахты, они туда не поместятся. Значит, гном в полном латном доспехе – вес почти тот же, а ростом тебе до груди, - Кьярваль проверил состояние Александра, - Несколько последних лет ходили слухи о появлении в некоторых местах, близ той горы, подозрительных «кованых бочек» с башенными щитами и пилумами. Думаю, это как раз Ваш случай. Гномы исчезали почти сразу после того, как были замечены.       - Ева упоминала, что ты во многом сведущ, но это ж просто пиздец какой-то! Как ты успеваешь собирать всю эту информацию?       - Я же лунный эльф, - усмехнулся лекарь, - мы никогда не спим. И живём очень… очень долго. Каждому из нас при этом нужно чем-то занять свободное время, мой вариант – знания. Никогда не знаешь, какое из них может в один день пригодиться.       - Страшнее Смерти, - тухло заметила Гелла, затем поправилась, - в хорошем смысле.       Она прошлась до стола с провизией, пустила скупую мысленную слезу и снова повернулась к эльфу:       - Нам нужна еда. Нормальная, человеческая еда, - девушка ощутила на своих острых ушах издевательский взгляд Кльярваля, - Эй! Я только наполовину эльфийка. Хотя бы овощей каких, но лучше мяса! Большой, сочный бифштекс, сестрице – обязательно с кровью, - у неё потекли слюни, - и печеный картофель с чесночком, тушеные рёбрышки… чёрт! Да хоть что-нибудь!       - Ты же понимаешь, я не могу этого сделать, люди меня хорошо знают, - он замялся, - рацион в частности. Они, а потом и Халлькатла, начнут подозревать, что я кого-то укрываю, раз покупаю человеческую еду. Разве что…       - Блядь! Я ненавижу эти дешёвые заманухи! Договаривай!       - Ты можешь сама пробраться в таверну и набрать необходимой провизии. Ове часто забывает закрыть кладовую. Сейчас ночь, все спят и вряд ли обратят внимание на тебя, но всё равно потребуется маскировка, возьми меховую накидку Торвальда.       - Хм… - Гелла призадумалась, - а как давно мёртв этот гоблин? Выглядит совсем свежим.       Кьярваль мельком взглянул на труп, и растянулся в понимающей улыбке.

***

      «Дополнительное задание выполнено. Персонаж Астрид получила опыт. Персонаж Астрид получила новый уровень»       - Ууух, да, этого мне не хватало, - промурлыкала она, лёжа на свежем снегу.       Гелла успела провернуть свой план ограбления трактира, считая, что Ове это заслужил, после того, как подсыпал ей снотворное. Она отволокла труп гоблина за таверну и оживила его, после чего направила внутрь за провизией. Если бы кто-то случайно увидел его, то принял за недобиток и порубил на куски – небольшая потеря, если учесть, что он и так мёртв.       Дважды гоблин приносил не то, что нужно, но на третий, не понимая команд своей временной госпожи, нагрёб всего сверх нормы и даже умудрился никого не разбудить, когда выносил. Передвигался он и в самом деле гораздо тише Геллы, которая повела бы себя, не иначе, как слон в посудной лавке. И тогда бы все узнали, что Серебряный Трезубец ещё не покинули город.       В этот раз, ходячего мертвеца удалось продержать в оживлённом состоянии куда дольше, чем ранее – умение девушки усилилось, она это чувствовала, а потом и прочла в дневнике, когда вернулась с пристойной едой, которую нёс гоблин, обратно к лекарю. Девушка смогла повысить характеристику интеллекта, что позволило увеличить количество применяемых за бой заклинаний. Кроме прочего, своими действиями, заработала навык «незаметность», позволяющий прятаться едва ли не на виду у всех, а выбранным за полученный уровень был «насыщение». Он позволял ощущать сытость даже при ничтожном потреблении пищи, что в условиях сложности её получения было критически важным.       Гелла заметила, что сильно пристрастилась к местной вредной еде, однозначно не идущей на пользу фигуре. Её обжорство даже начали обсуждать другие наёмники... до того, как решили объявить на неё охоту. Девушка даже как-то обыграла одного грузного полуорка Халлькатлы в поедании сосисок, залив победу литрами купленного проигравшим эля.       Возможно, поэтому Ове и согласился подсыпать снотворное, полученное от Колльбьёрна – кормёжка Геллы, её сестры и их бывшего мужа сильно била по карману, учитывая, что они за неё не платили.       Ева потянулась, и приоткрыла глаза, когда почувствовала запах скворчащего на сковороде бекона. У Кьярваля было несколько магических нагревательных плиток, они пришлись очень кстати при отсутствии возможности разведения полноценного костра в подвале.       - Твою ж мать, а это ещё что? – девушка уставилась на бездумно стоящего неподалёку гоблина.       - Я его оживила, и он украл нам еды… вот, жду, когда магия рассеется.       - Давно?       - Уже несколько часов, сама не знаю, как это вышло. Мне даже не нужно прилагать усилия, чтобы удерживать его живым.       - Может быть, дело в бальзамировании? – присоединился к сёстрам лекарь, - Я экспериментировал с возможностями сохранять трупы на продолжительное время и заметил, что найденная Вами ртуть помогает. Полагаю, в этом её магическое свойство, но действует оно лишь на мёртвых, не на живых, для них она смертельна.       - А где ты достал ещё? Пузырёк же отправил колдунам? – Ева принялась жадно поедать со сковороды куски бекона и моркови, - Готовить ты так и не научилась, где соль?       - Неблагодарная шл… - Гелла запнулась от кровожадного взгляда сестры, - Да, действительно, где достал ещё?       - Смог вывести некоторую часть из организма Торвальда. Это не полноценный метод лечения, удалось собрать лишь то, что скопилось во рту и носу. Необходим некий магнит для частиц в крови и мышечной ткани. Потому и говорю, что без магов тут не справиться.       - Либо повысить его уровень… - сама себе прошептала Гелла, затем уже громко, - Так как быть с Арнбьёрном? Не мог же он просто так пропасть, что предприняли остатки ополчения? Или они снова переименовались в стражу?       - Можно поискать их следы в окрестности, но из города незаметно сейчас не выйти, дождёмся ночи, - Ева прикончила сковороду и принялась рыться в мешке, который принёс гоблин.       - Зачем ждать? Подземный выход из города присутствует в этом подвале, - Кьярваль показал на шкаф, который открыл и отодвинул фальш-панель, - выйдите в подлеске, к северо-востоку от частокола. И не забудьте закрыть за собой выход, не хочу нежелательных посетителей.       Сёстры переглянулись, Ева проглотила полусырую картофелину и вытерла жирные после бекона губы тыльной стороной ладони.       - Свинья свиньёй, - заметила Гелла, и они принялись собираться в поход.

***

      Вооружённые и экипированные, сёстры быстро прошли по неосвещённому тоннелю прямо к хлипкой лесенке. Наверху их ждал клонящийся к полудню, приятный холодок. Снаружи лаз был замаскирован под широкий пень, который пришлось поднимать, чтобы выбраться.       Ева осмотрелась и попыталась сориентироваться на местности. Она обнаружила следы здешней фауны и несколько маленьких гоблинских отпечатков. Они вели по направлению от шахт на восток, вглубь леса. Поискав ещё, девушка нашла обрывки меховой накидки воеводы и решила пойти дальше.       Местный лес был густым и состоял преимущественно из вечнозелёных хвойных деревьев. От этого запаха Гелла сделалась мягкой, в голове кружилось, но даже при этом раньше сестры заметила приближение хищника. Медведь спал под снегом и вскочил, ревя и рыча, когда девушка случайно ткнула его в чувствительное место посохом, прощупывая почву, чтобы не попасть в очередное заснеженное болотце.       Гелла выругалась со страху, отпрыгнула в сторону и провалилась в сугроб, Ева тем временем достала из сумки большой кусок солонины и помахала перед носом зверя. Медведь принюхался, махнул когтистой лапой, вырывая мясо и принялся его грызть.       - Что лежишь?! – прошипела Ева сестре, - Давай, подуй и помассируй больное место, пока зверь занят! Может сработает.       - Дура, что ли? Не собираюсь я ему яйца массировать! – донеслось из сугроба.       - Да как ты умудрилась по ним посохом-то заехать?! – поразилась девушка, доставая кусок обжаренного бекона, - Придётся ему всё скормить, иначе есть будут нас.       - Я его спалю… - Гелла поднялась и начала читать заклинание.       - А ну не смей животное обижать! – она толкнула сестру обратно в сугроб до того, как та закончила.       Медведь доел, облизался, сел рядом с ними в сугроб и принялся лизать плечо Евы, выпрашивая очередную порцию провизии. Девушка сдалась и отдала остатки, после чего почесала зверя за ухом и погладила.       Гелла же, наблюдая за этим, попутно глянула в дневник. Там было сказано, что Ева получила навык «друг животных» и приручила дикого медведя, ставшего теперь её спутником.

***

      К обеду сёстры добрались до поляны со свежевырубленным лесом, дальше земля была густо усеяна большими собачьими следами. Они вызывали подозрение, ведь их владельцы, судя по глубине, расстоянию и положению, передвигались на двух ногах. Гоблинские отпечатки тоже присутствовали, как и отряда Арнбьёрна. Теперь было видно, что на людей устроили засаду «большие собаки», зелёные негодники вели их именно сюда – Ева в этом была уверена.       - Вспомнила! – громко произнесла Гелла, Ева шикнула, потому как была уверена, что за ними следят.       - Тише… что ты вспомнила?       - Следы собак, большие, передвигаются на задних лапах – это гноллы, - пояснила девушка, - раса гиеноподобных гуманоидов, примерно нашего роста. Жестокие твари, тоже часто подрабатывают наёмниками… когда не завоёвывают новые территории.       - И от куда ты это знаешь, снова твоё задротское прошлое?       - Эй! – возмутилась Гелла, но не нашла оригинального ответа.       Девушки двинулись дальше, осторожно шагая в сторону маячившей далеко на востоке деревянной стены, собранной из вырубленного здесь леса. Их медведь по пути начал тихо рычать, учуяв чужой неприятный запах, пару пней даже пометил, но в остальном старался не выделяться.       Ветер усиливался, начиналась вьюга.       Одежда слабо защищала от погодных эффектов, особенно у Геллы с её максимально-открытым нарядом танцовщицы, кое-как спасали отвары Кьярваля, понижающие чувствительность кожи и одновременно разгоняющие кровь по телу. И самую малость помогала медовуха, которую оживлённый гоблин спёр у Ове. Медведю она тоже пришлась по вкусу, он даже облизал Геллу, прощая за инцидент с посохом.       Из-за снегопада видимость снизилась до минимальной дистанции, за исключением блекло-мерцающих огоньков. На стене зажги факелы и организовали усиленный дозор. Это сёстры заметили ещё до начала вьюги, скрываясь почти ползком между пней и кустов. Они также рассмотрели самих гноллов так, чтобы те не заметили – существа в самом деле были похожи на прямоходящих гиен с серо-жёлтой, пятнистой шерстью. Одеты были преимущественно в кожу, усиленную костями, либо чешуйчатые рубашки, вооружены кистенями, копьями и луками.       Девушки решили дождаться темноты и тихо пробраться в лагерь, чтобы провести разведку, а по возможности – нанести ущерб захватчикам и освободить людей, если те всё ещё живы.       Гелла почти споила медведя, которого нарекла Себастьяном, в честь одного из своих бывших. Ева была против, но пошла на уступки, когда зверь начинал подвывать сестре. Неподалёку от входа в лагерь, они наткнулись на ров от огромного выкорчеванного дерева, места хватило всем троим, пускай и лёжа. Мягкий мех и тепло животного не давали сёстрам замёрзнуть окончательно.       Ближе к вечеру, когда Солнце почти скрылось за горной грядой на западе, гноллы выпустили несколько патрульных, осмотреть окрестности. Полулюди быстро выбежали из ворот с кистенями и копьями наготове, пробежав в каком-то десятке метров от укрывшейся под снегом, продрогшей троицы, из которой только медведь чувствовал себя комфортно.       Через час с небольшим, гиены вернулись в лагерь с докладом. После этого в дозор на стене заступила другая смена, куда менее многочисленная, преимущественно молодняк и пара суровых, покрытых шрамами ветеранов, чтобы не давать спуска щенкам.       Медовуха закончилась и Гелла принялась выбираться из сугроба, медведь тем временем тихо храпел, прибалдевший от спиртного. Ева решила не будить его. Пьяный Себастьян мог бы натворить дел, будь он замечен в лагере, потому сёстры быстро присыпали его снегом и направились обходить лагерь, в надежде найти забор пониже.       Слева от входа, полукругом расположилась стена, собранная куда менее усердно, чем остальная часть. Ева пустила в неё зазубренную стрелу с привязанной верёвкой, проверила прочность и полезла вверх, следом потянулась Гелла, но чуть не свалилась в сугроб, не удержавшись. Выругалась, попробовала снова. Наверху проходил молодой гнолл, которого Ева тихо прирезала и спустила со стены.       - Блядь! – прошипела Гелла, отдышавшись от подъема, - На кой ляд ты это сделала?! Они же могут заметить его отсутствие.       - И что же ты предлагаешь, скрываться от них? Нет, лучше перебить по одному, воины из молодых так себе, как я посмотрю.       - Я могла бы оживить его, Кьярваль дал пузырёк со своим бальзамирующим раствором на основе ртути. Если использовать его и воскресить труп, он сможет всю ночь патрулировать стену, не привлекая внимания, - девушка продемонстрировала сосуд.       - И ты думаешь, они не почувствуют запах мертвечины? Тем более, кровавые следы от ударов это не уберёт, потому тихо иди за мной и не отсвечивай. Магию применять лишь в самом крайнем случае.       - Это, етить, каком же?       - Если тебя начнёт трахать в анус банда гиен, а моя головка красоваться на какой-нибудь пике – это, ебать его, самый крайний случай, - Ева, поморщившись, слизала кровь гнолла с кинжала и взяла его лезвием вниз, чтобы наносить удары по шее сзади.       В этот раз, кроме насыщения, она ощутила пульсацию кровеносных систем ближайших существ. Раньше она не обращала на это внимания, но сейчас, во время вьюги, действие крови было заметно лучше. Таким образом девушка расправилась ещё с тремя гноллами, один из которых был ветераном, и принялась выслеживать остальных дозорных.       Гелла обнаружила клетки с пленными людьми в центре лагеря, прямо напротив большого шатра. Выглядели они ужасно – все страдали от сильного истощения, некоторые были мертвы не первый день и гнили рядом с живыми. Гноллы жестоко обращались с добычей, не давали еды, хотя в их понимании, таковой являлись трупы шахтёров.       Ева расправилась с остатком дозора. Она методично всех вырезала, не забывая, по возможности, насыщаться кровью врагов. Лагерь всё ещё спал, но через несколько часов должен был быть рассвет, да и вьюга заканчивалась, потому сёстры решили разлить у шатров найденные запасы масла и поджечь его во время отхода с освобождёнными пленниками.       Арнбьёрн сидел, облокотившись на клетку, его раны от стрел и копий выглядели неприятно и сочились гноем.       - Молчи и слушай, - обратилась к нему Ева, бесшумно подобравшаяся сзади, - мы пришли Вас освободить, после чего спалим эту псарню. Сколько живых способно идти?       - Семеро, - пересохшим, почти сорванным голосом, прошептал воевода, - все ополченцы, шахтёры мертвы, как будем их выносить?       - Никак – слишком опасно, помянем их после, сейчас нужно поскорее выбраться.       - Чёрт, нельзя так с людьми, им нужны достойные похороны. И клетка… она очень прочная, кованая. Заперта, а ключ у вожака гноллов, он с ним не расстаётся.       - Придадим огню весь лагерь, лучших похорон им в ближайшее время не светит, - возразила Ева, - предупреди своих, скоро будем выдвигаться, мы с сестрой достанем ключ.       - Это слишком опасно, лучше предупредите Хеннинга, он… кх… должен подготовиться к эвакуации города, всё куда хуже, чем мы предполагали.       - Разберёмся, - Ева окликнула Геллу, и они вошли в большой шатёр вождя.       Внутри сильно пахло псиной, лидер гноллов явно не был любителем бани, да и вылизываться не желал – предоставлял это своим многочисленным жёнам. Они спали на полу, в ногах от его ложа. Здесь же было собрано всё оружие ополченцев, стояло несколько сундуков с награбленным серебром и десяток больших колб с ртутью.       Гелла отчётливо уловила запах плохо закупоренных ёмкостей. Их с сестрой планы поменялись, теперь первоочерёдным делом, после освобождения выживших, было избавить псов от добычи. Ева вспомнила, что во дворе лагеря была подходящая телега и на неё можно погрузить сундуки. Но сперва решила прирезать вожака, забрав у него ключ, который висел на шее.       Девушка аккуратно миновала жён и занесла кинжал, в этот момент гнолл всхрапнул и приоткрыл глаз, заметив полуэльфийку. Он тут же взревел, вскочил и лапой выбил кинжал из руки Евы, та быстро взялась за лук, отшагнула на пару шагов и пустила стрелу ему в шею.       Вожак зарычал, его суки тоже начали просыпаться и громко лаять, двое метнулись к оружию, но Гелла успокоила их тяжёлым набалдашником посоха наотмашь. Затем веером огня подпалила шкуры оставшихся, Ева вовремя отступила и пустила пару стрел в воющего гнолла с ключом на шее. Он упал замертво и начал скворчать, его жёны уже умерли от болевого шока.       Вызванный переполох заставил ближайшие шатры проснуться, послышался громкий лай и рычание. Ева быстро сорвала с шеи вожака ключ и метнулась открывать клетку, Гелла тоже вышла наружу и пустила несколько огненных шаров в самых ретивых гноллов, затем оживила двух трупов и позволила им вытаскивать добычу из горящего шатра вожака.       Освобождённые пленники взялись за своё оружие и принялись, как могли, обороняться. Они были обессилены, но сумели какое-то время сдерживать гиен, пока Ева расстреливала их и пробивалась к воротам.       Огонь перекинулся на разлитое масло и быстро воспламенил его, а заодно и половину лагеря. Гноллы начали паниковать и бежать на стены, чтобы спастись от надвигающейся смерти. Ополченцы с Арнбьёрном, укрываясь щитами, обороняли Еву, та быстро расправилась с преградой и вывела всех из лагеря.       Гелла же влила раствор Кьярваля в троих более-менее неповреждённых гноллов и оживила их, ускорив тем самым погрузку сокровищ на телегу. В лагере творился хаос, но это не помешало лучникам приняться вести стрельбу со стен. Одна стрела попала девушке в левую ключицу, и она жёстко выругалась, падая на снег. В следующий миг почти поддалась панике, ощущая ещё два попадания. Быстро выпитое снадобье укрепило её кожу, но боль не унимало и кровотечение не останавливало. Гелла почти потеряла сознание, когда в лагерь ворвался Себастьян, разбуженный происходящим. Он принимал на себя выстрелы и разрывал приближающихся гноллов, пока оживлённые вытаскивали девушку и телегу наружу.       Пламя принялось плясать и на стенах, так что лучникам пришлось спрыгивать с них. Некоторые отделались ушибами и переломами, спасаясь бегством на север, большинство же разбились насмерть. Лагерь горел и озарял путь отступающим пленникам всё время их отхода. Даже из густого леса был виден пожар позади.

***

      Полдень предвещал вьюгу. Девушка сошла с трапа судна, в очередной раз бросив взгляд на надпись: «Жаркая Бестия», она двинулась дальше, изучая обстановку в городе. Ничего не казалось необычным, разве что полуорки сновали повсюду, расспрашивая о чём-то местных. Она и сама не прочь была задать пару вопросов, но решила придерживаться плана – найти своего связного.       - Эй! Рыжая, подь сюда! – окрикнул её клыкастый гибрид. Кровь орка в нём ощущалась на значительном расстоянии.       Девушка глянула на него с невообразимым пренебрежением, плавно перетекавшим в презрение, вскинула левую бровь, после чего продолжила свой маршрут. Полуорк был взбешен подобной наглостью, потому быстро подошёл к ней и схватил за левое плечо. Он даже не успел сообразить, как в одно мгновение лишился кисти руки.       Дама продолжила путь, даже не забрызгав кровью свой походный плащ. Полуорк взревел от боли, когда осознал, что произошло, его товарищ посчитал, что лучше оказать помощь собрату, чем вступать в конфронтацию с незнакомкой, чьего клинка он даже не успел заметить.       Она прошла пару кварталов на север, свернула на запад и нашла дом, предписанный указаниями.       - Госпожа?.. – Кьярваль был впечатлён красотой незнакомки, ступившей на его порог, беглый осмотр давал понять, что ранений и необходимости в лечении она не испытывала, разве что едва уловимый запах орочьей крови не давал покоя. Он шёл откуда-то из-под плаща.       Девушка оценила стоящего перед собой лунного эльфа и соотнесла его с выданным описанием. Её терзали сомнения, что в подобном городишке найдется ещё хоть один чистокровный эльф.       - Вигдис, - коротко ответила она.       - «Богиня Войны»? – поразился лекарь, - Такая честь приветствовать Вас, госпожа! – он расплылся в низком поклоне, приглашая даму в свой дом, - Прошу прощения за беспорядок… моя профессия налагает некоторые ограничения в плане комфорта.       - Желай я испытать истинный комфорт – осталась бы в своём особняке, в Онде. Сюда же меня направил Рандольф.       - Ах, господин серый колдун, - с улыбкой заметил Кьярваль.       - Ваши с ним плотские утехи меня не волнуют, - Вигдис прошла внутрь и присела в ближайшее кресло.       - Госпожа, мы не…       - Меня. Не. Волнует, - она скептически осмотрела принадлежности на столе неподалёку, - Если бы Йоаким не дал ему править балом, пока сам погружён в эксперименты, я точно не попёрлась на богом забытый Север! Итак, к делу. В письме говорилось о гоблинах, жидком серебре и пострадавшем. Его я и желаю видеть в первую очередь.       - Как скажете, госпожа. Торвальд здесь, в подвале, - Кьярваль провёл девушку за собой, минуя секретную сдвигающуюся стену, глубоко вниз.       Александр всё ещё пребывал без сознания, лекарь соорудил механизм, подключённый к венам обеих рук и ног, продемонстрировав его работу.       - Признаться, я впечатлена, - Вигдис внимательно осмотрела механизм переливания и очистки крови, оценила его работу, когда лекарь принялся качать помпу.       Кровь с примесью ртути выкачивалась из вены на левой руке, проходила цепь магнетических фильтров, удерживающих в себе малую долю жидкого металла. Дальше за дело брались сложные системы мембран, очищающие от прочих вредных токсинов, прежде чем жидкость пойдет обратно в тело по трубкам к венам правой руки и ноги. Потом цикл повторялся.       - К сожалению, без основательного магического вмешательства, метод лишь отсрочивает неизбежное. Он умирает, я лишь старался продержать его подольше, до Вашего прибытия.       - Да, я уже вижу, как можно улучшить механизм, - девушка достала из-под плаща, где наблюдательный Кьярваль заметил длинный окровавленный клинок, пару прозрачных цилиндров, походивших на переливающиеся призмы, - Это передали Рандольф и Ингрид. Установи после тех грибковых мембран и попробуй прогнать цикл ещё раз. Всё жидкое серебро останется в колбах, пропустив при этом иные вещества.       Лекарь пораскинул мозгами, затем нашёл способ, как на практике внедрить новые фильтры-накопители. Он быстро всё подготовил и принялся качать помпу, чтобы снова очистить кровь. При проходе через цилиндры, кровь словно перекручивалась, оставляя налёт серебряных капель на внутренней стенке.       - Удивительно! – лекарь завершил процесс и изучил призмы. Ртуть перетекла в самый центр, где и скопилась в достаточно-приличном количестве.       - Да, для дальнейших опытов этого им будет достаточно, - Вигдис отобрала колбы и спрятала под покровом плаща, - Теперь, к гоблинам и шахтам. С чего всё началось, какие меры предпринимали городские власти, почему раньше не оповестили Онд или Скоэльсльос? – она получше осмотрела больного и провела средним пальцем правой руки по его груди. В этот момент она уже практически считала информацию о всём произошедшем, но всё же выслушала рассказ Кьярваля.       Маг взглянула на пожитки Серебряного Трезубца, снова на Александра. Его лицо казалось смутно знакомым, но рассказ лекаря отвлёк интересными деталями.       - Как ты сказал? – переспросила она, - Гном в кованом чёрном доспехе? Где это было?       - В шахтах. Там, где нашли это вещество, Бринхильда назвала его ртутью.       Вигдис не смогла сдержать боли и схватилась за правый висок. Приступ скоро прошёл, но подобные сеансы связи с руководством не проходили незаметно – вены на лице слегка вздулись и сильно пульсировали, в глазу полопались капилляры.       - Всё в порядке? – поинтересовался Кьярваль.       - Йоаким хочет, чтобы я проследовала в шахты. Моими глазами он следит за ситуацией… странно, думала, ничто не сможет отвлечь его от опытов.       - Что нас ждёт? Тёмная пляска? – лекарь насторожился, памятуя инциденты с участием Богини Войны.        - Это всё сказки, эльф, - Вигдис откинула плащ, демонстрируя свой наряд из тёмно-коричневой кожи. На правом бедре, прямо под корсетом, висел свёрнутый хлыст, с давних времён известный всем лунным эльфам под именем Арн. На левом расположился тот самый клинок, пахнувший кровью полуорков, его имя Кьярваль не знал.       Она достала из небольшого кисета чёрную ленту и завязала ею копну рыжих волос в длинный высокий хвост. Лекарь понял, что «Богиня» вышла на тропу «Войны», а значит пора бежать из города.       Следующим жестом Вигдис достала расписку на предоставление магической услуги, поцеловала её и положила в ладонь Брауна, после чего сомкнула его пальцы и шепнула что-то на ухо.

***

      Рассвет был алым и прохладным, измученные ополченцы жадно жевали сырое мясо, найденное в одном сундуке, прихваченном из шатра вожака гноллов. Они были вынуждены часто делать привал, из-за неспособности длительное время передвигаться без отдыха. Да и разводить огонь, чтобы поджарить мясо, не решились – это могло привлечь ненужное внимание.       Гелла храпела в повозке, её раны обработали целебным отваром, когда достали стрелы, а заодно влили пузырёк в рот. То же самое проделали с Себастьяном и ранеными ополченцами, но медведю повезло больше – его шкуру снаряды едва царапнули. Хуже всех смотрелся Арнбьёрн - раны, не обработанные вовремя, выглядели ужасно. Ева не была уверена, что он протянет долго, потому отправила на повозку к Гелле и сокровищам. Там воевода быстро уснул и не удалось отчитаться о выполнении задания в шахтах.       В дневнике появились записи о разгроме лагеря гноллов, за это девушки получили опыт, а Ева смогла повысить уровень, усилив ловкость и обучившись навыку «Быстрая стрельба», позволяющему ей вести огонь с невообразимой скоростью.       Еще один рывок позволил отряду дойти до города. Халлькатла собиралась разорвать всех пришедших, но глава города направил дополнительные силы ополчения, чтобы разогнать наёмников. Во избежание скандала, им пришлось подчиниться. Ополченцы с легкими царапинами и незначительными ранами сразу метнулись в таверну, заедать и запивать своё освобождение, попутно преувеличивая значимость персональных достижений. Арнбьёрна и Геллу Ева повезла к дому Кьярваля. Местные горожане беспокоились из-за присутствия оживших гноллов и огромного медведя, пускай те и остались за частоколом, потому попрятались по домам.       Лекаря на месте не оказалось. Ева бегло осмотрелась и поняла, что он в спешке сбежал, собрав все пожитки, за исключением бесчисленного множества готовых отваров, которые банально неспособен был забрать с собой. Девушка сразу же бросилась в подвал, проверить состояние Александра – он был в порядке, по-прежнему без сознания, но цвет кожи выглядел здоровее.       В руке она увидела слегка надорванную листовку. По её мнению, это была та самая расписка от магов, и Кьярваль пытался вырвать бумагу, но не смог. Ева и сама не была способна разомкнуть пальцы, они были намертво зафиксированы действием магии – её присутствие девушка ощущала повсюду. Убедившись в жизнеспособности бывшего мужа, она отправилась наверх, чтобы попытаться самостоятельно обработать раны и предоставить уход пострадавшим.       Ева уложила Арнбьёрна на ближайшее ложе, быстро отыскала необходимые пузырьки на полках и принялась врачевать. Через час всё было сделано, насколько это возможно, остальное лечение предоставила времени. Воевода снова приоткрыл глаза и попытался что-то сказать. Девушка дала ему воды.       - Благодарю, - он занял сидячее положение. Новые снадобья Кьярвали действовали поразительно быстро.       - Так, слушай внимательно, шахты мы освободили. Именно мы, а не ёбаные Медведи с Клиньями, последние на нас сейчас охотятся за то, что не смогли меня с сестрой трахнуть. Итак, как быть дальше?       Воевода нахмурился, обдумывая принятую информацию.       - Да, город перед Вами в долгу…       Не успел он закончить фразу, как Ева схватилась за стул, на котором сидела, дрожа и закатив глаза. Она не смогла удержаться и рухнула на пол. В этот момент дверь дома выломали, внутрь ворвалась Халлькатла, брызжа слюной в порыве безумия. Её сопровождали два полуорка, остальные ждали снаружи.       - Взять эту суку! Выволочь на площадь и оторвать руки! – взревела она, потом заметила открытый проход в подвал, который раньше был замаскирован, - Стоп! Ждать, я сейчас вернусь. Казнить будем всех вместе!       Дикарка спустилась вниз, её свита тихо рычала, глядя на Еву. Присутствие Арнбьёрна не поднимало им боевого духа, полуорки были уверены, что его уже давно нет в живых.       Снизу раздался грохот и крик. Ева хотела броситься на помощь, но могла лишь судорожно подёргиваться от последствий повышения уровня. Через мгновение Халлькатла вылетела из прохода и врезалась головой в ножку стола, повалив на себя дюжину колб. Следом, рыча и тяжело дыша, вышел Браун, по взгляду было понятно, что он впал в безумие. Метнув топорик, Александр раскроил череп одному из полуорков, его товарищ быстро выбежал, чтобы позвать остальных.       - Ты нарушила слово, тварь! – в порыве бешенства прогремел он, хватая дикарку за голову и волоча наружу.       Там полуорки полукругом обступили его, готовясь наброситься, но не рисковали, пока в заложниках была их лидер.       - Эта падаль хотела лишить меня достоинства и обесчестить моих жён! – прорычал Александр наёмникам, - Посмотрим, как у неё это выйдет!       Клинья напряглись. Браун развернул оглушённую Халлькатлу к себе лицом и поставил на колени, затем принялся наносить яростные удары кулаком. Каждый раз всё сильнее. Зубы - вставленные и родные, летели во все стороны, кровь хлынула из разорванной плоти.       Лицо дикарки всё больше походило на кровавый фарш - левый глаз лопнул, череп треснул в нескольких местах, а челюсти и вовсе были раздроблены.       Сбитой рукой, Александр взял Халлькатлу за волосы, а левой приподнял слои набедренной повязки.       - Ну давай, мразь, грызи! – взревел он, - Кусай! Осуществи свою сраную угрозу! Не можешь, помочь? – Браун насадил кровавое месиво на свои гениталии и поводил туда-сюда, - Что, даже так не получается, самоуверенная сука?! Пошла прочь!       Александр пнул её ногой и Халлькатла покатилась со ступеней дома лекаря.       - Уберите её и сами убирайтесь из города! И молитесь, чтобы не наткнуться на меня ещё раз!       Полуорки были разбиты и деморализованы. От вида своего лидера, того, во что её превратил их негласный собрат, они ещё не скоро оправятся. Её считали непобедимой, боялись её силы, сейчас же это мнение изменилось. Наёмники подняли Халлькатлу – она была едва жива, но надежды на выздоровление не имела. Полуорки ушли из города пешком, у них не осталось денег на обратную дорогу в Лайесульдэйтр - дикарка спрятала заработанное серебро где-то в городе, но никому не сообщила, где именно.       Александр вернулся в дом и рухнул в ближайшее кресло – эффект безумия прошёл, накатила слабость и боль в суставах.

***

      Шахты всё ещё пустовали, несмотря на отсутствие угроз. Глава предпочёл сперва нанять серьёзную охрану перед тем, как возобновить добычу серебра. Городской бюджет мог себе это позволить, даже с учётом двухнедельного простоя, выплат наёмникам и закупку дополнительной провизии на зиму.       Вигдис скинула свой походный плащ перед входом, приняла снадобье кошачьего глаза и бесстрашно вошла внутрь. Зрение быстро подверглось воздействию зелья и приспособилось к окружающей темноте, зрачки при этом сделались вертикальными. Вонь от гниения всё ещё присутствовала, хотя тела уже успели вынести и сжечь неподалёку.       Боевой маг спустилась на несколько уровней и изучила все найденные улики, следов присутствия ртути или кованых гномов пока не было видно. Во время перехода дальше, подъёмник тряхнуло, и он замер посреди пути, Вигдис не смогла рассмотреть, далеко ли до дна, потому закрепила конец хлыста на прутьях и прыгнула с ним вниз.       Клетка не рухнула из-за рывка, а девушка повисла и усмотрела почву, на которую без труда спустилась, после чего призвала хлыст и тот покорно занял своё место на правом бедре.       Достигнув самого дна, маг нашла место, где раньше был замечен незнакомец. Она ощущала его ауру до сих пор достаточно сильно, чтобы определить, куда он двинулся после сбора ртути. Вигдис зашипела от головной боли, когда получила очередные указания архимага. Он и в самом деле пристально наблюдал за её действиями из своей башни в Онде, его связывающее заклятье не знало пределов расстояния.       - Поняла, - ответила она в пустоту, - Постараюсь нагнать его, но след уводит в… - она замялась, когда уловила направление, после чего вскрикнула сильнее прежнего, - … да! Хорошо, больше никаких сомнений!       Девушка зажмурилась, стараясь силой воли исцелить повреждения тканей после сеанса связи. Лопнувшие вены на лице быстро восстановились и покрылись кожей, но боль, вызванная мощью Йоакима, до сих пор присутствовала. Ещё со времён подавления бунтов лунных эльфов в Вутерин Вайтс, она не была способна противостоять его силе, спустя пятнадцать лет ничего не изменилось.       Вигдис старалась не думать об этом, потому как архимаг был способен запросто прочесть её мысли и сурово наказать, как отступницу, а то и вовсе списать в ряды «Забытых чародеев». От этого клейма спастись было невозможно.       Девушка рассмотрела заваленную ртутную жилу, в голове выстроилась цепочка событий, ведущих к её нынешнему состоянию. Она промотала действие до момента, когда гном своим пилумом поглотил ртуть, а Торвальд рухнул под действием отравления. Взмах клинка рассёк камень и вещество снова полилось наружу. Вигдис приложила свои призмы и ртуть всосало внутрь сквозь стеклянную поверхность, жила полностью осушилась, тогда маг направилась по следам гнома.       Богиня Войны испытала лёгкую неуверенность, прежде чем воспользоваться остаточной магической аурой и войти в твёрдую породу.       Выйдя на другой стороне, девушка принялась лицезреть массивные своды, над небольшим искусственным Солнцем и раскинувшийся в подземной долине город камня и чёрной стали с высокими башнями, окружающей его стеной и монументальными коваными воротами. Повсюду висели стяги и знамёна с черными, перекрещенными башенным щитом и пилумом на блекло-сером фоне. Почти под сводом, на уровне светила, летал дракон.

***

      - И вот так мы всех спасли, - закончила рассказ Гелла. Её раны исцелились так же, как у Александра и Евы, после получения уровня.       Все трое сидели в доме Кьярваля, рядом с воеводой, который снова провалился в сон после разборок со Стальными Клиньями. Запасов, украденных оживлённым гоблином, хватило бы ещё на пару дней, потому решили пока обсудить положение дел.       Браун поделился тем, что изредка слышал во время своего сна. В том числе о визите некой Богини Войны, на что Ева ревниво подняла бровь.       - Не могу прочесть, что тут написано, но подозреваю – это необходимая расписка, - заявил он, - та девушка вложила её мне в руку и прошептала сковывающее заклятье, чтобы никто не смог её отобрать. Теперь мы сможем выкупить меч Алендара. Раз с гоблинами не вышло, может это поможет.       - Мы перебили самих тварей, но не тех, кто ими командовал. И хер знает, кто это может быть, - заявила Ева, наворачивая жареный бекон и лук, - кованый гном, дракон, гноллы?       - Нет, гноллы тоже исполнители, - возразила Гелла, - а вот дракон – да, вполне возможно. Их часто в ролевых играх используют в качестве главных злодеев, но этот с нами в конфронтацию не входил.       - Ладно, посмотрим, - Браун почесал щетину, - мне не мешало бы помыться, сколько дней провалялся без сознания?       - Меньше недели, - ответила Гелла, - и болт не забудь хорошенько оттереть, а то мало ли чем та дикарка болела! Фу, как представлю – блевать тянет, самому-то не противно было?       - Эй! Во время безумия я почти не отдаю отчёт своим действиям и не соображаю, что происходит вокруг. Только гнев и рефлексы.       - Бу-бу-бу, - она взялась отбирать у сестры горячую еду.       - Так, я заберу меч, а Вы двое проследите за Арнбьёрном. Хотя, не мешало бы кому-то смотаться в порт, мало ли, вдруг тот капитан Фирндж... Вушгнх… тьфу!       - Виги! - саркастически заметила Ева, - Нет, серьёзно, тебе на самом деле не удаётся произнести это из-за низкого интеллекта твоего персонажа?       Александр постарался скрыть своё недовольство, открыл дневник и поставил галочку напротив параметра, затем выбрал навыки. На этот раз – «контролируемое безумие», позволяющее более осмысленно вести себя во время этого состоянием, а заодно находиться в нём гораздо дольше.       - Довольна? Теперь интеллект семёрочка. Так, попробуем… Жмыфр… Вижд… Виги! Вот, получилось! Итак, нужно проверить, вернулся ли он и осталась ли на корабле недостающая страни… Чёрт! Теперь я вспомнил, что она была не одна!       - Ладно-ладно, как разберусь с этой «вкуснятиной», - ироничный взгляд на стряпню Геллы, - схожу.       - Ах ты неблагодарная шалашовка, - пробормотала сестра и отвернулась проверить состояние воеводы.       Александр собрался уходить, как вдруг, прямо возле дверей остановился и вернулся к Арнбьёрну, пристально взглянув на его лицо. Рукой визуально скрыл бороду, а второй – большую часть лба, оставив лишь глаза.       - Я сейчас скажу глупость, но он чем-то ооочень похож на полковника Васильева – командира ударного отряда разведки с Гибели Богов.       Ева тоже присмотрелась и округлила глаза, когда сама увидела определённое сходство, не замеченное ранее.       - Он же погиб во время крушения судна, - тихо произнесла она, - как остальной экипаж… и наша дочь…       - Но ты выжила, - напомнил Браун.       - Не совсем, там долгая история. Но я расспрошу его, когда очнётся, - затем повернулась к Гелле, - систэр, придётся тебе топать. Но на этот раз постарайся не проебать судно.       - Ну и сука же ты. Хорошо, сейчас схожу, - она встала и направилась к выходу.

***

      - Это, - Браун указал на меч.       - Пятнад… - низкорослый хозяин лавки замолчал, когда ему протянули бумагу, - это то, о чём я думаю?       - Радуйся, Вилфред, твои мечты о здоровенном члене почти сбылись, - Браун не сразу уловил двойной смысл сказанного, но карлик при этом злобно глянул в ответ, а расписку принял.       - Хорошо, забирай. Сейчас поищу его ножны, можешь пока осмотреть другой товар, вчера была поставка из Онда, - лавочник удалился в подсобку и тихо прошептал, - тупой полуорк.       - Я всё слышу, - напомнил Александр и принялся разглядывать новинки. Взять в руки меч пока не удавалось, всё еще действовала охранная магия.       На полках красовались новёхонькие наплечники, плащи, талисманы. В каждом элементе ощущалась скрытая сила. Александр насобирал кучу вещей и отнес их к основному прилавку, в этот момент вернулся Вилфред с ножнами. Он оценил набранный товар и передал находку, прикидывая, как накрутить ценник.       - Двести тридцать. Серебром, - лавочник глянул на тугой кисет покупателя и подумал, что запросил достаточно.       Браун взял со стойки Атромитус и погрузил его в ножны, закинутые за спину.       - Двести, Вилфред, - заявил он.       - Двести двадцать, - не соглашался хозяин магазина.       - Сто девяносто.       - Эй! Ты неправильно торгуешься, тупой полуорк!       - Сто восемьдесят, Вилфред.       - Чёрт с тобой, но в дальнейшем на скидку не рассчитывай!       - И мешок, - не унимался Александр.       Лавочник был очень недоволен торгом и дважды пересчитал полученные монеты, понимая, что с этой выручкой может свободно закрыть магазинчик на неделю, пока сплавает в Онд за получением магических услуг. А затем поселится в местном борделе еще на неделю.       Уже на улице Браун извлёк меч из ножен, взялся за рукоять двумя руками и приложил лезвие ко лбу, прикрыв глаза. Разом нахлынули волны воспоминаний этого легендарного оружия, он понял, что Атромитус настоящий, а из-за некоторых фрагментов памяти клинка даже скупо прослезился, не способный сдержать эмоции. Бессчетное множество жизней было прервано этим мечом, в том числе родных и близких людей.       Александр убрал клинок от лица и взял его в правую руку, левой провёл по лезвию от гарды, вкладывая значительную силу воли в это действие, но ничего не произошло. Бесстрашный не загорелся зелёным пламенем и Браун понял, что надежды нет.

***

      Гелла без опаски шла в сторону порта. Люди изредка поглядывали на неё, но в остальном старались не попадаться на глаза, слава некроманта неплохо отпугивала. В доках наблюдалась бурная деятельность, прибыли новые шахтёры и наёмные охранники. На этот раз не из Лайесульдэйтра - опыт научил главу города не полагаться на дешевизну, от которой до сих пор были остаточные проблемы.       Девушка быстро нашла «Жаркую Бестию», Виги успел собрать новую команду, а сам в это момент отсутствовал. За небольшую сумму, алчный боцман позволил ей взойти на борт и покопаться в мусоре. Много времени на это не ушло, кипа бумаг лежала на своём месте нетронутой и страниц оказалось в самом деле куда больше одной. Изучив их, Гелла сложила и сунула пару листов в левый сапог, часть спрятала на более видном месте – в поясную сумку, остальные незаметно сожгла. Она не хотела, чтобы эта информация попала в руки кому-либо из её спутников.       Разобравшись с делом и ненужными уликами, девушка направилась обратно в дом лекаря.

***

      Александр закинул вещи Еве, поведал о провале и убедился, что состояние Арнбьёрна стабильное, затем пошёл искать местные бани. Страндби никогда не славился увеселительными заведениями, потому этот город считался самым что ни на есть захолустьем. Богатым, но захолустьем. Здесь присутствовало всего две таверны, из которых самой посещаемой во все времена была та, что принадлежала Ове, три лавки, небольшой рынок, на котором изредка проходили ярмарки, бордель и баня. Последняя являлась небольшой пристройкой к публичному дому, и по факту служила лишь для омовения клиентов перед основным мероприятием, работающие там жрицы и жрецы любви предпочитали обслуживать чистых людей. И не мудрено, ведь они являлись выходцами Онда – города услад и порока, второй негласной столицы Кистамвола, после официального Скоэльсльоса. Эти мастера с малых лет обучались искусству ублажения, но также придерживались своего свода правил, запрещающего приносить удовольствие грязным дикарям, которыми считался чуть ли не весь Север. Потому местным, уставшим от работы жителям, приходилось проходить обязательный ритуал очищения – банального мытья.       Браун постучал в дверь, уже на улице ощущая жар, исходящий из помещения.       - Приветствую, - ответила полуобнажённая девица, впуская Александра внутрь, её наряд сильно напоминал одежду Геллы, но выглядел более скромным и приличным, - Мы наслышаны о Вас.       Девушка кокетливо подмигнула и пригласила Брауна присесть. Тот согласился и плюхнулся в кресло, оказавшееся куда мягче, чем можно было предположить. После местных деревянных скамеек и таких же лежанок, этот предмет интерьера показался ему истиной роскошью. И дом терпимости мог себе такое позволить, учитывая богатства клиентуры.       - Как герою города, могу предложить самых лучших дам. Первый час бесплатно, - сообщила девушка, наливая в настоящий стеклянный бокал вино.       - Заманчиво, - он задумался, не пуститься ли во все тяжкие, затем взял себя в руки и продолжил, - с радостью, но в другой раз, сейчас только помыться. Основательно.       - Поняла, меня зовут Лута, я хозяйка этого заведения, - она передала бокал, Александр поблагодарил и выпил, - проходите в ту дверь и снимайте одежду, мыльщицы скоро присоединятся.       - Отлично, и еще вина, если можно.       - Разумеется, - девушка загадочно улыбнулась, - всё за счет заведения.       Браун не стал спорить, хотя в кисете ещё оставалось серебро на подобные расходы. Вошёл в помещение, скинул с себя всю грязную одежду, свалив её в угол и плюхнулся в небольшой круглый бассейн, представляющий из себя мраморную ванну, наполовину вмонтированную в пол. Он даже не стал задумываться, сколькоможет стоить такое удовольствие, учитывая зацикленную магическим образом систему фильтрации и нагрева воды, а быстро расслабился, чуть не впадая в сон.       Через минуту зашли четыре девушки, одна забрала вещи в чистку, другая поставила возле ванны поднос, налила вино из кувшина и передала его Александру. Оставшиеся две принесли полотенца, щетки и чудесно пахнущее мыло, сразу принявшись за работу. Полчаса спустя Браун окончательно уснул, сидя в воде, а мыльщицы ушли.       Разбудило его чьё-то постороннее присутствие, в воду погрузилось тело и принялось ласкать мягкими руками и губами. Приоткрыв глаза, он мутным от вина зрением заметил длинные чёрные волосы, развевающиеся под водой в районе его пояса. Несколько приятных мгновений спустя, голова поднялась.       - Блядь! – вскрикнул от неожиданности Браун и врезал кулаком по лицу тёмного эльфа, - Что здесь происходит?! Фу, ёб твою ж, убирайся отсюда!       Юноша был ошарашен не меньше, но быстро скрылся из виду, даже не накинув свой халат. На крик прибежала Лута.       - Это что сейчас было?! – прогремел Александр, поднявшись из ванны.       - Вы же отказались от девочек, я подумала… - она выглядела сконфуженной.       - Что ты подумала?! Что меня заинтересуют заднеприводные педобразы? Я уже не могу просто прийти и помыться?!! – он едва сдерживался, чтобы не впасть в ярость.       - Простите, приношу свои извинения, такого раньше не случалось.       - Да что ж это за грёбаная извращённая игра? Я убью Джеховаха! Снова! – Александр осмотрелся, - Где мои вещи?!       - Они ещё сохнут, мы… компенсируем Вам неудобства, - Лута опустила глаза вниз.       Браун отдышался, заглушая в себе жажду крови, взял кувшин вина и принялся его жадно осушать, расплёскивая половину на себя. После этого окончательно взял себя в руки.       - Веди своих девочек. И чтоб ни одна из них не оказалась трансгендером! В кисете на ремне было серебро, забирай его и не беспокой, пока вещи не высохнут.       Лута коротко кивнула и собиралась уходить.       - И ещё вина! – вдогонку скомандовал Браун.

***

      По пути обратно, Гелла заскочила в таверну, извиниться перед Ове за сестру и выпить немного эля.       - Ладно, мир. Вы меня тоже простите за снотворное… на меня надавили Медведи, а на них – Клинья. Наверняка эти грязные полуорки обнесли меня на днях!       - Эм? А, да, ничего хорошего от них и не жди, - девушка скорчила самую безобидную рожицу, и не стала уточнять, что кражу совершил её ручной гоблин, потому решила сменить тему, - много людей прибыло на кораблях? Поговаривают, сейчас почти все, кому не лень, ломанулись на Север.       - Это да, пять кнорров и два драккара. Торговцы, кузнецы и литейщики, шахтёры и их охранники… Чёрт, даже не знаю, где их всех разместить.       - А что, они не смогут занять дома погибших?       - Не все они пустуют, в некоторых ещё остались жёны и дети. Думаю, город придётся расширять, но время выбрано так себе… зима близко.       - Ясненько, - Гелла осмотрелась, попивая эль, и заметила много новых лиц. Большинство столпились у южной стены таверны, откуда доносилась дивная мелодия, - а там что?       - О, её зовут Раннвейг, скальд из Вутерин Вайтс, у них таких называют бардами. Сладкий голосок, сама огненная, как твоя подружка Бринхильда, но человек. Как же этот её инструмент называется… арва, или арха, хрен поймёшь этих южан, но звучит отлично.       - Действительно, - Гелла пошла посмотреть поближе.       Волосы девушки в самом деле были одного с Евой цвета, но куда короче, максимум до плеч, глаза голубые, с задорной искоркой. Она постоянно радостно улыбалась, распевая свои мотивы. На вид очень юна, не больше двадцати, одета в короткую кожаную тунику и походные сапоги с отворотом. Несмотря на внешнюю безобидность и непосредственность, на правом бедре двумя ремнями были закреплены ножны с длинным прямым кинжалом, а неподалеку, на скамейке, лежал короткий широкий меч.       Гелла достала из левого сапога листы и снова перечитала их, в недовольстве сдвинула брови, и хотела завести беседу с девушкой, чтобы та поскорее покинула город, но вовремя переосмыслила полученную информацию. Решила не спешить и дать событиям развиваться самостоятельно, спрятала бумагу, отправилась в дом лекаря.

***

      Еве наскучило сидеть на месте, Арнбьёрн спал, но был в стабильном состоянии, и девушка решила проведать Себастьяна. Тот наверняка уже проголодался. Она быстро накидала мяса и бекона в сумку, заодно прихватила бутыль медовухи и отправилась к частоколу.       Медведь играл в догонялки с гноллами, его это очень забавляло. Увидев Еву, он быстро сменил направление и принялся её лизать.       - Жуй, зверёныш, - сказала она, отмахиваясь от мокрого языка куском свинины.       Себастьян в два укуса проглотил полученное и принялся тыкать носом в сумку, желая добавки. Ева поддалась на провокацию, скормив всё содержимое и залив в пасть полбутылки медовухи. Довольный медведь, пошатываясь, встал на задние лапы, покружился и довольно рухнул в сугроб, продолжая вертеться, раскидывая повсюду снег.       Девушка убедилась, что её новый любимец больше ни в чём не нуждается и пошла обратно. В доме её ждал сюрприз.       - О как! Вернулся? Что-то забыл? – поинтересовалась она у Кьярваля, стоящего у экспроприированных колб с ртутью.       - Я ненадолго, мне понадобится одна из них, а дом можете оставить себе, если хотите.       - Что так? – Ева уселась в кресло.       - Всё из-за «Богини Войны Вигдис», - пояснил эльф, - если отправили её, значит город ждёт беда. Когда-то она в одиночку поработила почти весь мой род своим хлыстом. Это называлось Тёмной Пляской – воплощённым вихрем магической силы, от которой не было спасения.       - Трагично, но из эльфов здесь только ты, - поймала на себе укорительный взгляд, затем прошипела, - не смей смотреть на мои уши. Ей же нужна только ртуть?       - Я не знаю, действительно ли её прислали лишь за этим. Как бы то ни было, не хочу находится здесь, когда разверзнется буря, а случится это в ближайшее время, не иначе. Советую и Вам собирать добычу и плыть на юг. В Онде с этим серебром можно жить по-королевски весь остаток жизни.       - Знаешь, Кьярваль, мы с… Астрид… тоже можем считаться богинями войны. Я-то уж точно, - она самодовольно улыбнулась, - И в случае чего сможем дать отпор любому.       - Самонадеянность… - лекарь спрятал колбу в рюкзак и двинулся к выходу, - Не думаю, что мы ещё встретимся, но, если судьба распорядится иначе, буду рад видеть тебя снова. Да, вот рецепт моего бальзамирующего раствора, - он передал бумагу с формулами, - уверен, с этим твоя подруга некромант достигнет великих высот мастерства.       Кьярваль ушёл, а Ева принялась ожидать возвращения своих соратников.

***

      Александр протёр глаза и посмотрел ещё раз. Выйдя из бани, он увидел на улице небольшую толпу народа, сопровождающую юную рыжую девицу. Та играла на небольшой арфе, распевая неизвестную песню, мужчины при этом казались порабощенными музыкой. Мелодия и в самом деле увлекала со страшной силой, но Браун находился достаточно далеко, чтобы не поддаться ей.       По пути в дом лекаря он выпил ещё вина, выданного в качестве компенсации за инцидент в бассейне, заглянул в таверну к Ове, чтобы одолжить бочонок эля и продолжить заливать безысходность с Евой и Геллой. Его на месте не оказалось, как и никого из посетителей. Браун спустился в подвал и подобрал небольшой бочонок, затем нацарапал на стене записку с указанием взятого алкоголя, взвалил его на плечо и побрёл дальше.       - Не… ик… поверишь, каво я щас встретил, - поведал он заплетающимся языком сёстрам, а точнее – Еве, - Таню!       - Что? – не поняла Гелла.       - Наша дочь, не пережившая крушения Гибели Богов, - пояснила Ева, с недоверием глядя на шатающегося Александра, - Ты уверен, что на самом деле кого-то видел? Судя по записям в журнале, у тебя сейчас эффект невъебенного опьянения, мог запросто спутать её с одной из рыжих шлюх, которых тарабанил в борделе. Или думал, мы не знаем, что там на самом деле происходит? Я, между прочим, тоже «помыться» люблю.       - Эй! Всё… уф, - он споткнулся о стул и повалился на пол, - ссаавсем не так. Не успел я спину натереть, как мне начали… ик… навязывать услуги, - Александр поднялся и чуть не опрокинул бочонок со стола, когда пытался налить себе в колбу немного эля, - А Танюху я точно видел!       - Если подумать, что мешает этому быть правдой? – Гелла отобрала наполненный сосуд и выпила сама, - Там вон лежит еще один пассажир с того мутного судна, - она кивнула в сторону храпящего Арнбьёрна.       - Не знаю, надо проверить, - Ева встала и заткнула бочку пробкой, накинула на плечи зелёный плащ с меховой подбивкой, пристегнула к ремню колчан со стрелами и взяла лук, прежде чем направиться к выходу.       На улице уже давно стемнело и начинал крепчать мороз. Она надеялась, хоть он слегка протрезвит Александра, захмелевшего настолько, что тот принялся нарезать Атромитусом хлеб и колбасу в дорогу, а вместо того разрубил единственный, из оставшихся, пристойный стол.       Гелла шла следом, терзаемая сомнениями. Она не знала, как рассказать правду… или какую часть правды стоит вообще не упоминать. Подумала, что признается во всём сегодня и для храбрости выпила немного медовухи из запасов, подготовленных на завтрак Себастьяну. Медведя не разрешили привести в город, даже несмотря на уговоры и взятки, потому жить он остался возле частокола.       Через несколько минут ходьбы, когда Браун дважды чуть не уснул в сугробе, они дошли до борделя, неподалёку от которого недавно была встречена толпа. Ева прочитала следы, и все двинулись в том направлении. Люди шли к небольшому гроту в скале, чуть южнее доков. Девушка слышала об этом месте пару раз, но сама там ни разу не была. Ходили слухи о сокровищах и чудовищах, находящихся там, но она не верила, что городские власти позволили бы монстрам ютиться так близко к людям.       Каменистый берег был опасен для ночных прогулок сам по себе, можно было запросто подвернуть или сломать ногу, из-за этого пришлось внимательнее следить за постоянно падающим Александром. Он успел сбить в кровь колени и ладони, когда неаккуратно приземлялся на острые камни и ракушки.       Ближе к гроту, все трое начали слышать доносившиеся изнутри обрывки мелодии. Гелла тут же узнала мотив, даже несмотря на свой подпитый слух. У Евы кратковременно помутнело зрение, но потом всё стало как обычно, она перехватила лук поудобнее и вошла внутрь. Впереди раскинулась большая пещера, тускло освещаемая факелами горожан, пребывающих в трансе. Браун снова споткнулся и упал, девушки отволокли его к ближайшему скоплению сталагмитов и принялись наблюдать за происходящим.       Бард Раннвейг, задорно улыбаясь, разложила перед собой несколько пустых мешков и принялась играть не арфе. Горожане стали подходить по одному и ссыпать туда своё серебро и драгоценности. Грот вмещал в себя почти семьдесят человек и все они были околдованы волшебной мелодией. Ева почти поддалась, но потом повнимательнее рассмотрела играющую девушку. Сомнений больше не было – это была её покойная дочь, у девушки даже закололо в сердце. Гелла наблюдала, как у сестры наворачиваются слёзы, сама она не ощущала воздействия волшебства по причине отсутствия музыкального слуха, либо сильного пристрастия к чрезвычайно тяжёлой музыке. Девушка решила, что сейчас – самый момент во всём признаться, как вдруг раздался душераздирающий храп.       Александр быстро уснул на месте, куда его положили, Раннвейг при этом сбилась с ритма.       - Кто здесь? – взвизгнула она от неожиданности.       Ева поднялась, отложила лук и, раскинув руки для объятий, двинулась, чтобы обнять дочь.       - Таня, это же я, твоя ма… - девушку, как и всех присутствующих горожан, мгновенно вырубил сыгранный на арфе аккорд.       - Воу! – вскочила Гелла, - Слышь, девчуля, отложи-ка волыну. Мееедленно.       - Это не волынка, а арфа! – запротестовала Раннвейг и повторила аккорд, затем ахнула от неожиданности.       - Меня этим твоим трунь-брунь не пробрать, - девушка, пошатываясь от трети бутылки медовухи, принялась зигзагами обходить лежащие тела на пути к барду, - Во-первых – я… ик… бухая! Во-вторых – мутила как-то с одним херувимом, с тех пор от арфы блевать тянет. И в-третьих, - она тоже раскинула руки, подобно Еве, - иди, обними тётю Геллу, мёртвая племянница!

***

      Вигдис размахнулась хлыстом и обвила его вокруг шеи полуорка в черном кованом доспехе. Клинком она парировала его удар, затем произнесла команду, позвонки переломились, после чего маг переключилась на остальных врагов. Она прокричала заклинание, и волна пламени прошлась по остаткам сил врага. Девушка ещё не встречалась с настолько организованным противником, не ожидая, что полуорки начнут прибегать к тактике и стратегии.       Сражение длилось уже несколько часов, она давно перестала чувствовать время, истребляя волны надвигающегося легиона. Силы были на исходе. Вигдис окружила себя защитной сферой и попыталась силой магии переместиться к метке, оставленной в доме Кьярваля, но светило под сводом пещеры блокировало любые попытки, как и связь с архимагом.       Девушка начала отступать к проплавленным ею ранее воротам. Уклонилась от болта, пробившего её сферу, воспламенила свой хлыст и принялась вращаться, образуя вихрь огня. Драконица вернулась, полученные ранения уже затянулись и лишь слегка мерцали серебром. В прошлый раз Вигдис сумела знатно потрепать её, но прикончить не удалось, сейчас та была в ярости и желала отомстить.       Место полуорков заняли багбиры – извращённая помесь гоблиноидов и медведей, чей интеллект был обратно пропорционален их невероятной силе. Полузвери страшились огня боевого мага, отсекающего им конечности и головы, но своим количеством сумели прижать девушку. Та ощутила место своего входа сюда и, сконцентрировавшись, прошла сквозь камень. По ту сторону она на бегу прочитала заклинание и метнула шаровую молнию в стену. Мощный взрыв вызвал обвал, прибивший выходящих вслед за ней легионеров.       Вигдис успела переместиться к метке в доме лекаря до того, как была погребена заживо.

***