Я сорву с тебя все маски

Что там говорили люди из «романтичных» историй прошлых лет? Вечно можно смотреть на три вещи? Огонь, вода, «глаза любимого». Ага, как же. Ни на что нельзя смотреть бесконечно. Рано или поздно, но от любого занятия тебя нагло отвлекут. Как ни крути, но увы, ничто не вечно под луной. Чимин не знал, сколько времени он сидел на своей кровати в позе лотоса и осматривал старую гитару, таившую в себе воспоминания о некогда счастливых днях. Но прервал он это занятие по объективной причине. С соседней постели донёсся приглушённый стон, а затем Тэхён рухнул вниз, на пол. После чего и вовсе под кровать закатился, царапая гладко отшлифованный камень. И теперь ночная активность младшего сопровождалась не простым тихим стоном, а практически настоящим воем. Вскинув голову, Пак отложил гитару и быстро надел чёрные тканевые перчатки. Пожалуй, рановато прикасаться к относительно новым лицам без «защиты». Ступая босыми ногами на холодный пол, Мин-и осторожно заглянул под кровать Тэхёна, находя там соседа… С очевидной проблемой восприятия окружающей действительности. Ким свернулся в клубочек, одной рукой обхватывая себя за коленки, параллельно поскуливая, а другой царапая грудь в районе сердца и рвано дыша. Прозрачные солёные капельки орошали пол, и кто знает, что же с Тигрёнком происходило? Хотя… Нет. Уж Чимин-то точно знает ответ. — Маленький мой… — прошептал парень, осторожно вытаскивая друга ближе к окну и немного обнимая за трясущиеся плечи. Тэ-Тэ всё ещё никак не мог покинуть мир снов, но уже и не метался в руках хёна. Только продолжал дрожать и цепляться пальчиками за одежду колдуна. — Всё хорошо, не плачь. Тигрёнок… Просыпайся. Это всего лишь ночной кошмар… Резко втягивая заложенным носиком воздух, Тэхён распахнул красные заплаканные глаза и первым делом попытался отыскать источник такого приятного звука. Увидев улыбку на губах нового соседа, парень заметно успокоился, вжимаясь макушкой в плечо старшего ещё сильнее. — Чимин-и… — всхлипнул волшебник, ощущая даже через ткань перчаток нежность прикосновений друга к спинке и волосам. — Ты вернулся… Я… Я не знал, когда ты придёшь, но тебя… Тебя не было, и я… — Чшш… — Пак приложил указательный палец к искусанным губам донсена и провёл тыльной стороной ладони по мокрой щеке. — Не стоит, Тигрёнок. Извини, что не предупредил о своём недолгом уходе. Мне казалось, что… в этом нет необходимости. Ты переживал за меня? Тэхён удивлённо моргнул, смотря на искренне недоумевающего с собственных слов мага. Для этого существа настолько удивительна чужая забота? Боги, да у него и вправду проблемы с социальной адаптацией. И не маленькие такие проблемы. — Конечно, — уверенно кивнул Тэхён, садясь более-менее прямо, но не покидая уютных объятий хёна. — Вдруг бы с тобой что-то случилось? Быть может, на тебя кто-то напал или и вовсе похитил, а мы не знаем… — И что с того? — пожал плечами Чимин, получая в ответ глубоко поражённое выражение лица жертвы ночных кошмаров. — Почему ты так смотришь? Ничего ведь страшного не произойдёт, если я вдруг исче… — Хён! — воскликнул Тигрёнок так, что на мгновение колдуну показалось, будто он оглох. — Не смей так говорить! Твоя пропажа и есть самое страшное в этой ситуации. Ты серьёзно не понимаешь этого? На губах старшего появилась немного лукавая улыбка. Мастер провокации всё ещё удерживает своё лидерство, годы работы даром не прошли. — Понимаю… — кивнул парень. — Зато смотри, как ты быстро забыл о своём ночном кошмаре. Достаточно просто переключиться на что-то другое, и вот уже все горести позади. Ким прикрыл личико руками, облегчённо хихикая. Ну, Чимин… — Хён, ты… Дурак… — всхлипнул парень через смех. — Мхм. Вот такой вот я умный дурак, — согласился Пак, перетягивая друга на освещённый луной участок пола, который находился возле постели гениального колдуна. — Но сейчас не об этом. Как часто у тебя кошмары? И ещё… Не знаешь, где Намджун? Почему его до сих пор нет? Я, честно говоря, удивился, не обнаружив нашего соседа здесь, вместе с тобой. Тэхён положил голову на плечо Пака, и почувствовал что-то тёплое на своих ногах. Чимин уже успел стащить одеяло со своей кровати и прикрыть заледеневшие ножки друга. Он такой замечательный… — Ну, кошмары… Они у меня с самого детства, — признался Тэхён, держась за край перчатки хёна. — Не знаю, откуда они взялись, но за всю мою жизнь ещё не было и месяца, чтобы страшные сны меня не посещали. Помню даже, что как-то в период особого обострения я не мог нормально спать почти что полгода… Но почему так происходит — никто не знает. Мои родители со многими специалистами консультировались, ни один не смог поставить диагноз, все только руками разводят… А Намджун сейчас у Сокджина в комнате, они занимаются. Джун-хёну задали большой проект по дисциплине Джин-хёна, которую у него ведёт другой педагог. И вот… Хённим помогает. По доброте душевной, видимо, раз они уже полночи там торчат… — Понятненько, — кивнул Чимин, доставая из своей тумбочки большие чистые листы. — Знаешь, что я придумал? Давай-ка мы с тобой поиграем. Умеешь складывать зверушек из бумаги? Тэхён покачал головой, устраиваясь напротив старшего и отзеркаливая его позу лотоса. — Это колдовство? — вопросительно склонил голову к плечу маг узкой специализации. — Это ловкость рук и никакого мошенничества, — хихикнул Пак, выкладывая бумагу перед донсеном и показывая, что нужно делать, дабы уже через несколько минут вместо обычного листика в руках приятеля оказался котик. Белочка, черепашка, цветочек… — Птичка… — умилялся волшебник, двигая пальчиком искусственные крылышки. Пак коротко улыбнулся, наблюдая за радостным Кимом. Уже никакого ужаса на лице, никакого мандража. Действительно хороший способ отвлечься от проблем. Спасибо за своевременный совет, Юнги-хён… Но кое-что всё ещё оставалось несделанным, поэтому Чимин послал воздушный поцелуй в сторону, открывая магическим потоком окошко. — Тигрёнок, — позвал волшебник светловолосого, вставая на ноги и подходя к подоконнику. — Иди сюда. Отпустим птичек полетать? — Давай! — воодушевился колдун, буквально подпрыгивая к хёну и беря свою бумажную модельку в обе руки. Чимин приметил, что не только их окно открыто. О, а вот это нам как раз и на руку… — Вместе с этой птичкой можно отправить в небо всё плохое, — говорил парень, незаметно делая какую-то приписку на крыле своего создания из пергамента. — Закрой глаза, сконцентрируй негатив в груди этой пташки и отпусти его вместе с ней. Будь уверен, это помогает. Тэхён послушно кивнул, прижимая оригами к груди, но так, чтобы не поломать крылышки своего создания. Внешне этого было не заметить, но Чимин отличался… Особым зрением. Он видел, как чернота из сердца и головы младшего постепенно перетекали в белую бумагу, которая темнела с ужасной скоростью. — Мне жаль, Тэхён… — прошептал Пак, чего Ким не услышал. Зато на лице маленького мечтателя снова заиграла улыбка, когда птичка в его руках стала совершенно «чёрной». — Ну что, отправляем? Вновь кивнув, соглашаясь с предложением друга, волшебник подошёл ближе к окну. Сосчитав хором до трёх, парни выпустили своих птичек в открытое небо. Тэ-Тэ смотрел за их полётом словно заворожённый, и не заметил, как Чимин указательным пальчиком направлял фигурки туда, куда ему было нужно. Пташка Тигрёнка стремительно вспорхнула к звёздам, быстро отдаляясь от земли и уже спустя несколько минут становясь белой точкой в тёмном небе, наравне со звёздами, обрамляющими полную луну. Творение же рук Мин-и сделало маленький круг над крышей корпуса напротив и залетело в соседнее окно. Отлично, теперь дело за малым. Немного прикрыв окошко, друзья вернулись на свои места, продолжая пополнять бумажную коллекцию зверушек и цветов. Чимин столько их знает, и о каждом может рассказать, будь то роза или дракон. Парень как только мог отвлекал приятеля от тяжёлых мыслей и у него получалось. Поскольку, видимо, только он знал, что кошмары Тэхёна… Не совсем кошмары. Прошло около трёх минут, прежде чем забывшихся делом друзей отвлёк от процесса тихий скрип двери и появившийся на пороге спальни заспанный Чонгук с чем-то в руках. Довольным парня назвать было трудновато. — Хён, позволь спросить, какого чёрта меня всего исклевало твоё рукотворное изделие? — поинтересовался парень, отбрасывая скомканную птичку в угол. — Не бузи и сядь на моё место, — без каких-либо церемоний приказал Чимин, поднимаясь и поправляя чёрные перчатки на руках. — Тэхён, ты не покажешь нашему маленькому ворчуну… Ммм… Как сделать кролика? Займитесь полезным делом, пока я до Сокджина схожу. — Хорошо, — отозвался Тэ-Тэ, заканчивая стебель ромашки. — А зачем тебе к Джин-хёну? — повернул голову макнэ. — Он же спит, наверное… — Не спит, — хмыкнул Пак, откидывая волосы назад со лба. — А о причинах моего ночного визита к старшему тебе знать будет не интересно. Просто займи Тигрёнка делом, пока он не захочет снова спать. Позаботься о хёне, идёт? — Ну, если ты просишь… — пожал плечами Чонгук и взял в руки чистый лист. Чимин спешно покинул друзей и поднялся на этаж выше, где находились другие спальни, в числе которых была и комната молодого преподавателя. Огненный свет, позволяющий при ночном времени работать, непринуждённо мерцал в просвете между дверью и коридором. Формально постучав, Пак миновал деревянное препятствие и прислонился плечом к дверному косяку, наблюдая изумлённые лица двух занимающихся «научным проектом» однофамильцев. — Покорнейше прошу простить мне моё хамство, — выразился парень, указывая куда-то себе за спину. — Но Намджун-хён, ты не мог бы погулять где-нибудь минут десять? Твоему донсену жизненно необходимо ударить своего преподавателя по голове чем-нибудь тяжёлым за безответственное отношение к родственникам. Быстро поднявшись на ноги, Джун пробормотал что-то о кофе и стремительно покинул комнату, прикрывая за собой дверь. Коротко усмехнувшись, Мин-и без ярко выраженного интереса пододвинул свободный стул поближе к хёну, показательно устроился на нём поудобнее, закинул ногу на ногу и выжидательно стал сверлить преподавателя взглядом. Сокджин только и мог, что удивлённо моргать, не понимая ровным счётом ни-че-го. — Эм… Чимин, а в чём дело? — спустя несколько минут спросил-таки Ким, закрывая учебник мизинцем. Волшебник цокнул языком, скрещивая руки на груди. — В чём дело? Нет, всё нормально. Просто отлично. За исключением того, что твой брат живёт в пучине кошмаров вот уже почти… всю сознательную жизнь, а его хён и ухом не ведёт. Не стыдно ли тебе, а? Приоткрыв рот, Сокджин откинулся на спинку стула, бормоча под нос короткие ругательства. Просто замечательно, конец спектаклю, играем финальный акт. — Дьявол… — негодовал хённим, запуская руку в волосы и немного сжимая их на затылке. — Проклятье, как ты узнал? Склонив голову к левому плечу, парень тяжело вздохнул, поражаясь, как новое окружение ещё не смирилось с его «всевидящим взором». — Ты серьёзно, хён? — сменив центр тяжести на ноги и опираясь на колени локтями, Чимин облизнул губы и слегка улыбнулся, предчувствуя новые забавные для него эмоции. — Хорошо, я поясню. Первое — фамилия. Да, в нашей среде это о малом может сказать. Тот же Намджун вам двоим всего лишь однофамилец. Но всё же сей факт — совпадение номер один, и он немало важен. Идём дальше. Внешность. Как бы Тэ-Тэ не перекрашивал волосы во все цвета радуги, а ты не изменял свои прекрасные глаза… Вы всё равно похожи. Не как родные, уверен, что матери у вас разные, и вы оба внешне пошли именно в них, мало что перенимая у гулящего папаши. Однако, схожие черты видны любому внимательному человеку, коим я, к слову, и являюсь. Наконец, третье. Манера речи, жесты, привычки. Тигрёнок же всё от тебя перенял. Если взглянуть на вас обоих, то я могу даже выстроить набросок картины вашего детства, — Пак откинулся на спинку стула, внимательно изучая все телодвижения старшего в процессе своей речи. Сжатые в плотную линию губы, тяжёлое контролируемое дыхание, взгляд в никуда. Просто прелесть, всё становится таким понятным… — Ты у нас ребёнок от первого брака. Тэхён — от второго. Родители заняты друг другом, на детей времени нет. Ты, как старший, взял ответственность за воспитание брата на себя. Хм… Но что-то вновь случилось. Вероятно, третий брак вашего отца. По этой причине ты не смог вернуться домой, и в этом заключается тайна вашего с Тигрёнком родства. Тебе поставили какое-то условие, вероятно? Сокджин прикрыл лицо обеими руками, качая головой из стороны в сторону и не веря, что с ним такое взаправду происходит. Вот как это чудовище смогло разглядеть то, о чём не догадывались прежде ни преподаватели, ни друзья, знающие родственников не один год? — Ч-Чимин… Я могу рассчитывать на то, что всё останется между нами?.. — попросил хён, сцепляя ладошки в замок. — При условии, что ты расскажешь мне о кошмарах Тэхёна, — махнул рукой Пак, чуть сжимая пальчики. — Вернее, о том, почему вся ваша семейка так упорно их игнорирует. — Хорошо… — согласился Сокджин, переводя взгляд на свечу, мягко горящую на столе. — Ты прав во всём. Не знаю, как ты это сделал, но я действительно ребёнок от первого брака нашего отца, а Тэ-Тэ — от второго. Мне было четыре года, когда аппа женился второй раз. Мама… умерла. И он нашёл себе новую «любовь всей жизни». Когда родился Тэхён, мачеха свалила все заботы о нём на меня. Я же «старший брат», я должен нести за малыша ответственность. И плевать, что у него есть родители, вообще-то. Собственно… Тогда-то и начались его кошмары, причины которых… Для нас его сон до сих пор загадка. Уже в младенчестве Тэхён не мог спокойно спать. Редко когда я успевал насладиться спокойными ночами. Спустя время… Я смекнул, что такое происходит из-за моего отсутствия рядом. Следующие десять лет мы спали в одной комнате, всегда держась за руки. Тогда кошмары утихали и от увиденного во снах моего братика не трясло… А затем все следующие события кардинально изменили привычный уклад жизни Тигрёнка, создавая кучу новых проблем, — Сокджин закусил нижнюю губу, поднимая взгляд к потолку. — Мачеху мою убили. Результат банального уличного ограбления. А я уехал учиться в Академию. И Тэхён остался один на один с отцом и моей мамой-номер-три. Женщиной, что старше меня на каких-то тринадцать лет… Братик чуть в психбольницу не попал. Предки упивались вниманием друг друга, совершенно забыв о Тэхёне, и его состояние вышло из-под контроля. Кошмары оказали своё действие не только на ментальное здоровье Тигрёнка, но и на его магическую силу. Не стану рассказывать, что конкретно произошло, но в очередную ночь они втроём чуть не погибли из-за пожара в доме, начавшегося по вине припадка Тэ-Тэ. И только тогда, спустя два чёртовых года, эти недоумки удосужились-таки сообщить мне о «проблеме». Дьявол, я был готов их убить… Но законодательство вряд ли бы одобрило такой самосуд, потому я просто предложил единственное адекватное решение. Забрал его к себе, сюда. Кошмары почти тут же оставили его. Ну… То есть… Их влияние на Тэ-Тэ спало. — В результате внимания к Тэхёну со стороны других доброжелательных людей? — подытожил Чимин. Сокджин согласно кивнул. — Хорошо, это понятно. И сам догадывался о многих вещах. Но ты ведь знаешь, что его нельзя на ночь оставлять одного. Тем не менее, сегодня «заботливый хён» забрал Намджуна на всю ночь к себе, позволяя младшему братику наслаждаться кошмарами. Какого чёрта? — Но я был уверен, что с ним остался ты! — воскликнул старший, поворачиваясь всем корпусом на спокойного волшебника. — И тебя не смутило, что накануне вечером Тэхён всю Академию оббегал в поисках меня? — хмыкнул Мин-и, проводя рукой по волосам. — Какой ты внимательный… Ладно, оправдания принимаются. Хотя, постой… Всё же объясни… Почему вы скрываете своё родство? Я не нашёл ни одной объективной причины такого отдаления. Сокджин вновь начал барабанить пальцами по столу. Эта тема ему определёно не нравилась больше всего. — Тут дело в том, что… Наша новая мама — та ещё сволочь, у которой отец теперь под каблуком. Она у нас богатая наследница чего-то там, и призрачная перспектива быть «хорошей мамочкой» ей очень понравилась. Отметив про себя Тэ-Тэ в качестве аксессуара, она усыновила моего братишку и выдала всем своим знакомым его за «родного», дабы скрыть загульное роскошное прошлое, а после задумалась о моём возрасте. Решив, что в тринадцать лет «явить меня на свет» ей было бы слишком позорно, мачеха поставила отцу ультиматум. Никто не должен знать, что он состоял в других браках до неё, его «единственной любви». А это значит, что меня необходимо вычеркнуть из истории их семьи. Отец пошёл у недалёкой стервы на поводу с большим удовольствием, ведь я уже был совершеннолетним. Но этого им оказалось мало… Короче, они мне угрожали, — Сокджин зажмурился и опустил голову. — Если я не сделаю вид, что Тэхён мне чужой, то больше никогда его не увижу. Чимин, он… Он же просто умрёт с ними без меня. Я не могу такого допустить… — А быть сиротой, оказывается, не так уж и плохо… — пробормотал себе под нос Чимин, накрывая руку хёна своей ладошкой. — Джин-и, посмотри на меня. Посмотри, ну же. — мужчина поднял голову, но взгляд его был затравленным. И гением быть не нужно, чтобы понимать — каждое слово колдуна являлось чистейшей правдой. С его понимания происходящего, конечно. — Я никому не выдам ваш секрет, пока ты сам не будешь готов это сделать. Я понимаю, что он значит для вас, но… Позволь мне как-нибудь побеседовать с твоими опекунами-однофамильцами? — Думаешь, ты сможешь уговорить их оставить нас в покое? — горько улыбнулся волшебник. — Бесполезно, какие только аргументы я не приводил. Всё основано на репутации и уважении этой твари в её «элитном обществе»… — О, хён… — загадочно протянул парень, вставая на ноги и обнимая старшего за плечи. — Ты много чего обо мне не знаешь. Поверь, я… хороший дипломат. И встречу со мной твои родственники долгое время забыть не смогут. Скоро ведь родительский день, да? Через три недели, чуть меньше, верно? Они приедут к Тэ-Тэ? — Должны, — хмыкнул колдун, прислонясь лбом к груди Чимина. Ну точно как Тигрёнок, какие тут сомнения в родстве? — Они же «идеальная семья». — Вот и чудесно, — ободряюще улыбнулся Пак, чуть сжимая чужую ладонь в своей. — Оставь печали, Джин-хён. Обещаю, скоро вы с Тэхёном будете самой настоящей семьёй. А про тех людей, которые возомнили себя властителями ваших судеб, вы больше и не вспомните. — Если у тебя действительно получится это сделать, Мин-и, я… Я не знаю… — мужчина поднял взгляд на донсена. — До конца жизни буду тебе обязан. Чимин хихикнул, из-за чего его чёлка вновь образовала сердечко на лбу. Маленький ангел, пользующийся методами, что присущи властителю самой Преисподнии. За миролюбивой маской скрывается желание убивать, а за звериным оскалом — доброжелательные намерения. И Сокджин воистину восхищался этим волшебником. Потому как на его памяти он был и остаётся самым опасным существом в пределах этого мира. — Ну, мне до конца жизни должники не нужны, — пожал плечами колдун, направляясь к двери, дабы позволить Сокджину и дальше заниматься своими делами. Намджун ведь так и стоит в коридоре. — Но когда-нибудь мы обязательно рассчитаемся. Спокойной ночи, хён. — Спокойной ночи, Чимин…