Я сорву с тебя все маски

— Что они вытворяют? Подвинув учебники в сторону, Хосок запрыгнул на подоконник около Юнджи, которая тем временем созерцала чудесную картину со своего наблюдательного пункта. Наконец-то её мальчики не воюют, а просто расслабляются с любимым оружием в руках. Братишка, конечно, сыпет ругательствами только так… Но это Юнги. Он по-другому с Чимином «дуэль» вести не может. — А сам как думаешь? — хмыкнула девушка, целуя в знак приветствия своего парня. — Перерыв, делать нечего. Вот и решили ещё разочек неугомонные рыцари погрузиться в прошлое. Ты лучше за техникой смотри. Сам-то так не сможешь… — Принижаешь, — притворно обиделся Чон, прекрасно зная, что его красавица права. Колдун в детстве занимался лишь рукопашным боем, и то недолго. Как только это дело заинтересовало Чонгука… Желание драться пропало. — Быть может, я не владею оружием, но защитить своё счастье вполне способен. — Мой герой, — протянула ведьмочка, устраивая голову на плече волшебника. — Но речь сейчас не о тебе. Правда, только посмотри на них, — Юнджи приложила чуть сжатый кулачок к груди. — Мальчики… Всё точно как раньше. Знаешь, когда Мин-и объявился в Академии, я невероятно сильно переживала за них. Раны, нанесённые десять лет назад, не затянулись ни у одного. По глазам видно, по взглядам. И если Чимин привык «играть», скрывать свою боль от других и делать это молча, то братик мой… Ему собственная сила не позволяет молчать. Юнги никогда не скажет о своих чувствах и слабости прямо, зато словесно нанесёт урона больше, чем физически. — Твоя правда, — кивнул маг, следя за каждым выпадом младшего дуэлянта. С Мином-то всё ясно, этот человек с детства обучался всему на свете. Осанка, практически военная выправка. И ведение боя показательное, можно даже сказать, по всем правилам. Пак не такой. В нём чувствуется энергия, которую не обуздать рамками правил. И потому мальчишка соблюдает лишь основные из них, делающие дуэль дуэлью, а не кровопролитной бойней. — Наш парень с характером. Как ты его только терпишь? — Сейчас он уже ничего, — отмахнулась Юнджи. — Видел бы ты его до встречи с Мин-и и после его исчезновения. Вот в то время братишка был воистину невыносим. А сейчас если и мелькает спесь меж строк речи, то только остаточная. Пройдёт время, и даже этого не станет. — Будем надеяться, — согласился Хосок, открывая окно первого этажа настежь. — Хэй, артисты! У нас перерыв завершён, дуйте быстро сюда! В последний раз лязгнув шпагами, парни нехотя сложили оружие и позапрыгивали обратно в здание. А старший всю дорогу до аудитории ворчал о том, что Чон — негодяй, не давший ему победить. Попутчики молчали, пытаясь скрыть улыбки. Кто-то очень не любит проигрывать. Даже если это ничья. — Минуточку… Какая-какая у нас дисциплина сейчас? — опомнился Чимин, роясь в своей сумке и пытаясь выудить из недр «тканевого мешка» нужный учебник. — Магическая история, маленький склеротик, — фыркнул Юнги, ожидая, пока профессор отопрёт кабинет изнутри. Сидит там каждую перемену, строчит чего-то… Не дай Бог диссертацию. — Задавали рассказ про вымершую магию. И о причинах её исчезновения. — ЧТО?! Юнджи подпрыгнула на месте от такого возгласа негодования. Чимин выронил учебник из рук, оставляя его открытым на той самой главе, по которой ученикам был задан небольшой рассказ. Десять страниц с небольшим, если уж быть точным, но… — Ни одна магия в мире не вымирала никогда! — сжал кулаки младший, подбирая книгу с пола и быстро её листая. — Три типа?! Да кто это сочинял?! — Гневные комментарии к процессу обучения от Чимина гремят на всю Академию, — признался Сокджин, подходящий к друзьям. — Я вас со второго этажа услышал. В чём дело? — «В чём дело?» — машинально повторил колдун, всё ещё пыхтя от возмущения. — Кто автор этой самодеятельности? Старший взял учебник из рук донсена и внимательно осмотрел обложку. Корешок, стиль повествования, название, шрифт… Автор не указан. Но хён точно знал, кто причастен к написанию подобной учебной несуразицы. — Наш профессор Кан и есть автор, — пожал плечами Сокджин, кивая в сторону кабинета. — А ты нашёл ошибку? — Я нашёл откровенную околесицу, — шумно выдыхая произнёс Чимин, подкидывая учебник в воздухе, дабы удобнее перехватить его, и рывком отворил некогда запертую на ключ дверь. — Он хочет рассказ? Я ему сейчас такое расскажу, в жизни не забудет… Войдя в помещение, Чимин первым же делом зашвырнул книгу в открытое окно, прямо на глазах у ошалевшего с такой наглости преподавателя. Смотря ему в след, Джин невольно присвистнул, опуская руки на пояс. — Юнги, ты мог бы придержать рядом с собой ещё два-три места? — поинтересовался хён у ничуть не удивлённого с действий Пака волшебника. — Тебе зачем? — нахмурился парень, поворачивая голову, но Сокджин уже направлялся к лестнице. — Если Чимин решил кому-то что-то показать, то я обязан это видеть. И не только я! — ответил мужчина, скрываясь наверху. Юнджи заговорчески потёрла ладошки друг о друга. Представление! Это по её части… — И я в деле. Плевать на пары, я не хочу пропустить сей чудный спектакль. Не принимая возражений и нотаций от парней, девушка затащила приятелей в аудиторию и оставила Джину парочку мест рядом с собой вместо брата, потому что тот был занят Чимином. Пришлось его уговаривать не вступать в словесную перепалку с человеком на полвека старше себя и при свидетелях. Недовольно вскинув голову, парень устроился на первой парте, прямо перед носом седовласого педагога, и стал ждать, пока аудитория заполнится. Сокджин появился буквально через считанные минуты вместе с Джуном, Тэхёном и Чонгуком. Отпросив младших с занятий, мужчина пообещал, что будет интересно, и привёл их сюда. Упоминание Чимина стёрло все сомнения в глазах учеников, и друзья уже предвкушали яркую дискуссию. Но вышло всё… Немного иначе, чем люди себе представляли. — Полагаю, вас озадачило моё эффектное появление? — усмехнулся Чимин, вставая со своего места и подходя к столу профессора. — Не скрою, меня не меньше поразила та ересь, что была написана вашей рукой. Что вы нам там задавали на сегодняшний день? «Вымершая магия»? Что ж, будь по вашему. Я отвечу. Только не то, что гласит официальная версия. А правду. — Молодой человек… — наконец обрёл голос мужчина, приподнимаясь со своего места. Кажется, он хотел что-то возразить. Или выставить наглеца из класса. К директору его отправить или же просто вынудить занести учебник обратно с улицы. Но этого ему сделать не дали. И виной тому не Чимин, как ни странно. — Профессор Кан, — перебил педагога Сокджин, вытягивая руку в его направлении. — Замолчите. И сядьте. Вот такое вряд ли кто ожидал услышать от «образцово показательного подлизы». Не просто сев, а прямо упав обратно, Кан повернул голову на Пака, уже взявшего в свои руки указку и абсолютно наплевавшего на то, что существует какой-то протокол лекции, который соблюдать было необходимо по стандартам обучения. — Итак… — шлёпнув указкой себя по левой ладони, Мин-и непомерно соблазняющей походкой подошёл к первым партам и окинул надменным взглядом почти каждого присутствующего. — Что там говорилось в учебнике? Три типа вымершей магии? Ну, я же начну с того, что вымершей магии нет. Все силы, дарованные нам Мирозданием много тысяч лет назад сохранены и по сей день. Уж не знаю, кто дал вам ложную информацию, однако никто из нашего мира не исчез. И хоть один представитель определённой направленности, но остался. Теперь вернёмся к вашим классификациям, — открыв указкой учебник, лежащий на столе перед заинтересованным процессом сокурсником оратора, Мин-и быстренько пролистал его и указал знакомому на небольшое предисловие. — Дорогой, можешь прочесть это для всех? Пожалуйста. А то у меня язык не повернётся. Ученик неуверенно кивнул, прокашливаясь и находя взглядом требующие внимания предложения. Он волновался. Ещё бы, брюнет ведь так профессионально умеет сверлить взглядом… — Ммм… «В ходе эволюции магия не была утеряна. Все силы, обсуждение которых пойдёт далее, подверглись искоренению насильно ради безопасности населения Мира…» — Стоп, — остановил Пак чтеца, перескакивая на пару строчек ниже. — И вот это. — Эм… — студент чуть язык не прикусил. — «Были истреблены три магических направления…» — Достаточно, спасибо, — улыбнулся парень, закрывая учебник и выкидывая его в окно точно также, как и свой. — Все запомнили этот бред? Дальше пойдём опираясь на него. Понятно? Тогда продолжим. Отойдя от парты ближе к участку аудитории, освещённому солнечным светом, Пак прикрыл глаза и поднял указку в направлении потолка. — Нет правды даже в числе, профессор… — вздохнул студент. — Почему все успокаиваются, когда обнаруживают число три? Если я правильно понял, то правительство, обманывающее молодое поколение, имело ввиду те специализации, что опасны для жизни простых людей. Только вот не три их было, мой хороший. А четыре. Отчего же в вашем учебнике ни слова не было сказано о самом опасном типе магии, м? Побоялись открыть хоть частичку правды своим подопечным? Мне же бояться нечего. Поэтому я с удовольствием выполню за вас вашу работу, — парень развернулся лицом к сокурсникам. — Ребята, каким был первый тип по учебнику? Моментально зашуршали страницы. — «Сонники»! — поднял руку кто-то из середины третьего ряда. Чимин передёрнул плечами. Это просто отвратительно, фу. У кого-то нет даже фантазии. — Какая гадость, ещё и названия испоганил… Не «сонники», запомните, а Снотворцы. Это первое направление, опасное для человечества. Почему? Всё просто. Такие колдуны могли проникать в сны своей жертвы и показывать ей всё, что угодно чёрной душе повелителя Кошмаров, — Тэхён напрягся. Не нравится ему это направление, ой как не нравится… — Почему вы на меня так смотрите? Думаете, за что их «истребили»? За детские сказки на ночь? Как бы ни так. — Чимин вновь ударил себя указкой по ладони. — Снотворцы использовались всегда как оружие. Они показывали человеку такое, отчего несчастный сходил с ума. Особо сильные волшебники могли подавить чужую волю и даже довести бедолагу до суицида. И это меньшее, что было подвластно таким магам. Тигрёнок коснулся губ двумя пальцами, боясь даже дышать. Нет, это не может… Не может быть правдой. Неужели существовали столь жестокие люди? — Поверите ли вы мне, если я скажу, что Снотворцы были фактически самыми безобидными среди указанных в учебнике колдунов? — гробовая тишина обрушилась на класс, заставляя удивлённые лица побледнеть. Но у многих вместе с тем в глазах горел азарт и жажда знаний, а именно этого и добивался Пак. — Идём дальше. Тип второй — Гипнотизёры. Не люблю то, как к ним обращаются, название такое лишь частично подходит тем трудоголикам… Предпочитаю называть их Провокаторами, — губы колдуна тронула мечтательная улыбка. — Мастера своего дела в любые времена. Эти волшебники всегда использовались правительством и мафией, поскольку могли добыть любую необходимую информацию. Такие колдуны проникали в разум жертвы, выведывали о ней всё… Иногда даже больше, чем человек сам о себе знал. Могли изменить память, удалить какой-то фрагмент из прошлого или даже заменить его другим. Были способны управлять человеческими мыслями… — Чимин хлопнул в ладоши. — Снотворцы и Провокаторы чем связаны между собой? Казалось, даже профессор задумался. Пака это позабавило. Какие осложнённые мыслительными процессами лица… На каждой бы лекции так. — Возможно, тем, что и те, и другие… Действовали в какой-то мере на человеческий разум? — сделал предположение Чонгук и получил одобрительный кивок своего репетитора. А занятия-то даром не проходят. — Верно, Крольчонок, — щёлкнул пальцами маг. — А ещё тем, что на каждый процесс необходимо определённое количество времени. Зато какой долговечный эффект! Так вот, к чему это я? А к тому, что мы с вами добрались до третьего типа, который достаточно отличается от первых двух. И честно вам признаюсь — я обожаю такую магию, — Чимин-и откинул пышную чёлку со лба и указал на деревянную игрушку в углу подоконника, которую тут оставила внучка профессора, пришедшая проведать дедушку пару перемен назад. — Третий тип — Кукловоды. Намджун невольно ахнул, но тут же зажал рот рукой. Ага, кое-кто про них читал, и был осведомлён о всех подробностях куда больше, чем профессор. Но явно не настолько, как сегодняшний лектор. — Всё правильно, Джун-и, — улыбнулся реакции приятеля Чимин, опуская одну руку на пояс. — Опасные существа. Если колдуны двух предыдущих направлений оказывали влияние на разум и душу человека, то Кукловод занимался ещё и телом. И ему не требуется много времени для произведения максимального эффекта. Такой колдун может заставить делать свою жертву всё что угодно. В прямом смысле этого слова. Перепрыгнуть нашу Академию, например. Или в письменном виде изложить план военных действий, даже не задумываясь об этом. Кукловоды дают людям возможность делать то, что самостоятельно им свершить не по силам. Волшебник управляет жертвой как… Куклой. В его власти раздробить кости противнику одним лишь взглядом. Миру даже известен Кукловод, работающий много лет назад палачом. И этот человек не просто рубил головы или вешал мерзавцев, — Чимин вновь подошёл к первой парте и заглянул в глаза трясущемуся от страха ученику. — Гений своего дела людей наизнанку выворачивал. Буквально. Ученик шумно сглотнул, зажимая рот обеими руками. В глазах стояли слёзы ужаса. Упс, кажется лектор сломал мальчику психику… Ничего, как говорится, до свадьбы… — Рассказать ли мне им про четвёртый тип, профессор? — усмехнулся колдун, поворачиваясь к белому, словно полотно, преподавателю. Тот только поднял дрожащую руку, но так и не смог ничего внятного ответить. — О, пожалуйста, только не убивайтесь вы так. Хорошо, я не стану. Испугаются ещё. Но знайте, что все четыре типа «истреблённой» магии связаны друг с другом. Снотворцы влияют больше на душу, Провокаторы — на разум, а Кукловоды — на тело. Четвёртый же тип умело сочетает в себе сильные стороны каждого из перечисленных магических направлений. Ну… по большей части в нём затронуты Снотворцы и Кукловоды, конечно. Потому таких колдунов по праву считают самыми опасными… И незнание об этом ваших студентов, профессор Кан, я оставляю на вашей же совести. — А почему их считают «истреблёнными»? — спросил Чонгук, подсаживаясь на несколько парт ближе. — Отличный вопрос, — довольно улыбнулся Пак. — И я с удовольствием на него отвечу, поскольку в учебнике об этом ни слова не сказано. Пару столетий… Ну хорошо, быть может, пару тысячелетий назад, четверо колдунов ранее озвученных мной направлений объединились в один мощный союз. Им надоело, что их используют исключительно как оружие. Но… Вместо того, чтобы доказать обществу обратное, они решили показать людям, насколько же зря те подали им столь гениальную идею, — Чимин опустил взгляд к полу. Теперь он был серьёзен. — Города исчезали за считанные часы. Страны, континенты… Всё было разрушено, «дьявольская» четвёрка не оставляла после себя даже руины. Никому не известно, почему они остановились и не уничтожили наш мир окончательно, ведь это было в их власти. Быть может, целью тех колдунов и ведьм было просто запугать народ. Или же у них появилась объективная причина одуматься и спрятаться от прогневавшихся властей уцелевших государств. Никто до сих пор не знает. Но с той поры такие волшебники действительно начали скрывать свои направления, дабы их не трогали. Кому охота быть оружием? Или мертвецом… Скорее всего, из-за хорошей конспирации все и стали считать, что подобные силы исчезли, что их истребили. Но… Нет, — парень поднял голову. — Запомните это. Никто не исчез. Такую магию нельзя уничтожить, ведь колдовские силы не передаются по наследству. Они закреплены за душой. И если вы не замечаете очевидное, профессор… — волшебник на пятках развернулся к педагогу и подошёл к преподавательскому столу. — …это значит лишь то, что вы плохо видите. — обойдя мужчину со спины, студент положил руки учителю на плечи и наклонился к его уху. Так, чтобы следующие слова мага было слышно только ему. — Хорошенько оглядитесь, сонбэним. Ведь сегодня в этой аудитории присутствует представитель каждого магического направления, о котором шла речь на этой лекции. Чимин не стал дожидаться, пока аджосси упадёт в обморок. Понимая, что их время вышло, парень просто взял со стула свою сумку и скрылся из аудитории. Неспешно, но следом за ним потянулась вереница озадаченных слушателей. Теперь им было, о чём поразмышлять. Петляя между студентами, Хосок догнал донсена, останавливая его за плечо. — Мин-и! Подожди… — попросил Чон, тяжело дыша. — То, что ты сказал там… Правда? Они не исчезли? Парень приподнял уголок губ, кладя свою ладошку поверх холодных пальцев старшего. Он сразу понял, к чему этот вопрос. Страх гонит волшебника… Но не за себя. Ах, как благородно, хён! Я в восхищении. — Не бойся, Хосок-а, — протянул колдун. — Поверь, тебе бояться таких колдунов нужно в последнюю очередь. Они существуют. Но вас не тронут. — Почему? — приоткрыл рот Хоби, недоумевая с такой уверенности друга. Выскальзывая из хватки Чона, Мин-и провёл указательным пальчиком по щеке волшебника и продолжил свой путь дальше. Но последние его слова Хосок всё же услышал: — Я не позволю.