Я сорву с тебя все маски

— Я клянусь тебе, я перешарил всё, что только смог. Но нет ни единого человека, кто бы мог подойти на роль «воскресителя» в этой Академии. Чимин раздосадованно провёл рукой по волосам, заметно волнуясь. Плохо, плохо дело… Если даже Тэмин не смог ничего полезного раскопать, значит их убийца настоящий профессионал, с которым трудно будет тягаться. Если бы на кону стояли их жизни, то было бы ещё не так обидно. Но невинные дети! Чем они-то такое заслужили? Лишь тем, что их родители знакомы с плохим человеком? Ох, Судьба, ты бываешь слишком жестока… — Понятно… — выдохнул парень, сжимая тёмные пряди на затылке. — Если ничего сделать нельзя — возвращайся обратно. Уйди с работы на время, пока наш «повелитель некромантии» не успокоится, и следи за Наён. Ты обязан уберечь её любой ценой, слышишь? В том случае, если жертвой всё-таки окажется она, ты должен помнить, что убить её попытаются не проклятием, а как-нибудь иначе. Поэтому ни на минуту не оставляй её одну. Будем надеяться на лучшее… Кивнув, мужчина спешно покинул комнату волшебника, оставляя хозяина апартаментов в одиночестве. Тэмин так долго всё вынюхивал, что сомнений нет в его компетентности. Не найдя за сутки нужную информацию, коллега Пака продолжил поиски, затянувшиеся на неделю. Но всё равно… Не исключено, что их маньяк достаточно многократно менял внешность или имя. Возможно, он даже прибегал к магии, при помощи которой можно старение замедлить… Чёрт, ну почему всё так сложно? А счёт ведь уже идёт на часы. — Ч-Чимин?.. — некромант обеспокоенно обернулся на сдавленный голос Тэхёна. Парень прижимал руку к груди и морщился от боли. Только вот сам не знал, что с ним происходит… — Мне плохо, но я… — Тихо, тихо… — быстро подойдя к другу, Мин-и провёл Тигрёнка к подоконнику и приоткрыл окно, чтобы Киму было легче дышать. Донсен тут же шумно втянул носиком воздух. — В чём дело? Сердце колит? — Болит в груди, но не у меня… — замотал головой Тэ-Тэ, сжимая ткань на рубашке. — Я не могу объяснить, не знаю, как… — Тэхён, ты так быстро убежал, что случилось? — в комнату к студентам вошли все остальные приятели, переживая за состояние Кима-младшего. Парни понимающе кивнули на предостерегающий от лишних слов жест Чимина и тихонько прикрыли за собой дверь, не подходя ближе. Снотворец стёр пот со лба, глубоко выдыхая, чтобы не потерять сознание. — У меня всё перед глазами плывёт… — простонал колдун. — Почему-то… Два мира словно сливаются в один… Я вижу и вас, и одновременно с этим какой-то кошмар… Ночной ужас… И это не мой страх, я свои боязни знаю. Он принадлежит кому-то другому, но я не понимаю, кому, мне холодно, я чувствую сквозняк, но не могу дышать… И мне больно, мне страшно… Мин-и непонимающе нахмурился. Хм, это точно не может быть бзик его лучшего друга, подобное не происходит беспочвенно, а Тэ-Тэ уже освоил свою силу… И влияния на нём чужого также не ощущается. Неужели?.. — О Боги, да ты словил «смертельный сон»! — воскликнул некромант, испуганно делая шаг назад. — Совершенно забыл, что впечатлительные Снотворцы могут чувствовать «смертельный сон» — или «гибельный ужас» — постороннего человека, находящегося поблизости. Это такая непопулярная магия, мне казалось, её давно уже не практикуют… — от осознания по коже Пака побежали мурашки. И не у него одного. Кажется, все присутствующие в комнате догадались, что происходит в эту самую минуту… — Тэхён, у меня два предположения, но ты должен дать больше информации. Тот, кто является сейчас твоими вторыми глазами… Зовёт кого-нибудь на помощь? Волшебник сосредоточился и прижал руки к ушам, старательно вслушиваясь в детские хрипы. Ножом по сердцу… А Чимин очень переживал. Ну конечно, сегодня же полнолуние! День, когда магия Смерти усиливается. И этот день, за две недели до истечения срока, идеально подходит для завершения ритуала! Проклятье, только бы узнать, кто жертва? Тогда бы ещё оставалась возможность предотвратить это безумие… — А… — зашептал Снотворец, из последних сил хватая ртом воздух. — Спа… Спаси меня, Адж… Аджосси… По спальне пронеслась волна страшного понимания. — Айри! — хором воскликнули студенты. — Дайте секунду, — вытянул руку перед собой Юнги, изучая карту местности по собственным магическим ощущениям и ища необходимые колебания детской ауры. И правда, имея в арсенале весь спектр собственных магических возможностей, Мину не потребовалось больше секунды, чтобы найти местоположение несчастной девочки в Академии. Адреналин делает своё дело… — Она «под крышей», на открытой астрономической площадке. Лишних слов было не нужно. Дабы не терять заветное время даром, друзья негласно разделились. Намджун, Юнги и Чимин побежали наверх, а остальные — к Тэмину и за любой другой дополнительной помощью. Стоило бы много кого оповестить, но «рук» на всё не хватает. Троица волшебников достаточно быстро добралась до искомого места. Пусть летний воздух и прогревается ярким солнцем, но ночная прохлада всё равно заставляет поёжится. Обведя взглядом освещённое лунным сиянием пространство, Чимин легко обнаружил последнюю жертву обряда воскрешения. Внучка профессора Кана лежала на каменном полу, тяжело дыша и мотая головой из стороны в сторону. Кошмарный сон, который убивал не только в детских фантазиях, но и наяву. Жестоко… И снять это заклятие почти что невозможно. Оно въедается в сознание жертвы и не отпускает его до полного уничтожения. Но… Если малышка здесь, то где же её потенциальный убийца? — Он здесь, но прячется, я уверен, — сквозь зубы пробормотал Юнги, внимательно осматриваясь. — Чимин, ты должен вынудить его показаться. Или хотя бы помешай ему убить пятую жертву, сними этот треклятый «смертельный сон»! — Следите за тем, что происходит вокруг, — приказал донсен, уже опускаясь возле малышки на колени и касаясь двумя пальцами чужого виска. Ночной ужас, смертельный сон… Есть лишь один способ помочь, и он подвластен только «слугам Смерти». Гибельный страх можно только забрать себе, иначе его никак не уничтожить. Чтобы отделаться от Смерти, нужно… умереть. Как парадоксально… Юнги был не в состоянии видеть, как с тканевых перчаток Пака начинает капать кровь, чуть ли не ручьём стекая на пол в момент, когда девочка смогла-таки открыть глаза. Некромант через боль подавлял ужасающие видения в своём сознании, а Айри, окончательно придя в себя, паникующе замотала головой. Бедняжка не могла понять, где же находится и что случилось, но Чимин нашёл в себе силы хоть вымученно, но улыбнуться, принимая испуганные детские объятия. — Всё хорошо, маленькая моя… — шептал колдун, осторожно гладя Айри по спинке, забывая о том, что теперь голубенькое платьице от чужой крови отстирать будет невозможно. — Намджун, уведи её к родственникам. И останься с ними, на случай, если что-то вдруг опять произойдёт. Кивнув, парень беспрекословно подчинился воле некроманта, беря девочку на руки и спешно покидая это «страшное место». Кажется, после произошедшего, Академия Роувенда потеряла одного потенциального студента. Увы и ах. Юнги вовремя успел подхватить Чимина под локти, ведь когда брюнет сделал попытку подняться самостоятельно, то у обессиленного волшебника просто подкосились ноги. Как-никак, даже если ты в хороших отношениях с миловидной дамочкой в тёмном плаще, умирать по-прежнему больно. А ещё неприятно. И немного энергозатратно. Повезло, что хоть какая-то практика была до сегодняшнего случая. Иначе бы Юнги… Эм… Снова расстроился. — Не понимаю, почему он позволил нам её спасти?.. — нахмурился Мин, не переставая оглядываться. — Если мы нарушили алгоритм действий ритуала, то это означает, что все его труды были напрасны? Или я чего-то не понял? — Ты всё правильно понял, — кивнул Пак, стараясь встать ровно. — Но… Айщ, я чувствую себя сейчас самым настоящим идиотом!.. — Почему? — не понял Юнги, видя искреннее негодование на лице парня. — А всё потому, что наш великий гений попал в самую очевидную ловушку, — раздался со стороны знакомый голос. Мужчина вышел на свет, держа руки за спиной, но при этом обворожительно улыбаясь, хоть в тёмном взгляде и не прослеживались «добрые намерения», как это было когда-то. — Эмоциональный контекст очень часто сводит к нулю все мыслительные процессы. Чимин поражённо раскрыл рот, не в силах поверить собственным глазам. Он, конечно, терял способность видеть, и знал, что это такое, но сейчас-то его зрение не обманывает. А что уж говорить про реакцию мятноволосого колдуна… — Сонбэним?! — ахнул парень, непроизвольно заслоняя собой некроманта и позволяя Мин-и лишь немножко выглядывать из-за плеча мага. — Проклятие, ну конечно! Вот тот человек, который поддерживает связь с бывшими студентами и знаком со многими детьми, с потенциальными учениками… Естественно, мать вашу, директор! Пак Сонхва склонил голову к плечу, довольно улыбаясь. Какая восхитительная реакция… Юнги всегда был его любимчиком. Сколько страсти, сколько эмоций, м! Загляденье. — Обидно, правда? — хохотнул мужчина, теребя двумя пальцами амулет на своей шее. — Не замечать того, что находилось прямо под носом. А как Тэмину станет обидно, когда он узнает об этом?.. — Ты не тронешь Наён, — сурово произнёс Чимин, придерживаясь за талию Юнги, дабы не падать. Но Сонхва только удивлённо вскинул бровь, приятно удивляясь такой наивности со стороны племянника. — Айщ, Мин-и, прекрати думать сердцем, ты же у меня умный мальчик. Разве я хоть слово сказал о Наён? Она мне уже не нужна. Да и этот ритуал воскрешения… Ну его к чёрту. Юнги едва не подавился воздухом. Замечательно! Великолепно! ПРЕЛЕСТЬ КАКАЯ! Значит, двадцать лет мороки, четыре убийства, куча сломанных судеб и… «Ну его к чёрту»? Мужчина, вы в своём уме? Это как вообще понимать?! Видя яркий спектр разнообразных эмоций на лице Юнги, директор не сдержался и откровенно захохотал. Этот суровый волшебник на деле такая душка… Кажется, здесь его мнение со взглядами племянника сходится. — Сколько вопросов, да, Мин Юнги? — хмыкнул колдун, подходя немного ближе. — А ответы точно также лежат на поверхности и глубоко копать не нужно. Сам посуди, зачем мне самостоятельно проводить сложный обряд по воскрешению человека, когда под рукой опытный некромант, знаток своего дела? — Ты угробил двадцать лет жизни на то, чтобы загнать меня в ловушку? — усомнился Чимин. Такая версия больно далека от правды. — Конечно нет, я что, идиот? — фыркнул Сонхва, вновь возвращая руку к амулету на шее. — Изначально я планировал завершить ритуал. Как и положено. Но… Затем, когда в моей Академии появился «любимый племянник», скрывающий собственный дар и невесть где шастающий ночами, я решил проверить одну свою абсурдную теорию… Которая быстро и легко подтвердилась мне на радость да на удивление. — Та книга… — догадался Пак-младший. — Ты её подбросил мне, ведь так? — Соображаешь, — кивнул директор. — Но… Кого же ты тогда собрался воскрешать? — продолжая держаться за руку Мина, некромант вышел из-за его спины. Он хотел говорить с «дядей» лицом к лицу. — Я знаю, что твоя жена умерла семь лет назад, задолго до того, как ты начал ритуал. Так в чём же дело? — Ты прав, малыш, — не стал отрицать слова младшего мужчина. — Моя жена умерла естественной смертью не столь давно. Но она была моей второй супругой. С первой я в разводе уже около двадцати с небольшим лет. Видите ли, она хотела детей… А я был против. Разведясь со мной, эта красавица вышла замуж за одного охламона, который намеренно отгородился от своей «знатной» семейки. И на следующий же год их ждало «радостное событие», омрачённое визитом твоей лучшей подружки, Мин-и. Любимая моя… Не перенесла смерти ребёнка и в скором времени покончила с собой, оставляя нового муженька катиться в синюю яму. — Почему твои слова кажутся мне знакомыми? — Чимин прикусил внутреннюю сторону щеки, лихорадочно соображая. И догадка гения не обрадовала. — Только… О нет, только не говори мне, что твоя первая жена — это… — Это твоя мамочка, — цокнул языком Сонхва, зло щуря глаза. — Как ты расцениваешь её поведение теперь, а? Самоубийство, так банально, но так больно. — Ты не хотел с ней разводиться, — медленно кивал своим же репликам колдун. — Ты её любил и до сих пор любишь. А я… Вот почему я был первой жертвой, да? Я был связан с оммой кровью… К тому же, ты ненавидел меня и хотел убить, ведь моё появление как раз-таки и стоило твоей бывшей жене жизни. — И поверь, я искренне удивился, когда узнал, что ты выжил. Дважды, — честно признался директор, кладя руку на сердце. — Ошибку с мёртворождением я принял за халатность лекарей, но когда ты пережил проклятие… Я стал следить за тобой. Уже даже подумал над тем, чтобы бросить начатый ритуал, если мои догадки подтвердятся… Но вдруг, одним прекрасным днём, ты пропал из приюта. И я нигде не мог тебя отыскать. Полагаю, за произошедшее мне следует поблагодарить тебя? — мужчина перевёл взгляд на Юнги. — Что ж, «спасибо» тебе огромное, парень. Благодаря твоей несдержанности, я был вынужден убить ещё троих детей. А знаете, это, к слову, очень неприятно, — наигранно поморщившись, колдун сцепил руки в замок. — Я женился во второй раз, чтобы никто ничего не заподозрил, и был очень рад, когда обыкновенная болезнь сделала меня вдовцом. Однако, известие о том, что сестра моей умершей супруги вместе с мужем усыновили ребёнка, при этом не показывая его никому из родственников, меня слегка насторожило. Откровенно говоря, я тебя, Чимин, не узнал при новой встрече год назад. Ты так изменился, я и подумать не мог, что мой племянник… Это сын моей первой жены. — Ирония Судьбы, — усмехнулся брюнет, сильнее сжимая руку Мина своей ладошкой. — И всё же, теперь, когда ты «поймал» меня… Серьёзно? Ты думаешь, что я смогу воскресить свою маму? — А разве ты этого не хочешь? — продолжил эмоциональное давление мужчина. — Брось, Чимин, она же была твоей матерью. Даже погибла, не в силах жить с мыслью о том, что её ребёнок умер. Неужели ты не хочешь увидеть её? — У меня… Есть мама, — уверенно произнёс некромант. — И папа. И они любят меня. Мне больше никто не нужен. Я благодарен той женщине, что подарила мне жизнь, за всё. Но мне претит самоубийство. К тому же, воскрешение вашей первой жены — нарушение законов Мироздания. А я живу по этим непреложным правилам. Поэтому я не стану вам помогать. Сонхва опустил взгляд в пол. Дьявол, он столь быстро меняет маски, что юный волшебник никак не мог понять… он сейчас расстроился, быстро думает о своих дальнейших действиях или же отказ брюнета был одной из частей его плана? — Жаль… — «огорчённо» вздохнул директор, снимая с себя цепочку, на которой болтался амулет. — Но я ожидал подобного сопротивления. — Тебе не напугать меня прародителем магической лихорадки, — молвил колдун, однако невольно попятился назад. И Юнги утягивал следом. Неосознанно. Слушающий интересную историю пересечения жизней двух «родственников», Мин впервые обратил-таки своё внимание на интересный амулет, находящийся в руках Пака-старшего. Какая-то странная восьмиконечная звезда… С такими острыми «лучами» ей запросто и убить можно. А камень в центре… О, нет. Не-е-ет… — Чимин, скажи мне, что в его руках не инструмент, забирающий силу у магических существ? — умоляюще спросил волшебник. — Тогда я промолчу, пожалуй… — опустил голову Мин-и. — Ты просто чудовище! — взорвался-таки Юнги, отпуская руку Чимина и делая шаг в сторону директора. Мин-и испуганно замер, зажав рот ладонью. Хён, не сейчас!.. — Неужели ты убьёшь собственного племянника? Ты же знаешь, если применить твой амулет на любом другом волшебнике — он просто станет обычным человеком, но некроманты без колдовства не живут, они — магические существа! — Правильно, — улыбнулся Сонхва, сокращая расстояние между собой и студентом. — Всё правильно, я просто «чудовище». Ты не забывай, что я нашёл-таки в себе силы лишить энергии душ четырёх детей. Неужели ты думаешь, что после такого я решу пощадить ребёнка, сломавшего мне жизнь? А хотя… Знаешь, в какой-то степени ты прав. Рано пока убивать Чимина. Некромант мне ещё пригодится. Я смогу заставить его передумать, и ты мне в этом поможешь, — резко замахиваясь, директор Академии Роувенда поудобнее перехватил в руке амулет и вонзил острые «лучи» звезды в плечо Юнги. — НЕТ! — воскликнул Мин-и, обхватывая руками голову и пачкая кровью тёмные волосы. Мятноволосый волшебник упал на колени, хватаясь за руку, в которой так и остался амулет, высасывая магическую силу у парня. Тело пронизывала невероятная боль, мальчишку словно наизнанку выворачивало. А Чимин не знал, что делать. У донсена мир рушился на глазах. «Смертельный сон» так и не отпускал… — Вытащи! — пискнул брюнет, хватая своего хёна за плечи и не позволяя упасть на пол окончательно, чтобы звезда глубже не засела. — Ты же убьёшь его! — Вот так новость! — усмехнулся мужчина, с неподдельным удовольствием, граничащим с откровенным садизмом, наблюдая «душещипательную картину». — Как жаль, что понятие «магическое существо» распространено лишь на два типа силы в нашем мире. Всего-то Некроманты и Кукловоды… — Убери её! — всхлипнул Пак-младший, видя, как кожа мятноволосого стремительно бледнеет. Дьявол, ну почему? Ситуация так идентична «гибельному ужасу»… Помочь пострадавшему никак нельзя, если не ты источник «проблемы». Только человек, вонзивший в колдуна звезду, мог без последствий для себя и жертвы извлечь амулет. А если этого не сделать… Остаётся лишь единственная возможность помочь… — Согласишься на мои условия — уберу, — пожал плечами Сонхва. — Ох, какая дилемма. Жизнь любимого человека или моральные принципы? — Чимин, не смей соглашаться… — прохрипел Юнги. — Тебя накажут… — Но ты умрёшь… — дрожащим голосом прошептал Пак, поднимая полный ненависти взгляд на «дядю». У этого негодяя нет права распоряжаться чужими судьбами! И он ещё пожалеет, что вынудил Чимина… Так поступить. — Это было превосходно, Сонхва. Игра, которую ты вёл двадцать лет, заслуживает восхищения. Скрываться от всех, даже от «Немо»… Столько времени и сил вложить в ритуал воскрешения любимой женщины… Но зачем? Ты думаешь, что если она вернётся, то всё у вас будет, как прежде? Но ты ошибаешься. Здесь уже тебя эмоциональный контекст сбивает с толку. Она бросила тебя ради моего отца и из-за твоей натуры. Считаешь, когда она узнает, чего стоило множеству людей её воскрешение, она простит тебя? Женщина, которая не пережила смерть ребёнка, спокойно отнесётся к убийствам невинных? Если ты веришь в лучшее… Если веришь, что я помогу тебе или позволю умереть любимому человеку… Оставь напрасную надежду. Коротко улыбнувшись, Чимин внезапно опустился на колено перед Юнги и крепко прижал его за шею к себе, шипя от боли, когда восьмиконечная звезда врезалась в холодное плечо. Мин широко распахнул глаза, чувствуя неожиданный прилив сил, тёплым потоком разливающийся по телу, а заодно и то, что амулет медленно покидает его плечо. Ведь нашёл себе новую жертву… Сонхва был поражён такому поведению племянника. Больше этого его удивил только ошейник на собственной шее, нейтрализующий магическую силу колдуна. — Вот ты и попался, скотина, — прошипел Тэмин, сковывая руки директора за его спиной. — Держу пари, что люди, стоящие выше меня, будут очень довольны встрече с Вами, директор. Или мне называть вас «Несостоявшийся некромант»? — Мин-и! — воскликнул Тэхён, прибывший вместе с Тэмином раньше всех остальных, кто торопился помочь. — Юнги, что с ним?! — Ты не хочешь этого знать, — мёртвым голосом произнёс Кукловод, держа в руках сереющее тело. У Мина был в запасе час, пока амулет не лишит его жизни. Но у некроманта из-за прародителя магической лихорадки оставалось меньше минуты… Внутри образовывалась болезненная пустота, и не только у новой жертвы. Жизнь стремительно покидала юношу, не оставляя ни единого шанса на «чудо». Никому. — Всё хорошо, хён… — слабо вымолвил Мин-и, ещё находя в себе силы хоть как-то улыбаться. — Так было… Нужно… — Ты обещал, что не покинешь меня больше, — злился Юнги, понимая, насколько абсурдна его ярость в данной ситуации. Как можно винить Смерть в её деяниях? Это ведь бессмысленно. — Ты клялся мне, что не уйдёшь… — Не об…виняй меня в… клевете рань…ше времени… — попросил Пак, откидывая голову назад. — Я клялся, что… не покину тебя… И я не… ост…оставлю вас… Просто п…подожди меня нем…немного, и я… Я вернусь к тебе… Надейся, что эт…о произойдёт рань…ше, чем через десять… лет… С губ хёна сорвался невольный смешок. Он ещё и шутит… Этот парень просто невозможен! — Обещаешь?.. — Клянусь… — кивнул Мин-и, закрывая глаза. — Я люблю тебя… Восьмиконечная звезда со звоном ударилась об пол, когда тело молодого некроманта рассыпалось тусклым светом. Дрожащей рукой подцепляя цепочку амулета, Юнги поднялся на ноги и вскинул голову к небу, глядя на полную Луну. На «маму»… — И я тебя люблю, Кроха… — впервые произнёс Кукловод, ломая в ладони злосчастную звезду. Жаль, что он этого так и не услышал… Столько раз говорил, а ответа… не дождался… Тэхён сморгнул слёзы, осторожно касаясь плеча старшего. — Юнги… Он ведь вернётся?.. — с надеждой спросил Тигрёнок. — Он же не… Не умер, нет?.. — Он умер… — бескомпромиссно ответил хён, зашвыривая осколки прародителя магической лихорадки в сторону леса, вид на который открывался с этой площадки. — Но он вернётся. Он обещал, что вернётся. А я его подожду. Мне не в новинку… Уже не привыкать…