Хрень с нами или Нарутовцы в общаге

В комнате Рицки, хозяйка которой в данный момент отсутствовала ввиду неприятия ею своего дорогого гостя, развернула свою деятельность маленькая парикмахерская. Впрочем, как уже имели возможность убедиться парикмахеры этого временного заведения, гость для Риц, как и для вынужденных подстригателей, был отнюдь не гостем и совсем не дорогим – именно поэтому сама владелица комнаты решила срочно сменить место жительства, а также, наверное, пол и фамилию – чтобы ее уж наверняка не нашли и не напросились на чашку халявного чая. И если уж говорить о халяве, то очень кстати следует отметить, что Какузу, удобно расположившись в кресле, довольствовался ходом событий в полной мере. Специально для него (а его гордость этим фактом уже намекала на недюжинное самомнение) была создана беспрецедентная парикмахерская, которая обслуживала лично его, да еще и с каким качеством: спина уже была аккуратненько отстрижена от батареи, голова вместо беспорядочной прически «я у Пейна вместо швабры» украсилась аккуратной и очень стильной стрижечкой (правда, скорее женской, ибо Шоичи на курсах парикмахеров тренировалась только на женских манекенах, а Анко, как и сам Какузу, о моде этого мира знала достаточно мало, потому просто следовала указаниям Улькиси, которая успевала в процессе действия еще и посмотреть на внешний вид Какузу со стороны). - Так, по-моему, отлично! – Лайф, слегка взбив волосы подопытного на макушке, отстранилась и удовлетворенно посмотрела на результат. Кажется, макушка уже приобретала приятный внешний вид – волосы были не только острижены, но и уложены – настолько, насколько Лайф умела это делать (а в этот раз она старалась с удвоенной силой, хотя так и подмывало сделать Какузу прическу типа взрыва на макаронной фабрике – за то, что из-за него ей пришлось одеть самую ненавистную одежду в мире - юбку). Шоичи, отвлекшись от орудования ножницами у Какузу в районе затылка, переметнулась вперед и оглядела внешний вид теперешнего манекена весьма критически. - М-м, - красноволосая отрицательно покачала головой. – Нужно еще спереди снять «лесенкой» и сзади на темечке немного приподнять. Остальные молча с Шоичи согласились, потому как никто, кроме нее, в парикмахерском искусстве не смыслил. - Наверное, и так пойдет, - осмотрев себя в поднесенном Нару зеркале, Какузу сделал заключение относительно своей прически. – И, пожалуйста, помойте голову мне, а также сделайте укладку. Нару и Лайф переглянулись. Им обеим очень хотелось засунуть свои парикмахерские принадлежности Какузу глубоко в такое место, о котором он сам имел смутное понятие. Особенно это желание было сильно в Нару – мало того, что ей пришлось возиться с доброй тысячей узелков у него за спиной, так еще теперь этот пушистый метросексуал командует, что и как ему сделать! «Впрочем, не надо было столько выплетать», - заявил строго внутренний голос Нару-тян, на что она парировала легким замечанием о том, что она старалась для дела, ибо мелкий узор просто рассыпался бы через пять минут, а ведь сутью ее картины было вовсе не эстетическое удовольствие, а сдерживание особого буйства Какузу. Потому внутренний голос поспешил ретироваться в самый дальний угол сознания девушки, а Нару спокойно продолжала мечтать отбрить жадине голову. В отличие от этих двоих, Шоичи от предложения Какузу просто просияла. Улыбнувшись так обаятельно, как только она умела («Последний раз перед этой улыбкой, кажется, не устоял Суйгетсу, накормив меня своими фирменными блинчиками!» - подумала девушка, забыв совершенно о том, что Суйгетсу ей улыбался куда чаще и куда… шире), она взглянула на особо сердечного ниндзя и умильно захлопала глазками. - Какузу, но я как раз хотела сделать тебе, как особо важному клиенту, уникальную и ультрамодную стрижку! – Шоичи театрально всплеснула руками, показывая, как она будет огорчена возможным отказом, а затем, подмигнув выразительными глазами, добавила. – И это совершенно бесплатно! При последнем слове Какузу расплылся в такой обворожительной улыбке, за которую Суйгетсу (если верить теориям Шо) был обязан печь ему блинчики до конца своих дней. Решив воспользоваться предоставляемой ему халявой по полной, нукенин с повышенной мохнатостью глубоко кивнул: - Тогда я согласен! Красноволосая удовлетворенно ответила кивком веками и скомандовала: - Девчонки, за работу! Сидеть на кровати и сжимать пульсирующие от отчаяния и стыда виски Рицке уже как следует надоело. Так же, как и не обращать внимания на постоянные подачи то тыквой, то кисточкой, которые ей перепадали от неугомонных Сая с Гаарой. После долгих раздумий пшеничноволосая решила, что на одном стыде далеко не уедешь, а поселившийся внутри страх в комнату с Какузу не приведет, а потому нужно было наконец-то взять себя в кулак. Только, как бы она ни старалась, в кулак бралась только рядом лежащая ручка, и та – с желанием запихать ее в глаз либо Гааре, либо Саю, чтобы, наконец, прекратили орать и носиться друг за другом. «Так, возьми себя в руки!» - скомандовала в мыслях Риц и взяла себя в руки – обхватила колени и уселась в позу колобка. Конечно, раздражение от собственной несостоятельности от этого только возросло. Все-таки остальных надо было спасать. Конечно, то, что они еще не вернулись, - это вовсе не повод беспокоиться, ибо Нару такие узоры за спиной у Какузу выплетала, что хоть бы они справились до завтрашнего утра. Да и, в конце концов, Гаару же вытащили без приключений! Не считая Сая с его карандашеприкладством… Но кадзекаге, как и оперативная служба извлечения его из туалета, вернулся в целости и сохранности. Но что-то внутри отчаянно подсказывало Рицке, что если она будет сидеть и продолжать бояться, то это что-то выйдет наружу и грациозным пинком отправит ее прямо в открытое окно ее комнаты (да, кажется, с утра оно было открыто). Риц, конечно, упорно пыталась заклеить этому чему-то рот воображаемым скотчем, только оказывалось, что воображаемым скотчем оно питается и все еще продолжает говорить… Снова Нару брила, Анко стригла, Шоичи подрезала, Лайф причесывала, а Улькиора укладывала становящуюся все ухоженнее и привлекательнее шевелюру Какузу. В результате коллективного творения образа залатанного нукенина сзади появился аккуратный каскадик, спереди по бокам спускались изящные, вычесанные и выровненные до состояния гладкости льда на катке прядки, а на лбу образовалась стильная челка, на которую для пущего эффекта были зацеплены бигуди. Голову, ясно дело, Какузу давно помыли, причем в процессе набора воды Лайф пообещала вслух прибить Шо за такие старания, на что Анко молчаливо покачала головой – ей самой ох как надоело ухаживать за фактическим врагом и делать его симпатичнее. В процессе вымывания мохнатости особо опасному преступнику мнение Лайф разделили еще и Нару с Улькиси, потому что Шоичи так старалась, что вышеупомянутые девушки подмочили если не свою репутацию, то одежду точно. А также в комнате Риц были частично помыты полы, и Шо искренне надеялась, что Рицка за такую небольшую уборку (которая скорее напоминала погром, но Шо об этом не догадывалась) простит и высаженный замок, и обвинения в нерешительности, и прочие обиды, причиненные ей за сегодняшний день. При высушивании ставших мягкими и шелковистыми волос Какузу пострадал, к счастью, только сам Какузу, который так перепугался резкого жужжания над ухом, что дернулся назад, отчего получил порцию горячего воздуха в глаза. Но это была совсем незначительная неприятность. Когда же сушка, укладка и снятие бигудей были закончены, нукенину предоставили зеркало и для пущей безопасности синхронно отошли на метр дальше. Удивительно, но Какузу старания оценил. Даже несмотря на то, что он перестал узнавать в лицо свои волосы, но выглядели они куда лучше прежнего. Он, конечно, не понимал, зачем ему внизу передних, обрамляющих лицо прядей аккуратные локоны, а также какой смысл имеет слегка приподнятая челка, но раз здесь так ходят, то образ создавался вполне терпимый и даже симпатичный. Для слияния с толпой подойдет как нельзя лучше... А ведь маскировка – самое главное оружие ниндзя! Удовлетворившись отражением в зеркале, Какузу смерил Шоичи взглядом, больше похожим на благодарный. После нее такого же взгляда удостоились все, и даже Анко заслужила сказанное глазами «спасибо», на что ухмыльнулась и, повертев в руках кунай, спрятала его в оружейную сумку, ибо раз уж свободный Какузу ей улыбается, а не пытается снова пришить к себе, то, кажется, опасаться нечего. - Спасибо, я удовлетворен вашей работой, - деловито развалившись на стуле под батареей, произнес некогда пушистик, а сейчас стиляга, после чего вопросительно взглянул на Шо, предлагая той представиться. Губы зеленоглазой растянула гордая улыбка. - Шоичи! – скорее не сказала, а выкрикнула она, причем от этого стоящей рядом Лайф пришлось прикрыть уши и снова захотеть ее прибить. – Не за что, обращайтесь! Мы еще и покрасить можем, - Шо хитро прищурилась, - и тоже совершенно бесплатно! Кажется, слово «бесплатно» действовало на нукенина повышенной мохнатости как наркотик или приманка. Решив отхватить на сегодня все, что само идет к нему в руки, Какузу закивал головой, как оглашенный, приговаривая: - Ах, еще и это! Конечно-конечно, я ни капельки не против! Шо снова удовлетворенно усмехнулась и в приказательном тоне посмотрела на остальных. Комнату наполнил донельзя коллективный вздох… Сай уже почти задыхался от быстрого и главное – непрерывного бега. Он и не думал, что Гаара может быть таким замечательным преследователем, особенно если учесть дополнительный вес у него за спиной в виде тыквообразной емкости для песка. Но ошибка оказалась весьма горькой – кадзекаге настигал вовсю, уже несясь по пятам за мастером кисточки. Шестым чувством своей пятой точки Сай чувствовал надвигающую опасность. - Ах ты живописец хренов! – Гаара на бегу снял тыкву, чтоб увеличить радиус действия своей техники «Саю-по-башке-но-дзютсу», и замахнулся ею вперед. – Ну сейчас я тебе устрою Бэтмена! Коноховский художник, понимая, что дальше ему не укрыться, так как дальше была только стена, стремительно приближающаяся, развернулся, чтобы парировать удар хотя бы своим танто: если повезет, попадет в Гаару, если нет – выпустит весь его могучий песок наружу, отчего потом ему точно не поздоровится. Но танто своей цели, будь то физиономия Гаары или поверхность его тыквы, не достигло, как и, собственно, великая техника песчаного кадзекаге. - Прекратили драться оба! – раздался над их ушами оглушительный крик, а в следующую секунду обоим ниндзя на затылки прилетели впечатляющие шлепки. Сай и Гаара виновато приподняли свои чистые и почти невинные очи на того, кто их остановил. Этим кем-то оказалась Рицка, стоящая теперь между ними и тяжело дышащая от злости на них (что заставило этих двоих еще более виновато смотреть на нее и оправдательно сводить брови или же то, что было на их месте). - Достали уже детский сад устраивать с песочницей! – при этих словах ее взгляд сменил траекторию и прошелся по кувшину силы Гаары. – Будете мне помогать! – решение было принято. Нарушители общественного спокойствия серьезно и сосредоточенно уставились на нее. Путем долгих собирательных работ средства для превращения головы Какузу в более красочное место были добыты, хотя добытчиков они изрядно измотали. Лайф, в позе индийского йога достающая из-под шкафа Рицки давно засунутые туда кисточки для окраски, уже в который раз пообещала оттяпать Шоичи руки. Хотя Шо перед этим клятвенно заверила себя в мыслях, что оттяпает руки Рицке за то, что та так ненадлежаще относится к таким вещам. Ведь она еще позавчера просила свою пшеничноголовую подружку приготовить все принадлежности для покраски, а теперь что? Кисточки под шкафом, краску Улькиси достала из-за упаковок с чаем и кофе на полочке для пряностей, перчатки пришлось вообще спрашивать у соседок, и притом объяснять им, что ну никак нельзя зайти и посмотреть на Рицку в новом обличье сейчас – во-первых, потому что это не Рицка, а во-вторых, то, что они бы увидели, им бы не понравилось. Благо, хоть емкость для смешения красок была найдена быстро, но за это тоже Риц впоследствии обязательно надавала бы по мозгам, ибо для сего действа были взяты ее любимые разноцветные мисочки, в которых она готовила вкуснейшее мороженое с фруктами. Нет, они, конечно, будут пригодны для использования в тех же целях после процесса раскрашивания Какузу… но только если стильный пушистик будет доволен результатом и не успеет прибить команду профессионалов до того, как они хотя бы вымоют пресловутые Рицкины плошки. Но об этом сейчас времени задумываться не было. Какузу требовал прокраски, и ее нужно было произвести. Шоичи дерзким жестом разорвала пачку с краской, и оттуда посыпались окислители, окрашиватели и добрая дюжина послеокрашивательных бальзамов (Рицка накануне всю купленную краску сложила для верности в одну большую коробку, иначе искать ее пришлось бы не только за пачками чая). - Лайф, мисочку! – красноволосая оттопырила правую руку, ожидая, что в нее что-то положат. Ожидание не было долгим: хоть Лайф и хотелось за командирские наклонности всучить Шо парочку гранат с оторванными колечками, но все-таки она примирилась с таким нравом знакомой, подумав, что в этой ситуации лучше действовать сообща, какими бы глупыми идеями не обладал командир. Иначе - раскол в группе, то есть немедленное поражение. А так как они едва-едва задобрили Какузу, причем главная заслуга в этом принадлежала именно красноволосой главе парикмахеров, терять преимущества не нужно было ни на секунду. Потому русоволосая спокойненько передала в руку главному волосоподрезателю набор драгоценных мисочек Рицки, которым сегодня было суждено познать силу аммиака и «новой формулы улучшенной шелковистости». - Ок! – Шоичи обернулась в другую сторону и туда скомандовала. – Нару, краску «блонд»! В тот же момент в руку девушки легли аккуратно запечатанные пузырьки с краской и проявителем, заботливо приготовленные Нару-тян. Получив необходимые предметы, Шо принялась колдовать над мисочкой, смешивая в ней бьющую в нос запахами кашицу. Когда эликсир типа «краска для волос» был успешно скастован, красноволосая показательно натянула перчатки на руки, призывая остальных сделать то же самое, а Какузу заставляя сдавленно сглотнуть и начать задумываться о бегстве. Но слово «бесплатно» все же было самым волшебным словом в мире… Процедура продолжалась достаточно долго: сначала мохнатость нукенина разделили на маленькие подмохнатости, заставили их условно рассчитаться на «первый-второй» и только потом покрыли «вторых» слоем вязкой красящей массы. Затем ставшие скользкими от краски пряди аккуратненько обернули в полиэтилен, который кунаем нашинковала Анко, и оставили окрашиваться. В целом процесс окрашивания прошел в десять рук достаточно быстро, и по окончанию липкой процедуры на голову Какузу водрузили полиэтиленовый пакетик, «чтобы краска лучше взялась», как успела по-профессорски поучить Шоичи. Остались устало снимающие перчатки девушки, вымывающая кунай Анко и вымывающая мисочки Нару, казначей Акацки с кульком на голове и минут тридцать ожидания. И в это время нужно было чем-то заняться. И наверняка чтобы не заставлять Какузу скучать все эти тягучие минуты, Шо придумала очередную косметическую процедуру для окрашивающегося нукенина. - Какузу! – она вскочила с кресла, отчего Улькиси поразилась, откуда же у красноволосой такая энергия прет, когда они минут с сорок точно на ногах создавали волшебство преображения у пришельца на голове. – А еще, чтобы ты выглядел совсем модным, тебе нужно… - она внимательно прищурилась и оценивающим взглядом прошагала по лицу пушистика. – Сделать макияж! От услышанного у Лайф челюсть плавно сползла на пол, у Улькиси задергался глаз, у Нару задергалась губа, а у Анко задергался кунай, которым она мысленно пообещала прибить Шоичи, если она и в это действо попытается их впрячь. Лайф же подумала о том, что даже она предпочитает не краситься, хотя она девушка и ей, как говорится, по рангу положено, а потому зачем Шоичи понадобилось красить Какузу, было абсолютно непонятно. Аккуратно поднявшись, девушка быстрыми шагами подошла к заделавшейся главным стилистом Шо и, извинившись улыбкой до ушей перед подопытным ниндзя, оттащила ту в сторону, оторавшись на всякий случай от Какузу еще словами: - Э-э-э… мы за косметикой сбегаем! Впрочем, Какузу наверняка с первых слов понял, что где-то в речи Шо зашифровано слово «бесплатно», потому только бодренько закивал и уселся расслабляться, облокотив голову на недавний предмет своего заключения – батарею. А Лайф, трепетно сжимая локоть Шо до появления синяка, грозно уставилась на нее. - Ты чего, совсем?! – вопрос был риторический, ибо Лайф для себя уже все решила насчет психического состояния Рицки. Красноволосая в ответ поежилась и попыталась вывернуться из цепких конечностей Лайф. - А-а-а… а что я?! – Шо отрицательно замотала головой, показывая, что если она что-то и делает, то точно во благо русскому народу и части анимешного в лице Анко. – Ну надо же его занять чем-нибудь! – красноволосая, наконец, нашла нужные слова в свою защиту. Лайф уперла руки в бока, оставив Шо и покое и предоставив ей немного времени для потирания сдавленного плеча. - Да-да, макияжем? – после сказанного русая выразительно покрутила пальцем у виска, на что Шо подозрительно скосилась и обиженно надулась. - Можно подумать, у тебя есть идеи получше! – ответила она и, выдвинув губу в обиженное положение, отвернулась. Лайф на секунду задумалась. У нее-то хватало предложений по поводу того, как занять свободное время Какузу и при этом не пострадать самим. Например, снова станцевать ему танец в паранджах или же разыграть веселую сценку «Колледж в шоке или Неожиданно к нам приперлись нарутовцы». Но эти идеи после недлительного анализа были признаны такими же идиотскими, как и планы Шоичи сделать Какузу макияж. Хотя, нет, макияж для Какузу – это перегибало все доступные палки… - Но не красить же его! – выпалила Лайф, сохраняя позиции лидера. - Ну, раз ничего лучше предложить ты не можешь, будем действовать по моей схеме! – Шоичи деловито приняла позу чайника, показывая тем самым, кто здесь капитан. Лайф ответила парой хлопков век и удивленным выражением лица. - Я пошла! – объявила Шо и, круто развернувшись на пятках, оставила русую за спиной. - Та-ак, подожди-ка! – теперь рука Лайф образовывала синяк уже на другом локте красноволосой. – Только не говори, что ты это делаешь из-за того, что… Шо перебила ее очень решительным кивком. Теперь-то Лайф поняла, в чем же дело, зачем такое стремление во что бы то ни стало размалевать Какузу… Шоичи как юному парикмахеру предстояло выполнить домашнее задание: сделать стрижку, покраску и макияж кому-нибудь. Сначала на это все была героически согласна Рицка, готовая ради удачного окончания курсов для подруги стать и коротко стриженной, и разноцветной. Против макияжа она ничего не имела, зная художественные способности Шоичи и не сомневаясь, что та все свое мастерство вложит в покраску глаз тенями и губ – блеском. Но сейчас Рицка была далеко вне зоны доступа, и вряд ли в ближайшие пару дней она была бы так же согласна на издевательства над своими волосами, как раньше. Это будет огромной удачей, если законная владелица комнаты не прибьет тех, кто сейчас окучивал Какузу, за способы, ними избранные (хотя куда большая удача уже произошла – добровольно согласился на окучивание и не прибил их сам Какузу). Потому, наверное, решение Шоичи совместить полезное с отвязыванием мохнатого нукенина было достаточно логично. Лайф, в голове живо желая, чтобы на место для размножения мыслей Шо свалилось что-нибудь тяжелое, неохотно кивнула в знак согласия помогать. Красноволосая в ответ ее разве что не расцеловала. - Мы косметику не взяли, - отмахивалась от страстных объятий юной парикмахерши Лайф, уже донельзя обозванная всеми уменьшительно-ласкательными прозвищами мира. - Понял! – Шо отстала наконец от девушки и, захватив пухленькую косметичку обитательницы комнаты, направилась обратно к Какузу, который уже излежал затылком всю батарею. - Вы пойдете со мной выручать девчонок! – вряд ли кто-нибудь захотел бы сейчас возразить Рицке, которая взглядом устраивала маленькую сталеплавильную печь для Сая и Гаары. Наверное, именно поэтому красноволосый и черноволосый только синхронно кивнули, боясь даже отвести взгляд от их нового начальника. Увидев утвердительный ответ, Рицка развернулась и принялась собираться, засовывая за пояс все, что сошло бы в качестве оружия. В вооружение пшеничноволосой в итоге попали парочка вилок (ножи Лу предусмотрительно спрятала, чтобы дело не закончилось человеческими жертвами), заточенный карандаш, несколько ручек и даже степлер (зачем степлер, для остальных так и осталось загадкой, но Риц явно придумала ему какое-то особое назначение). Засовывая последнюю принадлежность за пояс, девушка смерила взглядом своих помощников, которые так и продолжали на нее смотреть, не моргая. - Эй, а может, хоть какой-то план придумаете? – доброжелательно предложила Луси, глядя на абсолютную неорганизованность и отсутствие командной работы в формирующемся составе выручания команды Шоичи. - Какой план? – Риц, наконец, запихала за пояс все свои примочки и внимательно уставилась на советчицу. - План спасения, - пожал плечами Хаку вместо хозяйки комнаты. – Потому что ворваться просто так и начать кого-то вытаскивать может быть опасно. - И скорее всего будет! – подтвердила в унисон со своим гостем Лу. - Хмм… - Рицка принялась гипнотизировать стену, как будто там была написана подробная инструкция для действий в таком случае. Через некоторое время, видимо, стена ответила, и девушка снова повернулась к своим подопечным. – Так, Гаара, при входе в комнату сделаешь завесу из песка. - Правильно, - одобрил метатель сенбонов, улыбнувшись, - это позволит дезориентировать противника. - Вообще я думала, что это позволит нам спрятаться, - прокомментировала свое решение пшеничноволосая. – Сай, - обратилась она к художественному воителю, - ты будешь прикрывать меня, пока я буду выталкивать всех за дверь. - Хорошо! – отвесил Сай свою дежурную улыбку. Краткое описание плана было сделано для всех желающих, и после этого Риц приняла позу подготовки к марафонскому забегу к двери своей комнаты. Гаара с Саем приняли обычные стартовые позы, которые, впрочем, ничем не отличались от положения тела Рицки. - И-и-и… - девушка подняла вверх указательный палец, который должен был послужить маяком для подчиненных ниндзя. – Вперед! – девушка махнула рукой, резко рассекая воздух, и в тот же момент все втроем они сорвались с места и рванули в коридор, попутно вышибая дверь. - Итак, Какузу! – Шоичи потрясла толстопузой косметичкой, приняв позу стилиста из Лос-Анжелеса. – Сейчас ты преобразишься! – она взмахнула руками, отчего косметичку пришлось ловить Лайфстрим, как почетному ассистенту. Какузу все это слушал с дежурной улыбкой, ожидая скорее не того, что он преобразится, а что ему сделают очередную бесплатную процедуру, и он надеялся, что процедура эта окажется такой же приятной, как и предыдущие две. Когда Шоичи закончила свое феерическое представление, посвященное новому имиджу нукенина, а Лайф успела раздать кисточки, тени, спонжи, помады, туши и тональные средства остальным девушкам, Какузу кивнул, выражая свое полное и безапелляционное согласие. Красноволосая тотчас же начала орудовать кисточкой, раздавая налево и направо ценные указания. - Какузу, голову выше! – Шо нависла над ним в угрожающей позе и принялась покрывать его лицо пудрой с эффектом загара – благо, такая в косметичке Риц нашлась, хотя Шоичи ни разу не видела, как та ею пользуется. Анко в это время наносила румяна, способ наложения которых ей вкратце объяснила Улькиси, а Нару накладывала на веки базовый оттенок теней. - Теперь подводочку! – красноволосая принялась штриховать Какузу веки, стараясь не попадать при этом карандашом ему в глаз, хотя получалось это с переменным успехом. – Теперь глазки открой! – когда девушка дождалась выполнения своей команды, она принялась линеить уже нижнее веко нукенина, восхищенно приговаривая о его глазах. – Ой, какие они у тебя красивые! Зелененькие! - Тоже мне новость… - хмыкнула Лайф, которой досталось ввиду ее художественных способностей разукрашивание разными оттенками розового верхних век бывшего пушистика. Почему именно розового, Лайф самой было искренне невдомек, но, наверное, это была какая-то имиджмейкерская фишка, ибо на этом настояла Шоичи. Улькиси переключилась с обучения Анко на помаду, которой покрыла губы Какузу в три слоя и для верности закрепила результат бесцветным блеском. Анко же, закончив с румянами, теперь аккуратно обводила работу Улькиси карандашом, так как до покраски они обе это сделать не сообразили. И в заключение на ресницах отступника закрасовались два слоя удлиняющей туши для ресниц. Между тем за дверью комнаты стих абсолютно незаметный топот трех пар ног, а также очень тихие ругательства по этому поводу бабушки-уборщицы тремя этажами ниже. Справа от двери остановился Сай, вытащив на вооружение танто, слева притормозил Гаара, едва сумев справиться с заносом от тяжелой емкости на спине, а перед дверью остановилась Рицка, имитируя стиль журавля. На этом пока спасательная операция прервалась, так как все ожидали сигнала от командира Риц. А командир, так и застыв в позе журавля, приказ отдавать не спешил. - Рицка-сан, - обратился к старшей по званию Сай, и пшеничноволосая начала пытаться припомнить, когда она успела сказать рисовальщику свое имя, - мы начинаем? Рицка уже хотела было кивнуть, но что-то внутри сковало ее шею и заставило замереть, как вкопанной. Единственным логичным объяснением такой резкой смене приоритетов был страх, потому девушка, примирительно улыбнувшись, произнесла: - Э-э-э… мне подготовиться надо. Сай с Гаарой удивленно переглянулись, но виду не подали, что у них в мире шиноби так дела не делаются, особенно если эти дела – спасательные операции. Рицка же покинула позу журавля и приобрела позу боксера, став активно отрабатывать хук справа и апперкот левой. После нескольких минут таких физических упражнений, подкрепляемых смыслодополняющими фразами «Уфф!» и «Ах!», поза Рицки эволюционировала в боевую. - Так, вперед! Рицки Кузю не боятся!– выдала девушка, и Сай с Гаарой синхронно сделали шаг к двери. – Э-э-э… подождите! Парни непонимающе остановились, а Риц выдала довольно громогласно главное наставление: - Кричать не забывайте! Сай перекосил брови, а Гаара за неимением оных просто вылупил глаза в удивлении. Ниндзя издавна учили проделывать свою работу тихо и незаметно, а здесь такое странное наставление от командира… - Так страшнее будет! – пояснила Рицка. Теперь Сай с Гаарой понимающе закивали, хотя последний приказ их все еще коробил. А еще бравые ниндзя очень надеялись, что кулаками их начальница будет махать в комнате так же рьяно, как и здесь при разминке. Три ноги синхронно толкнулись в старте и три плеча мгновенно распахнули дверь…