Параллель.

Через пару недель, к Роберту вернулась память. Они с Томом помирились. Я объяснила, как меня сюда занесло, друзья-изобретатели решили вернуть меня домой. Это было очень долго. У нас с Шрамом тем временем родилась дочка Луиза — невероятно милая девчушка с каштановыми кудрями и синими глазами. Что интересно, слева от пробора у нее была седая прядь шириной в два пальца, впрочем, это не портило ее внешности. После того, как все закончилось, я вернулась в реальный мир. Шрам и ребята ушли вместе со мной. Мои мысли были примерно такими: «Блин, и что мне с ними делать?» За неимением какого-то мало-мальски логичного объяснения, я выложила маман все, как есть. Моя родительница была шокирована тем, что успела стать бабушкой, но еще больше она была рада. КБ поступил в мой техникум, стал моим сокурсником. Наши «дети» поступили на первый курс, собрав целую группу. Они стараются, но у них иногда не выходит. Когда учитель советует попросить помощи мамы, один из них выходит, «крадет» меня с урока, приводит в класс, и все клоны, указывая на меня, спрашивают: — У нее, что ли? И как это нам поможет? Педагог смеется и отпускает меня. Это уже стало обычным делом. Как-то раз на уроке я впала в депрессию. У нас весь день шел один предмет, группа ушла на обед, а мы с Шрамом не обедали и остались в классе. Я взяла красный фломастер и начала рисовать на левой руке шрамы, потом превратила их в раны красной ручкой, «вскрыла» вены и «зашила рану». А после я встала в оконном проеме и… Дальше небольшой провал в памяти. Я вдруг осознаю, что лежу на полу, КБ прижимает меня к полу и отчитывает, а вернувшиеся одногруппники смотрят… нет, пялятся на нас, причем Шрама это, видимо, ни капли не смущало, тогда как я покраснела. — Голубки, — язвительно хихикнула одна из девочек, остальные подхватили и вскоре вся группа открыто насмехалась над нами. Я спрятала лицо в ладонях и расплакалась, так и лежа на полу. Шрам же встал и подошел к той девушке. — Вот надо было тебе прокомментировать, промолчать никак, да? Смотри, до чего ты ее довела! — Шрам угостил ее пощечиной. — Если я еще раз увижу ее слезы, я не стану разбираться, кто виноват — получат все! Ясно? Потом он поднял меня с пола, усадил на стул и сказал: — Сиди смирно. Сейчас все поправим, — с этими словами он стал стирать потекшие тушь и тени с моего лица. Потом достал из моего рюкзака косметичку, взял палетку, тушь и начал поправлять мне макияж. Девушки ошарашено пялились на это действо, а некоторые вздыхали: «Вот бы и мне такого». Сорри, обломитесь! Вскоре мы с Шрамом закончили учебу, официально поженились, а через пару лет у нас родился сын Майкл — шатен с красными глазами. Вот Майку уже пять лет. Неделю назад мы справили его день рождения. Что-то мне не очень хорошо. Пойти прогуляться, что ли?

***

Бэлла вышла на прогулку и не вернулась, оставив Шрама с восьмилетней дочерью и пятилетним сыном на руках. Полиция ее так и не нашла.

*Пять лет спустя*

POV Шрама

К нам в двери кто-то стучится. Интересно, кто это. Я пошел открывать двери. На пороге стояла женщина, примерно моя ровесница. Я ошарашено на нее посмотрел и спросил: — Вы откуда? К моему удивлению, она выдала мне фирменный ответ Белой на подобный вопрос: — Из Сониной проекции! Женщина отбросила с лица волосы и я мгновенно узнал в ней любимую. Недолго думая, я стиснул ее в своих объятиях. Я не зря верил в то, что она вернется! — Где ты пропадала? — спросил я, наливая ей чай. — Девчата поиграть решили. Хотели меня в Детройт засунуть. Пришлось обломать их и напомнить, кто тут главный, чтоб не зарывались. Тут в кухню вбежала Луиза, а за ней Майкл. — Пап, а кто эта тетя? — спросили они хором. — Это мама, — улыбнулся я.