Королева Карасуно

***

      То ли так удачно, то ли наоборот — неудачно в небольшую комнату без стука прошел Рин и начал смеяться во всю с необычной картины перед глазами.       — Ну хватит, — сказал как-то безнадежно Коши, понимая как его щеки краснели.       — Вижу, ты развлекаешься, — в ответ пропел юноша, даже не собираясь прекращать смеяться.       Обычный гардероб Сугавары до сего дня составляли потертые бывшие рубахи и штанины отца, иногда, когда погода холодала — куртка из грубой ткани для мешков, климат в этих краях был довольно теплым и зима проходила мягко. Юноша был озадачен, когда увидел то, во что ему было велено облачиться, потому что даже придумать не мог как это на себя натянуть. К слову, Коши ожидал, что его новая одежда будет схожа с вещами Рина — свободные штанины и такая же рубаха, но увидав что-то смутно напоминавшее платье, у него что-то в душе ухнуло вниз, деваться было некуда.       — Ты чего робеешь, тебе очень идет эта туника, — на полном серьезе отвесил комплимент Рин.       Наклонив голову в бок, он с легкой улыбкой наблюдал за краснеющим от такого пристального взгляда Коши. На нем была черного цвета туника длиной чуть выше колен, так что заправить ее в такие же черные штаны не было возможности, с высоким воротом, скрывающим ошейник, обделанном рюшами, что немного царапали кожу шеи.       — Куда нужно идти теперь?       — Вниз, — односложно ответил Рин, тут же развернувшись на одной ноге, и добавил перед выходом, — и обувь не забудь, ты ведь не Золушка.       Коши только успел вопросительно вскинуть брови. Он попытался вспомнить, где же слышал это слово «золушка», но в конце концов решил, что Рин его как-то обозвал.       — Это даже слишком, — тихо прошептал юноша в одиночестве, смотря на красивую обувь, напоминающую по форме туфли и ботинки одновременно. Обувь он менял, к сожалению, редко и потому у него на ногах всегда были мозоли от натирания.       За свое не такое уж и долгое пребывание в этом помещении, Сугавара впервые стоял так близко к двери, неуверенно выглядывая в коридор, который пустовал. Дверь открылась шире, выпуская юношу. Коши оглянулся на шум по правую сторону от него, там была лестница и шум доносился откуда-то снизу. Он любопытным взглядом обвел окно по левую сторону, откуда вырисовывалась такая-же картину как и из окна комнаты, в которой он был.       — Получается, я был в самой крайней.       Неуверенным шагом Коши дошел до края стены, где дальше ее сменяли ограждающие перила и вид на первый этаж. Было много людей, снующих туда-сюда, и явно все они были чем-то заняты, среди них был Иттецу, указывая на какие-то ошибки. Не прошло и пяти минут, все затихло, что заставило юношу стать немного смелее и спуститься на нижний этаж, и теперь не только окружающие стали видны Коши, но и он им.       — Ты чего опаздываешь! — Вскрикнул статный мужчина с уставшим выражением лица. — Быстро в строй, сука!       Последнее слово сильно ударило по самолюбию, но Сугавара и не ожидал лучшего отношения к нему отныне. Без лишних слов он последовал за указательным пальцем мужчины, что тыкал в конец ряда, состоящего из сидящих на коленях девушек-сук. Он сел рядом, из-под заросшей челки стараясь отыскать в помещении знакомые лица, и нашел, но слишком далеко, чтобы дозваться незамеченным этим грубым мужчиной, который теперь начал считать, начиная с Сугавары.       — По приказу короля эти восемь сук отправляются в королевский замок, ваше высочество, — с ухмылкой мужчина обратился к Иттецу, облачённому во все черное, как и все присутствующие, и наигранно осекся, — точнее маркиз Укай-Такеда, — и последнее было сказано с таким ядом.       Коши не понимал, что происходило и поэтому все более желал привлечь внимание Такеды, который, к огромному сожалению, стоял к нему спиной, что была напряжена до предела.       — И зачем же королевской семье мои воспитанники? — Ответ Иттецу ни чем не уступал своей ядовитостью. — Насколько помнится, в моей бывшей, — он очень ярко подчеркнул это слово, словно красными чернилами, — Семье предпочитают отдавать своих детей, рожденных суками, в соседний «королевский» дом для сук, и уж потом их забирать к себе как обученных сук. Это ведь так удобно. Спрошу еще раз: зачем королевской семье мои воспитанники?       Взгляд мужчины изменился, стал агрессивнее, и это почувствовали все, Сугавара в том числе. Тело словно придавило к полу, юноша согнулся, не в силах свободно вздохнуть, шею сдавливало слишком сильно, словно за ошейник резко потянули вверх, когда невиданная сила притяжения тянула вниз. Коши, еле открыв один глаз, узрел, что такое происходило не с ним одним — со всеми суками в этом помещении, и даже Такеда сидел на коленях, силясь не согнуться перед этим мерзким мужчиной, который смеялся от чужого бессилия.       — Довольно. — Это одно единственное слово, сказанное так властно, дало свободу сукам. Коши первым делом отдышался и уж потом почувствовал, что тело полностью оцепенело от неизвестного страха. Он и раньше знал о «силе» хозяев, позволяющей управлять и так слабыми суками как пожелается, суки буквально становились безвольными куклами.       — «Не удивительно, что вся власть у хозяев», — иронично подметил юноша.       — Маркиз Укай, — приветливо сказал мужчина, незаметно пихнув коленом поднимавшегося с пола Такеду, и в ту же секунду получил концом трости по челюсти.       — Давай руку, милый. — Сугавара хоть и обездвижен, но все равно дрожал от страха, сила этого хозяина была по истине поразительно великой, хотя теплый тон, с которым мужчина сказал эти слова, был еще более удивителен.       — Спасибо, — тихо и обессиленно выдохнул Иттецу. — Поумерь свой пыл, девочки еле держатся, чтобы не упасть в обморок.       Тело расслабилось, и когда Коши поднялся, чтобы взглянуть на Такеду, увидел лишь уходящую спину мужчины с завязанными в невысокий хвост волосами цвета соломы и мирно лежащего на его руках Такеду с уставшим и нездоровым видом.       — «Возможно, я должен промолчать и без слов попрощаться», — с грустью осознал Коши, сжимая губы сильно, — «Возможно, все так и должно было быть».       — Маркиз Укай необычайно груб, но все же понимает, что нельзя перечить королевским приказам. — Самодовольная улыбка мерзкого мужчины окрасилась в красный из-за выбитого зуба. — Поймите сучки, вас продали в служение королевской семье, радуйтесь этому, иначе через несколько месяцев вас бы имели в ближайшем публичном доме. Встали, шагом за мой.       Сугавара встал и как оказалось, он был в голове небольшой колоны, и ничего не оставалось, кроме как следовать за этим типом. Хотя на мгновение Коши вроде заметил взволнованный взгляд Рина, полный паники и шока.       — «Показалось».

***

      Ютиться с остальными в небольшой повозке не пришлось долго, менее двух часов поездки, по крайней мере Коши так думал, и их выволокли как какой-то скот, тут же вгоняя в узкую дверь одной из башен замка.       — «Что происходит?»       Их восьмерых вели по лестнице, идущей вниз, Коши как-то случайно дотронулся до стены — каменные стены были важными.       — «Нас ведут в темницу», — сам себе ответил Суга, от страха дыша через раз.       На ошибку Коши, они все пришли к так называемым душевым слуг королевской семьи, и юноша услышал несколько облегченных выдохов позади себя, себе он не мог позволить такой роскоши, его тревожила некоторая неоднозначность своего положения.       — Как бы я не хотел этого признавать, но экс-принц Иттецу должен был хорошо вас обучить и подготовить даже лучше тех сук, которые из «королевского» дома, — нехотя озвучил свои мысли мужчина, чья щека, по которой пришелся удар опухла. — На этом я с вами прощаюсь. Тачибана, — на имя откликнулся высокий широкоплечий юноша, который вышел из-за угла, немного пугая этим некоторых сук. — Теперь это твоя забота.       Мужчина быстро удалился, словно не хотел больше иметь дел ни с суками, ни с королевской семьей, ни, в особенности, с маркизом Укай и его «мужем». С его уходом некоторое давление тоже испарилось, а на смену ему пришла настороженность.       — Думаю, мне нужно немного прояснить вам сложившуюся ситуацию, — с мягкой улыбкой сказал юноша, Суге он отдаленно напоминал Асахи с его добрыми глазами великана. — Зовите меня Тачибана и я отныне ваш наставник. У нас будет еще время познакомиться, а теперь вам нужно отмыться и переодеться.       От этих слов Коши выпал полностью и навсегда. Тачибана указал на дверь, и девушки-суки без слов туда направились, к радости юноши-суки, с другого конца колонны, а когда пришла его очередь зайти, он остановился рядом с учтивым парнем.       — У меня вопрос, — испуганно сказал Коши писклявым голосом. Он был чертовски напряжен.       — Слушаю, — также мягко оповестил юноша.       Сугавара невольно поднял на него свой взор и на время утонул в таких тягучих зеленых глазах напротив и нежной улыбке, что грела что-то внутри — душу Коши.       — Ну, — юноша набрался смелости и высказал то, о чем возможно уже знали, — я парень.       Наверное Сугаваре показалось или же нет, но на лице Татибаны читалось удивление и неверие в его слова. Темный коридор залился громким смехом.       — Как такая милая девушка может лгать и быть настолько наглой? — Тачибана легким движением убрал за ухо отросшую челку юноши, проводя тыльной стороной ладони по-детски розовой щеке.       Звон в ушах, запоздалая острая жгучая боль на правой стороне лица. Сугавара открыл рефлекторно зажмуренные сильно глаза, поворачивая взор обратно на юношу. Они встретились взглядами, и Коши уже не видел той напускной доброты и великодушия, теперь же зеленые глаза напоминали болото. Тачибана дал ему пощечину и видимо со всей силы, раз в ушах юноши до сих пор звенело.       — Суки такие лживые, живо пошла отмывать всю свою грязь.       Абстрагироваться от реальности — это было единственное, что мозг Сугавары придумал на данный момент, защищая тем самым своего хозяина, ну или мозг был хозяином Коши, не факт.       Медленно пройдя в общую купальню, юноша только и мог начать раздеваться, уткнувшись в стену. Собственно, судя по тому, что было тихо, лишь вода шумела, можно было сделать вывод, никто из девушке-сук даже не шелохнулся лишний раз.       — «Они суки с рождения. Их с самого детства учили подчиняться», — размышлял Коши, как-то уже и забыв, где он, кто он. — «Не могу сказать, что отличаюсь от них. Ведь так?» — В голове вдруг всплыл Такеда с его заботой и поддержкой. — «Но он то принц, хоть и бывший, а я кто? Совершенно никто».