«В этом саду пышно цветет одиночество и повсюду шипы.»

      Я просто я валялся в кровати, размышляя о... Да ни о чем конкретном я и не думал. Просто как-то сложно стало жить, и все мелочи вдруг собрались в одну большую проблему, которая не давала мне уснуть, заставляя ворочаться в кровати. Вот если бы сейчас мне протянули стаканчик виски, я бы с удовольствием не спеша распил его позволил себе расслабиться, проваливаясь в сон. Но, виски не было, и сна не было, а приглушенные голоса, доносящиеся с кухни, только больше раздражали меня. Черт побери, почему так громко?!        Я снова закрыл глаза, мечтая провалиться в сон, но моего слуха донесся грохот посуды. Да они что, издеваются?! Приняв сидячее положение, я раздраженно выдохнул, потирая лицо ладонями. Потянувшись за телефоном, я хмуро взглянул на дисплей, проверяя время. Уже давно за полночь, какого черта они развели оркестр из кастрюль?        Минутное затишье, и я уже решил, что можно снова попытать счастья во сне, но не тут то было. Кажется, какой-то криворукий осел уронил на кафель металлическую крышку. Не знаю, что раздражало меня больше: шум, который они навели, или приглушенные маты и истерический смех. Ирэн не спит?!        Коснувшись прохладного пола босыми ногами, я решил разогнать безобразие, которое мешает мне спать, и заодно проверить, что происходит. Идя на звуки, свидетельствующие о том, что кому-то очень весело, я оказался на кухне, где обнаружил преступников, шумящих на весь Сеул. Чонгук продолжал тихо материться, складывая рассыпавшиеся кастрюли, но при этом выглядел довольным, мило улыбаясь и поглядывая в сторону Ирэн, которая посмеивалась над ним, перегнувшись через барную стойку, чтобы лучше видеть парня, который присел на пол.        Облокотившись плечом о дверной проем, я оставался незаметным для парочки, так увлеченной общением друг с другом. Чонгук поднялся с пола, и, широко улыбаясь, посмотрел в сторону девушки, которой все, похоже, было очень весело. Он подошел ближе, облокачиваясь на барную стойку с другой стороны, так что они оказались совсем близко друг к другу, обсуждая что-то с ярым энтузиазмом. Черт побери, о чем можно разговаривать в такой час с такими ухмылками?       Так значит, Кан Ирэн? И когда же Чонгук так тесно начал общаться с девушками? Тем более с Ирэн... Никогда не замечал подобной близости между ними, я что-то пропустил?        Ирэн снова засмеялась, ударяя Гука по руке, и он заулыбался еще шире, рассматривая ее так... не как обычно. Он смотрел на нее совсем не как на арендодателя или друга, он смотрел на нее, как на девушку, которая... Твою матушку, быть не может!        Меня раздражало то, что они все еще не заметили меня, будучи слишком увлеченными своей полуночной беседой, которая больше походила на свидание, но были в этом и плюсы, ведь я мог продолжать наблюдать за ними.       Прожигая их взглядом, я крепко сжимал челюсти, сходя с ума от гнева. А что я? Я злился я кипел от злости и раздражения. Как она может так улыбаться ему и таким томным шепотом отвечать на какие-то глупости, которые он ей говорит? Как некстати задралась её юбка и открывала мне вид на те самые трусики, которые не давали мне покоя... Почему она до сих пор не переоделась? И почему этот мелкий только в коротких шортах и майке, ночью? На дворе все-таки еще не лето, да и по ночам немного прохладнее, чем днем... Чонгук всегда был теплолюбивым растением, так, какого, спрашивается, черта, он напялил облегающую майку? Ответ может быть только один, и он очень мне не нравился...        Мин Юнги, с тобой точно что-то не так... мне срочно нужна сцена... либо секс. Горячий такой, несдержанный секс. Снова взглянув на стройные ножки Ирэн, я понял, что второй вариант более привлекателен в этот момент, к тому же вполне исполним.       Если она перестанет так пялиться на руки Гука, которому, кажется, это нравится. Как же бесит.       Я слышал их перешептывание, прекрасно слышал. Этот мелкий засранец, что он себе позволяет? Как он только посмел коснуться ее руки, которой она только что несильно ударила его в плечо?! Руку убери, придурок, я тебя сейчас...!       Мои нервы не выдержали и я направился к ним, наконец-то, выходя из тени. они все еще были увлечены собой, так что не обратили на меня внимания. Что за черт? Громко отодвинув стул рядом с Ирэн, я развалился на нем, осматривая их с неким отвращением и осуждением. И как часто она с ним на свиданки бегает? Утром мне мозги пудрила, вечером ему... Я думал, она правильная, а она та еще стерва. — Чонгук, как тебе наша хозяйка? - спросил я, нагло глядя прямо в глаза младшему. Он непонимающе моргнул пару раз и уставился на меня так же как и Ирэн, которая так и не убрала свою руку подальше от его. Может, поэтому я продолжил? —Я спрашиваю, она так же хороша в постели, как хороша ее внешность? - да, я перегнул, это было очень грубо, и я не должен был этого говорить. На сколько я знаю, у Чонгука еще не было женщин, а вот что касается Ирэн... понятия не имею, побывало ли между ее ног много народу, или еще никто. Хотя, кто знает, может они уже и перепихнулись пару раз, и эти подозрения закрадываются в мою голову не просто так, это видно по его тупой улыбке в ее сторону. Он так довольно лыбится, глядя ей прямо в глаза, а она не отрывает своих глаз от его. Что это еще за гляделки? Не видно, что я тут, и что я закипаю?! — О чем ты, хён? - Чонгук перевел на меня хмурый взгляд, когда я пощелкал пальцами перед его лицом. Ирэн тоже окинула меня не самым дружелюбным взглядом и горько усмехнулась. Смешно ей? Конечно смешно, она же не слепая, видит, что со мной происходит. А вот мне нихуя не смешно. Я хочу прибить Гука, а ее наказать так, что она месяц не сможет ходить, вспоминая мое имя недобрым словом. — Вам, наверное, нужно поговорить... - проговорил Гук, прекращая улыбаться, и бросив на Ирэн настороженный взгляд. Наконец-то, эта тупая ухмылка стерлась с его лица! - Я пошёл - он встал из стола и покинул пределы комнаты. Да, Чонгук нам нужно поговорить, ещё как.       Она вопросительно смотрела на меня, не произнося ни слова. Как, блять, можно так бесстыже смотреть на меня, хотя только что, чуть ли не лизалась с другим?! Как можно смотреть на меня так, что я начинаю злиться еще больше, и еще больше хочу ее?! Несмотря на жуткую злость, я хочу ее.       Резко вскочив со стула, я оказался совсем близко к ней, продолжая испепелять ее взглядом. Она несколько раз непонимающе моргнула, и мне стало понятно, как сильно она напряглась, глядя в мои глаза. Неужели, она увидели, сколько похоти в моем взгляде? Она не видела этого раньше? Или она просто играла со мной все это время, а сама не такая уж и невинная, какой я считал ее?       Схватив ее нежную руку, я потянул девушку на себя и она подалась вперед, чтобы оказаться скованной в моих руках, обвившихся вокруг ее талии. Так близко... Прижав её к себе настолько близко, что каждый вздох я ощущал на себе, я не знал, что делать. Мне хотелось убежать подальше и сделать вид, что ничего не было, и мне хотелось взять ее прямо здесь... Прямо здесь и сию минуту.       Она будто завороженная смотрит на мои губы и кусает свои, вызывая неистовое желание в моей груди самому искусать эти губы. До крови, до боли, до ее болезненных всхлипов, смешанных со стонами удовольствия. Она так тяжело дышит, пялясь на мои губы и не сопротивляется, чертовка.       Выбор сделан, пути назад нет. Она не отталкивает меня, а я не собираюсь отпускать, раз уже мы сюда дошли. Я столько времени представлял, как коснусь ее, а сейчас я могу просунуть руку под ее прямую юбку, задирая её до талии. Касаюсь ладонью ее ягодицы, все еще выжидающе наблюдая за ее реакцией, но она молчит, глядя в мои глаза, не отталкивает и не протестует. Что с ней не так?       Легкий шлепок по упругой попке, я снова спрашиваю разрешения, хотя сам не знаю зачем. Я никогда не давал так много шансов остановить меня и уйти. Меня никогда не интересовало согласие моей "жертвы", но как бы я не хотел Ирэн, я не мог сделать это против ее силы, хотя так смело распинался об этом в своей голове всего две минуты назад. Девушка прикрывает веки, поверхностно вздыхая, и слегка кивает, давая мне зелёный свет. Сильнее сжимаю ягодицу в руках и слышу краткий стон, который напрочь срывает мне крышу. Этот стон... мне нужно больше, намного больше. Мне нужны ее крики, она сорвет свой прелестный голосок, умоляя меня остановиться, а я не остановлюсь, потому что я зол, потому что я в бешенстве, потому что я слишком долго сдерживался.       Дальше произошло то, чего я никак не ожидал: я опустился перед ней на колени. Никогда в жизни я не стоял ни перед кем на коленях, стояли передо мной. Я смотрел на шлюх, удовлетворяющих меня своими шлюшными ртами свысока, думая о том, что я никогда не окажусь на их месте. Но вот, я сам опустился на колени перед девушкой, которая бесит меня с каждой секундой все больше и больше. Я даже не целовал ее ни разу, а теперь стою на коленях, касаясь губами ее аппетитной попки, и слышу благодарный выдох. Мин Юнги, ты сошел с ума... три привлекательных родинки, расположившиеся в ряд на ее сочной ягодице, умоляют меня поцеловать их, и я не в силах отказать, оставляя на коже еще несколько нежных поцелуев, которые тут же сменились более жестким проявлением моего желания.       Ухватив зубами мягкую кожу, я крепко держал ее бедра на месте, пока сама Ирэн тяжело дышала, кусая губы и хватаясь пальчиками за края столешницы. Глупышка, это еще даже не начало... втянув ее кожу в рот, начинаю посасывать, тут же получая сладостный стон, сорвавшийся с ее губ. Я не понял как, мои руки подхватили её под бёдра, усаживая на столешницу. Я все еще был на коленях, и нас обоих это устраивало. Тебя же это устраивает, да,Ирэн? Устраивает, я вижу это по ее затуманенному взгляду, немного шокированному из-за того, что я раздвигаю ее ноги, все еще глядя на Ирэн снизу верх. Словно в бреду, я отодвигаю край ее трусиков и мои губы накрывают её влажную промежность. Моя хорошая, так ты тоже хочешь меня? Ухмыльнувшись данному факту, я оставил на ее половых губах легкий поцелуй, который отдаётся достаточно громким стоном со стороны моей «жертвы». Что со мной происходит? Я хотел отыметь её грубо за посиделки с мелким, но сейчас стою на коленях перед ней и делаю ей куни... я впервые занимаюсь таким, и не думал вообще, что когда-нибудь буду делать его.       Да, никогда не думал, что опущусь до такого, но сейчас смело веду языком по ее промежности, размазывая ее соки по всему его пути, а дойдя до анального отверстия, разворачиваюсь обратно. Ирэн стонет. Эта девчонка в открытую стонет, выгибаясь в спине, и путая свои пальчики в моих волосах. Я плевал, что нас кто-нибудь может услышать, мы плевали на то, что нас кто-то может услышать. Пусть слышат. Пусть все слышат, как ей хорошо. Ее стоны только распаляют мое желание приносить ей удовольствие, я ласкаю языком ее клитор, посасываю этот чувствительный бугорок и не сильно прикусываю, а она стонет. Я сейчас сойду с ума от ее стонов.        Пощадив ее, я проталкиваюсь языком в ее дырочку, и Ирэн нахально закидывает свои ноги на мои плечи, притягивая ближе, заставляя толкаться глубже, а я ухмыляюсь, стараясь выполнять ее немые просьбы, все сильнее сжимая пальцами ее бедра. Мой темп увеличивается, я старательно вылизываю ее изнутри, умирая от ее стонов. В штанах невероятно тесно, мозг совсем не соображает, в голове только картинки того, как я жестко беру ее на этой столешнице, вытрахивая из нее все мысли о других парнях, всю дурь. Я отчетливо вижу, как врываюсь в ее тело, и как она выгибается, но еще не время. Я могу потерпеть пульсирующую боль в члене еще немного, лишь бы ей было хорошо. Лишь бы она поняла, что ей ни с кем не будет так хорошо, как со мной.       Она сильнее сжимает мой язык изнутри, и я понимаю, что хорошо постарался, а она почти полностью ложится на стол, раздвигая ноги максимально широко, моя умничка. Она стонет мое имя, и я завожусь сильнее и сильнее с каждым новым стоном, хотя, куда уже сильнее? Она просит остановиться, задыхается, говоря это, но я не для этого начал все, чтобы останавливаться. Ее трясет. Это прекрасно, потому что она тяжело дышит, кусая губы, блаженно прикрывает глаза и восхитительно стонет, пока ее тело берется судорогой. По моей вине. Она испытала такой яркий оргазм, свидетельством которого стал высокий мелодичный стон, который громким звуком покинул ее уста, из-за меня. Я облизываю губы, ощущая ее солоноватый вкус, и от этого мне совсем не мерзко, наоборот заводит.        Она еще не пришла в себя, а я снова касаюсь ее клитора средним пальцем, поднимаясь с колен, чтобы наконец-то ощутить вкус ее губ. Мы так и не поцеловались. Она дергается, умоляя меня остановиться, и отворачивается, не видя, что я хотел поцеловать ее, но дает возможность коснуться губами ее шеи. Пусть так, нам ведь некуда спешить, да? Я массировал ее самое чувствительное место, оставляя поцелуи на ее шее, подумав о том, что ее милая кофточка здесь совсем лишняя. Продолжая целовать ее кожу, я легко стянул с нее эту вещь, отбрасывая подальше. Она снова стонет, хватаясь пальцами за мои плечи, и тянет ближе к себе. Ее тяжелое дыхание не успокаивает меня, даже наоборот, а пульсация в штанах просто невероятна... Как же сильно я хочу тебя, Кан Ирэн...       Она замирает под моими руками, глядя куда-то в сторону, и мне приходится отстраниться, чтобы проверить что же такого заставило ее слегка оттолкнуть меня. Я непонимающе смотрю на Гука, стоящего в дверях с открытым ртом. Черт побери, какого черта он так смотрит на нее? Почему он смотрит так, словно сам хочет разложить ее на этом столе и... я не должен об этом думать. Разве, он не понимает, что помешал?       Кажется, он не чувствует себя лишним, пуская слюни. Глядя на его стояк, я понимаю, что он давненько стоит здесь... совсем нет совести? — Гуки... - томно вздыхает Ирэн, заставляя неприятным мурашкам пробежаться по моей спине. Еще минуту назад она выдыхала мое имя именно так, а теперь... - Не хочешь, присоединиться? - я перевел на нее шокированный взгляд, сгорая от возмущения. Какого черта, блять? Что она несет? Присоединиться?! Разве ей мало его? Разве он не довел ее до умопомрачительного оргазма только языком? Она даже не позволила поцеловать себя, а теперь зовет Гука присоединиться?       Он только открыл рот, чтобы возразить, когда девушка посмотрела на него, соблазнительно закусывая губу. - Ты не против, Юнги? - Блять, как она может так смотреть на него, произнося его имя так, что член просто рвется из штанов?! Она поднимает свою ручку, касаясь моей шеи и ведет вниз к животу, а после легко касается моего возбуждения, заставляя сильно сжать зубы, зажмуриваясь. Ее губы касаются моих, и я сдаюсь, пуская ее шаловливый язык в мой рот. Блять, она просто вьет из меня веревки. - Иди лишаться девственности, Гуки - не поворачиваясь в сторону Чона, зову я, понимая, что мне похуй, сколько нас будет, похуй кто это будет, главное, чтобы моей Ирэн было хорошо. Если она хочет Гука, я не буду препятствовать, я просто хочу слышать ее стоны снова. Я смотрел в ее черные от желания глаза, и не мог здраво мыслить. Есть только она и наше желание, ничего больше. Она поработила меня, и я готов сделать все, что она захочет. Все, о чем она попросит меня, так соблазнительно выдыхая "Юнги" —Тебе понравится.       Чонгук нервно сглотнул, и, немного колебаясь, пошел к нам шёл к нам. Он не сводил с нее похотливого взгляда, как и я, снова припав губами к ее тонкой шее. Подхватив девушку под поясницу, я поднял ее на руки, заставив обхватить меня руками и ногами. Моя лапочка, смотрит на меня с таким желанием, и не понимает, куда я собрался, но я не намерен оставаться в комнате без дверей, направляясь в ванную. Если с Чонгуком я готов поделиться ею, то с другими ни за что!       Усадив Ирэн на широкую стиральную машину и раздвинув её ноги пошире я отошел в сторону, ожидая, пока Гук подойдёт ближе. Сегодня я сам не свой, и именно сегодня, я позволю ему быть первым. Чонгук все еще девственник, из-за своей глупой боязни девушек, но, судя по его взгляду, судя по оттопыренным шортам и тому, как восхищенно он смотрит на разгоряченную Ирэн, сегодня это изменится.       Он смотрел на её уже мокрую киску и возбуждался сильнее, шумно сглатывая, но ничего не делал, заставляя мою девочку разочарованно смотреть на его нерешительность. Я не выдержал и подошел к нему сзади, чтобы, взяв его руку провести неопытными пальцами по ее пылающей желанием промежности. Ирэн заметно напряглась, Чонгук томно вздохнул, становясь смелее в своих движениях. Девушка снова стонала, кусая губы, Чонгук пошло облизывался, глядя на ее лицо, пока я просто стоял в стороне. Протянув руку, я устроил ее поверх штанов Чона, начиная поглаживать его член. Парень подавился воздухом, активнее двигаясь пальцами в Ирэн, а она застонала, цепляясь ладошками за его плечи и гипнотизируя томным взглядом. Чонгук застонал, глядя на такую раскрепощенную девушку, которая гладила его руки, грудь, живот, и продолжала кусать губы, не обращая на меня никакого внимания. Ладно. пусть так, я никуда не спешу, пусть Гук приносит ей удовольствие, а потом это сделаю я.       Я понимал, что Чон - неопытен, но меня очень раздражало то, что он ничего не делает, поэтому я тупо спустил его шорты, и ухватился руками за его до чертиков возбуждённый член. Хриплые стоны мелкого заполнили тесную ванную вперемешку с мелодичными стонами Ирэн. Она стонала из-за него, она хотела его, она цеплялась за него, как за спасательный круг, и меня это напрягало. Мне это очень не нравилось, особенно, когда этот придурок, самостоятельно двигая бёдрами к моим сжимающем его член пальцам, припал губами к ее губам, утягивая в мокрый, страстный и пошлый поцелуй.        Ну нееет, так не пойдет. Что бы там не говорил о том, что позволю ей все, чего она захочет, я передумал. Передумал в тот самый момент, когда понял, как ей хорошо. Не со мной.        Чонгук все глубже целовал Ирэн, сминая ее грудь, и она застонала в его губы, сильнее зажмуриваясь. Господи, что я наделал? Всего мгновение, и Чонгук готов лишиться нахер своей девственности, он пристраивается в узкому отверстию девушки, которая сгорает от нетерпения ощутить его в себе, но, видно, не судьба им обоим получить то, чего она так хотят.        Грубо схватив друга за плечо, я легко оттащил его от девушки, заставляя самостоятельно отойти на пару шагов, и непонимающе посмотреть на меня. Пусть смотрит, сколько влезет, я не поменяю своего решения. —Прости, Гуки, ты должен ещё поучиться, так что, не сегодня...       В ответ молчание, обиделся? Плевать.        Повернувшись в сторону недовольной девушки, я подхожу впритык, властно глядя в ее затуманенные глаза. Из-за этой стервы, которая так сильно желала Чонгука, совершенно забыв обо мне, вся нежность во мне просто растворилась. Если она готова прыгать на каждом, я должен объяснить ей, что так дела не делаются, а даже если не получится, я стану первым, на ком она попрыгает сегодня. И завтра. И каждый божий день, пока ее мозги не станут на место, или пока мне не надоест. А мне не надоест.       Я из тебя всю дурь выбью. Нет, лучше, я из тебя ее вытрахаю, и вытрахаю так, что ты даже думать перестанешь о каком-то Чонгуке, даже не посмотришь в его сторону. Ни в чью сторону не посмотришь, сука.       Она заметно напряглась, словно прочитала все мои мысли или словно я произнес свою угрозу вслух. Даже если так, тем лучше. Чем лучше она поймет меня, тем проще, и тем веселее. Уловив мой настрой Ирэн даже попыталась выбраться, слабо стараясь оттолкнуть меня, но мои ладони, сомкнувшиеся на ее тонкой талии, лишь придвинули ее горячее тело ближе. Прости, детка, но пути назад нет. Ты сама виновата, что сделал это со мной.        Мне было плевать на Гука, который все еще не покинул комнату, присев на край ванной и выжидающе смотрел в нашу сторону. Хочет шоу, ну что, будет ему шоу. Ни одна порнушка, которую он смотрел за всю свою жизнь не окажется ему чем-то большим, чем мусор, по сравнению с тем, что сейчас произойдет.       Мои руки свободно блуждали по её телу, пальцы очерчивали каждый изгиб, пока взгляд испепелял ее лицо. Я приблизился губами к шее и начал проскользить от линии подбородка до ключицы, почувствовав аромат цветочных... так хотелось быть нежным с ней, но так хотелось быть жестким... я не мог определиться, насаживая ее на свои пальцы и заставляя громко простонать от неожиданности. Да, детка, это еще что... — Ты так пахнешь, но такая стерва, что я сейчас отымею тебя так сильно, что ты не сможешь ходить. - прошептал я, расстегивая надоевший бюстгальтер, и отбрасывая его в сторону, засовывая пальцы глубже. — Не сдерживайся. - кусая губы, выдыхает она, больше не стараясь вырваться из моих рук. Она жмурится и выгибается, раскрывая алые губы в немом крике. — Если ты так просишь... - хмыкнул я, и грубо толкнулся в нее, еле сдерживая гортанный рык. Она выгнулась еще сильнее, касаясь лопатками холодной кафельной стены, и еще шире раздвинула ноги, цепляясь пальцами за мои плечи.       Правильно, ты должна цепляться только за меня.        Я не сдерживался, толкаясь в нее резко и очень глубоко, каждый новый толчок сопровождался ее полукриком, и тяжелым дыханием Гука, которому, кажется, было очень интересно посмотреть на то, что происходит. Меня раздражало его присутствие только по одной причине - она хотела его. Она стонала из-за него, ей было хорошо из-за него. Но не так хорошо, как со мной. Пусть этот мелкий паразит смотрит и видит, что она моя, и он никогда не сможет так ее касаться.        Я жестко брал ее, кусая кожу, сжимая аккуратные груди и посасывая возбужденные соски. Я оставлял синяк от своих пальцев на ее стройных бедрах, одаривая ее шею багровыми засосами и матерился. Я очень громко матерился, сжимая зубы, чтобы не заорать.        - Хорошо тебе? - спросил я, глядя на то, как она мечется подо мной. Ее голос почти полностью охрип, моя хорошая, тебе настолько хорошо? - Я спросил, хорошо тебе, блять?!       Почему она не отвечает? Почему не признает, как ей хорошо? - Юнги... - стонет она вместо ответа, но мне сгодится и это. - Хотела его, да? Ты хотела его?!- и снова она молчит, а я зол, я очень зол, вспоминая, как она касалась его, как он касался ее. Она не целовала меня так, как целовала его... - Тебе было с ним хорошо?! Отвечай! - я просто заорал, резче прежнего дергаясь вперед, и она закричала в ответ, царапая мою спину своими ноготками. - Да! - призналась эта бесстыжая девчонка, раскрывая свои грешные глаза. - Я хотела его. Мне было с ним хорошо... - Ах ты ж блять... - она сказала это, и от ее слов стало только ужаснее. Она признала, что хотела его. - И сейчас хочу... - что, блять? Она так стонет подо мной, так корчится, срывает свой блядский голос, и говорит, что хочет другого? - Хочу вас обоих.        Мне плевать, чего ты хочешь,потому что будет так, как хочу я. - Ты, видимо, не поняла меня, Ирэн... - становясь еще грубее, заметил я, двигая ее бедра ближе к своим, чтобы она закричала еще сильнее, и, наконец, сорвала голос и не смогла говорить. - Но я терпеливый, я объясню тебе снова - глубокий толчок - И снова - еще один толчок - И еще очень много раз... - Юнги.... - Правильно, ты будешь хотеть только меня, поняла?! - спрашиваю я, чувствуя, что она сильнее сжимает меня изнутри, а это значит, что она близка к тому, чтобы ей было невероятно хорошо. Из-за меня. - Ты поняла?! - кричу, так и не получив ответа и она кивает, еле дыша, и жмурится, чувствуя приближение оргазма. - Я спросил, ты поняла меня?! - Даа.. - шепчет она - Только тебя. Я буду хотеть.... только... Тебя! - шепчет она, и я довольно дергаюсь вперед, заставляя ее закричать, содрогаясь всем телом.       Она притянула меня к себе, жадно целуя. Она имела мой рот, пока я имел ее, и вот, кончил следом за ней, сильно толкая стиральную машинку, а она, ударившись о стену, заставляет зеркало, что висело всего в двадцати сантиметрах от нас, громко разбиться о светлый кафель, отдаваясь неприятным звуком по всей квартире.       Я вскочил на кровати от резкого звука разлетающегося стекла. Я тяжело дышал, чувствуя себя хреново. Вроде спал, а такое впечатление, что пахал в репетиционной часов восемь. Странным было и то, что я чувствовал резкую пульсацию в пижамных штанах, которая не было ничем обоснована. Какого хера у меня такой стояк?!       Ровно секунда потребовалась на то, чтобы вспомнить свой яркий сон и заныть по нескольким причинам. Я не понимал, с чего этот сон был таким ярким, при чем здесь Гук, и какого черта я трахал Ирэн в ванной. а еще я не понимал, почему помню все это, потому что я не запоминал свои сны. Еще ни разу не запоминал.       Приглушенный девичий смех и грохот кастрюль, заставили меня уставиться на дверь комнаты. Твою мать.