Сбежать от судьбы

Прошло несколько месяцев с тех пор, как Кову стал частью нового прайда. Львёнок понемногу привыкал к жизни в кругу королевской семьи, хотя иногда всё ещё чувствовал себя чужим. Сегодня был особенный день: львицы остались в пещере, и Зазу, разноцветный носорогозуб, взял на себя роль проводника для львят. — Далеко не залазим, наши земли не бесконечны, — строго произнёс Зазу, расправив свои яркие крылья. Львята весело бегали, играли и смеялись. Зазу с важным видом парил над ними, как маленький генерал, следя, чтобы никто не нарушал границ. — Эй, Кову, а ты знаешь, что с вершины скалы видно кладбище животных? — вдруг прошептала Киара с хитрой улыбкой. — Может, пойдём туда? — добавила она, заговорщицки оглядываясь. Кову нахмурился. — Я думаю, нам не стоит туда лезть. — Вот зануда! Это же так интересно! — Твой отец этого точно не одобрит, — уверенно ответил Кову. Киара фыркнула и гордо подняла голову. — Но мы ведь просто посмотрим с горки, правда? Зазу, услышав разговор, всплеснул крыльями. — Ведь я принцесса, ты обязан слушаться! — Только одним глазком! — вздохнул он, понимая, что переупрямить Киару невозможно. — И зачем я полетел с вами? Осторожно, дети! Львята поднялись на утёс. Там, где трава постепенно исчезала, открывался вид на сухую, выжженную землю. Голая равнина была усеяна костями огромных и мелких животных. Киара затаила дыхание, глаза её блестели от волнения. — Насмотрелась? Уходим, — твёрдо сказал Кову, почувствовав неприятный холодок в воздухе. Все молча двинулись назад. Львицы перешёптывались, обсуждая увиденное, как будто это было захватывающее приключение. А Кову, напротив, был сосредоточен. Он хотел скорее вернуться в прайд, где всё было спокойно и безопасно. Но их возвращение прервал внезапный шорох. Из кустов выскочила чёрная гиена, сверкая жёлтыми глазами. Её пасть скалилась в мерзкой ухмылке. — А кто у нас здесь? Маленькие львята… — прорычала она, облизываясь. Зазу хотел взлететь, но в тот же момент на него прыгнула другая гиена и прижала к земле. — Убирайтесь! Вам тут не место! — грозно рыкнул Кову, встав перед ними. Он бросился на гиену, державшую Зазу, отвлекая её внимание. Воспользовавшись моментом, птица вырвалась и поднялась в воздух. — Лети за помощью! — крикнул Кову. — Девчонки, бегите к Рафики! Львята бросились бежать, но одна из гиен, увидев Киару, двинулась к ней. — Ой, какая аппетитная львичка… — оскалилась она, приближаясь. Киара рычала, но понимала, что против взрослой гиены у неё нет шансов. Кову, не раздумывая, схватил хищника за хвост. — Эй, ты! Такой медлительный, что никогда меня не поймаешь! — крикнул он, дразня врага. Гиена развернулась, и львёнок рванул в противоположную сторону, увлекая её за собой. — За ним! — огрызнулась хищница. Кову бежал изо всех сил, не разбирая дороги. Одна гиена почти догнала его. Челюсти сомкнулись практически возле его уха. Он отпрыгнул в сторону, но запутался в лапах и упал. Не успел, он подняться как одна из гиен догнала его и придавила лапой. — Шустренький, но наш, — ухмыльнулась она, схватив его за загривок. Кову рычал, извивался, грёб лапами, но ничего не мог поделать. — Я съем вас, как только освобожусь! — кричал он. Но его все дальше уносили от прайда. — Ой, какой грозный, — фыркнула другая гиена, которого называли Эд и лениво прищелкнув зубами. Гиена которого звали Банзай грустно пожаловался: — Надо было сначала других съесть. Этот бы никуда не делся. У меня в животе бурчит! — Не бурчи. — Сказала сквозь зубы Шензи. Кову не сдавался, но гиены не обращали внимания на его протесты. — Куда вы меня тащите? — наконец спросил он. — Не твоё дело! — огрызнулась Шензи. — Куда хотим туда и тащим. — Прищелкнул зубами Эд. — Но ведь это не правда. Мы тебя к отцу тащим, — поделился с ним Банзай, радостно скалясь. — Он обещал нам вкусного мяса если мы тебя принесем. Услышав это, Кову задрожал. «Отец?» Воспоминания о нём были смешанными. Он любил его, но встречаться с ним сейчас, после всего, что случилось, он был не готов. Сердце Кову бешено колотилось в груди, но он постарался обратить взор на ландшафте вокруг. Голая земля, сухая, ни единой травинки. Кости животных огромных и мелких, то тут, то там валялись на земле, давая понять, где он. Кладбище.

***

Кову с трудом открывал глаза, всё ещё потрясённый от случившегося. Когда его принесли в пещеру из слоновой кости, холодные стены места, усыпанного остатками чьих-то жизней, будто давили на него. Он чувствовал себя совсем маленьким, спрятавшись за скелетом в углу пещеры, чтобы скрыть дрожь в теле. «Что же мне сделать?» — мысли крутились, но ни одной из них нельзя было воплотить в реальность. Две гиены как стражы, лениво переговариваясь, не сводили с него глаз. Одна из гиен, Шензи, отправилась к Шраму. Зловещие обрывки её разговоров эхом отдавались в голове львёнка. Мгновения тянулись как вечность. Кову нервно перебирал лапами, стараясь придумать хоть что-нибудь. Но вдруг тишину пещеры прорезал резкий удар, рык, а за ним вой гиен. И тут, в отблесках света, показался Симба. Его могучая грива развевалась в потоках ветра, а в глазах плескалась неумолимая решимость. — Кову, выходи! Всё в порядке? — прогремел голос короля прайда. Кову, дрожа от пережитого, выглянул из-за скелета. Его большие глаза наполнились слезами облегчения. — Ты пришёл за мной… — голос львёнка дрогнул, и он, забыв о гордости, прижался к Симбе, находя утешение в его тёплой, надёжной шкуре. До скалы прайда они добрались быстро. Симба нёс Кову, словно он ничего не весил. Львёнок пытался расслабиться, но его тело всё ещё содрогалось от страха. На скале царила радость. Львята наперебой расспрашивали Кову о произошедшем. Их звенящие голоса наполняли воздух, но львёнок, ошеломлённый событиями, лишь молчал, избегая их взглядов. — Хватит, дети, — вмешалась Нала, мягко отодвигая малышей. — Кову устал, ему нужно отдохнуть. Она ласково подхватила его, как могла бы только заботливая мать. — Пойдём, милый, я тебя умою. Ты столько страха пережил, — сказала она, проведя шершавым языком по его встрёпанной шёрстке. Кову, обессиленный, послушно пошёл за ней. Львица провела шершавым язычком по спине Кову расслабляя его, потом по бокам. — Расскажи мне что случилось? Симба уже рассказал, как побил гиен и забрал львенка из их лап, но им было не понятно, почему они посмели напасть на землях прайда. Пока Нала обрабатывала его раны и вылизывала сбитую шёрстку, он, дрожа, рассказал ей всё. — Когда гиены напали, я отвлёк их на себя и побежал. Один почти догнал меня… его зубы щёлкнули прямо над моим ухом… — голос Кову становился всё тише. — Я отпрыгнул, но оступился и упал. Они схватили меня и понесли на кладбище. Я услышал, что Шрам приказал им меня выкрасть… Я так испугался. Я думал, что это конец… Его слова всё ещё были полны дрожи, но с каждым ласковым движением языка Налы страх понемногу уходил. — Мой маленький герой, ты был очень храбрым, — мягко сказала она, обняв его лапами. — Всё закончилось. Я с тобой. Ты в безопасности. Убаюканный её теплотой, Кову незаметно для себя уснул, спрятав мордочку в её пушистой шёрстке. Тепло её тела успокаивало, помогая забыть о холоде слоновой пещеры и леденящем страхе прошедших событий.