И Истина явилась

      Подземное сооружение       Почти мгновенно Скалли почувствовала разительную смену температуры. Если в транспортном отделении было жарко и душно, то сейчас их окружал леденящий холод, такой сильный, что на выдохе был виден пар изо рта. Скалли неуверенно осматривалась вокруг.        — Где мы? — Грант напряжённо вглядывался в тёмные металлические стены.        — Внутри корабля, — дрожа, произнесла Скалли, кутаясь в лёгкую камуфляжную куртку. — И если нас не убьёт холод, то, вероятно, разорвут на части пришельцы.        — Может, у нас получится выйти тем же путём, каким мы попали сюда, — он стал искать панель на внутренней стороне двери, но её не было. — А может, и нет… Как ты выбиралась отсюда в прошлый раз? — спросил он.        — По какой-то вентиляционной трубе, выходящей наружу…        — Давай надеяться, что в этот раз будет полегче, — Грант не стал ждать и двинулся вперёд.       Не пройдя и двадцати футов, они ступили на металлический мостик. Грант хотел было спросить Скалли, куда поворачивать, но глянул по сторонам и остолбенел: насколько хватало глаз, стояли инкубационные коконы, каждый из которых светился изнутри зелёным светом.       Скалли затрясло, но не от холода, а от увиденного, — в памяти сразу же всплыл рассказ Малдера о том, как её, вместе с растущим внутри инопланетянином, погрузили в такой же кокон. Она не хотела оказаться здесь снова, но, раз уж так получилось, она бы хотела, чтобы Малдер был рядом. Беда, разделённая на двоих, — это полбеды, а с кем делить беду, как не с любимым мужчиной?       Грант повернул налево и осторожно сделал несколько шагов. Скалли медлила, сама не зная почему, пока до неё не дошло: Малдер пошёл бы направо.        — Грант… сюда, — позвала она его.        Доверившись её решению, он пошёл следом.        — Ты, кажется, говорила, что такой же корабль был в Антарктике?        — Да, — отозвалась Скалли через плечо.        — А как думаешь, может, это он и есть?        — Такая возможность существует, но, с другой стороны, на Земле могут быть расположены десятки кораблей, готовых начать реколонизацию.        — Ты веришь тому, что Малдер говорил об отлёте корабля?        — Не вижу причины сомневаться в его словах, — заявила она и осеклась, вспомнив, что часто именно так и делала. — А что?        — А то, что совершенно очевидно: на борту должны быть инопланетяне, которые находятся не на стадии эмбрионов, а являются вполне дееспособными взрослыми особями; они в состоянии управлять кораблём, оперировать информацией и вообще делать всё, что угодно.        — Да, в этом ты прав.        — Тогда не кажется ли тебе логичным и то, что они знают о нашем пребывании на борту, или просто понимают, что на корабле есть кто-то посторонний, хотя бы потому, что на входе нам был обеспечен беспрепятственный доступ?        — Вполне вероятно. Но дверь-то мы не взламывали. Можно считать это санкционированным допуском, ведь код подошёл.        — И тревожная сигнализация не сработала.        — Вот именно.        — Ответь-ка мне тогда на один вопрос.        — Какой?        — Почему меня не покидает ощущение, что за нами наблюдают? ***        Через час непрерывной ходьбы они увидели свет вдалеке и поняли, что там заканчивается мост, но, когда подошли ближе и осторожно ступили на край, у обоих просто сердце упало: лестницы вниз не было. Можно было попытаться спуститься по неровной стене, но она была покрыта льдом, и одно неверное движение привело бы к неминуемой мучительной смерти.        Они взглянули на раскинувшееся внизу пространство центральной части корабля. Очевидно, что все мостки вели к этой сердцевине, каждый проход излучал такое же зловещее свечение.        — Странно, но мне это напоминает мультфильм «Полярный экспресс»… Помнишь, когда дети сверху смотрят, как работает Санта, — сказал Грант.        — С одним небольшим отличием.        — Каким?        — Санта не собирался их сожрать.        — С этим не поспоришь.        Осматриваясь вокруг, Скалли размышляла о том, сколько жизней сейчас угасает в стенах этого корабля. О судьбе скольких так и не узнали их близкие? Сколько раз она слышала в новостях и читала в газетах об очередном пропавшем без вести? Сколько телефонных звонков поступило в ФБР за время её работы там? Конечно, не все, но тысячи из этих пропавших окончили свои дни здесь. От одной мысли об этом ей становилось плохо.        Внезапный звук заставил их обоих обернуться. С расстояния пятнадцати футов к ним уверенно приближались два пришельца. Об их враждебных намерениях было нетрудно догадаться. Скалли и Грант переглянулись, понимая, что бежать им некуда. Внизу их ждала верная смерть, впереди — тоже.        — Вполне подходящее место для заварушки, — произнёс Грант, мысленно готовясь и доставая нож из чехла, спрятанного под штаниной.        Скалли не могла сдерживать дрожь. Она знала, что защитить себя они не смогут. Через несколько мгновений их разорвут на части. Это не займёт много времени. Думать о Малдере и о том, что с ним станет, если она умрёт, было страшно. Это ломало её изнутри. Глаза наполнились слезами при мысли, что она никогда его больше не увидит. Нашёл ли он Уильяма? Не угрожает ли ему опасность? Ужас, который она испытывала, был связан не с близостью смерти. Он был связан с осознанием того, что Малдер никогда не перестанет её искать.        Она боялась, что через несколько минут искать будет нечего.