Subnautica - 2. Возвращение

      С утра перед нами встал насущный вопрос: что делать?       Возницки в определенной мере дисциплинировал нашу группу, он всегда знал, кому и чем заняться, куда бежать и что будет дальше. Более того, на связь с «Альтеррой» Роберт вышел в первый же день, а когда назначен следующий сеанс, мы понятия не имели. Вряд ли прямо сегодня, но чем черт не шутит? Значит, придется установить график дежурств возле коммуникатора. По крайней мере, до следующего разговора с обитаемой Галактикой… — Давайте я останусь, — вызвался Свен, чем избавил нас от необходимости бросать жребий. — Точно? — Игорь подозрительно посмотрел на нашего «викинга». — Да точно, — улыбнулся Свен. — У меня тут дел еще много. Хочу пещеру обследовать, на портал посмотреть, да и просто побродить по острову. Ведь это же первое строение внеземной цивилизации, доступное для изучения, представляете?       Игорь и Йоко послушно закивали головами, а я промолчал. Для меня комплексы Предтечей уже не являлись чем-то из ряда вон выходящим. Во время своей вынужденной «Робинзонады» насмотрелся на них по самые помидоры…       Сегодня мы планировали добраться до моей базы на Безопасных отмелях. Во-первых, рыбка. Я страшно соскучился по ласке и весь полет мечтал о том, как почешу ей животик. Во-вторых, жить на острове было как-то неуютно. На планете-океане обитать следует исключительно под водой!       Только была одна проблема: два претендента на единственный глайдер. Мое участие в заплыве даже не обсуждалось, а вот Йоко и Игорю предстояло решить, кто именно отправится со мной на Безопасные отмели.       С одной стороны, Светлов, как джентльмен, должен уступить право на заплыв единственной даме, оставшейся в нашем суровом мужском коллективе. А с другой — 4546В не курорт, и путешествие может оказаться опасным. Во-первых, Горы. Кто знает, где именно в биоме сейчас обитает жнец? Откуда он вынырнет? Во-вторых, кратчайший путь до моей базы пролегал через Подводные острова — очень красивое место с плавающими в толще воды кусками суши, но буквально кишащее противными костяными акулами. Прибавьте сюда шипометов, кусак и прочую мелкую гадость, обитающую повсеместно, и станет ясно — заплыв до Безопасных отмелей вовсе не так безопасен, как название биома, являющегося местом назначения.       Но Йоко просто не терпелось увидеть мой сад, ласку и, в первую очередь, аквариум. Ведь у меня там не просто рыбки. Я не поленился и вырастил костяную и песчаную акул, крабозмея, кальмаро-краба, лавовую ящерицу, сталкера, камикадзе… И все они являются абсолютно мирными существами, с которыми можно плавать, обниматься и целоваться. Разумеется, только в пределах аквариума. Если отпустить того же сталкера в большой мир, то через некоторое время этот гаденыш перестанет узнавать родной дом, где вылупился, потом отца (то бишь, меня), который его вырастил, а потом начнет кусаться и рычать.       Так что Йоко можно понять. Игорю тоже не терпелось выйти, так сказать, в большой мир, но вот его полезность оставляла у меня сомнения. Все-таки, он инженер-электронщик… Хотя, стоп! А вдруг за время моего отсутствия что-то сломалось? Вдруг мой «Наутилус» утонул? КРАБ до смерти загрызен песчаными акулами? Базу проели сталкеры, и теперь там полетела вся электроника и вообще потоп?       Я в панике заметался по берегу. Что же делать-то? Кого брать с собой? — Господи, Робинсон, нашел о чем париться! Да плывите втроем, делов-то! — брякнула Совесть. — Самая умная, да? — пробурчал я. — Глайдеров-то два. — А ты за семь месяцев плавать разучился? — удивилась нахалка. — Игорь и Йоко на транспорте, а ты так, ластами поработаешь. Все равно доплывете, дай бог, к вечеру. — Это почему? — не понял я. — Как «почему»? — хихикнула Совесть. — А как же восхищенные восклицания? Обмороки и выпученные глаза?       Я задумался. — Себя, что ли, забыл? — вздохнула нахалка. — Напоминаю. Первые дни на 4546В. «Ой, какой цветочек!», «Ты только посмотри на эту рыбку!», «Замечательный кустик!», «Ой, бл@, колючка в жопе!», «Мать моя, какая страхолюдина!», «Спаси-и-ите!!!». — Не было такого! — возмутился я. — Было-было, — спокойно произнесла наглая сущность. — Если у тебя склероз, то у меня с памятью все нормально. — Да иди ты! — я махнул рукой и пошел к ребятам.

***

      Свен провожал нас, стоя на пляже и переминаясь с ноги на ногу. Для полной картины ему не хватало платочка и траурного выражения на морде лица. Но физиономия скандинава выражала только нетерпение, трауром там и не пахло. Ему очень хотелось вплотную заняться Предтечами, и я поторопил товарищей. — Игорь, Йоко, давайте, погружайтесь, а то наш «викинг» сейчас умрет от обуревающего его любопытства. — А ты как? Действительно решил плыть за нами своим ходом? — недоверчиво спросил Светлов. — А я за твою ногу прицеплюсь, — хохотнул я. — Глайдер двоих выдержит, не переживай. Только не гони. И резко не тормози, твои копыта — последнее место, в которое я хочу уткнуться лицом.       Игорь недоверчиво оглядел меня с ног до головы, но благоразумно промолчал. Он осторожно вошел в воду и погрузился в нее головой. Потом вынырнул, отфыркиваясь, и широко улыбнулся. — Эх, хороша водичка! Йоко, давай к нам!       Азиатка не стала пробовать воду ножкой, ручкой и другими частями тела. Она с разбегу залетела в океан, обрызгав нас со Свеном с ног до головы. Я зашел следом и подал Йоко глайдер.       Друзья оседлали своих «верных коней», я поднырнул и крепко ухватил Светлова за правую ногу. — Давай, погнали, — и дернул Игоря за пятку.       Синхронно заработали винты обоих глайдеров, и мы тронулись в путь.

***

      Совесть оказалась права. «Ой, какая рыбка» и «Ни фига себе хреновина!» сильно замедляли наше продвижение к цели. Я постоянно одергивал Игоря и Йоко, но это было бесполезно. — Отстань от людей, — проворчала Совесть. — Сам первые десять дней глаза пучил. А в Подводных островах чуть не захлебнулся от восторга.       Я снова чуть не захлебнулся, только уже от возмущения. — Ты достала своими воспоминаниями! — Это не воспоминания, это правда жизни, — невозмутимо ответила нахалка.       А потом мы подплыли к тем самым Подводным островам…       Огромные скалы, поддерживаемые на плаву гигантскими поплавками, привели Игоря и Йоко в полнейший восторг. Полумрак, царящий в биоме, буквально очаровал азиатку, и она замерла, глядя на эту, немного сюрреалистическую, картину. Но спокойно полюбоваться красотой океана нам не дали эти мерзкие твари — костяные акулы.       Две хищницы, извиваясь длинными телами, выплыли из-за большого плавающего острова и устремились к нам. Их маленькие глазки злобно поблескивали в полумраке биома, а издаваемое рычание недвусмысленно давало понять: нас собираются есть.       Я дернул Игоря за пятку, и, когда тот обернулся, жестами показал ему: «всплываем». Светлов схватил Йоко, и мы, отчаянно работая ластами, рванулись к поверхности. — Ну и твари, — произнес Игорь, отдышавшись. — Они что, собирались нас есть? — спросила Йоко, глядя на меня округлившимися глазами. — Нет, акулы хотели пригласить тебя на вальс, — расхохотался я. — Увидели красивую девушку, вот у них башню и сорвало. — Шутишь? — обиделась азиатка. — Нет, я абсолютно серьезен. — Да ну тебя! — и Йоко ткнула меня в бок кулачком. — Может, по поверхности поплывем? — спросил Светлов. — Не, — я отрицательно помотал головой. — На 4546В безопаснее на глубине. — Оно и видно, — хохотнул наш пилот. — Безопаснее не бывает. — Игорь, послушай, — серьезно произнес я. — Здесь действительно нужно плавать под водой, и первая причина банальна до безобразия: с поверхности ты просто не увидишь опасность. Ну, а вторая причина — на глубине очень красиво. — Это да, — Йоко задумчиво покачала головой. — Погоди, вы еще Травяных плато не видели. Леса водорослей. Пещеру медузных грибов, — подмигнул я. — Звучит угрожающе, — протянул Игорь. — Если мне не изменяет память, то Плато и Лес мы увидим прямо сейчас, по пути к базе… а вот экскурсию в пещерку я буду ждать с нетерпением. — Не переживай, будет тебе экскурсия, — хихикнул я. — Только потом не жалуйся. Ладно, двинули дальше. 4546В днем и 4546В ночью — две совершенно разные планеты, и знакомиться с ее ночным вариантом я пока категорически не рекомендую.

***

      До базы мы добрались уже в сумерках. Травяные плато и Лес водорослей привели ребят в полный восторг, а я только хихикал, глядя на их изумленные физиономии. Конечно, где еще можно увидеть огромные пространства багрово-красной травы с торчащими из нее огромными скалистыми колоннами? Или высоченные зеленые стебли с желтыми светящимися мешочками, разгоняющими сгущающийся вечерний полумрак?       Игорь умудрился погнаться за гипнотизером, и был нещадно укушен за руку. Рыбка погибла в крепкой хватке пилота смертью мученицы, а Светлов, отбросив от себя полураздавленный трупик, показал ему средний палец.       Йоко покачала головой, а я театрально развел руками, а потом подмигнул. Мол, не переживай, тут почти все существа такие.       Чем ближе была база, тем сильнее и громче стучало мое сердце. Оно рвалось туда, где меня дожидалась ласка. Было немного страшно: не уплыла ли рыбка, поняв, что я не вернусь?       Базу я увидел издалека. Ее окна и стеклянные секции светились, давая понять, что все в порядке. Масляные и зеленые водоросли, вымахавшие до изрядных размеров, слабо колыхались, словно приветствовали вернувшегося хозяина. Не выдержав, я рванулся вперед…       Ласка выплыла из-за многофункциональной комнаты и замерла, глядя на меня. Потом исступленно заворковала и кинулась навстречу. Я подхватил рыбку на руки и прижал к себе. Ого, а раньше ласка в руки не давалась. Видать, действительно скучала.       Котя практически не изменилась, только чуть-чуть похудела. Ну, ничего, откормим. Она смотрела на меня своими глазками-бусинками и улыбалась, а я поглаживал ее по спинке, ничего не замечая вокруг. Из этого состояния меня вывел Игорь. Я обернулся в ответ на его хлопок по плечу и жестами продемонстрировал свое отношение к столь наглому вмешательству в такой исключительный момент. Жесты были сплошь неприличными. Светлов многозначительно покрутил пальцем около виска и показал на датчик кислорода, а потом на базу. Намек был понятен без слов. Я последний раз погладил рыбку и выпустил ее. Время пообщаться у нас еще будет.

***

      Внутри базы мы наконец-то сорвали с себя опостылевшие маски и кислородные баллоны. Я тут же залез в шкафчик и убедился, что мой многострадальный глайдер, ветеран битвы со жнецом никуда не пропал. А еще один, сделанный в день отлета, я бросил рядом с ракетой. Искать его, скорее всего, бесполезно, хотя сплавать все равно надо. — Райли, как тебе это удалось? — изумленно спросила Йоко. — Что именно? — не понял я. — Ласка. Почему она дается тебе в руки? Это же не собака и не кошка, это рыбка! Они себя так не ведут! — Не знаю, Йоко, — и я пожал плечами. — Наверное, добротой. — Так не бывает, — не унималась азиатка. — Надо разобраться. — Эй-эй! — заволновался я. — Не дам ставить над Котей никаких опытов! Она друг! — Так я и хочу с ней подружиться, — серьезно сказала Йоко. — Тогда готовь питательные батончики, — хихикнул я. — Она большая любительница этой гадости. — Райли… — голос нашей японки стал просительным. — А где…? — Прямо и направо. Там переборка стоит, не перепутаешь.       Йоко умчалась смотреть на большой аквариум. А Игорь поволок меня к «Наутилусу». Оторвать нашего пилота от осмотра субмарины оказалось труднее, чем сдвинуть с места многотонную плиту, поэтому я махнул рукой и вернулся на базу. Надо было провести ревизию.       Все оказалось на местах. Собранные ресурсы никто не утащил, соленую рыбу не сожрал, воду не выпил, а оранжерею не разорил. Садик перед базой тоже был в полном порядке. Я сорвал два лампиона, проверил «Мотылек», стоящий в стыковочной шахте и прошел в обсерваторию.       Уселся на стул и откусил кусок фрукта. В сгустившихся сумерках Травяные плато сливались с океаном, но я все равно всматривался в эту темноту. Темноту, которой боялся. Темноту, по которой скучал. Темноту моего дома… — Робинсо-о-он!!! Где тебя носит-то? — громкий голос Светлова вывел меня из раздумий. — Внизу, в обсерватории! — проорал я в ответ. — Тащи Йоко и спускайтесь. Тут классно.       Через пять минут Игорь притащил упирающуюся и возмущающуюся азиатку. Та плюхнулась на стул и укоризненно посмотрела на нас. — Оторвали меня от изучения кальмаро-краба! Это потрясающий экземпляр! Вы представляете, у него парасимпатическая нервная система… — Боже-е-е! — в голос застонали мы с Игорем. — Йоко, пожалуйста, не нужно подробностей!       Я протянул девушке лампион. — Вот, пожуй лучше. И в окошко посмотри — красота какая. — Где ты там красоту-то разглядел? — заржал Светлов. — Темно, как у… к-х-м… темно, в общем. — А ты душой смотри, — назидательно произнес я, — а не зенки пучь. — Да я простой пилот и инженер, куда нам до вас, возвышенных и утонченных, — и Игорь заговорщически подмигнул. — Красота кака-а-ая, — протянула Йоко, задумчиво пережевывая оранжевую мякоть. — А как этот фрукт называется? — Ну, Стич назвал его лампионом, — объяснил я. — А так… понятия не имею. — Нормальное название, — согласился Игорь. — Такой маленький оранжевый фонарик. — Так, фонарики, — встрепенулся я. — Нам бы обустроиться не помешало. И душ пресной водой зарядить. — А чего обустраиваться? — не понял Светлов. — База у тебя нормальная, все, что нужно, есть. Чего ты дергаешься-то? — А спать ты где собрался? На полу? — Могу и на полу, — Игорь пожал плечами. — Мы не гордые. — А я вот не могу. Да и дама, думаю, будет против. Так что сейчас делаем еще одну многофункциональную комнату для Йоко, а в мою вместо двухспальной кровати ставим три односпальные. — А три-то зачем? — удивился Светлов. — Мне, тебе и Свену, — объяснил я. — Завтра будешь строить дополнительные стыковочные шахты, а я сплаваю за нашим «викингом». Потом быстро метнусь в Грибной лес за КРАБом, и мы будем в шоколаде. — А сколько шахт-то строить? — спросил Игорь.       Я почесал в затылке. — В идеале неплохо было бы еще шесть штук. — Куда нам восемь стыковок? — пилот поднял на меня полный изумления взгляд. — Как «куда»? Четыре «Мотылька» и четыре КРАБа, по одному на каждого. — Ни фига ты развернулся, — присвистнул Светлов. — Нормально, — ответил я. — Если не уместятся, строй, сколько получится. Вечером разберемся. — Да впихну, не боись, — хохотнул Игорь. — Все нормально будет. — Ребят, я вам не мешаю? — тихонечко спросила Йоко.       Мы со Светловым смутились. — Пойдемте, оранжерею вам покажу, — засуетился я. — Перекусим мраморной дыней, сделаем еще комнату и спать. — А Свен? — спросила азиатка. — А что со Свеном? — не понял я. — Ну, он же один на Горном острове остался. — Свен — мальчик большой, — ответил Игорь. — Переночует разочек без нас, ничего с ним не случится. Тем более этот вариант мы обговаривали. Все нормально будет, не переживай, — и он улыбнулся.       Строительство комнаты и установка кроватей не заняли много времени, и вскоре мы уже расположились в столовой. На стеклянном столе стояла тарелка с порезанной дынькой, и лежали три соленых пискуна. — Вот, познакомьтесь с меню настоящего Робинзона, — хихикнул я. — А завтра в честь новоселья будет картофельный салат и жареные реджинальды. — Звучит соблазнительно, — признался Игорь. — Буду ждать завтрашнего праздничного ужина.       Мы быстренько перекусили, чем Райли послал, сполоснулись в душе и отправились на боковую.