Если бы всю мою жизнь можно было описать одним событием, я бы вечно ехал в магазин за вином где-то на юге Италии.

      Сегодня мне приснился самый плохой сон, который мог сгенерировать мой позитивный мозг за те восемь часов темноты, в течение которых я за ним не приглядываю. И теперь я боюсь. Проснуться и понять, что не хочу никому писать, потому что Т3 нет. Не потому что мы поссорились, просто… Перегорели. Не улыбаемся в телефон, переписываемся сухими фразами, потому что привыкли. Я боюсь, что мы перегорим, но все так же не будем иметь возможности жить друг без друга. Сухие, твердые, мелкие слова уже не режут глаз, это норма… Потом они, конечно, тоже исчезнут. И мы замолчим. Не попрощавшись.       Конечно, мы будем помнить, что был когда-то в нашей жизни такой человек. Даже грустить иногда, читая старые переписки. Смотри, пап, это я и Ольган, а там Алян на заднем плане… Помнишь, как я с ангиной сбежал к ним в Москву, а потом ты поехал спасать меня? Я был такой хорошенький, миленький и наивный. Все не хотел взрослеть, бежал куда-то, дурачок.       А потом я подумаю по привычке: «Дурачок-кок», только это уже будет не смешно.       Но знаете, что может быть хуже всего этого? Остаться последним, тем, кто не повзрослел. И эта мысль во сне напугала меня еще больше, потому что такое уже случалось, я был последним. Я до сих пор последний, и те люди, ради которых я когда-то готов был свернуть горы, регулярно говорят мне…       «Взрослей».       «Хватит вести себя так».       «Я тебя не понимаю».       Это было давно, я был тогда слишком маленький для чего-то серьезного. Но знаете, что мы думаем каждый день о себе прошлом?       «Тогда я был слишком молод».