Сборник разных ситуаций

      Тогда уже наступила ночь, но благородная не спешила уходить в свою комнату. Не торопясь ходила по комнатам, собирая неубранные чашки. Она прекрасно знала, кто где находится в это мгновение.       Трое модифицированных уснули у Тао в кабинете при просмотре какого-то боевика. Регис спал в своей комнате, ему надо восстановить силы, потраченные за день. Франкенштейн в это время находился в лаборатории, а Кадис Этрама ди Рейзел пил чай в гостиной.       Поэтому она безбоязненно заходила в чужие комнаты, открывая окна, чтобы проветрить, забирая редкую неубранную посуду, потому что у хозяина дома чуйка на подобные вещи. Пройдя в комнату учёного, чтобы проветрить и её, девушка обескуражено остановилась и посмотрела на спящего Франкенштейна. Учёный лежал на кровати одетый так, словно улёгся в полусне: снят был только лишь пиджак и обувь. Светлые волосы разметались по подушке, рубашка полностью вылезла из-за пояса брюк, но одеяло лежало на полу. Впрочем, судя по всему, холодно человеку не было. Немного поколебавшись, Роярд прошла в комнату, подобрала одеяло и, аккуратно сложив, положила в ноги. Всё лучше, чем на полу.       Развернувшись, благородная хотела уже уйти, но замерла, разглядывая лицо мужчины. Сон явно был нехорошим. Между бровями учёного залегла глубокая складка, глаза плотно зажмурены. Мотнув головой, человек вдруг застонал. Низким каким-то не своим голосом. Сейра растеряно остановилась. Что же делать? Разбудить? Но ведь он так устал, что лёг спать в одежде! Разумно ли это будет?       Учёный снова застонал, перекатив голову в другую сторону. Решившись, Роярд потянулась, чтобы разбудить его.       — Н-не надо, — выдохнул мужчина, изламывая брови. — Хватит… больно… хватит…       Рука замерла в воздухе. Благородная просто не знала, как ей быть. Люди помнят, что они говорили, когда проснутся? Почему-то ей казалось, что подобные ситуации слишком интимны, чтобы показывать их кому-то ещё, помимо семьи.       Франкенштейн снова застонал, что-то проговорил, вроде как моля о чём-то, приподнялся на кровати и снова упал. На коже проступило копьё.       — Господин Ли, проснитесь, — решительно проговорила девушка, взявшись за плечо человека. Но тряска и слова не помогли ей привести Франкенштейна в чувство. Стоны становились громче, слова, слетаемые с губ, заставляли холодеть от одной только мысли о том, что ему снится.       — Франкенштейн, вам необходимо проснуться!       Руку обожгло болью, когда человек схватил её за запястье. Он тяжело дышал, но так и не проснулся, сильнее сжимая руку благородной. Сейра сжала зубы и дёрнула на себя, пытаясь высвободиться. Тело учёного всё больше чернело, оружие медленно, словно пытаясь напугать, ползло и к ней.       — Х-хватит!.. не надо…       — Франкенштейн, проснитесь же!       — Не буди. Иначе он запомнит сон.       Роярд резко оглянулась. В проходе стоял ноблесс. Это смутило ещё больше: попасться в комнате мужчины незамужней девушке — позор!       — Всё в порядке, — чуть улыбнулся Рейзел, осторожно кладя руку на голову своего помощника. Человек прерывисто вздохнул и расслабился, выпустив руку благородной. Копьё пропало, Франкенштейн не проснулся, но его лицо расслабилось, а дыхание выровнялось. Кадис Этрама ди Рейзел осторожно убрал волосы со вспотевшего лба и развернулся к выходу, но рядом с Роярд приостановился.       — Он прожил долгую жизнь, и пережил немало битв, — тихо сказал, не глядя на собеседницу. — И, к сожалению, не одно пленение. И то, что он не сказал бы в той ситуации, невольно вырывается во время сна. Франкенштейну было бы неловко осознать, что кто-то, даже спустя столько лет, узнал это.       — Я никому не расскажу, Рейзел-ним, — склонила голову Сейра. Кивнув, ноблесс вышел из комнаты. Следом ушла и благородная, плотно прикрыв двери.       Люди такие забавные. И порой такие хрупкие.       Хорошо, что благородные не спят, она не хотела бы видеть подобные сны.