Черное и белое

Над Камелотом взошло солнце. Королевство только начинало пробуждаться, улицы были пустынны, а лавки еще не распахнули свои двери покупателям. Мерлин мирно спал в своей кровати, утомленный последними событиями. Лицо юноши было умиротворенным, грудь мерно вздымалась в такт дыханию. Спал и Гаюс, до поздней ночи сидевший над магическими книгами в попытке найти то, что поможет Артуру. Внезапно их сон был прерван стуком в дверь – кто–то настойчиво требовал, чтобы его впустили. «Кто это может быть? Обычно посетители так рано не приходят» – обеспокоенно подумал лекарь. – Гаюс, кто это? – сонно поинтересовался Мерлин. – Не знаю. Лекарь подошел к двери и открыл ее. На пороге стояла Моргана. – Впустите меня внутрь, – умоляющим шепотом попросила жрица, – Я пришла не со злом. Мерлин кивнул головой, и девушка зашла. Гаюс поспешил закрыть дверь. – Я знаю, что не имею права приходить к вам, даже говорить о чем–либо, но... Поверьте мне, я не желаю зла ни Артуру, ни Камелоту... – Моргана говорила торопливо, словно боялась, что ее перебьют. – Мы верим тебе, – тихо сказал чародей. – В... Верите мне? Но почему? – недоумевающе спросила жрица. – Сейчас ты все узнаешь. Моргана сидела тихо. В ее голове просто не укладывалось все то, что она услышала. Заклинание Преобразования. Добрая Моргана. Злой Артур. И, наконец... – Ты маг, – с горечью произнесла девушка. – Да, я... – Ты маг, – повторила жрица уже жестче, – Ты – маг! – она сорвалась уже на крик. – Моргана, подожди... – Нет, это ты подожди! Я боялась, скрывала свою сущность, пряталась, жила в вечном страхе... Я была одна – одна! Меня никто не понимал, я боялась саму себя... А все это время ты – ты был рядом, помогал мне... А сам лгал, все время лгал! – Моргана, пойми... – Я не хочу ничего понимать – не хочу! Зачем я только пришла сюда – зачем? – девушка закрыла лицо руками и расплакалась. «Подожди, дай ей время успокоиться, прийти в себя» – Гаюс жестом остановил подскочившего было волшебника. – Как... Как он мог... – всхлипывала Моргана. – Он не хотел причинить тебе боль, – лекарь успокаивающе гладил девушку по голове, – Пойми, Мерлин не мог тогда рассказать все. Он и так сделал много для тебя – помог встретиться с друидами, скрывал правду от Артура. «Оставь нас одних» Мерлин послушался бессловесному приказу и вышел на улицу. «Прости меня, Моргана. Я знаю, что виноват перед тобой – если бы я все рассказал тебе раньше... Прости» Когда юноша зашел обратно в комнату, обстановка уже успела поменяться. Заплаканная Моргана сидела на стуле рядом с Гаюсом и о чем–то тихо с ним беседовала. Увидев Мерлина, девушка бросилась к нему на шею. – Прости меня, Мерлин, просто... Просто мне было так тяжело, так плохо все это время, ты даже не представляешь... – Это ты меня прости, Моргана, – юноша растерянно сжимал в объятиях жрицу, – Если бы я... – Давай не будем о прошлом, – попросила девушка, – Благодаря тебе у меня теперь есть настоящее. Если бы не ты, я по–прежнему бы была... – она передернулась от воспоминаний, – Спасибо, Эмрис. Юноша вздрогнул. – Да, я знаю, кто ты – мне рассказал Гаюс. Но теперь это имя воспринимается мной без страха и ненависти – если я не хочу занять место Артура, пророчество не исполнится. – Значит, между нами больше нет секретов? – Значит, нет, – счастливо улыбнулась девушка. Моргана с большим интересом слушала рассказ Мерлина о его приключениях. Где–то она искренне смеялась, в каких–то местах замирала от ужаса. Часто на глазах жрицы появлялись слезы – ведь причиной подавляющего числа бед королевства была именно она. – Ты не виновата, Моргана, – неизменно говорил Мерлин, – Твой разум был затуманен безумием. Девушка кивала в знак согласия, но сама продолжала ненавидеть себя за то, что делала. «Смогу ли я когда–нибудь искупить свою вину?» – А Артур даже и не думает о том, какой человек с ним рядом... – грустно вздохнула Моргана после рассказа. – Почему же не думает? – лукаво улыбнулся чародей, – Если бы не думал, то не поручал мне чистку конюшен, стирку королевского белья и прочие «приятные» вещи. – Я не о том, Мерлин. Артур совершенно не ценит того, что ты делаешь для него. Ты столько раз спасал его от верной смерти, а вместо награды получаешь лишь оскорбления и выговоры. – Выговоры... – юноша побледнел, – Я же опаздываю к Артуру – он меня убьет! А в этом состоянии его лучше не гневить... – с этими словами он поднялся со стула и направился к двери. Перед самым выходом маг обернулся. – Гаюс, пока я отсутствую, расскажи Моргане о том, что она должна делать. Мы должны как следует подготовиться. По дороге в замок юноша думал о том, что ему следует предпринять. «Главное – стараться выглядеть как можно более естественным, чтобы Артур ничего не заподозрил. Опоздал... Скажу, что опять проспал – будем надеяться, что обойдется. Пока все идет хорошо – и Уилфред выздоровел и уехал в свое королевство, и Гвен теперь в безопасности» Девушку Гаюс отправил к одним своим знакомым – подальше от короля. Сначала она отказывалась, упорно не желая покидать Артура – Я никуда не поеду, – упрямо говорила Гвен, – Я должна быть рядом с ним. Но Мерлину все же удалось ее убедить. – Пойми, Гвен, если ты останешься, то можешь погибнуть. Как почувствует себя Артур, когда избавится от последствий заклинания и узнает, что убил любимую девушку своими же руками? Уговоры подействовали – Гвен уехала, и ей больше не угрожает опасность. Чего нельзя сказать о юном маге – с каждой секундой его опоздание все увеличивается, и неизвестно, сколько еще Артур готов ждать своего слугу... – Извини, я опять опоздал, – сияя самой лучезарной из своих улыбок, произнес Мерлин. – Я это заметил, – снова тот же безжизненный тон. – Но я сейчас все быстро наверстаю, не волнуйтесь, Ваше величество, – с этими словами маг взял рубашку и начал надевать ее на короля. – Не можешь ли разъяснить мне один вопрос, Мерлин, – вкрадчиво начал Пендрагон, – Добрые люди нашептали мне, что видели одну очень странную сцену. Честно признать, я в полнейшем недоумении – не верить им у меня нет никаких оснований, но и принять то, что они говорят, я не могу. Дело все в том, что они видели некого небезызвестного королевского слугу в компании не менее примечательного мага. Некоторое время они мило беседовали, потом же слуга вместо того, чтобы казнить предателя на месте, отпустил его на свободу. Чем же руководствовался этот слуга, можешь мне сказать, Мерлин? – голос короля стал жестким. На протяжении всей речи лицо чародея становилось все бледнее и бледнее, кожа покрылась холодным потом. – Я..., – юноша сглотнул комок в горле, – Я не знаю, о чем ты... вы говорите, Ваше величество. Я не видел никакого мага и, тем более, никого не отпускал. – Ты в этом уверен? – два ледяных озера подобрались совсем близко, заставляя забыть обо всем на свете. – Да, уверен... – Ну хорошо, – Артур внезапно отодвинулся от юноши, – Я тебе верю, Мерлин. Как я только мог в тебе сомневаться? Ты так предан мне, а я посмел подозревать тебя... Прости меня, – Пендрагон улыбнулся. – К... Конечно, Ваше величество, – юноша был поражен столь внезапной метаморфозой. – А теперь иди – ты свободен до обеда. Ровно в двенадцать ты должен появиться в Большом зале – там состоится важное совещание, и я хочу, чтобы ты на нем присутствовал. – Слушаюсь, Ваше величество, – юноша поклонился. «Неужели он действительно мне поверил? Или это все – какой–то коварный план?» Стоило двери закрыться за чародеем, как король принялся радостно потирать руки. «Попался» На губах Артура появилась дьявольская усмешка. – Мерлин, что–то случилось? – обеспокоенно спросил у мага лекарь. – Нет, с чего ты это взял? – юноша попытался напустить на себя беззаботный вид, но у него это плохо получилось. – Мерлин, я знаю тебя уже много лет – если у тебя такой взгляд, значит, что–то произошло. Рассказывай. – Кажется, Артур понял, что я отпустил того мага во вчерашнем сражении, – тихо ответил чародей. – И что он тебе сказал? – испуганно спросил лекарь. – То, что он верит мне и ждет сегодня в двенадцать на совете. Моргана, все это время внимательно следившая за ходом разговора, стремительно поднялась со стула. – Мерлин, не верь ему! Если Артур стал таким... таким, как я, то это значит, что он что–то задумал. Я бы никогда не оставила такие подозрения – я бы их обязательно проверила. Это ловушка, Мерлин, прошу тебя – не ходи туда! – умоляюще проговорила девушка. Чародей лишь грустно улыбнулся – он уже давно все для себя решил. Дополнительное примечание «Для того, чтобы снятие заклятья произошло успешно, необходимо, чтобы с момента его наложения прошло как минимум два дня» – Я не могу не пойти, Моргана – снять заклятье с Артура мы сможем лишь завтра утром, до этого же времени нам придется как–то выкручиваться. – Но это же не значит, что ты должен идти на верную смерть! – в отчаянии крикнула жрица, – Гаюс, хоть ты скажи ему! – Нет, вам меня не остановить, – твердо сказал юноша, – Я уже все решил. Я пойду на этот совет – и точка. – А если Артур решит тебя казнить? – прошептала Моргана. – Я все же маг, а не простой слуга, – грустно улыбнулся чародей, – что–нибудь придумаю. «Я на это надеюсь» – Итак, наш план таков: я сейчас отправляюсь на совет – и не надо таких похоронных взглядов, я вернусь оттуда – потом мы ждем наступления завтрашнего утра. Моргана с помощью магии тайком пробирается в покои Артура вместе с Гаюсом и проводит ритуал. Затем Гаюс оглушает Моргану – прости, но так надо, он постарается аккуратнее – так как ты опять станешь такой, какой была раньше, и я не хочу, чтобы кто–нибудь пострадал. Предварительно Моргана накладывает на Артура усыпляющее заклинание – чтобы не проснулся раньше времени. Потом Гаюс снова проводит ритуал Преобразования – на этот раз правильно. Вот и все. – Подожди, почему такая большая роль отводится именно Гаюсу, – подозрительно сощурилась жрица, – ведь у нас есть еще один маг? – Это на тот случай, если я не вернусь, – серьезно ответил чародей. – Не говори глупостей, Мерлин, ты вернешься, обязательно вернешься, – девушка порывисто обняла мага, – Но было бы намного лучше, если бы вообще никуда не уходил... – Мы уже это обсудили – я должен идти. – Я только снова нашла в тебе друга, Мерлин, – единственного настоящего друга за все это время – и я не хочу тебя потерять еще раз. Так что не говори мне о том, что ты не вернешься, ты обязан вернуться, слышишь, обязан. «Я постараюсь, Моргана – но не могу тебе ничего обещать» Мерлин стоял перед дверью, ведущей в Большой зал. «Поздно уже о чем–то думать, сомневаться – пора действовать» Юноша глубоко вздохнул и вошел. Все уже были здесь – Артур, Агравейн, рыцари. Не хватало только Гвен, которая тоже обычно участвовала в подобных совещаниях. – Проходи, проходи, – король приглашающим жестом предложил чародею подойти поближе, – Мы тут как раз собираемся обсуждать один очень важный момент. Артур оценивающим взглядом окинул рыцарей, словно выбирая кого–то. – Гвейн, встань, пожалуйста, у противоположной стены. – Что? – мужчина недоверчиво наклонил голову, – Что я должен сделать? – Ты не можешь расслышать с первого раза? – саркастически спросил Пендрагон, – Тогда что ты вообще делаешь в рядах рыцарей Камелота? Быстро встал и пошел к стене – это приказ! Гвейн хмуро подчинился. Проходя мимо мага, он взглядом спросил его: «Что с Артуром?» На что юноша лишь пожал плечами: я сам не знаю. – Так–то лучше. Теперь мы можем начинать, – Артур встал со своего места и начал расхаживать по комнате, сжимая в руках меч. – Все вы наверняка догадываетесь о том, что среди нас притаился предатель. Он незаметной тенью высматривает, вынюхивает – чтобы потом рассказать все это нашим врагам. Несомненно, что предатель – очень близкое мне лицо, ему я доверяю безоговорочно и подумаю на него в самую последнюю очередь. Внутри у Мерлина все похолодело. «Неужели он говорит про меня?» Судя по взгляду Агравейна, он думал о том же самом. – Но, – продолжал Пендрагон, – мало того, что этот человек, пользуясь моим доверием, предал меня – он все эти годы скрывал от нас всех свою правду. Среди нас есть маг – и он сейчас здесь, в этой комнате. Рыцари недоуменно переглянулись – в их взглядах можно было прочитать недоверие и изумление. Агравейн тоже ничего не понимал – он растерянно смотрел то на Артура, то на Гвейна, который по–прежнему стоял напротив короля. Мерлин старался ничем не выказать то, что происходило сейчас у него внутри – но это было очень трудно. «Он все знает – знает... Что же мне теперь делать – убегать, обманывать или признаться? Что?» – Неужели же ты не хочешь нам все рассказать, Мерлин? – Пендрагон сделал особый упор на имени чародея. Взгляды всех присутствующих обратились к юноше. В глазах рыцарей явно читалась мысль, что Артур не в своем уме. Агравейн смотрел недоверчиво, но в то же время с облегчением – его подозревать никто не собирался. «Я должен что–то сказать, должен» – Ты подозреваешь меня, Артур? – стараясь, чтобы голос не дрожал, произнес чародей, – По какой причине, могу я узнать? – Ты правда хочешь это знать? – король зловеще сощурился, – Ну что же, выбор твой. Сейчас вы все убедитесь в моей правоте! Мерлин, добрый и верный Мерлин, ты же не позволишь погибнуть невинному человеку? – с этими словами Артур метнул меч прямо в Гвейна, который так и стоял напротив короля, представляя собой идеальную мишень. Все произошло слишком быстро, никто не успел среагировать. «Неееет!» Глаза юноши вспыхнули золотым светом. Меч с глухим лязгом упал на пол. Все замерли в оцепенении. Во взглядах – недоверие, изумление, разочарование, страх. – Все убедились, что наш добрый, наш верный и самоотверженный Мерлин – всего лишь жалкий лицемер, прячущийся за маской? Он все эти годы обманывал всех нас, пользовался нашим доверием... А сам выведывал наши секреты, впускал наших врагов, помогал Моргане... – Пендрагон с ненавистью смотрел на чародея, – Сжечь его на костре – пусть смерть этого предателя будет мучительной! Мерлин с отчаянием смотрел на Пендрагона. - Нет, я не верю в то, что ты можешь так поступить – Артур посмотри на себя, разве это ты? – Молчать! – с холодной ненавистью процедил король, – Я не разрешал тебе говорить. – Артур... – чародей все еще пытался достучаться до того, кто раньше был его другом. – Я. Сказал. Тебе. Молчать, – отчеканивая каждое слово, проговорил Пендрагон, – Но ты, кажется, не услышал. Артур замахнулся для удара. «Прости меня. Я вынужден это сделать» Глаза Мерлина вспыхнули золотым светом. Но чародей не успел воплотить в жизнь то, что он задумал – внезапно маг почувствовал резкую боль в затылке и мир начал погружаться во мрак. Сквозь туманную пелену, застилавшую разум, Мерлин успел расслышать: – На костер его... Персиваль замер. Он только что оглушил своего друга, который на самом деле оказался магом. Все было слишком сложно, слишком запутанно. Мерлин не может быть предателем, просто не может «Но я же видел, как он колдовал» Он это сделал для того, чтобы спасти Гвейна. «Артур бы не смог убить своего друга» А ты разве не видишь, что это уже не Артур? Посмотри – разве похож он на того, кого ты знал до этого? «Я уже ничего не знаю – все изменилось, все запуталось» «Я ничего не знаю»  – Что же ты остановился? – презрительно спросил Артур, – Задумался – так это на тебя совсем не похоже. Немедленно выполняй приказ – этого предателя нужно сжечь на костре! Персиваль взял на руки юношу и медленно побрел к выходу, словно оглушенный. – Хотя нет... Стой, Персиваль! Рыцарь послушно остановился. – Это слишком легкая смерть для предателя – нужно сделать так, чтобы люди боялись в следующий раз выступить против меня. Отправьте Мерлина в темницу – я пока подумаю, что с ним можно сделать. В конце концов, пора уже снова использовать камеру пыток по назначению...