Глава 18: Что-то происходит
4 июля 2020 г., 13:52
Годрикова Впадина, под конец января утопающая в свежевыпавшем снегу, не была особенно вдохновляющей. Слишком похожие дома, слишком простенькие улицы, слишком тихие люди… Скучающим взглядом рассматривая всю эту тоскливую картину, Елена Мортинова с гордостью вспоминала собственный отчий дом, всегда находившийся в центре событий.
— Не понимаю, Нортон, что загоняет людей в подобные места, — завела она первый разговор за всю их сегодняшнюю поездку. — Особенно таких, как ты. Мне страшно представить, чем ты развлекаешь себя и детей, скрывшись подальше от всех у моря.
— Жизнь без соседей имеет свои плюсы, — сухим голосом откликнулся Нортон-старший. — А для развлечений нам вполне хватает собственной компании.
— Огневы — род затворников, — усмехнулась женщина, явив ночи свою белоснежную улыбку. — Горы, море, непроходимый лес… Нельзя править миром, вечно прячась от него, ты не думал?
Вопрос повис в воздухе без ответа. Поблескивающие золотом жеребцы остановились подле темной, монументально отстроенной усадьбы, окруженной высокими соснами. Нортон покинул экипаж первым и подал спутнице руку.
— Прошу, будь деликатной.
— Я сама невинность, — Елена сложила вместе руки будто бы для молитвы. — Семья моей дорогой подруги дорога мне не меньше, чем ей самой.
— И часто ты навещаешь Микку Ляхтич?
— Наша дружба не нуждается в таких условностях.
Тяжелая дубовая дверь открылась прежде, чем они ступили на каменную лестницу. На пороге их ждал средних лет мужчина с кое-где поблескивающей сединой в светлых волосах.
— Фалькор! — радостно приветствовала мужчину Елена. — Мы надеялись стать сюрпризом, но…
— У меня тонкое чутье на твое появление, — с грустью прервал ее лестные речи хозяин. — Проходите быстрее, пока вас не заметили.
Гостей провели в богато обставленную гостиную с еле тлеющим камином. Пока Елена и Нортон располагались на застеленном пушистым пледом диване, сам Фалькор принялся ворошить угли, чтобы огонь разгорелся сильнее.
— Ты выглядишь таким усталым, — участливо заметила Мортинова.
— Попробуй обзавестись собственной семьей, — не оборачиваясь, ответил Фалькор. — Возможно, тогда и поймешь.
— Пока я нужнее своим друзьям, увы. Помогаю вершить историю…
— Да, я помню, что ты особенно любишь помогать, — мужчина закончил с камином и повернулся к визитерам, так и оставшись стоять. — Что вас привело на этот раз?
— Забота о нашем будущем, — спокойно вступил в разговор Нортон-старший. — И особенно о будущем наших детей. Они ведь еще так молоды и так склонны ошибаться.
— Вы пришли дать мне лекцию о воспитании?
— Нет, — Нортон отрицательно покачал головой. — Тебе хорошо известно, как сложно достойно устроить детей. Найти хорошее место… Их мечты слишком амбициозны в семнадцать, чтобы они согласились прислушаться к собственным родителям.
— Марк далеко не так ужасен, каким вы пытаетесь его описать!
В гостиную вошла красивая тонкая женщина, одетая лишь в легкий шелковый халат. Она была простоволосая, ее светлые кудри в беспорядке лежали по плечам, отчего Елена на секунду не удержалась от презрительной гримасы. В ее представлении это считалось настоящим преступлением — появиться в обществе в том же виде, что и ложишься спать. Но она тут же вернулась к сладкой улыбке и поспешила навстречу вошедшей.
— С годами ты только хорошеешь, дорогая, — неловко обнявшись, уверила хозяйку она.
— Боже, Микка, иди спать, — устало попросил Фалькор. — Я решу все вопросы.
— Ни за что, — женщина проследовала к камину и уверенно села в кресло подле мужа. — Я хочу знать, зачем им опять нужен кто-то из нас.
Фалькор не стал ее переубеждать, а вновь перевел вопросительный взгляд на Нортона.
— Мы не собирались отбирать вашего сына, — Нортон-старший даже поднял бровь, намекая на всю нелепость предположения. — Мы здесь, чтобы предложить ему хорошее будущее.
— Какое? — колко уточнила Микка. Она старалась быть смелой изо всех сил, но любой мог заметить, как нервно он кусает свои губы. — Чего мы сами не можем дать собственному сыну?
— Место подле нового министра?
— Родион Огнев все еще живой и здоровый министр магии, — заметил Фалькор.
— Да, но его срок подходит к концу. Следующие выборы он, давайте будем честными, уже не выиграет, — елейно протянула Мортинова.
— Тогда нам не о чем пока говорить, — скачущим голосом заявила хозяйка дома. — Приходите после.
— Но вы знаете, кто будет следующим, — спокойно возразил Нортон-старший. — Астрагор Драгоций. Он уже его первый заместитель, и ему нужен всего один небольшой шаг.
— Нам совершенно точно хватило участия господина Драгоция! Фалькор и я не желаем связывать Марка с этим человеком!
— Микка, давай не будем торопиться, — осадил жену он. — Должность при министре это очень хорошая перспектива.
— Да, твой отец тоже считал, что близость Астрагора будет хорошей перспективой, — фыркнула Микка. — И посмотри, что вы оба сделали с собственным сыном!
— Микка, сейчас не самое подходящее время!
— Очень даже подходящее! — взорвалась наконец женщина, невольно поднимаясь со своего места. Ее халатик распахнулся, и стало видно ее ночную сорочку, но Микке было совсем не до этого. — Будь я умнее, я бы ни за что не отправляла его каждое лето к деду. Твой отец просто псих! Это он убедил его, что нужно идти по головам, если хочешь добиться цели! Моего Маркуса, — на ее глазах заблестели слезы. — Он был золотым ребенком, пока вы его не испортили!
— Мой отец желал ему только лучшего, — сжав зубы, возразил Фалькор.
— Он желает лучшего для себя! — отрезала супруга. — Он и нас женил исключительно в собственных целях! И ты ему в этом только помогала!
Все четверо удивленно рассматривали дрожащий тонкий палец, направленный на Елену. Мортинова закашлялась, слегка удивленная поворотом событий, но смогла взять себя в руки.
— Микка, я лишь поддерживала твой собственный выбор…
— Ты сделала его за меня, — с горечью оборвала ее женщина. — Мой муж любил совсем другую женщину.
Было слышно каждую искру, с треском покидающую топку. Микка наконец заметила, что выглядит совсем уж неподобающе при гостях, и судорожно запахнула халат обратно, возвращаясь к своему креслу. Нортон, в молчании наблюдавший за всей сценой, жалел о том, что привел в дом Ляхтичей Елену, но не собирался уходить с пустыми руками.
— Прошлого нам все равно не вернуть. Но мы можем влиять на будущее. Астрагор, нравится это вам или нет, займет свое законное место. В ваших силах сделать так, чтобы в новых обстоятельствах у Марка был наилучший расклад из возможных.
— Ему не нужно никакое место рядом с министром, — жалко возразила Микка.
— Ты знаешь, что это не так.
Женщина с болью глядела на мужа. Она потратила все свои душевные силы на тираду, давно копившуюся внутри нее, и была неспособна противостоять дальше. Фалькор опустился на колени перед креслом жены, беря ее хрупкие руки в свои.
Несколько минут он шепотом что-то говорил ей. Микка горбилась все сильнее и сильнее, будто на ее плечи опускали невидимый груз, но в итоге сдалась под уговорами.
— Марк и правда мечтает о яркой карьере в министерстве, — оборачиваясь к гостям, признал Фалькор. — И мы поддерживаем его выбор. Что вы просите взамен?
— Присоединиться к тем, кто будет поддерживать кампанию. Она начнется совсем скоро, и ваш голос поможет склонить на нашу сторону близкое вам окружение.
— Кто еще согласился на это?
— Почти все чистокровные семьи: Резниковы, Столетты, Чаклош, семья Рольфов, — перечислил Нортон некоторые свои прошлые поездки. — Все, кто имеет значение.
— Хорошо, — кивнул Фалькор. — Мы будем говорить за Астрагора. Но вы должны дать гарантии, что Марк получит свое место.
Дверь дома Ляхтичей захлопнулась за ними уже за полночь, и оба посланника первого заместителя министра порядком устали за время, проведенное внутри. Нортон-старший похлопал одного из огромных коней в упряжи, прежде чем присоединиться к Елене.
— Хвала Мерлину, мы закончили, — резкими движениями расправляя юбку, заявила Мортинова. — Эти визиты к бывшим однокурсникам выбивают меня из колеи.
— Я говорил, что тебе нельзя сюда ехать. Микка давным-давно раскусила ваш с Астрагором план.
— Этой белоголовой простушке вообще грех жаловаться! Она замужем за одним из самых желанных женихов своего времени, чем она не довольна?
— Тем, что ты влюбила ее в жениха собственной сестры?
— Нужно было учить зельеварение в школе, — надменно возразила Елена. — И запоминать, как пахнут приворотные зелья. А Лизе намного лучше без Фалькора! Он всегда был той еще нюней, да и все только в выигрыше от этого брака: у старого Ляхтича есть его дражайший Золотой Галлеон, у Микки — золотой сын, у Лизы — целый департамент министерства. Я все сделала правильно.
Нортон не стал ее переубеждать.
***
Гроза и Захарра успешно закончили собственный проект для Мортиновой, и когда Василиса вновь собралась в учебный зал для чтения книги прапрадеда, Драгоций увязалась за ней. Василиса не стала возражать — по крайней мере, она будет чувствовать себя чуть более уверенно в компании подруги и не раскраснеется при первой же возможности. Втроем они расположились за одним столом и обложились книгами по личным нуждам: Маар набрал томов для проверки выписанных ими зелий, Захарра же лениво перелистывала справочник по магловедению для домашнего задания профессора Лазарева. — Это просто невозможно, — простонала Василиса после очередной захлопнутой книги. — Неужели правда никто толком не исследовал этот цветок? — Для многих это просто легенда, — успокоил ее Маар. — Возможно, Елене вполне хватит гипотез без практического доказательства. — Слабо верится, — вздохнула девочка. — Захарра, вы приводили практические примеры? — Ага, Гроза чуть ли не два листа исписала! Василиса уронила голову на стопку ненужных фолиантов. Она еще могла понять, зачем Мортинова подсунула невыполнимую тему ей, но за что она решила наказать любимчика собственного факультета?.. — Я бы на твоем месте сдал все наработки Фэшу и отказался дальше работать, — недобро нахмурившись, сказал Маар. — Особенно после его последней выходки. Пусть сам хоть слово напишет! — Не думаю, что это сработает, — скептически возразила Захарра. — Да какая разница! По крайней мере, это будет его вина, что проект не закончен. Он заслужил, — припечатал в конце парень. Девочки разом тяжело вздохнули. Василиса подняла голову от пыльной обложки и обнаружила, что Захарра сидит со скрещенными на груди руками и смотрит куда-то в пол. — Может, у него есть причины? — попыталась оправдать Драгоция Василиса. За время, прошедшее после инцидента, она уже успела немного остыть и теперь отчаянно пыталась найти логику в действиях «напарника». Захарра еще раз тяжело вздохнула. — Я не знаю, — тихо проговорила она. — Я с ним сейчас не разговариваю, но я и сама не понимаю, какая муха его укусила. Можете мне не верить, но на самом деле он не такой противный, каким пытается себя показать. — Но это его выбор, — Маара речь девочки не переубедила. — Как бы там ни было, он сам решает, как ему поступать. — Может, ты и прав. Захарра вновь взяла в руки свой справочник, не желая продолжать обсуждение. Василиса видела, что та явно не согласна с позицией старосты Рейвенкло, но решила не развивать тему, чтобы подруга могла для начала самостоятельно разобраться. В конце-концов, Фэш был ее братом. Пока Маар листал одну из их последних книг, Василиса снова вернулась к «Огнем цветущему папоротнику». Следующая статья, согласно оглавлению, должна была описывать первые результаты опытов по гипотезам, но Маар хотел начать ее уже после их самостоятельного книжного штурма. Теперь же, когда затея явно не увенчалась успехом, девочка не видела перспективы лучше, чем просто прочитать готовый материал. На нужной странице ее ждало очередное выведенное причудливым шрифтом название и аннотация, которые Василиса уже почти перевернула, но глаз ее зацепился за что-то знакомое. Она внимательно вчиталась в описание статьи, не понимая, что же ее привлекло, пока не дошла до самого конца и не увидела фамилии авторов. — Ребят… Маар с Захаррой оба удивленно на нее посмотрели. Василиса нервно теребила пальцами сухую страницу, собираясь с мыслями. Она еще не говорила никому, кто был автором всего сборника, но, видимо, пришел этот самый момент. — Дело в том, что весь этот сборник написал не просто старый профессор Хогвартса, это был мой дальний родственник, — начала она, внимательно следя за реакцией ребят. — Про него мало кто помнит, но это был Хардиус Огнев, мой прапрадед. — Почему же про него не помнят? — уточнила Захарра. — У него были проблемы с рассудком, и из-за этого его имя не сильно афишируют. Но удивительно другое, — девочка положила перед ними книгу на нужном развороте. — Видимо, вместе с ним работали Астрагор и Родион. Ребята притихли. Захарра во все глаза рассматривала написанное, удивленная даже больше самой Василисы. — Не может такого быть, — наконец смогла высказаться она. — Астрагор ни за что бы не занимался травологией, это ниже его достоинства! — То есть то, что они работали вместе с Родионом Огневым, тебя вообще не смущает? — скептически заметил Маар. — Неудивительно, что сейчас он первый заместитель! — Ой, да что бы ты понимал, — фыркнула в ответ Драгоций. — Эти двое всю жизнь соперничают — то за должность в министерстве, то за то, чье имя писать на первом изобретенном омнинокле. Не знаю, как это было у вас в семье, но в Змиулане дядя только и делал, что постоянно проклинал твоего деда. — Но ведь первый омнинокль назван в честь Родиона? — Лучше не упоминай этого при дядюшке, — хмыкнула Драгоций. — Дед редко распространялся насчет Астрагора в моем присутствии, — поделилась Василиса. — Но я знаю, что бабушка относится к нему очень подозрительно. — Меня другое настораживает, — заявил Маар, — ты же сама сказала, что у Хардиуса были проблемы с головой. Как его в Хогвартс-то взяли? Василиса беспомощно развела руками. Про таинственного прапрадеда она знала совсем немного со слов Лиссы, а Нортон-старший на занятии про него умолчал, поэтому больше ничем помочь она не могла. — Давайте вернемся к этому чуть позже, — предложила Василиса. — Я попробую узнать что-нибудь еще. — Только будь аккуратнее, — предостерегла Захарра. — Если твоя бабуля что-то заподозрит, она наверняка ничего тебе не расскажет. Василиса довольно улыбнулась. — Не волнуйся, она даже ничего не узнает. Выждав некоторое время после окончания травологии в пятницу, Василиса, получив наставления от Захарры, вновь направилась к кабинету Лиссы. Конечно, никто не знал, куда именно она собиралась, но услышать «Удачи!» на счастье ей было все равно приятно. В этот раз профессор встретила ее с меньшим удивлением и большей радостью, тут же предложив кружку чая. Пах он просто волшебно, совсем как сосновый лес вокруг их родного поместья. Запах напомнил Василисе о мамином кулоне, который она носила, не снимая, и девочка по привычке ласково погладила тонкую еловую веточку на шее. — Как твои успехи с проектом? — спросила женщина, тихонько дуя на горячую жидкость. — С твоей книгой намного лучше, чем могло бы быть! — Я рада, что она тебе помогла, — улыбнулась Лисса. — Нашла что-то интересное? — Да там каждая страница удивляет, если честно, — призналась девочка. — Мне с ней помогает Маар, и он говорил… — Маар? — Василису с хитрой усмешкой остановили. — Тот, с которым ты танцевала на курсах? Василиса кивнула, но стыдливо отвела взгляд. Честно говоря, в ее планы совсем не входило обсуждать сегодня старосту Рейвенкло. — Мы хорошо общаемся, да, — протараторила она, чтобы утолить любопытство матери. — Так вот, он говорил, сам никогда не слышал об этой книге. — Ну, даже студент Рейвенкло не может знать об абсолютно всех книгах в библиотеке, — пожала плечами Лисса. — Что в этом такого? — Мне показалось странным, что даже он не знает о том, что в Хогвартсе исследовали Алый цветок. Кто, если не он? Лисса с подозрением посмотрела на дочь. — А с чего ты взяла, что Хардиус Огнев работал в этой школе? Обе они обменялись еще более подозрительно-удивительными взглядами. Василиса не сразу поняла, что вопрос не был шуткой, но Лисса была абсолютно серьезна. Даже отставила в сторону свою белоснежную кружку. Василиса пожалела, что не прихватила сборник с собой, но все равно сказала: — Там на первой же странице написано, что автором является профессор травологии и зельеварения школы Хогвартс. Ты разве не знала? — Я впервые об этом слышу, — нахмурилась профессор. — Я была уверена, что Хардиус публиковал ее как независимый исследователь. Ты очень, очень сильно меня сейчас удивила, Василиса. — Может, мой экземпляр с ошибкой? — Скорее всего, — все еще хмурясь, согласилась Лисса. — Иначе… Боже, да вся страна бы знала, что эта школа проводила столь масштабные исследования! Уверяю, это чья-то злая шутка. Час от часу не легче, подумала Василиса. Кабинет матери она покинула с еще большим роем вопросов, чем пришла. Книга, конечно, выглядела потрепанной, но текст в ней сохранился просто замечательно! Если бы кто-то вносил свои исправления, она бы точно заметила. От Лиссы Василиса шла сразу на ужин, по дороге размышляя, как сообщить новости друзьям. Еще даже не дойдя до Большого зала, она услышала, что привычный гам внутри него намного громче обычного. Василиса ускорила шаг и обнаружила, что помещение больше напоминают муравейник: то и дело кто-то перебегал за соседний стол и с возбуждением делился новостями с другом. Девочка еле пробралась до своего места, по обрывкам фраз уловив, что все твердят про какую-то новую статью «Ежедневного пророка». — Что тут происходит? — громко поинтересовалась она, втискиваясь между Грозой и Лешкой, с удивлением обнаружив, что позади Захарры маячат и Ник с Дианой. — Это немыслимо! — тут же завелась Фрезер, разворачивая в сторону вновь пришедшей первую страницу газеты. — Астрагор объявил, что собирается стать министром! — Что?! — Сама прочитай, — передала ей газету Диана. — Это надо своими глазами видеть. Василиса судорожно разложила перед собой первую полосу. С картинки на нее смотрела пара неприятно знакомых черных глаз, а сразу после заголовка «НОВЫЙ МИНИСТР — НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ» шел следующий текст: «Впервые за четырнадцать лет, когда второй официальный срок Родиона Хардиуса Огнева подходит к концу, мы видим столь амбициозного кандидата на роль следующего министра магии. Астрагор Драгоций, первый заместитель и глава рода Драгоциев сегодня выступил с официальным заявлением в самом министерстве. — Хотя мой талантливый начальник прекрасно справляется со своей работой, я уверен, что и ему пора отдохнуть от труда на благо народа, — сказал он. — Да, под его началом мы достигли многого, но пришло время сменить привычный взгляд на политику. Свежий взгляд после хоть и стабильного, но все же однообразия откроет нам новые возможности. А уважаемый министр наконец сможет вернуться к семье и внукам, которые почти не видели его эти четырнадцать лет. Как сообщается нашим корреспондентом, сам Родион Огнев также присутствовал на речи, но никаких комментариев давать не стал. Будет ли он вновь участвовать в гонке за кресло министра, или даст шанс новым кандидатам? Узнаем в ближайшее время!» — Не директором школы, так министром магии! — сокрушалась Диана. — А дядя-то у тебя не промах! — Это было закономерно, — Захарра задумчиво ковырялась вилкой в своей тарелке. — Раз не Хогвартс, то вот такое повышение… — Не знаю, про какой новый подход он там тарахтел, но это звучит подозрительно. Особенно учитывая, что Астрагор убежденный сторонник чистоты крови, — невесело вздохнул Лешка. — Брось, он не станет переносить это в политику, — фыркнула Диана. — Министр Огнев уже отменил все ограничения по этому вопросу, и никто не станет голосовать за шаг назад. Это же абсурд! — Он может просто не сразу начать, — предположила Гроза. — Скажет, что будет заниматься развитием сборной по Квиддичу, а потом потихоньку начнет вводить запреты. Захарра не даст соврать, вряд ли Астрагор такой глупый мужик. Шесть голов разом повернулись к Захарре, когда она продолжила бездумно вертеть вилкой и проигнорировала вопрос. Диана положила ей руку на плечо и осторожно позвала: — Захарра, ты в порядке? — Ой, — слегка вздрогнула она в ответ. — Вы что-то спросили? — Да, я сказала, что дядя у тебя достаточно умен, чтобы провернуть массовый обман, — повторила Гроза, на глазах теряя интерес к беседе и выискивая себе дополнительную порцию пирога. — Да, достаточно, — оглядываясь по сторонам, ответила Драгоций. — Я отойду, ага? И тут же направилась к выходу, оставив собственный кусок пирога с капустой почти не тронутым. Ребята тревожно переглядывались, но все понимали, что ей нужно дать время подумать над такими новостями. — Надеюсь, твой прадед все-таки решит попробовать еще раз, — сказал Ник, с надеждой глядя на Василису. — Его «однообразная стабильность» мне как-то больше по душе. Василиса, конечно же, ничего о планах деда не знала. Зато из-за их разговора она не съела еще и кусочка, и вслед за Грозой девочка потянулась к блюду с последними остаткам горячей выпечки. Рознев тут же спохватился, что рискует остаться без десерта, и обсуждение само собой замялось. Ник с Дианой ушли к своим столам, а ужин пошел своим чередом. Захарры не было в комнате вплоть до позднего вечера, и хотя обе девочки волновались за нее, отправляться на ее поиски они не стали. Гроза и вовсе предположила, что Драгоций ушла обсудить семейные новости с братом. Уснуть они смогли только тогда, когда Захарра наконец тихо проскользнула к своей кровати. Из-за предстоящего первого занятия по трансгрессии гриффиндорская башня снова ходила ходуном с самого утра. Взбудораженные шестикурсники и семикурсники перебудили всех соседей, пока собирались в Большой зал, но винить их за это было сложно. — Как думаете, наши голубки и правда будут сидеть вместе вместо трансгрессии? — поинтересовался Лешка по дороге к залу. Ответа не последовало, но все хитро друг между другом переглянулись. Большой зал вновь, как и для танцевального курса, был освобожден от всего лишнего. Студенты столпились ближе к середине, ожидая преподавателя и во весь голос строя планы на свою первую «серьезную» трансгрессию. К гриффиндорской компании пробрался и Маар, подмигнув Василисе в знак приветствия. Но продержался шум недолго: большие двери громко хлопнули, закрываясь, и в помещение вошел директор Астариус в компании Миракла и тощего черноволосого парня. Василиса с интересом его разглядывала и с удивлением понимала, что тот ужасно кого-то ей напоминает. Захарра и вовсе таращилась на прибывшего инструктора чуть ли не со страхом, но Василиса не успела спросить, в чем дело — заговорил Астариус. — Доброе утро, студенты. Сегодня у вас начинается курс трансгрессии, рассчитанный на двенадцать недель. Вы знаете, что в школе стоят защитный чары, но специально для ваших занятий они будут сняты в этом зале. Прошу вас, не пробуйте тренироваться в своих комнатах — у вас все равно не выйдет, — улыбнулся в усы он. — Вашим инструктором будет талантливейший выпускник Слизерина и ныне перспективнейший сотрудник отдела магического транспорта в министерстве — Рок Драгоций. Удачи! Пока директор не спеша покидал Большой зал, студенты снова начали тихие переговоры. Больше у Василисы вопросов к Захарре не было, одно только сочувствие. Она сама еще с Огневского бала помнила, как неуютно себя ощущаешь в окружении семьи в школе. Хотя сами ребята вновь воздержались от комментариев, со всех сторон до них то и дело долетало что-то вроде «Это же сын Астрагора!» или «И так Драгоциев в школе хватает!». Василиса попыталась в знак поддержки взять подругу под руку, но Захарра вытянула свою из объятий. Тем временем Рок терпеливо ждал, когда болтовня начнет сходить на нет. По его лицу сложно было прочесть хоть что-то, но дружелюбия он своим видом не выражал уж точно. — Рад, что вы наконец закончили, — без четкой эмоции сказал он, когда тишина воцарилась. — Позвольте, я начну. У нас будет всего двенадцать занятий, как уже сказал ваш директор, но предупреждаю — сдадите ли вы после них экзамен, зависит от вас самих. Будете внимательно слушать и четко следовать указаниям — и галлеоны ваших родителей будут потрачены не зря. Ваш профессор Миракл будет мне ассистировать. Миракл приветливо всем улыбнулся, но впечатления от инструктора его улыбка не исправила. Пока Рок просил всех распределиться на расстоянии друг от друга, никто даже не пытался поделиться впечатлением с соседом, так давило на всех присутствие этого странного парня. Когда он начал рассказывать про правило трех «Н» и попросил студентов попробовать трансгрессировать в лежащий перед ними обруч, мало кто был в состоянии нацеленно, настойчиво и неспешно думать о перемещении в круг — гораздо более настойчиво они обдумывали связь между Роком и вчерашним заявлением Астрагора Драгоция. Однако кое-кто из Рейвенкло — в том числе Римма, их загонщица — все же оказались под конец занятия внутри своих обручей. Девчонке с косичками повезло больше ее однокурсника: Рома Вадковский, старший брат Влада, оставил позади себя левые руку и ногу, но на помощь ему тут же пришел декан. Сам Рома при этом остался цел и невредим, но глаза у него так и остались широко раскрытыми. — Если хотите успешно переместиться в нужную точку, то нужно быть полностью сосредоточенным на цели, — прокомментировал ситуацию Рок (сам он просто наблюдал за скорой помощью Миракла, не вмешиваясь). — Если, конечно, не желаете испытать на себе «расщеп». Занятие вышло просто невообразимо чудным. Сама Василиса, весь час безуспешно глядевшая в центр своего обруча, так и не поняла, в каком месте она делала что-то не так. У стоящего с ней по соседству Маара один раз вроде бы начало получаться, девочка даже заметила, как характерно смазываются его контуры, но эффект сразу же пропал. Инструктор Драгоций, к сожалению, не счел нужным объяснять причины повальных неудач и объявил о конце занятия. Пока все медленно покидали зал, Захарра тихо шепнула Василисе на ухо просьбу собрать всех в их месте и быстро убежала в одиночестве. Ребята этого не видели, но за спиной девочки внимательно следили цепкие, как у отца, черные глаза Рока. Уговаривать никого не пришлось. Все и так понимали, что последние новости нужно обсудить в более укромной обстановке, чем на ужине. Захарра ожидала их, уже сидя на одном из диванов, и друзья осторожно присели вокруг подруги. Она некоторое время еще просидела с закрытыми глазами, собираясь с мыслями, но в итоге вполголоса начала: — Вчера я разговаривала с Фэшем, — бросив быстрый взгляд на Василису, призналась она. — И нам обоим совсем не нравится то, что происходит. Поверьте, мы оба достаточно хорошо знаем своего дядю, чтобы понимать, что хорошим министром он не будет. И появление Рока… Вчера Гроза говорила, что Астрагору не составит труда обвести всех вокруг пальца, и я почти уверена, что Рок — это часть его плана. — Почему ты так считаешь? — уточнила Диана. — Он никогда не работал в отделе магического транспорта, — невесело хмыкнула Драгоций. — А вот на каникулах что-то внезапно перевелся. Ребята принялись молча обрабатывать информацию. Было немного непривычно для всех собираться в этом уголке учебного зала среди дня, когда сквозь полки шкафов ярко просвечивало зимнее солнце, но они все равно чувствовали себя неуютно. Невольно в мыслях всплывало лицо первого заместителя, которого Мортинова водила в экскурсии по школе, и никому не хотелось дожить до момента, когда его черные глаза станут постоянными гостями разворотов всех газет с подписью «Министр магии». — Мы сегодня тоже нашли кое-что интересное, — в полной тишине заговорил Маар. — Василиса для проекта читает одну книгу про Алый цветок, и… Расскажешь? В ответ на мягкий взгляд Броннера девочка кивнула, пока остальные с подозрением разглядывали их обоих. — Я нашла большой сборник статей про цветок. Как книга по теме она просто потрясающая, но вокруг нее столько вопросов! Например, ее автором был мой прапрадед, Хардиус Огнев — но никто почему-то не помнит о том, что он был профессором в Хогвартсе. Да и про книгу никто не в курсе. О своем визите к Лиссе она решила умолчать. Переспав с мыслями об их разговоре (и еще раз перепроверив злосчастную надпись), Василиса еще больше уверилась в том, что никаких поправок в «Огнем цветущем папоротнике» нет и не было. Почему Лисса не помнит о Хардиусе в школе, она еще не придумала, но планировала заняться этим в ближайшее время. Подобно Маару, впервые услышавшему про сборник, Диана недоверчиво свела свои тонкие черные брови. — Я тоже никогда не слышала про такую книгу. Что и правда странно! На пятом курсе я делала профессору Огневой доклад по некоторым растениям из легенд и сказок, но ничего про Алый цветок я в библиотеке не находила. — Очень странно, ага, — вмешался Рознев, пока не обнаруживший никакой связи между Астрагором и какой-то там книжкой. — А какое это имеет отношение к нашему потенциальному министру? — Астрагор значится там одним из авторов, — ответила Василиса. — Да и не только он, Родион Огнев тоже, вообще-то. — Дела… Пока все снова отмалчивались, смутно догадываясь, что грядет нечто загадочное, Захарра подскочила со своего места и прошлась пару шагов туда-обратно. Потом остановилась перед друзьями и с серьезным лицом заявила: — Не знаю, что там за тайна скрывается за василисиной книгой, но я нутром чую, что не просто так все про нее забыли. Или, — она с намеком обвела всех по очереди взглядом, — всем помогли забыть. Потому что ни за что Астрагор не стал бы скрывать, что работал с самим Алым цветком, пусть это и дурацкая травология! Да и старик Огнев явно захотел бы приписать свое имя к подобному эксперименту. — Я согласен, — поддержал ее Лешка. — Вдруг мы раскопаем какое-нибудь темное астрогорово прошлое? Никто не будет голосовать за того, кто топил котят, так что это было бы всем очень кстати. — Рознев, ну какие котята? — фыркнула Захарра. — Хотя твоя идея мне и нравится. — Непонятно только, откуда начинать, — подметил Ник, до этого сидевший с хмурым лицом. — Если никто ничего не помнит, то даже спросить не у кого… — Я могу попробовать расспросить Розмерту, — предложила Гроза. — Может, это в школе эпидемия амнезии, а в Хогсмиде что-то знают? Да и ты можешь спросить у отца, он ведь давно в Хогвартсе работает. — Тогда и я узнаю у деда, — одобрил идею Маар. — Старше него тут только Астариус. — Ну, а я попробую что-нибудь у родственничков вызнать. Должна же быть хоть какая польза от того, что Драгоциев и правда развелось, как мух, — подвела итог Захарра. Возвращаясь в комнату, Василиса не могла отделаться от мысли, что они ввязываются в не самую безопасную историю. Заодно с Астрагором, судя по его визитам в Черновод, работал ее собственный отец и бог знает, кто еще. Та же Мортинова! Стоит им хоть где-то проколоться перед ними, и всю их расследовательскую лавочку тут же прикроют, она была уверена.
