Глава 28: Раскол
19 декабря 2022 г., 13:00
Нортон Огнев в силу близости своей с Астрагором всегда знал, когда тот запланировал встречу с Еленой Мортиновой. Обычно это случалось тогда, когда первый заместитель министра вспоминал об очередном волшебнике, способном помешать его планам. Поэтому Нортон, не беспокоясь, что летающий бумажный самолетик с посланием не найдет адресата, спокойно ожидал появления Елены на пороге своего кабинета.
Елена вошла тихо, без стука. Нортон приглашающим жестом предложил ей занять одно из обитых красным бархатом кресел.
— Ты удивил меня, — Елена красиво расположилась в ближайшем к Огневу кресле, с достоинством оправив складки дорожного плаща. — Давно не приглашал к себе.
— Тому виной обстоятельства.
Елена насмешливо подняла светлые брови.
— Был занят наследниками?
— Да.
Женщина не сдержалась от раздраженного покашливания. Нортон внимательно изучал ее.
— Ты слишком углубился в семью, — сделала замечание Мортинова. — Сейчас Астрагору нужны все наши усилия, а ты только и делаешь, что возишься с детьми.
— Разве дети не могут быть частью наших планов?
Елена настороженно замерла, но сразу же расслабилась, скрывая эмоции.
— Могут, — кивнула она. — Без сомнений, юный Драгоций сыграет большую роль в планах дяди.
— Например, войдет в доверие к моей дочери?
— С чего ты это взял? — Елена поджала губы, ее голубые глаза заледенели. — У Фэша совсем иная роль.
— Тогда зачем ты приложила столько усилий, сводя их вместе?
Было слышно, как Елена стучит пальцами по собственному колену.
— Поясни?
— Сначала позаботилась, чтобы на Огневском ужине они встретились в танце, — Нортон-старший сохранял убийственное спокойствие. — Уверен, Марина Резникова с удовольствием согласилась помочь любимой преподавательнице. Потом поставила их в пару для проекта по зельеварению.
— Случайные совпадения, — лицо Елены дернулось. — Я распределяла пары согласно полученным оценкам.
Нортон укоризненно покачал головой.
— Моя дочь ненавидит зельеварение. Превосходно — точно не ее оценка.
Елена раздраженно перекинула ногу с одной на другую. Ей надоело строить из себя дурочку.
— Допустим, ты прав, — едко согласилась она. — И что? Кто-то хоть пальцем тронул твою драгоценную Василису? Фэш, этот строптивый болван, все равно не справился. Ты сам видел их в Черноводе, мальчишка и не смотрел в ее сторону. Можешь не переживать за свою наследницу.
Последнее слово она проговорила с особенным ядом.
— Видишь ли, — Нортон покинул свое золоченное кресло Верховного чародея и обогнул стол, чтобы сесть напротив Елены. На таком расстоянии ей было некуда от него спрятаться, — ты все равно умудрилась навредить Василисе. Даже хуже, чем могла бы неудавшейся связью с Драгоцием.
— И чем же, позволь узнать?
— Зачем ты дала им тему Алого цветка?
Елена громко цокнула языком.
— Это одна из сложнейших тем. Драгоций с ней в любом случае справился бы, а вот Василиса, — она сладко улыбнулась, — изрядно намучилась. Ты бы знал, как приятно было за этим наблюдать!
Нортон-старший прищурился, но на Елену это никак не повлияло: она продолжала со злым удовольствием улыбаться.
— Зачем Астрагору моя дочь? — прямо спросил он.
— Это мне неизвестно, — пожала тонкими плечами Мортинова. — Я делаю то, о чем меня просят, и получаю взамен то, чего хочу. Удивительным образом эта просьба Астрагора полностью совпадала с тем, чего желаю я!
— Ты желала навредить мне? — голос Нортона стал холодным, как сталь.
Елена слегка качнула головой.
— Я всегда желала защитить тебя, — мягко возразила она и наклонилась ближе к Огневу, осторожно положа свою руку на его колено. — Эта девчонка угрожает тебе больше, чем ты можешь себе представить. Я лишь хотела сделать так, чтобы ты снова был вынужден ее спрятать.
Нортон изучал лежащие на его ноге пальцы.
— Ты не советовалась со мной.
— Так хотел Астрагор, — улыбнулась Елена. — Ты бы не согласился.
— Значит, ты выбрала сторону, — вздохнул Огнев и небрежно дернул ногой, сбрасывая ладонь Елены.
Женщина оскорбленно прижала отвергнутую руку к груди.
— Это ты выбрал сторону, — зло прошептала она. — Когда назвал ее наследницей вопреки предостережениям Астрагора.
— Передай ему, что я отхожу от дел, — проигнорировал обвинения он. — Можете не переживать, я не стану мешать ему занять трон министра и сам сделаю необходимое заявление прессе.
Елена резко подскочила со своего места, оскорбленная еще больше его невниманием к ней.
— Он не отпустит тебя так просто.
— Отпустит, — безучастно возразил Нортон, возвращаясь к своему креслу подле исполинской скульптуры весов. — Мои руки чисты, дорогая Елена. И моя палочка тоже. Подумай и о своей.
— Спасибо за заботу, — фыркнула Елена, застегивая свой плащ. — Но ты сам прекрасно знаешь, что ко мне не так легко подобраться. Хочешь совет на прощание?
Нортон не ответил.
— Я все равно его дам, — продолжила Мортинова, закончив с одеянием, — в честь нашей многолетней дружбы. Хоть я и не знаю, чем твоя дочь заинтересовала его, можешь быть уверен, что на Фэше он не остановился. К детям легко найти подход. Особенно к тем, кому не хватает родительской любви.
Громкий хлопок дверью завершил их неприятный разговор. Нортону-старшему потребовалось несколько минут, прежде чем он бессильно уронил голову на грудь.
Лисса. Конечно же, Лисса.
***
Просмотренное в хижине воспоминание дальнего родственника никак не отпускало расстроенного ума Василисы. Она плохо запомнила, как прошло занятие по трансгресии: Рок действительно предложил самым способным студентам трансгрессировать между классами, из замка во двор и обратно. Среди вызванных им оказался и Маар, которому пришлось оставить Василису и вместе с Захаррой усиленно изображать страх перед «первой» трансгрессией по территории Хогвартса. Успехи однокурсников сопровождались коллективными вздохами оставшихся сегодня не у дел студентов, пока Василиса в сторонке глядела в пустоту. Ей хотелось навестить бабушку. К сожалению, кабинет ее оказался заперт, а от встретившегося Василисе по дороге Миракла девочка узнала, что Нерейва отбыла из замка этим утром. Подробностей профессор сообщить ей не смог, и Василиса одиноко побрела дальше по коридорам. Они вывели ее во двор, к стройно выстроившимся в ряд теплицам. Работа в них уже кипела: студенты младших курсов всю неделю помогали Лиссе возделывать грядки и подготавливать магический сад к грядущей весне. Поколебавшись немного и убедившись, что за ней никто не наблюдает, Василиса направилась к дальней теплице, в которой прятался кабинет профессора травологии. Лисса встретила ее с теплой улыбкой. Они долго обнимались у двери, не говоря ни слова. — Ты выглядишь очень встревоженной, — заметила Лисса, отпуская от себя дочь. — Что-то случилось? Василиса горько кивнула. — Хочешь поговорить об этом? Девочка неуверенно переминалась с ноги на ногу. Да, она очень хотела. — Тебе это не понравится, — она спрятала руки за спину. — Это связано со Стальным Зубком. — Ох, Мерлин, и до тебя добрались, — темно-синие глаза Лиссы угрожающе сверкнули. — Я знала, что добром это не кончится. И о чем они думают! Ты ведь еще так юна. Она еще раз крепко обняла дочь, прижимая ее к себе как можно сильнее. — Это всего лишь кинжал, — шептала она Василисе на ухо. — У него нет над тобой власти. Помни, что ты сильнее его. — Нет, мама, дело не в этом… — Я видела, что он делал с Нерейвой, — жестко отрезала Лисса, отстраняясь. Взгляд ее стал строгим. — Он подталкаивает своего хозяина к решениям. Что бы он тебе ни нашептывал, знай, что ты не обязана этого делать. Василиса задумалась. К чему подталкивал ее Зубок? В словах матери была частичка правды: видения кинжала и то, что она узнавала благодаря им, сильно влияли на нее. С каждым новым видением она все больше ужасалась жестокой судьбе Хардиуса Огнева. Она еще не знала конца истории, но сомневаться не приходилось — семья решила все возникшие проблемы самым радикальным путем. Было ли это предпупреждением Зубка для нее, Василисы? И знала ли Лисса о том, что Зубок был крестражем того самого цветка? Профессор видела, что словами своими навела дочь на какую-то мысль. Это показалось ей добрым знаком, и она позволила себе с облегчением незаметно выдохнуть. — Я хочу, чтобы ты кое-что знала, — сказала она, легонько сжав плечи Василисы. — Я понимаю, от огневских штучек, будучи наследницей, тебе так просто не избавиться. Но, — она улыбнулась, — ты всегда найдешь убежище у меня. Поняла? Что бы ни случилось, только дай мне знак — и я заберу тебя из этого сумасшедшего дома. Василиса часто закивала. — Мне ведь скоро семнадцать! — Вот именно, — Лисса легко поцеловала ее в нос. — И ты сможешь сама выбирать, где тебе жить. После их разговора Василиса почувствовала себя значительно лучше. Хотя обсуждать с Лиссой Хардиуса она не решилась, она ощутила в себе достаточно сил для того, чтобы наконец честно обсудить все случившееся за прошедший месяц с Нерейвой. Следующим утром Василиса с удивлением обнаружила, что ожидает господина Эрна у ворот школы в одиночестве. Норта нигде не было видно, но и сам Эрн его явно не ждал: стоило Василисе забраться в карету, он велел лошадям тронуться. Задавать отцовскому служащему вопросы оказалось ожидаемо бесполезно. Но это был далеко не последний сюрприз, уготованный Василисе в этот день. Широко раскрыв глаза, девочка вопросительно рассматривала встречающую ее на пороге Черновода бабушку, черная вуаль на лице которой выдавала крайнюю степень озабоченности волшебницы. Она надевала ее лишь тогда, когда сомневалась, что сможет контролировать собственное выражение лица. — Что ты тут делаешь? — спросила Василиса, пока они шли коридорами поместья к отцовской башне. — Я здесь по просьбе Нортона, — ровно отвечала Нерейва. — Помнишь, я уже бывала на ваших уроках? Сегодня тоже особенный случай. — Тогда и Норт был со мной, — возразила девочка. — Почему он не приехал? — Потерпи, дорогая. Скоро все узнаешь. Василисе пришлось прекратить расспросы, и она недовольно сложила на груди руки. Что опять за загадки? Или они узнали, что Норт отдал ей Зубок? Неужели заставят вернуть?.. Лестница до кабинета отца показалась Василисе бесконечной. Но, стоило ей ступить на порог комнаты, пришлось сильно потрудиться, чтобы не открыть от удивления рот: рядом с отцом, осторожно прислонившимся к своему столу, стоял Родион Хардиус Огнев. — А вот и моя дражайшая внучка, — с хитрым подмигиванием приветствовал девочку он. — Как добралась? Не скучно было без брата? Василиса скривилась. Нерейва со скрытым удовольствием заметила, как вторил ей Нортон-старший в том же недовольном жесте. — Почему Норт не приехал? — без обиняков потребовала ответа Василиса. — Ни за что не поверю, что ради моего комфорта! — Потому что у нас есть к тебе дело, — не стал отнекиваться прадед. — Присядем? Нерейва уже сидела на одном из заранее принесенных в кабинет стульев. Они стояли кругом и навевали Василисе нехорошее предчувствие. Но ей все-таки пришлось сесть рядом с бабушкой, оказавшись напротив отца. — Я прошу тебя быть сегодня с нами честной, — начал Нортон-старший, когда Родион наконец уселся и картинно оперся руками на свою трость. — Это очень важно, Василиса, — добавила Нерейва, внимательный взгляд которой ощущался и сквозь вуаль. — Мы будем честными в ответ, я обещаю. — Мы знаем, что ты с друзьями недавно вломилась в дом Астрагора в Хогсмиде, — Василиса тут же спрятала взгляд и стала рассматривать свои сжатые вместе руки. — И знаем, что вы оттуда вынесли. Что вы сделали с украденной статьей? Василиса оглянулась на бабушку. Та сидела спокойно и подбадривающе кивнула внучке. — Мы ничего не успели с ней сделать, — пробормотала Василиса, все еще не глядя на отца. — Марк пытался отобрать ее, и нам пришлось ее сжечь. — Но вы, конечно же, ее прочли? — поинтересовался Родион. Лицо его не выражало страха или тревоги — наоборот, министр магии хитро щурился и слегка изгибал уголки сухих губ в ухмылке. — Да, — уже куда тверже отвечала Василиса. Ей очень хотелось, чтобы прадед хоть чем-то выдал свои настоящие эмоции. — Мы читали о том, что вы с Астрагором участвовали в экспериментах с… — Дитя, не нужно подробностей, — махнул рукой Родион, прерывая ее. — Я и сам знаю содержание той статьи дословно. Теперь, полагаю, я должен быть тебе благодарен! Ты уничтожила то, что я сам пытался испепелить долгие годы. — Похвала тут совершенно ни к чему, — недовольно проговорила Нерейва. — Она вторглась в его дом, напрочь позабыв о собственной безопасности! Василиса, чем ты думала? Неужели надеялась, что Астрагор тебя не вычислит? Уши девочки загорелись огнем. В голосе бабушки пополам с заботой слышалось ярое негодование. — Дети на то и дети, чтобы безрассудно бросаться навстречу приключениям, — Родион стучал пальцами по рукояти трости. — Авантюризм — залог успеха, дочь моя. — Это поэтому вы решились поднять руку на священное животное?! — выпалила Василиса, не в силах больше утаивать чувств. — Из-за авантюризма? Родион с досадой цокнул языком. Выцветшие от возраста бледно-зеленые глаза стали чуть серьезнее. — Не все мои предприятия заканчивались успехом, особенно в юности. Я признаю это, — он послал Василисе долгий взгляд, — и о многом сожалею. Но сделанного не воротишь. Василиса насупилась, обдумывая слова прадеда. Однако паузой тут же воспользовался Нортон-старший. — Мы собрались не ради абсурдного недоразумения с единорогами, — скулы его слегка напряглись — ему не нравилось, что дед переводит тему. — Хотя и это нужно будет обсудить. Я рад слышать, что украденная вами статья не успела усугубить ситуацию еще больше, хотя гордиться здесь и правда нечем. — Наследница Огневых — скандальная воровка, — с тем же негодованием поддержала сына Нерейва. — Подумать только, чем бы это могло обернуться! Василиса растеряла запал злости на Родиона, чувствуя теперь себя все больше виноватой. Репутация отца мало ее беспокоила, но ославить бабушку той, кто воспитал юную взломщицу, ей бы категорически не хотелось. — Прости, — тихо извинилась она. — Я об этом совсем не подумала. — Ты не подумала ни о чем, Василиса, — жестко оборвал ее отец. — Астрагор никогда не прощает тех, кто ему вредит, и использует любую возможность, чтобы воспользоваться нужными ему людьми. И ты входишь в число этих людей. Дрожь пробежала по спине Василисы при воспоминании о цепком черном взгляде в окружении глубоких старческих складок. — Нортон, нельзя же так прямо, — осадила его Нерейва, касаясь плеча внучки. Она почувствовала ее дрожь и мягко погладила руку. — Ты же просила быть с ней честным, — без тени веселья усмехнулся Нортон. — И я предельно честен. — Этого не может быть, — потрясла головой Василиса в попытке собрать разбежавшиеся мысли в кучу. — Зачем я ему? — Ты обладаешь одной важной вещью, в которой Астрагор смертельно нуждается, — пояснил ей Родион. Он наконец-то стал выглядеть серьезно. — Поверь, ради нее он будет готов на все. Василиса прикрыла рукой рот, со страхом выдохнув: — Зубок?.. Все трое взрослых быстро переглянулись. Ответил ей отец: — Ты установила с ним связь? — Василиса кивнула. — Какого рода? — Он показывает мне то, что происходило в прошлом. Отец недовольно нахмурился. — И о чем же он тебе рассказывает? — О Хардиусе Огневе, — буркнула Василиса, которую реакция отца заставила снова разозлиться, поэтому она мстительно добавила: — И кстати, Норт вернул мне кинжал! Родион позволил себе короткий, но полный искреннего удовольствия смешок. — Надо же, малец не так глуп, как казалось, — он участливо похлопал Нортона по спине. — Ты все-таки не все в нем испортил! — Я бы попросил, — Нортон раздраженно увернулся от руки деда и обратился к Василисе: — Он сказал тебе, почему так поступил? — Так сказал ему кинжал, — скрыть самодовольства девочке не удалось, и отец нахмурился еще больше. — Это приятные новости, бесспорно, — в голосе Нерейвы сквозила нотка гордости. — Наследники должны работать сообща. Но сути дела это не меняет: с Зубком или без, ты будешь нужна Драгоцию. Пойми, насколько это серьезно! Он будет использовать все, чтобы подобраться к тебе и отдалить от семьи, что может тебя защитить. Мы все здесь только для этого — для твоей защиты. — Я все еще не понимаю, зачем могла ему понадобиться, — озноб снова охватил Василису. — Если ему нужен Зубок, разве не может он просто похитить его? — Такие вещи, как Стальной Зубок, нельзя забрать силой, — покачала головой Нерейва. — Их можно лишь отдать добровольно. — Потому что он хранит часть Алого цветка? Нерейва изумленно охнула: — Ты и это уже знаешь? — А я говорил, что молодежь нужно держать в курсе, — поучительно заметил Родион Хардиус. — Иначе они все узнают сами, но не оттуда, откуда надо. — И в совершенно неподходящее время, — Нерейва тяжело вздохнула. — Господи, Василиса, ты и впрямь дочь своего отца. — Нашла время для комплиментов, — фыркнул министр, строго стукнув по полу тростью. — Что ж, внучка, раз кое-что ты и сама знаешь, я скажу тебе так: ты нужна Астрагору потому, что можешь помочь ему осуществить старую, как он сам, мечту, неразрывно связанную с этим чертовым цветком! — Разве вы не одного возраста? — едко уточнил Нортон. — Стыдно не знать, что Драгоций старше меня ровно на год и три месяца, — невозмутимо парировал Родион. — Как я и сказал, он давно дряхлый старикан! Василиса старалась не выслушиваться в их перепалку, обдумывая слова прадеда. Могло ли статься, что мечтой Астрагора до сих пор оставался почти изобретенный эликсир жизни? — Ему нужен эликсир жизни? — озвучила догадку она. — Чудо, как сообразительно, — Родион снова стукнул тростью. — Мой заместитель и в самом деле грезит завершить давно начатое. И цена его не волнует. — Но я же ничем ему не помогу, — продолжала сомневаться Василиса. — Я не знаю рецепта, и цветка у меня нет. А к единорогам я ни на шаг не приближусь! — Пока не знаешь, — поправил ее министр, погрозив пальцем. — Но кто знает, что случится в будущем? Видишь ли, Василиса, хотя мой дядя и правда страдал от многих проблем, он был гениальным ученым, умным и осторожным. Жизнь воспитала в нем предельную осторожность. Нортон показывал тебе Изъятое воспоминание? Его придумал именно Хардиус Огнев. И не только придумал, но и при случае пользовался. Когда стало ясно, что продолжать наши эксперименты нет никакой возможности, он хорошенько почистил наши с Астрагором головы. Ни он, ни я понятия не имеем, в чем состоял рецепт и технология эликсира. Мы оба знаем не больше, чем он успел опубликовать в своих статьях. — И где же ваши воспоминания? — Уничтожены, я полагаю. Они немного помолчали. — Но откуда я могу узнать рецепт? Родион пожал плечами. — Это мне неизвестно. Но, раз Зубок знакомит тебя именно с этой семейной историей, случиться может всякое. — Даже если узнаю, ни за что не скажу ему, — упрямо сжала кулаки Василиса. — О том и толкуем с тобой, партизанка, — плечи Родиона, до того холено ровные, устало опустились. — Он может не оставить тебе выбора. — Астрагор — великий манипулятор, — пояснила слова отца Нерейва. — Он понимает, что не сможет выстоять против нас, пока ты под нашей защитой. Мы знаем его слишком хорошо, и воспрепятствуем твоим роковым ошибкам. Но, чтобы достать тебя, он сделает все, чтобы ты отказалась от нашей защиты. Василиса в недоумении вглядывалась в вуаль бабушки. Она оставалась предательски черной и непроницаемой. — Я ведь не сумасшедшая. Если откажусь, кто тогда будет меня защищать? — Может, родная мать? Василиса резко обернулась на отца. Нортон-старший плотно сжимал челюсть, из-за чего по щекам ходили желваки. — Я не понимаю, причем она здесь, — выдавила из себя Василиса. — Давай разберемся, — холодно предложил отец. — Поступив в Хогвартс, ты стала намного чаще с ней видеться. Не говоря о том, что это совершенно небезопасно для семьи, ваши встречи стали происходить без нашего надзора. Ты не можешь отрицать, что твоя мать настроена категорически против Огневых как рода — уверен, она искренне считает нас повинными во всех ее бедах, — он на секунду прикрыл глаза, успокаиваясь от захватившей его злости, сочившейся из его рта, как яд. — Ее право. Но все это привело к тому, что ты стала доверять ей больше, чем Нерейве. Ты ведь не будешь этого отрицать? Моя матушка слишком добра к тебе, поэтому с позором приняла свой провал и позволила тебе самой выбирать, кому доверять. И что мы получили? Ты целый месяц не отходила от материнской юбки! Чуть что — сразу к ней, даже про Хардиуса ты пошла спрашивать у нее, хотя могла бы прямо задать вопрос бабушке. Мы слишком поздно поняли, что это не случайность. Это и был его план, как заставить тебя покинуть семью. Василиса в ужасе смотрела на жестоко серьезного отца. Перевела взгляд на Родиона, но тот не глядел на нее, предпочитая изучать резьбу на трости. Девочка в отчаянии обратилась к бабушке, надеясь, что хотя бы она понимает, что отец говорит полную чушь. Черная вуаль даже не дрогнула. Василиса подскочила на ноги, не в силах оставаться сидящей. — Это что угодно, но только не план Астрагора! — она не заметила, что почти сразу сорвалась на крик, и остановиться уже не смогла. — Ты ищешь любой повод, чтобы показать, какая она плохая, да? Думаешь, что лучше нее знаешь, как меня защитить?! Она ненавидит Астрагора, слышите?! И никогда не предала бы меня! Василиса почувствовала, что ее руки осторожно коснулись, но резко отпрыгнула в сторону, будто ее ударили током. К Нерейве она все же обернулась. — Мы не знаем, вступили ли они в сговор, — Нерейва пыталась говорить спокойно, но голос ее все равно подрагивал. — Но в свете последних событий мы больше не можем отрицать такой вероятности, даже если она ничтожно мала. Ты мало знаешь о прошлом своей матери, Василиса. Астрагор мог найти пути к тому, чтобы ситуация сложилась необходимым ему образом. — Вы прекрасно справляетесь с этим и без его помощи! — лицо девочки горело от ярости. — Все, без исключения! Хотя лица ее не было видно, Василиса смогла услышать, как бабушка часто задышала. — Василиса, прошу, послушай. Мы лишь пытаемся уберечь тебя от опасности, последствий которой ты даже не представляешь! — Нет, — зло процедила Василиса, прожигая взглядом вуаль Нерейвы, — вы пытаетесь доказать себе, что справляетесь с ролью семьи лучше, чем она. А мама, в отличие от вас, никогда не сотрудничала с Астрагором! Позади скрипнул стул, и на ноги поднялся Нортон. Он больно вцепился в плечи дочери и резко ее к себе развернул. Не успела Василиса даже начать сопротивляться, как он отвесил ей звонкую и адски болезненную пощечину. — Нортон! — вскрикнула Нерейва. — Глупая девчонка! — рычал Нортон-старший дочери, застывшей в его руках, как статуя. — Думаешь, ты умнее всех? Сама обыграешь Астрагора, когда он приставит палочку к твоему горлу? Это не детские игрушки, где ты можешь без последствий творить все, что захочешь! Будь моя воля, ты сидела бы взаперти в самом глубоком подвале Черновода, но, черт тебя побери, паршивку, сейчас ты должна быть у всех на виду. Стал бы я говорить с тобой обо всем этом, если бы не был уверен, что она сведет тебя в могилу?! Василиса ожила от охватившего ее оцепенения. — Да ты был бы намного счастливее, случись это побыстрее! — Как проницательно с твоей стороны! Василиса плюнула ему прямо в лицо. Руки, державшие ее железной хваткой, сразу же исчезли, и она, не оглядываясь, пулей выскочила из кабинета, только чудом не полетев кувырков по лестнице. — ВАСИЛИСА! — неслось вслед. Она не слышала этого. В мозгу ее стучало всего три слова, спокойным голосом Маара наполнявшие сознание: нацеленно, настойчиво, неспешно. Нацеленно, настойчиво, неспешно. Нацеленно, настойчиво, неспешно. Это самоубийство, — лихорадочно соображала она, ныряя в самые узкие коридоры Черновода. Как же хорошо, что Николь успела показать ей неприметные пути! — Я никогда не трансгрессировала одна. Если что-то пойдет не так, и меня расщепит… Имя ее сотрясало Черновод до самого кораллового основания. Она решилась. В крайнем случае, — злорадно думала она, — порадую папочку! Она представила себе Визжащую хижину и плавно крутанулась на левой ноге, ощущая знакомое сжатие перехода. В следующую секунду носа ее коснулся густой запах пыли. — Что ж, — тяжело выдохнула она и без сил упала на скрипучий и неровный пол, — порадую его в другой раз. И разрыдалась.***
Первой же мыслью, посетившей Василису после нескольких часов тяжелых рыданий в одиночестве, стало яркое, как вспышка, и жизненно необходимое желание увидеть мать. Ей на некоторое время стало абсолютно неважно, как Нерейва посмела согласиться с отцом и заявить ей в лицо, что Лисса могла быть связана с Астрагором Драгоцием. Она собиралась задать ей этот вопрос напрямую, чтобы окончательно увериться, что делает верный выбор. Против воли поссеянное внутри нее сомнение, вызванное пережитым разговором, нужно было как можно скорее развеять. Василису до дрожи пугало замаячевшее на горизонте всепоглощающее одиночество, ожидавшее ее, если в жизни Василисы не останется ни одного взрослого, кому она могла бы верить. Она выбралась из хижины тогда, когда на Хогвартс уже накатывали сумерки. На краю неба слабо замигали первые звезды, стоило ей наконец вырваться из объятий подземного лаза. Она пулей пролетела мимо ивы и заспешила к теплицам, надеясь, что застанет мать там. Лисса нашлась в той, где вот-вот должны были начаться практические занятия шестикурсников по усмирению цапней: профессор методично расставляла горшки по выстроившимся в середине теплицы партам, ловко уворачиваясь от норовящих вцепиться в нее побегов. Иногда она грозила им пальцем, если какой-то из особо строптивых пней пытался оцарапать ей руки. Судя по всему, приготовления были почти закончены: горшки стройным рядом заполнили все столы, а сама Лисса устало убирала со лба выбившиеся из-под шляпы пряди, на ходу залечивая полученные царапины. Она увидела Василису сразу, как та вошла в теплицу, и изумленно охнула: — Мерлин всемогущий, что случилось?! Василиса слабо мотнула головой. Увидев вмиг растерявшую усталость мать, теперь тревожно напряженную, она с грустью подумала о своем внешнем виде. — Ты плакала? — не успокаивалась Лисса. Она подскочила к дочери и нежно накрыла ее еще влажные и измазанные в пыли щеки руками. — Кто-то навредил тебе? Василиса положила свои ладони поверх материнских, покрепче сжимая их для успокоения. — Я была у отца сегодня, — дыхание ее не полностью восстановилось, и иногда она вынуждена была повторять слово дважды. — Нортон, чертов идиот, — выругалась Лисса. — Что он сказал тебе? Или сделал? — Он сказал, что за мной будет охотиться Астрагор Драгоций, — Василиса продолжала судорожно всхлипывать. Слезы в ней давно кончились, но тело никак не могло остановиться. — Из-за Стального Зубка. Лисса перестала поглаживать ее щеки, застыв после услышанного. Василиса не отрывала взгляда от побледневшего лица матери. — Он не стал бы просто так говорить об этом, — пробормотала она, обдумав слова дочери. — Это очень нехорошо. Но он хочет стать министром… Значит, не будет угрожать тебе открыто. Не волнуйся, — Лисса взяла руки Василисы в свои и едва коснулась их губами, — мы найдем способ тебя защитить. Астариус не позволит Драгоцию причинить тебе вред, и я не позволю тоже. Нортон сказал что-то еще? Василиса кивнула, боясь вопроса, который уже обжигал ее язык. — Он сказал, что только семья сможет меня защитить, — Лисса подавила гневный вздох. — И что Астрагор сделает все, чтобы я ее покинула и… Чтобы пришла к тебе. Лисса ждала продолжения. Василиса гулко сглотнула. — Они думают, что ты с ним в сговоре, — прошептала девочка, с мольбой глядя на мать. — Что ты сделаешь все, чтобы ему было легко до меня добраться. Лисса медленно отпустила руки дочери. Ее глаза потемнели, в полумраке теплицы они стали казаться почти черными. — Поверить не могу, — еле слышно проговорила она и, не сдержавшись, яростно прорычала: — Они решили обвинить меня! Василиса беспомощно развела руки в стороны, мечтая, чтобы этот кошмар побыстрее закончился. Декан Гриффиндора вынырнула из захвативших ее мыслей и, оценив состояние дочери, от злости так сильно ударила по стоявшей рядом с ней парте, что старенькая столешница пошла трещинами. — Никогда, — она снова была рядом с Василисой и снова сжимала ее руки в своих — теперь до боли, — никогда мать не предаст своего ребенка, слышишь меня? Твой отец по уши увяз в астрагоровых играх, власти и высокомерии и теперь считает, что они — вершители судеб. Но это не так, — Лисса присела, чтобы они с Василисой стали одного роста. — Ты еще не знаешь этого, но Астариус давно искал человека, чтобы противостоять Драгоцию на выборах. Сам он не может, чтобы сохранить безопасность школы. И он попросил меня. — Тебя?.. — Да, — женщина смогла изобразить слабую улыбку. — Я мало рассказывала тебе об этом, но в молодости я начинала хорошую карьеру в Министерстве при Верховном суде. Мне это блестяще удавалось, если честно. Но я оставила службу, чтобы избавить тебя от опасных слухов. Хогвартс стал моей добровольной тюрьмой, надежно скрыв от людей и их неудобных вопросов. Василиса не знала, что и сказать. Но она почувствовала в словах матери невысказанное сожаление об упущенных ею возможностях. — Мне очень жаль, — ей хотелось извиниться перед Лиссой за то, что она вынудила ее отказаться от собственной мечты. Но Лисса покачала головой и крепко обняла девочку. — Ты ни в чем не виновата, кроха. Хогвартс многому научил меня, и я рада, что провела в его стенах столько лет. Сейчас же я чувствую, что должна вернуться на свое законное место. Ты понимаешь меня? — Василиса отрицательно качнула головой. — Я выступлю против Астрагора, Василиса. Отберу у него столь желанный трон министра. Он не посмеет тебя и пальцем тронуть, когда я вскрою все его преступления и отправлю в Азкабан, приговоренного к поцелую дементора. Василиса попробовала себе представить это: маму, сменившую прадеда на посту министра. Ее кабинет в Министерстве, людей, встречающих ее с благодарностью. Это было так похоже на сказку… — Я знаю, что замахнулась на почти неосуществимое, — верно разгадала задумчивое лицо Василисы Лисса. — Но это не так нереально, как будет уверен на первых порах Астрагор. В Министерстве меня хорошо помнят, и у меня есть много сильных союзников. Астариус, — поняла Василиса. — Она будет выступать от его имени, и мы все будем в безопасности. Сказочное будущее с Лиссой в роли министра магии показалось ей намного ближе после этой догадки. Она впервые за день улыбнулась и обратилась к матери с просьбой: — Можно я буду жить у тебя? — Это даже не обсуждается, — усмехнулась Лисса, поднимаясь с пола. В красивом лице ее появились внушающие легкий страх черты. — Огневы не получат тебя обратно. Если Астрагор и правда начал на тебя охоту, дом Нортона — последнее место, где ты сможешь быть в безопасности. И Василиса успокоилась. Ей не обязательно было возвращаться к бабушке и выяснять, как могла она предать ее. Вместо этого она может найти новый, лучший дом для себя, в котором ее наконец перестанут обманывать.***
Странная неделя последовала за инцидентом в Черноводе. Хотя Василиса твердо решила, что ни в Черновод, ни в дом на Черном озера больше не ступит, ее начали одолевать сомнения относительно переезда к Лиссе. Ведь это будет так странно — студентка, живущая у профессора травологии. Учитывая, что они с Лиссой носили одну фамилию, это могло отразиться на матери не самым лучшим образом, а допустить такое было бы полным безрассудством в свете их далеко идущих планов. Поэтому до самых Пасхальных каникул, когда Василиса должны была впервые посетить пристанище Лиссы, они условились встречаться в школе как можно меньше. Вся компания друзей видела, что с ней произошло что-то важное. В основном все подозревали, что на Василисе так сказались воспоминания Хардиуса Огнева, но Лешка, знавший Огневу дольше всех, угадывал в ее отстраненности нечто большее. От его ясных глаз не ускользнуло и то, что ЗОТИ в понедельник Василиса якобы случайно пропустила, увлекшись написанием домашки для Астариуса. Лешу очень расстраивало, что Василиса по неведомой ему причине не хотела с ним обсуждать настолько волнующие ее вещи, но он знал, что иногда ей нужно время, чтобы собраться с мыслями. И потому терпеливо ждал. — Уже почти все освоили Патронусы, — доложил Рознев, когда Василиса присоединились к ним с Грозой и Захаррой в гостиной Гриффиндора. — Ты бы видела, кого призвала Захарра — орлицу! Огромную, почти с меня ростом! Захарра довольно выслушивала восторги парня. — Я покажу тебе потом, — пообещала она Василисе. — Оказывается, жутко сложно фокусироваться на светлых воспоминаниях, когда тебя воспитывал Астрагор! — Гроза тоже смогла, — сдал коллегу по долгу старосты Лешка. — Но он так быстро рассеялся, что я не успел рассмотреть. Кого ты вызвала? Гроза смущенно зарделась, что было очень для нее непривычно. Василиса даже залюбовалась ее мальчишескими чертами, так мило порозовевшими сейчас. — Это была птица-гром, — призналась она, гродо выпрямившись. — Не знаю, куда ты смотрел, Рознев, но Патронус у меня вышел выше самой Нерейвы! — Я видела, — поддакнула ей Захарра. — Страшное и завораживающее зрелище. Повезло тебе, подруга! — Завидую вам, девчонки, — цокнул языком Алексей. — У меня только бестелесный вышел, и то почти сразу исчез. Василиса, ты обязана прийти на следующее занятие! Я же умру от любопытства, если так и не узнаю, какой защитник у тебя! — Своего сначала узнай, болван, — расхохоталась Захарра. — А там и Василиса подоспеет! Между ними завязалась небольшая бойня на подушках, судила которую Гроза, громко комментируя ошибки соперников. В нее то и дело прилетали подушки, пролетевшие мимо адресатов, и она не оставляла возможности метко послать ее ошибившемуся. — Перемирие! — крикнул Лешка из-за дивана и осторожно поднял над спинкой взлохмаченную голову. — У меня для вас новость, между прочим! Захарра подозрительно прищурилась, рассуждая, не маскирует ли Лешка так очередную попытку запустить в нее подушкой, но Рознев уже полностью выбрался из засады и с блаженстом развалился на диване, спиной опираясь на сидящуюю на нем Василису. — Приглашаю вас всех на свой день рождения! В воскресенье в Хогсмиде! — Тушите свет, господа, — сдерживая смешок, провозгласила Захарра, сложив ладони рупором, — Рознев становится совершеннолетним волшебником! Берегись, волшебный мир! Лешка послал ей валявшуюся в ногах подушку, но Драгоций ловко ее поймала. — Поверить не могу, тебе уже семнадцать, — покачала головой Василиса и толкнула друга локтем. — А будто только вчера с тобой встретились. — Мне тоже не верится, — Лешка поудобнее устроился на плече Василисы. — Столько лет прошло! — А кстати, — Гроза задумчиво нахмурилась, — как вы познакомились? Ты ведь из маглов! — Что за предрассудки! — Не держи меня за дуру. Вряд ли Нерейва Огнева приглашала к себе на обед маглов забавы ради, и вы на том же обеде и встретились! — Конечно, нет, — фыркнул Лешка. — Но это не такая уж и невероятная история. Мы встретились в Косом переулке, когда родители повели меня закупать все необходимое к первому курсу. — Обалдеть, — присвистнула Захарра. — Вот так судьба свела! — Мы с бабушкой тоже готовились начать мое обучение, — припомнила Василиса, стараясь, чтобы голос не выдавал сложившихся теперь с Нерейвой отношений. — Дома, конечно же, было все необходимое, но палочку нужно было выбирать у Олливандера. — Мы с ней выбрали одну и ту же, — Василиса не видела, но слышала по голосу, что мальчишка улыбается во весь рот. Она и сама не могла сдержать улыбки, припоминая этот эпизод своей жизни. — Чуть не подрались! Хорошо, что бабуля Нерейва подоспела вовремя, и мы не разнесли лавку Олливандера в щепки — злополучная палочка все равно никому не подошла. Правда, мы повредили мой рюкзак со всеми покупками, и Нерейва предложила родителям пообедать вместе и все решить мирно. А потом завертелось! — Лешка — первый мой друг, — закончила историю Василиса. — Раньше приходилось только с домовиками играть, а они в этом катастрофически плохи. Леша буквально спас меня… — Золотые времена, — поджал губы Лешка, ныряя в воспоминания. — Даже жаль, что мы выросли. Тогда все было сильно проще. Василиса одной рукой крепко обхватила друга от нахлынувших на нее чувств. В последней его фразе ей послышалась тщательно спрятанная обида, отчего волна переживаний стала еще острее. К счастью, Лешка в ответ тоже обнял ее, а Захарра, наблюдая, картинно прослезилась. — Заканчивайте, голубки, — сказала она, поднимаясь с дивана и хватая Рознева за левую ногу, намереваясь стянуть его с ложа. — У тебя еще уход за магическими тварями по расписанию! Ник, поди, заждался! — Это вряд ли, — справедливо заметила Гроза, и все рассмеялись. К субботе весть о лешкиных именинах облетела всю школу. Хотя поначалу Лешка собирался позвать лишь самых близких, скоро стало ясно, что обойтись малым кругом у него не получится: день рождения собирались посетить и Влад с Лизой, чтобы подзравить своего капитана, и сборные Хаффлпафаа и Рейвенкло почти полным составом, и еще куча народу, знавших Лешку по их совместных детским проделкам на первых курсах. Пропустить совершеннолетие старосты Гриффиндора не хотелось никому из тех, кто знал Рознева хоть немножко. Рок прикладывал все усилия, чтобы утихомирить взбудораженных грядущим празднеством студентов, но гомон обсуждения так и не утих за все занятие. Зато почти все, вдохновленные примером коллег с прошлой недели, смогли успешно трансгрессировать между школой и двором. Василиса тоже удивила Броннера, без помех пропав в переходе по первой же команде Рока Драгоция. — Надо же, у тебя получилось! — радостно поздравлял ее Маар, когда они оба оказались на залитой солнцем лужайке. — Я ведь говорил, что нужно просто поверить! Василиса поблагодарила его за помощь, но умолчала об истинных причинах своего успеха. Все равно без его помощи она бы вряд ли решилась на тот отчаянный прыжок, так что благодарность была более чем уместна. По окончании занятия, когда все уже разбежались по коридорам, Василиса с удивлением обнаружила на себе внимательный взгляд Рока. Она оставила Маара, с которым собиралась заняться очередным проектом по зельеварению, и юркнула обратно в Большой зал, прикрыв за собой двери. Рок Драгоций почти неслышно подошел к ней. Василиса только сейчас заметила, как молодой мужчина походил на своего отца. Правда, были в его строгом лице и приятные черты, которых был напрочь лишен сам Астрагор: его челюсть и скулы были точеными, а не острыми, и делали Рока скорее загадочным, чем устрашающим. — У меня послание для вас, юная леди, — сухо сказал он, — от моего отца. Василиса с опаской шагнула назад и прижалась спиной к дверям. Рок возвел глаза к небу на этот ее жест. — Нечего мне с ним обсуждать, — Василиса злилась на себя за некотролируемый испуг. Астрагора ведь даже нет здесь! — Я так не думаю, Василиса. Если тебя это успокоит, скажу, что отец не желает тебе зла. По крайней мере, не сейчас. — Звучит обнадеживающе, — буркнула Василиса. — Я не привык обманывать, — безразлично пожал плечами Рок. — Можешь спросить у Захарры об этом, она подтвердит мои слова. Василиса вгляделась в лицо Рока. Казалось, он действительно говорил правду. — И что же хотел сообщить мне Астрагор? — Он знает, что вашей семьи коснулись некоторые проблемы, — не дрогнув ни единым мускулом, сообщил Рок. — Нортон Огнев самонадеянно покидает нас, и отцу было бы крайне приятно отплатить его предательству той же монетой. Он может раскрыть тебе секрет, который Нортон никогда не раскроет. Василиса снова шагнула назад, испугавшись слов инструктора. Она не знала, что тот имеет в виду под «Нортон Огнев покидает нас», но вот насчет секрета у нее закралась одна потаенная, страшная, но такая желанная мысль. — Это в его силах, — подтвердил Рок. — Нортон многим обязан Астрагору, доверил ему много тайн. Если решишься принять предложение, мы гарантируем тебе безопасность при условии, что никто не будет знать об этом. — А что, если он соврет? Откуда мне знать, что ради «той же монеты» Астрагор не захочет оболгать отца? — Я готов дать любую клятву, которую ты потребуешь, чтобы подтвердить это. — Непреложный обет, — выпалила Василиса, даже не успев обдумать своего требования. — И я подумаю об этом. Рок раздраженно дернул рукой, словно Василиса сказала какую-то несусветную глупость. — Я не могу дать тебе этот обет, — поучительным тоном сказал он. — Обряд требует присутствия третьего волшебника, который подтвердит его законность. Василиса стыдливо поджала губы. И как она могла забыть об этом! — Клятва на крови тебя устроит? Замечательно. Сделай себе палочкой небольшой надрез на руке. Черная палочка подрагивала в руках девочки, но она смело оцарапала внутреннюю сторону ладони. Ранка получилась небольшая, но капля крови из нее все же потекла. Рок уже протягивал ей свою кровоточащую руку, и Василиса пожала ее, завороженно наблюдая, как в воздухе из ниоткуда вокруг их соединившихся капель крови возник небольшой флакон. — Фиал твой, — сказал Рок, вытирая руку о черную мантию. — Как я и сказал, если ты тайно прибудешь в Змиулан для разговора с отцом, никто не тронет тебя и не причинит вреда. Ты будешь невредимой доставлена обратно в Хогвартс, после чего наше соглашение о твоей неприкосновенности аннулируется. Василиса ощутила силу, окутавшую слова Рока. Фиал медленно опустился в ее ладони, поблескивая мутным стеклом. — Захарра проведет тебя к нему, — сказал Рок, тоже глядя на магический флакон. — Она будет в курсе, если ты спросишь. Не дожидаясь ее ответа, он быстро покинул Большой зал. Василиса спрятала полученный фиал в карман брюк и поспешила к Маару, чтобы все-таки разобраться с проектом Елены. Если он не соврал, — думала она, ожидая, пока парящая лестница доставит ее к нужному этажу, — я наконец узнаю все, что от меня скрывают.***
С самого утра воскресенья Василиса, Лешка и Гроза занимались превращением «Трех метел» в сестру-близняшку гостиной Гриффиндора: повсюду лежали красные подушки и пледы, с потолка свисали красные с золотом ленты для пущего праздничного настроения, и вдвоем Лешка с Грозой даже уговорили несколько портретов переехать на один вечер в картинные рамы в пабе. Полная Дама, правда, наотрез отказалась покидать свой пост у входа в настоящую гостиную, как бы долго Рознев не обещал ей, что все присутствующие обязательно выслушают ее концерт. Но и без Дамы «Три метлы» выглядели внушительно: оба старосты гордились, что станут первыми, кто приведет в гостиную факультета студентов других факультетов, причем абсолютно легально! Мадам Розмерта оставила заведение целиком на Грозу, взяв на себя расстроенных внезапным закрытием любимого паба местных жителей. Некоторые из них даже пытались притвориться гостями праздника, но хозяйке хватало даже беглого взгляда, чтобы определить всех своих завсегдатаев. Рука ее была тверда: если Гроза хочет устроить для своего друга праздник — паб будет закрыт для посторонних. Первой дверь распахнула Захарра, бесцеременно тащившая вслед за собой Маара с самым усталым лицом на свете. Пока Драгоций шумно поздравляла капитана сборной, тянула его за уши и лохматила его и без того лохматую макушку, Маар воспользовался моментом, чтобы поздороваться с девочками. — Ты нас очень выручил, — улыбалась ему Василиса. — Спасибо, что согласился присмотреть за ней! — Нет проблем, — парень тоже улыбался, но на всякий случай шагнул от Захарры от подальше. — Рад, что смог помочь! Хотя к ней определенно нужен свой подход… — Просто Розмерта ей не доверяет, — Гроза пожала плечами. — Когда они раньше приходили сюда с Фэшем, она постоянно пробиралась в матушкин тайник, чтобы вынести оттуда кружку-другую секретного сорта пива. Так что с утра она тщательно запечатывала каждый замок. — Так вот почему вы не взяли ее с собой, — Маар с удовольствием рассмеялся. Василиса виновато развела руками, но разговор им пришлось прекратить: Захарра наконец оставила красного от поздравлений Рознева и намеревалась как следует начать пиршество у накрытых столов. Маар ограничился крепким рукопожатием с именинником к огромному счастью последнего. Сразу за первыми гостями в паб вошли Ник с Дианой и плетущийся чуть позади них Фэш. Он, на удивление, не выглядел особо хмурым, скорее просто безразличным. Он даже отвесил Лешке уважительный кивок как поздравление и спокойно присоединился к сестре, уже прилично заполнившей свою тарелку. Лешка сначала с подозрительным прищуром следил за действиями слизеринского гостя, но потом махнул на Фэша рукой, смирившись с тем, что от Драгоция ему уже никуда не деться. — Старина, с днем рождения! — Ник сжал лучшего друга в крепких объятиях, после чего Лешку мягко обняла и Диана. — Подарок вручим позже, ты ведь не против? Кстати, Арсений обещал зайти! Лешка в восторге принял на свою вечеринку и Арсения с Катей Серебряковой, вместе с которыми пришли и любознательные тройняшки-охотницы, и Лауру во главе с командой Рейвенкло, и вообще всех, кто решил поздравить его с совершеннолетием. Когда очередь дошла до Вадковского с Лизой, вратарь сборной Гриффиндора аккуратно вручила ему небольшой сверток с письмом, написанным корявым размашистым почерком. Это было письмо от Витьки. Хотя изгнанный загонщик и не явился на праздник, не поздравить своего извечного напарника по проделкам он не мог. Лешка хмуро отложил подарок к остальным, но письмо припрятал в один из карманов брюк. Насколько могла догадаться Василиса, слова Витьки сильно тронули друга, но отвлекаться на Жабова у него сейчас совсем не было времени. Во время приема гостей Диана успела поделиться с девочками тайной появления на празднике Фэша: оказалось, что того долго и нудно уговаривал прийти Ник, мечтающий о безусловном примирении парней. Лазареву очень хотелось, чтобы Лешка, будучи его лучшим школьным другом, наконец по достоинству оценил старания Фэша в исследовании крови единорога, без которого Ник (как он сам считал) ни за что бы не решился на эту авантюру. «Три метлы» шумели и содрогались. Поскольку большая часть лешкиных друзей тоже крайне уважала продукцию «Зонко», в пабе то и дело взрывались бомбы или раздавался оглушающе громкий свист, символизирующий степень уважения Рознева среди школьных любителей устроить что-нибудь эдакое. В углу играл зачарованный ансамбль инструментов, и часть студентов уже станцевали себе все ноги, когда на пороге паба, с грохотом распахнув дверь, появилась высокая точеная фигура Инги в сопровождении Маши и Даши. Загонщины заинтересованно осматривались и, получив благосклонный взгляд от предводительницы, тут же прыгнули в толпу с целью присоединиться к столу с зачарованными картами. — Не ожидал тебя здесь увидеть, — Лешка вырвался из объятий толпы и смущенно поприветствовал гостью. — Ну и ну, — гаденько протянул Фэш, тоже заметивший прибытие бывшей сокомандницы. — Так сильно хочется насолить Ляхтичу? — Он тут ни при чем, — Инга надменно дернула длинным белокурым хвостом. — Но я не могу пропустить такой тусовки! — Может, пошпионить захотелось? — Уж кто бы говорил, — в тон Драгоцию передразнила Инга. — Меня-то он выгнал, а вот ты до сих пор в команде! — А ну бросайте! — Лешка встал между слизеринцами и подтолкнул Ингу вглубь паба, бросив Фэшу строгий взгляд. Фэш только закатил глаза к небу и вернулся к равнодушному наблюдению за просходящим. — Раз пришла — не стой на пороге, развлекайся! Дважды повторять Инге не пришлось. Она с удовольствием угостилась всем, что насобирали ей верные Даша и Маша, а потом отправилась покорять танцпол, в качестве подарка одарив Рознева одним совместным танцем. Их медленные парные покачивания сопровождались громким улюлюканьем, так что Рознев пулей выскочил из объятий девушки сразу после окончания мелодии, раскрасневшись не хуже Василисы. Инга покидала танцпол с исключительно гордым за себя видом, а остаток вечера провела за одним столом с Катей Серебряковой и верными Дашей и Машей. Девчонки умудрились заманить в свой скромный слизеринский кружок и Фэша, но Драгоций надолго в их компании не задержался. За полчаса до отбоя Рознев решительно объявил о конце вечеринки и попросил всех выметаться из «Трех метел», чтобы ему не пришлось брать в руки веник и кому-то помогать. Толпа одобрительно свистнула на лешкин каламбур, но заторопилась к выходу, подозревая, что именинник не шутил. Студентам хватило четверти часа, чтобы в пабе воцарилась долгожданная тишина. Ее нарушал только скрип стульев и окрики Грозы, руководящей уборкой, пока друзья торопливо распихивали мусор и остатки еды по мешкам. Когда в «Метлах» стало почти прилично чисто, Рознева усадили на первый попавшийся стул и вплотную окружили. — Умоляю, только не уши, — простонал мальчишка, на всякий случай накрыв настрадавшиеся за день органы руками. — И так скоро отвалсятя! — Он еще и жалуется, — фыркнула Захарра и погрозила Лешке пальцем. — Посиди тихо, никто твои локаторы не тронет! Лешка опасливо покосился на стоящего рядом с ним Ника, но руки все же опустил. — Леша, — заговорила торжественно Василиса, с трудом справляясь с мешающей говорить улыбкой, — ты самый невероятный человек среди нас! Не мотай головой, это так: ты ведь собрал всех нас с разных факультетов, из разных семей и сделал так, чтобы мы подружились. Ты сделал все, чтобы я не осталась одна в школе, — девочка поглубже вдохнула, чтобы накатившая невовремя слеза вернулась обратно, — и ты всегда рядом. Я тебя очень люблю и ценю, и верю, что так будет до самой нашей смерти. — Василис, — шмыгнул Лешка, — ты чего… — Говорю как есть, — Василиса встряхнулась. — И все присутствующие тоже тебя очень ценят! Поэтому мы решили, что твое совершеннолетие — это повод для особого подарка. Гроза, увидев кивок Василисы, юркнула в сторону подсобки и спустя пару мгновений вернулась оттуда с длинным увесистым свертком в руках. У Лешки от догадки непроизвольно открылся рот. — Ребята, вы чего… — У тебя пластинка заела или чего? — Захарра подхватила сверток и помогла Грозе водрузить его имениннику на колени. — Открывай, капитан! Он медленно потянул за плотную, похожую на картон упаковку и, только завидев логотип на блестящем широком древке, судорожно охнул. — Совсем с ума сошли, — он молниеносно разорвал остатки бумаги и в восхищении стал осматривать новенькую метлу со всех сторон. — Нимбусы же стоят как две мои жизни! — Ну, это все-таки не последняя модель, — Ник не отставал от друга и тоже с восторгом глазел на спортивный шедевр. — Но тоже мощная! Жаль только, что в конце сезона дарим, у вас один матч остался… Но опробовать ее как раз будет кстати! — Наконец-то сменишь свой Чистомет, — закивала в поддержку Василиса. — Я же знаю, что он давно тебе надоел. А про деньги думать не смей — это подарок! И ты его полностью заслужил! — Поверить не могу, что вы до сих пор просто друзья, — буркнул Фэш. Он, видимо, не ожидал, что его услышат, и очень сконфузился, заметив на себе скептические взоры присутствующих. — Хотите сказать, это не звучит как признание в любви?! — Это оно и есть, — снисходительно пояснила Диана, легко сжимая ладошку Ника. Лазарев в ответ на это засиял. — Мы все Лешу любим, потому что он и правда хороший друг. — Ты, получается, тоже, — довольно хихикнула Захарра, — сложился ведь вместе со всеми! Драгоций принялся отчаянно отнекиваться, что его просто попросил Ник, но это уже не было важно: Рознев крепко обнял каждого по очереди, даже сопротивляющегося Фэша. В паб вдруг зашла мадам Розмерта и искренне удивилась, застав внутри детей. Оказалось, что до отбоя оставались считанные минуты, и с громким хохотом компания помчалась к замку. В гостиной, перед тем, как разойтись, Лешка снова обнял Василису, а Гроза с Захаррой тактично удалились в спальню. — Мы точно всегда будем друзьями, — сказал он, чуть отстраняясь. — Потому что ты — часть моей семьи. И Василиса была счастлива иметь такого брата. И окончательно поняла, что семью, вопреки судьбе, все-таки можно выбрать.
