Decipimur specie recti

Он услышал этот щелчок из ванной – что-то среднее между разорванным звеном массивной цепи и звуком сработавшей мышеловки. Определитель проклятий мистера Бернса закончил обрабатывать информацию. Как был, в одном полотенце на бедрах, с остатками избавляющего от лишних волос зелья доктора Мартинса на щеках и подбородке, Драко бросился к прибору и стал всматриваться его содержимое. Отодвинул нагромождение мелких порч и сглазов и сосредоточился на теле проклятия и паутине, раскинувшейся в разные стороны – нити тянулись и к нему, и к Поттеру. Итак, что им известно: круг замкнут на Драко Малфоя, событие – свадьба, ключ – Гарри Поттер. И если прибор разобрал все правильно, то… он сначала не поверил своим глазам. Неужели так просто? Просто и вместе с тем невероятно жестоко. То есть для того, чтоб проклятие рухнуло, нужно… Он еще раз перепроверил. Нет, ошибки точно не было. – Изящно. Браво, Уизли! Осталось решить, как подать эту информацию Гермионе, как заставить ее сделать то, что нужно сделать. Размышляя, он отправился в спальню. – Грейнджер. Я знаю, как снять проклятие. Она подняла глаза от книги и полностью сосредоточила на нем свое внимание. Убедившись, что его слушают, Драко отвернулся. Сейчас он точно не может смотреть ей в глаза. – Я даже показывать тебе не буду, сколько там всего нагромождено, и не хочу знать, как ты живешь с таким грузом. Похоже… тебя не сильно любили те, с кем тебе доводилось общаться. Но, как я и говорил раньше, мы все это запросто уберем, - он выбрал легкий тон повествования, постепенно подбираясь к сути, - теперь о главном. Проклятие нужно снимать. Не ты одна оказалась в зоне действия. Твой Поттер тоже. То ли из-за того, что он ключ к способу ликвидации этой пакости, то ли из-за того, что слишком близко находился к тебе, когда проклятие сработало. Если тебя я страхую своей магией, то его никто не поддерживает. На Поттера проклятие влияет опосредованно, тупо бьет по больному. Если я правильно понимаю, усугубляет эмоциональную нестабильность. Для здорового человека это не представляло бы никакой опасности. – Но Гарри нездоров… – испуганно прошептала Гемиона, впервые прервав его монолог. – Значит, он становится все более и более уязвимым перед своими внутренними демонами, чем дольше все это продолжается, тем острее страхи Поттера и тем ближе он... – Ты знаешь, что нужно сделать? – Да. Ты должна возобновить помолвку и как можно скорее организовать новую церемонию. Главное не дать ей задуматься о том, как единственный способ ликвидации проклятия отразится на нестабильной психике мальчика-который-кое-кого-не-заслуживает. Свои мысли по этому поводу Драко оставил при себе. Он умел расставлять приоритеты. *** Гермиона попросила Гарри не делать большой церемонии, только близкие. Только свои. Последние дни отложились в ее памяти сплошной кашей, ее невразумительные пояснения, радость Гарри, молчаливая и отстраненная поддержка Драко. Ее нервозность списывали на естественное волнение невесты, а она не пыталась это опровергать. Она хотела, чтоб все это поскорее закончилось. Она просто хотела пережить этот день. И теперь шла по проходу в легком белом платье. Ее плечи помнили руки другого человека, не того, к кому она приближалась. – Я знаю. Ты сможешь, ты сильная, – сказал этот человек, нежно подтолкнул ее в сторону алтаря и остался за дверью. Церемония была максимально укороченной и упрощенной. Роль посаженного отца упразднили, ибо родной отец невесты был далеко и не помнил о том, что у него есть дочь, а ни с кем иным она идти не хотела. И она шла сама, как и на предыдущей церемонии, которая закончилась ее комой. Как же отличалось ее настроение тогда и сейчас! Тогда она летела будто на крыльях, а сейчас мысленным усилием заставляла себя переставлять ноги, переступала через что-то в себе с каждым шагом. Шла один на один со своей совестью, один на один со своей волей, сожалея о том, что расстояние между нею и алтарем сокращается. Она знала, что должна сделать. Она знала, что должна. От ее действий зависит не только ее собственная жизнь, на кону жизнь и разум другого человека. Но правильно ли она поступает, обрекая Его на боль? Гости улыбались, Невилл с Ханной, Луна с нескладным юношей, Джордж с Артуром. Молли и Джинни Гермиона не увидела. Она подошла и встала напротив Гарри, заглядывая в его любящие лучащиеся счастьем глаза. Больно. Она попыталась улыбнуться, но губы будто свело. «Ты сможешь», – раздался голос в голове. Почему ее внутренний голос заговорил тенором Драко? Она почти увидела его кривоватую усмешку. Сможет. Она столько всего смогла в жизни, сможет и это. Церемония шла своим ходом, проводящий ее волшебник что-то говорил, она не слушала и не слышала, пока не прозвучало главное. Ее отправная точка в новую жизнь. Ее надежда освободиться от проклятия, снова стать чистой, здоровой, если прибор… Нельзя думать о том, что определитель мог неправильно разложить проклятие или Драко неверно интерпретировал данные и ей осталось жить всего ничего. – Гермиона Джин Грейнджер, согласна ли ты стать женой Гарри Джеймса Поттера. Больно. Слезы застилают глаза. Это нужно сделать быстро, как сорвать пластырь.